Терапия для психов

      Итан, конечно же, поплатился за свой поступок. Данкворд, опасаясь, что парень выкинет ещё что-то, скрутил его и накачал снотворным. Не хотелось ему караулить гаденыша всё оставшееся время. Каратель заодно и Тэранса отправил в страну снов, чтобы не орал. Теперь можно было спокойно подготовиться и отдохнуть. Всё же красть людей занятие весьма утомительное.       Ренард проспал до самого утра. А потом его растолкали, подняли на ноги и куда-то повели. Сопротивляться не было ни сил, ни желания. Дико болела голова и хотелось спать. Он ничего толком не видел, да и слышал всё словно сквозь толщу воды, но по гулу и звукам объявлений мозг вяло сформировал догадку, что они в здании космопорта.       — Господин Данкворд, с вашим спутником всё в порядке? — спросила девушка с миловидным лицом за стойкой регистрации прибывших пассажиров.       — Да, не волнуйтесь. Нет причин для беспокойства, — отвечал ей Сэм, улыбаясь и крепче прижимая парня к себе, чтобы не грохнулся прямо здесь. — Он просто боится летать, вот и принял снотворное, но, кажется, немного переборщил. Приедем домой, он выспится и будет как новенький.       Затем девушка поинтересовалась, где сам господин Мун, ведь шаттл принадлежит именно ему. На это Данкворд протянул ей липовый документ, подтверждающий, что Джон одолжил им корабль. Пришлось связаться с некоторыми умельцами из Теневой Сети и заплатить немалую сумму, чтобы эта писанина выглядела правдоподобной и законной.       — Всё совсем не так, — заплетающимся языком произнёс Итан, едва удерживаясь на ногах.       Каратель с силой сжал его плечо и ласково прошептал:       — Заткнись, если хочешь ещё когда-нибудь увидеть своего Мясника.       И Фенек замолчал.       Сотрудница космопорта ещё раз проверила документы, пару раз окинула парочку сомневающимся взглядом (почему-то её особенно смущала мягкая игрушка в руках взрослого парня), но так и не найдя ничего подозрительного, зарегистрировала прибывших и пожелала хорошего времяпрепровождения на Ул-Эрану.       Запихнув Ренарда в машину, Сэм рванул на окраину города. Едва оказавшись на пассажирском сиденье, Итан провалился в сон. Он видел Джона. Слышал его отдающийся вибрацией в груди бархатистый голос: «Ты больше не тот, кто попал в зверинец». Кажется, что он даже уловил запах кофе и табака — тонкий, горьковатый, тёплый. Но видение резко прервалось от громкого звука закрывающейся двери. Итан вздрогнул и открыл глаза.       Просторная светлая палата с рядом старых заржавевших кроватей и тонких пыльных матрасов на них, потрескавшиеся и осыпающиеся стены и потолок, огромные окна с приваренными к ним решетками и запах пыли и разогретого на солнце старого бетона. Здание было заброшено не один десяток лет. Но в углу под потолком красной точкой за всем наблюдала новенькая камера, не вписывающаяся в общую запустелую атмосферу.        Ренард подождал, пока глаза привыкнут к яркому свету. Заодно понял, что на кровати его ничто не удерживает. Только порезанная рука онемела. Подняв её перед лицом, он долго осматривал чистые бинты, туго обнимающие запястье. Каратель, пока он спал, обработал рану и наложил повязку. Весьма недурно. Итан думал, что он может только кромсать людей, а не собирать их по частям и лечить. Медленно поднявшись, парень первым делом подошёл к окну. Судя по высоте, он был заперт этаже на четвертом. Перед зданием раскинулся просторный двор, покрытый ковром сухой травы. В центре разбитый и давно не действующий фонтан. Обломки статуй вдоль дороги, ведущей, видимо, к главному входу, валялись среди жухлых зарослей. Каменные головы и руки серого холодного цвета выглядели жутковато. Словно кто-то очень торопился и бросил неглубоко закопанные трупы гнить на палящем солнце. Итан поёжился от такой ассоциации. Всё же не стоило столько читать про маньяков.       Голова всё ещё плохо соображала, но Фенек почти сразу догадался, где находится. Комната не была похожа на тюремную. Слишком большая и светлая. Она скорее напоминала больничную палату. Но вот решетки на окнах и тяжёлая дверь с массивным замком… Психиатрическая лечебница. Только сумасшедших лечили и удерживали против их воли. Итан ухмыльнулся. Символично — собрать чокнутых убийц в сумасшедшем доме. Парень был совершенно спокоен. Он не знал, когда появится Джон, но в том, что он непременно придёт, был уверен. Нужно просто дождаться его, несмотря ни на что.       — Больше не хочу быть жертвой, — прошептал Ренард. — Я не жертва. Не безобидный зверек.

