Терапия для психов

      Итан висел на цепях не первый час. Весь опутанный красной веревкой с тугими узлами, впивавшимися в кожу. Четверо изуверов по очереди кидали кости, а потом прокалывали по выпавшему номеру то или иное нежное место на его теле. Связанный парень находил в себе силы кричать. Хотя, по правде, он уже почти не чувствовал боли. Она давно превратилась в константу и слилась с его телом. Так что он привык. Но всё равно кричал. Ведь тем, кто истязал его, нравилось это. К тому же Итан кое-что понял. Им нужны были крики, стоны и мольбы. Если терпеть и молчать, ему сделают в несколько раз больнее. А так и они получают то, что им нужно, и он может легко отделаться. Вернее, легче того, на что они способны.       Таким было это место. Если удовлетворишь гостей как следует, покинешь вип-комнату раньше. Получишь лечение и еду. Ну а если они останутся недовольны, тебя бросят сперва охране, а потом в карцер. Итан уже проходил это дважды. И дважды, истекая кровью на полу карцера, он мечтал, чтобы о нём забыли. Чтобы больше не пришли за ним. Нет, он вовсе не хотел умирать, но и существовать вот так он не мог.       Фенек — это маленький, но всё же хищник. Он знал это. Как и то, что маска пустынной лисицы ему подходит. Но фенек не выстоит против хищников крупнее него. И вот за это Итан начинал себя ненавидеть. Какой от него толк? Маленькое бесполезное существо, которое так хочет жить, что боится даже попытаться дать отпор. Так он думал про себя. Он не фенек. Он такая же мышь, как и Мики — друг, вместе с которым его сюда забрали и которого обязали надевать маску мышонка. Нет. Итан даже хуже. Мики хотя бы начал приспосабливаться. А он? Единственное, чему он научился здесь, это кричать так, чтобы гости были довольны. Достаточно громко, чтобы они улыбались, и не так часто, чтобы не заподозрили, что он притворяется.       Лисёныш, как и эти люди, слышал шум снаружи, и представил, как они паникуют. То, что нарисовала ему его одуревшая от пыток голова, выглядело весьма забавно, но, к сожалению, по-настоящему заволновался только один гость.       Толстый мужик в маске свина достал из пиджака, валявшегося на диване, пистолет. Его коллега, пошатываясь и глупо улыбаясь, также достал пушку. Но скорее просто потому, что ему показалось это забавным. Итан вдруг подумал, что если бы он был на месте кого–то из этих мужчин, то отобрал бы у него оружие. От выпитых таблеток и алкоголя он стал совсем неадекватным и мог запросто кого-то подстрелить чисто случайно.       Ещё один гость в костюме ковбоя (а именно в джинсах, сапогах, шляпе и с коротким кнутом в руке), фыркал от трусливого поведения своих приятелей. Ему вторил и последний гость, кидавший в это время кости.       — Сегодня много шестёрок, — заметил Свин, пытаясь скрыть нервозность за улыбкой, и встал, чтобы налить выпивку.       — Да уж. Скоро уже и украшать нечего будет.       Стоявший перед ними, упираясь коленями в стол, Итан посмотрел на них усталым взглядом через маску фенека. Тяжелое дыхание сменилось криком боли, когда игрок проткнул уже опухший орган в ещё одном месте.       Ковбой с наслаждением прикрыл глаза, словно слушал восхитительную музыку. Он старался игнорировать нажравшегося таблеток соседа, чтобы тот не портил ему момент глуповатыми хохотками.       За возобновившейся игрой никто не заметил, как в соседнем зале стало тихо. Гости напряглись тогда, когда гулко хлопнуло в замке, и дверь медленно приоткрылась от лёгкого толчка чьих-то пальцев.       — А я-то думал, что налётчики забрали всех. А оказывается, тут ещё есть с кем развлечься, — раздался громкий, чуть развязный, но уверенный голос. — Я могу присоединиться? Не хотелось бы уезжать, так и не отдохнув, как следует.       Ита вдруг затрясло. Он и сам не мог понять, почему страшно стало только сейчас и от какого-то голоса. Низкого, ровного, с какой-то искусственной издёвкой. Страх в зверинце — мучительный, выматывающий. Заключён в самих часах, пока над тобой издеваются богатые извращенцы. В бессонных ночах после, уже во время лечения. И так по кругу. Пока не привыкнешь. Но теперь было иначе. Как перед прыжком с тарзанки. Словно стоишь над пропастью. Знаешь, что после тебя накроет восторг, но пока ты готовишься и смотришь себе под ноги, тебя не отпускает леденящий ужас. Обладатель голоса не заходил внутрь. Стоял в дверном проёме, оглядывая комнату, не задерживая взгляд ни на ком, кроме Итана. На него мужчина смотрел дольше всего. Лисёныш поднял голову, чтобы увидеть очередного мучителя, и замер. Новое действующее лицо никак не вписывалось в рамки стандартных клиентов Зоопарка. Кубики пресса на оголённом торсе, красивое лицо с прямыми чертами, едва заметной ямочкой на угловатом подбородке и пухлыми губами. Такими в зверинце обычно были игрушки, а не гости. А вот его взгляд… Холодный и чёрный, притягивающий и отталкивающий одновременно.       Обычно в глазах каждого клиента Фенек видел… жажду. Желание. Фантазию, что бы очередной извращенец с ним сделал. Но во взгляде этого человека Итан не увидел ничего.       — Спокойно, — мужчина поднял руки, демонстрируя, что они пусты. — Я один из гостей. Такой же, как вы. И кроме меня и вас, в доме никого не осталось.       — Что там вообще происходит? — махнул пушкой Свин. Он встал слева от двери и целился в пришедшего.       Второй вооружённый гость в тёмном углу покачнулся и с хихиканьем выронил ствол. Тот с грохотом ударился об пол, на что ковбой выругался, но не отвлёкся от мужчины в расстёгнутой чёрной рубашке. Он видел, понял сразу, что тот опасен не меньше, чем он сам. И это вызывало интерес.       Стоящий перед Фенеком мужик нагнулся, продолжая развлечение, и потянул за ниточку, привязанную к пирсингу в недавно проколотом им же соске. Из ранки потекла капля крови, а парень на цепях дрогнул и глухо застонал. В ушах зазвенело. Он был так измучен, что уже мечтал потерять сознание, но не мог. Цепи натянулись, а спина выгнулась, выпячивая вперёд истерзанную грудную клетку и пытаясь уменьшить натяжение нити. На его удачу новый гость отвлёк клиента, а Лисёныш повис на руках, пытаясь отдышаться.       Краем уха парень поймал уже окончание беседы и спокойный голос нового гостя: — …никто не придёт, я думаю. Так что, считайте, что тут всё в нашем распоряжении. Особенно игрушка… Или, — мужчина, наконец, повернулся к Свину, — вы жадные?       — А, да валяй. Если наш Ковбой, конечно, не против, — жирдяй небрежно вернул предохранитель на оружии на место и ткнул его за пояс.       — Не против, — из тёмного угла ответил голос, услышав который Итан подавил приступ тошноты.       Ковбоя он ненавидел больше всего. Потому как знал: обычно этот человек забивал работников Зоопарка до смерти. Одно дело умереть быстро, если уж так сложилось. И совсем другое — чувствовать, как на тебе лопается от ударов кожа, как с противным звуком рассекаются мышцы и по тебе обжигающей рекой льётся твоя же собственная кровь.       — И раз наш новый друг сказал, что хозяина увели, я могу наиграться с Лисёнком вдоволь. Только постарайтесь, чтобы он был ещё жив, когда я возьмусь за него, — Ковбой крепко сжал хлыст, лежавший у него на коленях.       