***

      Они совершенно не походили друг на друга. Высокие и низкие, худые и полные, молодые и уже довольно преклонных лет, симпатичные и совсем отталкивающие. У них были абсолютно разные профессии и занятия. Кто-то был беден, а кто-то наоборот. Но их всех объединяло одно — у каждого имеется свое тайное место, где живые люди через боль и мучения превращаются в мертвецов.       Все пришедшие, прочитав объявление, сразу отправили запрос создателям Теневой Сети для проверки надежности источника. Хозяева преступного сообщества подтвердили, что отправитель не связан с полицией, был замечен в делах незаконного характера и регулярно делал весьма своеобразные заказы. По предварительно составленному психологическому портрету было ясно, что объявление, да и предыдущие комментарии, написаны человеком, склонным к насилию и контролю. Он один из них. Такой же охотник на людей, решивший развлечься.       После того, как убийцы откликнулись на приглашение поохотиться, им пришла подробная инструкция, следуя которой, все они прибыли в заброшенную психушку и собрались в вестибюле перед большим экраном. Тот моргнул и включился.       За большим столом на фоне исцарапанной кем-то стены расположился создатель охоты. Лицо его полностью скрывала красная маска. Казалось, что с него просто-напросто содрали кожу. Выглядело жутко, но этих людей таким было не напугать.       — Мы думали поздороваться лично, — подал голос интеллигентного вида худой светловолосый мужчина с карими глазами за слегка затемнёнными стеклами очков в тонкой оправе.       — О, поверьте, я бы тоже с радостью сделал это. Но кто-то же должен гнать вашу добычу. Я непременно присоединюсь к вам позже.       — Вы покажете парня или нет? Где он? Он точно в этом здании? — кажется, один из убийц начал терять терпение.       Сэм улыбнулся. Правда, маска это тщательно скрывала.       Картинка на экране сменилась. Переключилась на камеру в палате с запертым Ренардом. Парень как раз дёргал за ручку двери, но та не поддавалась.       — Он тоже очень хочет начать игру. Не будем больше заставлять его ждать. Итак, справа от вас за стойкой регистрации дверь. Это небольшой склад оружия и инструментов. Можете выбрать всё, что вам по душе. Так же на стене висят ключи от одиннадцати помещений. То есть каждому полагается только один ключ. Если поймаете добычу и успеете добраться до выбранной вами палаты или комнаты, вы победили. Добыча ваша, делаете с ней, что хотите. Никто вам не помешает. Но должен предупредить, что камер в коридорах нет. Так что никто не сможет доказать, кто из вас был первым.       — Что это значит? — спросил один из убийц.       — Можете отбирать добычу друг у друга, если хотите, или, возможно, кто-то из вас решит объединиться и поделить её между собой.       Некоторые хищно улыбнулись, другие, наоборот, поджали губы.       — Хотите нас стравить?       — Ну это уже ваш выбор, — пожал плечами Сэмюэль. — Я просто говорю, что нет правила, если нашёл первым, то больше никто не смеет претендовать на добычу. В этом месте вообще правил нет.

***

      Конечно, он был заперт. Он знал это с самого начала, но, видно, каждому человеку нужно порой лишний раз проверить что-то, чтобы убедиться и успокоиться, либо же разочароваться совсем. Итан отвернулся от двери и встретился взглядом с Фиником, сидевшим у изголовья той кровати, на которой он очнулся. Это напомнило ему пробуждение в больнице после Зоопарка. Только в этот раз игрушку рядом с ним оставил другой человек. И ощущения поменялись. Если раньше плюшевый медведь дарил ему чувство защиты, то сейчас парень смотрел на беднягу как на того, кто попал в переплёт вместе с ним. Ренард вернулся к кровати и прижал Финика к себе. Нахмурившись, замер, уловив приглушенное пиликанье мобильного. Парень быстро скинул с кровати матрас, обнаружив разрывающийся от звонка телефон и спокойно лежавший рядом с ним ключ.       — Выходи в коридор, — произнёс Данкворд, как только Фенек нажал на кнопку, принимая вызов.       — То есть я могу выйти? — не понимая, радоваться ему или нет, уточнил он.       — Не можешь, а должен.       Итан не знал правил этой сумасшедшей игры. Он думал, что серийники будут искать палату, где его держат, и тот, кто первым найдёт, либо будет истязать его прямо тут, либо потащит в другое место. Но оказалось, Сэм хотел, чтобы он гулял по коридорам, где рыщут все эти убийцы с риском нарваться на нескольких, а может, и на всех сразу.       — А если я не выйду?       — Я приду и вытащу тебя сам. Отдам первому маньяку, что нам встретится. Игра закончится, не успев начаться. И что самое главное: тебя станут резать на куски ещё до того, как твой спаситель появится здесь. Кстати, пятеро из этой толпы насильники. А некоторые даже любят не просто потрошить жертву прямо в процессе, но и есть. Чтобы, так сказать, по-настоящему слиться с ней воедино. Как тебе перспектива? — запугивал его Каратель.       Парень зажмурился. Джона ещё нет. Пытки он, возможно, выдержит. Насилие тоже. Но что, если Мясник не успеет, и Итана попросту сожрут? Словно поняв, о чём он думает, Сэм продолжил:       — В здании пять этажей, лабиринты коридоров, несколько лестничных пролётов и даже рабочий лифт. Многие палаты и кабинеты незаперты. У тебя есть возможность спрятаться, пока все они готовятся к охоте на первом этаже. Но если за тобой приду я, её у тебя уже не будет… Ну так что?       Итан разжал пальцы, роняя телефон на пол, схватил ключ и бросился к двери.