Услышав это, Ит явственно ощутил, что сегодня умрёт мучительно и грязно, как и опасался. Ведь ограничения в виде хозяина этого дома больше не было.       — Лады, — кивнул новый участник игры, совсем оголяясь по пояс.       Фенек приподнял голову, и сквозь прорези маски на мужчину посмотрели янтарные глаза. Парень содрогнулся, тихо звякнув цепями. Вблизи он казался еще равнодушнее. И это… пугало неизвестностью. Никогда не знаешь, чего ожидать от таких людей.       — А бухло нам тоже никто не принесёт? — расстроился гость, что издевался над телом Итана. Он было отодвинулся от Фенека, но замер в раздумьях.       Темноволосый высокий красавец, наконец, шагнул вглубь комнаты, как только жирдяй с убранной пушкой прошёл мимо него и плюхнулся на диван.       — Сходи сам, — пожал он плечами, подходя к столу с измученной пустынной лисичкой. — Бери, что подороже. Тут теперь всё за счёт заведения.       Его собеседник довольно хохотнул. И уже развернулся, прикинув, что именно стащит из бара. Но хладнокровный гость вдруг схватил его за челюсть и прижал к себе, одновременно бросив рубашку на скованного парнишку. Еще тёплая от его тела чёрная ткань плавно опустилась Фенеку на голову.       Последнее, что увидел парень, это ухмылку и быстрый росчерк ножа, зажатого в руке незнакомца.       Для Итана остались только звуки. Отвратительное бульканье и хрипы, возня, сбивчивые шаги, звук опустошаемого в рвотных позывах желудка.       Сперва от неизвестности стало ещё страшнее, но мозг, наконец, заработал, сбрасывая с себя пелену усталости. Парень дёрнулся, чтобы скинуть с себя чёрное полотно. Но услышав вой Свина, замер. Волоски на теле встали дыбом. Ит невольно покрутил головой, пытаясь сориентироваться, но тут же сжался от свистнувшего в воздухе хлыста. Чудовищный знакомый звук и последовавший за ним удар, прошедший вскользь. Затем ещё один. Теперь сильнее, словно Ковбой перемещался куда-то вбок. Итан звякнул цепями, дёрнувшись от боли. Закусив проколотую губу и задыхаясь от накатившей паники, он болтался над столом. Звуки хлыста, шипение и никакой возможности понять, что происходит. Комната наполнилась неприятными медным и кислым запахами крови и рвоты.       И вдруг послышался глухой стук, словно на пол уронили тяжёлый мешок. А после всё резко стихло.       Теряющийся в догадках парень не знал, к чему готовиться. «Что происходит? Почему никто не говорит?!» Но прерывая поток вопросов в голове, опустил взгляд вниз и увидел возле стола чью-то ногу на полу и растекающуюся лужу крови.       После нескольких секунд оглушающей тишины раздался усталый вздох и почти жалобный скрип столешницы от оставленной ножом царапины на ней. Чёрная завеса с головы Итана начала медленно соскальзывать вниз.       Он дёрнулся и затравленно уставился янтарными глазами на мужчину. И молчал, с опаской ожидая продолжения.       «Он что… убил их?! Почему? Не хотел делиться?! А меня… тоже убьёт?» — мысли вихрем проносились у Итана голове.       Взгляд невольно скользнул по подтянутому телу гостя. По бокам катились капельки крови из рассечённой кнутом кожи. Это было так… странно. Незнакомец принял большую часть ударов на себя. Зачем?       Тишина давила на барабанные перепонки, и Итан не выдержал:       — Они… они… мертвы? — разрезал он её своим звонким дрожащим голосом.       Мужчина молчал. Его угольного цвета глаза осматривали тело парня. Замирали на секунду на особенно повреждённых участках. В какой-то момент он дёрнул бровью, опустив взгляд в область паха, а затем ещё ниже, где болтался отяжелевший от железок половой орган. Мужчина медленно поднял взгляд обратно на лицо, скрытое за маской. Не торопясь, чтобы не спугнуть Лисёнка, залез на стол, вставая перед ним на колени. Сильные руки потянулись к искусственной мордочке фенека.       