***

      Убийцы не двигались, пока наблюдали за действиями запертого паренька. Однако их чуткие органы чувств уже давали оценку обстановке и соперникам. Наёмник, одетый как солдат, чьё лицо было скрыто балаклавой, высокомерно поглядывал на сборище, по его мнению, любителей. Его взгляд поймал скрюченный дедушка с клюкой и ласково улыбнулся. Солдат, сдержавшись от закатывания глаз, отвернулся.       Как только их добыча выбежала из палаты, камера вновь переключилась на организатора в красной маске.       — Господа, охота началась, — развёл он руки в приглашающем жесте. Ещё секунда, и экран погас, превратившись в чёрный зеркальный прямоугольник.       Мужчины зашагали в сторону указанной двери, огибая пыльную стойку регистрации. Никто не суетился. Даже пара молодых и явно менее опытных парней, что взволнованно косились на своих коллег по ремеслу, решили не торопиться. Даже когда их грубо растолкал пузатый приземистый лысоватый мужик, пробираясь вперёд. Его огромное тело прокладывало путь сквозь толпу, но на удивление, все, кого он задел, не злились и не подавали возмущенного голоса. Кто-то многообещающе улыбнулся на такое хамство, кто-то лишь прищурился.       Парней толкнули во-второй раз уже в проходе. Солдат с ножом катран и дубинкой, выходя из комнаты, словно не заметив их, буркнул себе под нос:       — Мне неинтересно гонять эту мышь по лабиринту.       Парни удивлённо переглянулись. Если ему не нужна добыча, тогда зачем он пришёл? Поняв, что кто-то действительно может нацелиться на самих охотников, они всё же решили поспешить. Взяли сумки у входа и начали набивать их всем, что попадалось под руку, быстро перемещаясь от одних полок к другим.       Интеллигент остановился у ближайшего к двери стеллажа и тоже стал выбирать себе оружие из колюще-режущих, придирчиво разглядывая каждый клинок. Пара мужчин непримечательного вида, ничуть не смущаясь, вытащили из-под его руки острые удлинённые бритвы. Кто-то собирал веревки и банки, ремни. Мужчина в тонком помятом кардигане на голое тело, взял шкуросъёмный нож, пневматический нейлер, салфетки и пузырек с эфиром. Но был и тот, кто не взял вообще ничего. Улыбающийся старик оглядел комнату, будто просто зашёл полюбоваться, затем развернулся и, постукивая по полу тросточкой, направился к лифту. Следом за ним вышел здоровяк с обнаженным торсом и топором в руках.       Не сговариваясь, они расходились по коридорам к лестницам. Никто не бежал, изображая гончих. Ведь эти люди, за исключением некоторых, не солдаты, а убийцы, привыкшие неспешно загонять своих жертв в ловушку.       В комнате осталось всего трое. Дёрганный довольно молодой парень лет двадцатипяти на вид, с лицом, периодически строившим гримасы в нервном тике, нашёл в дальнем углу на полу ящик с револьвером старой модели и тремя пулями. Заслонив собой находку, он, как можно тише, начал заряжать оружие.       — Эй! Чего ты копаешься? Что там у тебя? — отвлёкся толстяк, что расталкивал всех на входе. Его сумка была так набита, что стала такой же пухлой, как и он сам.       — Какая разница? Здесь каждый за себя, — хмыкнул интеллигент в очках. Он наконец выбрал себе оружие — изящный в своей простоте кинжал танто, похожий на самурайский меч.       — Вот именно, — шикнул на него мужчина и скосил взгляд на парня в углу, предлагая избавиться от него.       Интеллигент качнул головой в отрицании. Толстяк снова переключился на парня, подходя к нему ближе.       — Я с тобой говорю, сопляк! А ну, повернись!       Дёрганный хихикнул и сделал, как велели. Тут же прогремел выстрел. Жирдяй замер, с удивлением перевёл взгляд на свою грудь, где в области сердца расползалось алое пятно, и рухнул навзничь.       Нервный парень направил револьвер на интеллигента, но тот вдруг одобрительно кивнул, разглядывая его через очки:       — И мне он сразу не понравился. Ты идёшь? — вежливо повёл он рукой, предлагая идти первым.       Обладатель револьвера улыбнулся и, поднявшись на ноги, толкнул дверь в коридор. Но наружу не вышел, а выпал с пробитой шеей. Интеллигент перешагнул через него, брезгливо вытирая белоснежным платком кинжал. Опустил взгляд на револьвер, теперь уже валявшийся на полу, и презрительно фыркнул. Испачканный платок плавно опустился на тело неудачника, а мужчина, бросивший его, поправил галстук и чинно оглядел оба коротких коридора. В них никого не было. Видимо, услышав выстрел, все разом смекнули, что лучше убрать отсюда свои задницы и заняться делом.