Интуитивно парень попытался отстраниться, но потом замер. Глаза мужчины казались совершенно бездонными. А падающая на бледное лицо челка делала его похожим на маску. Было в нем что-то… жуткое, но странным образом успокаивающее. Мозг парня собирал картинки возможного продолжения издевательств, но не мог представить, что этому человеку может быть нужно от него. Разве что только самое очевидное.       — Вы… И меня убьёте?       Незнакомец приблизился ещё немного, стягивая с него маску ушастого зверька.       — Нет, — наконец ответил он спокойно. — Если не будешь шуметь.       От его голоса парень покрылся мурашками. Теперь он звучал спокойнее, глубже, бархатнее. Мужчина разглядывал лицо Итана, уделив особое внимание раненой пирсингом губе. Снова посмотрел ему в глаза и отчего-то вздохнул. Взял нож в руку и поднёс его к горлу испуганного парня.       Лисёныш машинально отодвинулся. Кадык дёрнулся прямо рядом с лезвием. Грудь в оплетении нитей часто вздымалась. Но затем, не отрывая взгляда от бледного лица убийцы, Ит приподнял подбородок, открывая шею: «Ладно. Если убьёт, то лучше быстро. Достало всё это. Нет сил терпеть».       Вопреки ожиданиям, мужчина произнёс:       — Не шевелись. Я хочу тебя освободить, а не порезать.       Кончик ножа подцепил ошейник и продвинулся дальше. Лезвие легко и осторожно разрезало толстую чёрную кожу, не поранив Итана. Незнакомец делал всё аккуратно, что сбивало с толку ещё больше. А когда он потянулся к запястьям и разомкнул браслеты, Фенек даже не сразу опустил руки. Этот человек и правда… просто его освободил.       Чужие тёплые пальцы чуть сжались на плече парня и поддержали, помогая слезть со стола. От каждого касания по телу Ита разбегались мурашки, но он всё так же не сопротивлялся. Не ринулся бежать или хотя бы попытаться это сделать.       — Красоту эту, — указал спаситель ножом на узор шибари, натиравший Иту кожу, — я разрезать не буду. Нет времени. Внизу стоит фургон с другими спасёнными. Там есть врачи. Они помогут.       От слова «врачи» Лисёныш поёжился, но мужчина этого не заметил. Он взял свою рубашку со стола и развернул, предлагая надеть.       — Сам сможешь идти?       Итан кивнул, покладисто принял одежду, но стоило убийце сделать шаг к выходу, вцепился в его руку, словно ребёнок. Всё ещё дрожащие от нервов руки холодными пальцами обнимали чужое запястье. Почему-то казалось, что вот сейчас они выйдут, и его вновь заберут охранники Маруи.       Мужчина остановился. Опустил взгляд на внезапно плененную руку и посмотрел Итану в глаза. На мгновенье тому показалось, что он заметил в этой бездонной тьме удивление.       — Хочешь, чтобы я тебя проводил?       Лис согласно закивал и даже попытался выдавить из себя подобие улыбки. Окинув его очередным внимательным взглядом, незнакомец попытался всё же высвободить запястье. Но Ит будто приклеился к нему. Тогда он быстрым движением выкрутил ему руку и сильно нажал между большим и указательным пальцами. Боль ударила, словно током. Паренёк охнул и ослабил хватку. И тут же замер, боясь поднять голову и ожидая расправы.       — Дай застегну. Некрасиво. Никогда не понимал тех, кому нравится шибари.       Брюнет наклонился, подцепляя пуговицы и скрывая «украшенное» тело. Даже присел, застёгивая последние две. Правда, немного замедлился, прищурив взгляд где-то между пупком и пахом.       Неожиданная забота выбила Итана из колеи. Длинные пальцы не касались его кожи, но спокойный мужчина никак не выказывал к нему неприязни. Приязни, впрочем, тоже.       — А что вам нравится? — вдруг спросил Итан. Удивительно, но ему и впрямь стало это интересно.       — Тишина, — последовал незамедлительный ответ и колкий взгляд снизу.       Лис покладисто замолчал, но изучать своими большими глазами спасителя не перестал. А стоило мужчине встать и развернуться, опять прицепился к нему. Сам он не отдавал себе отчета, почему так доверчиво липнет к этому жуткому типу.       Они вышли в игровой зал. Оглядевшись, Итан увидел перевёрнутые столы и разбросанные фишки в крошеве стекла. Сквозняк шевелил несколько купюр. Но спаситель шёл дальше и, не задерживаясь, направился к лестнице.       Опрокинутый стул администратора и вывороченные куски стены и дверей, валявшиеся у входа. Новые и последние гости клуба оказались грубее. Вошли без приглашения и им было наплевать, рады им тут или нет.       Снаружи Итан сощурился от встающего солнца. Давно он не был на улице. Даже стало как-то совсем не по себе, и пальцы невольно сжались на чужом запястье сильнее. А когда спаситель подвёл его к фургону, он даже дёрнулся назад, стоило только попытаться завести его в машину.       — Я же сказал, что тебя не тронут, — нахмурился мужчина и снова хотел отцепить от себя парня.       Но тот бегал паникующими глазами. В голове всплывали последние поездки в фургонах. Маруи привозил своих зверят на закрытые вечеринки, продавая их по двойной цене.       — Вы поедете в этой машине? Я поеду с вами, — Итану почему-то верилось лишь холодному монстру, ничего не желающему от него самого.       — Эй, парень. Забирайся, я доктор. Поедешь со мной? Я тебя не обижу, — влез в их разговор доктор, стоящий около фургона.       Лисёныш упрямо покачал головой.       Со стороны послышался приближающийся топот. Невысокий солдат в обмундировании с шумом влепился в бок автомобиля, заставив Ита вздрогнуть и развернуться в его сторону.       — Вас там что… обокрали? — запыхавшись спросил он у полуобнаженного убийцы и повернул голову, упираясь взглядом в перепуганного парня в одной лишь рубашке. Прищурился, пытаясь разобраться в ситуации.       — Я её одолжил. А теперь… вот, — брюнет поднял руку, в которую вцепился Фенек. Итан смотрел на всех затравленным зверем, часто дыша. От обилия новых людей кружилась голова. А раздававшиеся где–то вдалеке выстрелы и вовсе дезориентировали. Он так привык к одному и тому же сценарию, что длился уже полгода. Камера, боль, ВИП–комнаты, боль, снова камера. А сейчас от шквала новых событий казалось, его мозг вот–вот взорвётся.       — А ты чего не в тачке? Ждёшь, пока вас пристрелят? — солдат с наивным лицом ребенка уставился на парня, попутно снимая шлем. Бросил взгляд Итану за спину и снова улыбнулся ему. — Хей, отпусти дядьку. Без него у нас операция по спасению провалится. Я тебе его лично потом привезу, если понравился. Давай, давай, забирайся и сваливаем.       Лисенок переводил растерянный взгляд с симпатичного солдата на монстра и обратно. Интуитивно повернулся лицом к солдату, ощущая какую-то нервозность. И тут кто-то ударил его по плечу. Резко обернувшись, Ит заметил воткнутый в него шприц, дёрнулся, но тело уже дало сбой и двигалось заторможено, будто наливаясь свинцом.       — Что?.. Что вы мне вко… — глянул он на доктора. Хотелось закричать, но паника почему-то отступала. Итан стал оседать на землю.       Последнее, что чувствовал парень — сильные руки, удержавшие от падения. А в отяжелевшей голове вспыхнула и угасла мысль: «Не отпускай».