***

      Итан бежал вниз по лестнице на второй этаж. Хотел спрятаться где-то и переждать, а затем спуститься на первый, чтобы встретиться с Джоном, как только он появится. Повернул в один коридор, проверил все двери, но они оказались заперты. Бросился обратно, в другой отсек и влетел в первую открытую дверь. Как только он захлопнул её за собой, в коридоре послышались шаги. Затем другие. Фенек замер, прижавшись к стене и пока напряженно слушал, глаза фиксировали довольно неприятные детали: матрас на единственной кровати, покрытый коркой давно высохшей крови, застывшие бурые брызги на стене и глянцевое почти чёрное пятно на полу. Неудачно он выбрал палату. Спрятаться было негде, да и все эти следы говорили о том, что здесь кого-то разделали, словно скот. К счастью, никто из охотников до его двери так и не дошёл. Между преследователями завязался разговор, а затем Ренард уловил звуки борьбы и короткий громкий вскрик. Снова шаги, но уже одинокие. Они становились всё тише, а потом и вовсе пропали. Парень подождал минут пять и, крадучись, открыл дверь. Пусто, тихо и жутко. Ведь в конце коридора рядом с окном лежал труп.       «Они избавляются от конкурентов!» — осенило Итана. Это была хорошая новость. Может, серийники просто перебьют друг друга, и он не встретится ни с одним из них? Остановившись у лифта, он протянул было руку к кнопке, но не нажал. Всё же лифт штука непредсказуемая. И вполне может так оказаться, что двери откроются прямо перед каким-нибудь маньяком.       Пока он думал, механизм стальной коробки пришёл в движение. Вверху загорелся маленький экранчик, отсчитывающий этажи. Кто-то спускался вниз.       Четыре, три…       Итан попятился назад.       Два…       Лифт звякнул и остановился.       Когда двери открылись, здоровый мужик с топором в руке заметил худую фигуру, юркнувшую в соседний коридор. Ухмыльнулся и направился следом за убегающей от него жертвой.       Фенек снова оказался на лестнице, но успел сделать всего пару шагов, как внизу открылась дверь и между лестничными пролётами показалось лицо, сверкнувшее стеклами очков.       — Ну, здравствуй, — поздоровался интеллигент, поймав взгляд парня.       Через две ступеньки наверх. Ренард сам не знал, что способен удирать от кого-то так быстро. За спиной снова хлопнула дверь, и послышались торопливые шаги вслед за ним. Его гнали наверх. Но почему-то только один.       Чопорный очкарик, как только на лестнице появился любитель обнажёнки и топоров, притаился. Не стал преследовать. Пусть играются. Он здесь не за этим.       Ренард выбежал на пятый этаж и на полном ходу врезался в старика. Оба рухнули на пол. Но стоило парню заметить, как болезненная гримаса на морщинистом лице сменяется улыбкой, подорвался и вновь попытался бежать. Не вышло, дедуля с несвойственной пожилым людям проворностью и силой схватил его за ногу.       — Не торопись, куда же ты? — приговаривал он, а сам пытался дотянуться до трости, откатившейся в сторону при падении. — Такой невоспитанный. Сбил меня с ног и даже не хочешь извиниться?       Итан пытался стряхнуть его цепкие пальцы со своей щиколотки. Упирался, как мог. Но старик всё же нащупал трость и, растянувшись на полу, замахнулся.       — Моё! — взревел полуголый убийца, с грохотом выбив дверь.       Итан и старик сначала замерли, глядя на него, но здоровяк занёс над головой топор, целясь в соперника, и тот выпустил Фенека, переключив всё внимание на мужчину. Итан отшатнулся от них обоих. Смотреть, каким будет исход, не было смысла. Он и так был уверен в том, что старик уже не жилец. Но стоило ему скрыться за углом, по всему этажу прокатился жуткий вопль и звук упавшего на пол тяжёлого металлического инструмента.       Ренард остановился. Медленно присел на корточки и, развернувшись, выглянул в пролёт. В переднюю часть колена полуголого мужчины упиралась трость. А с другой его стороны торчало, капая кровью, длинное острое шило. Стоило ему вновь исчезнуть в трости, нога согнулась, как подрубленная.       Наблюдавший за этим Фенек был так поражен, что забыл об осторожности. И очнулся, только когда его головы коснулась чья-то рука. Он вздрогнул. Резко обернулся, едва не столкнувшись нос к носу с сидевшим рядом с ним мужчиной в кардигане. Итан шумно втянул воздух и прижался к стене. Его всё же поймали. Слишком много убийц оказалось на этом этаже. Его спокойствие уже было готово разлететься на куски, освободив место панике. Но мужчина приложил палец к своим губам и точно так же, как паренёк, выглянул из-за угла.       Здоровяк как раз упал. В его челюсть тут же вцепились длинные узловатые пальцы.       — Не сопротивляйся, я всего-навсего хочу угостить тебя конфеткой, — по-доброму улыбнулся старик, запихивая серийнику в рот маленький зелёный шарик.       — Кажется, он отравил его чем-то, — шёпотом пояснил Итану мужчина. — Всё же эти маньяки чокнутые.       — Разве вы не один из них? — едва слышно спросил парень.       — Ты что? Я всего лишь безобидный художник.       Они оба наблюдали за тем, как дедуля ласково разглядывал синеющее лицо своей жертвы. Как провёл по вискам, любуясь глазами, что медленно спрятались под дрогнувшими веками, как бережно вытер с уголка губ вытекшую изо рта пену.       — Я пытаюсь выйти отсюда. Как и ты, — снова заговорил странный человек, привлекая к себе внимание Ренарда.       Он казался безобидным, но его взгляд… Покрасневшие будто от недосыпа глаза шарили по лицу и телу парня. Зрачки дёргались, жадно всматриваясь в каждый сантиметр кожи, не скрытой под одеждой. Итан прекрасно знал, что это значит.       Дедушка тем временем отпустил чужую шею и поднялся на ноги:       — Отдыхай, сынок. Поспи, оно полезно.       По полу неторопливо застучала трость.       — Он идёт сюда, — предупредил художник ещё тише. — У меня есть ключ от самой ближайшей палаты. Если закроемся там, он нас не достанет.       — Да… Хорошо… — кивнул Итан, стиснув плюшевого медведя и нервно дернув узел на тугих бинтах.

***

      Солдат повернул в очередное крыло на третьем этаже. Палат здесь не было. Лишь приёмные, процедурные кабинеты и лаборантские. Дойдя до небольшого холла с пятью дверьми, расположенными по разным сторонам, он остановился, решая, куда теперь. Выбрал самую дальнюю дверь. Пол в комнате сверкал осколками стекла, гулял прохладный ветерок, залетевший в разбитое окно, в беспорядочном строе застыли инвалидные каталки. Солдат пнул сапогом одну, и та, скрипя колёсами, покатилась и врезалась в соседнюю.       Сжав в руках катран и дубинку, мужчина вышел в холл и распахнул ещё одну дверь. Здесь стояло несколько кушеток. Одна прямо напротив входа, вторая плотно задернута шторой, остальные повалены набок. Но к каждой из них тянулись и спрутами обвивались какие-то провода, подсоединённые к приборам. Были то регистраторы состояния пациентов или какие-то лечебные аппараты, сейчас уже не разобрать. Оттого, что окна тут отсутствовали, воздух был не таким свежим, как в предыдущем помещении. А ещё военный уловил в нём отчетливый запах крови, лекарств и палёных волос. Для полноты картины не хватало ещё электрического стула с дёргающимся на нём в конвульсиях пациентом.       Наемник огляделся, морщась под скрывающей лицо тканью, и уже шагнул к выходу, как его руку обхватило что-то холодное, а следом раздался характерный треск. Шоковая терапия явно не пошла ему на пользу. Задергавшись, он рухнул на пол. Из полумрака потянулась рука в резиновой перчатке и легко сняла с пояса бойца два ключа от палат.       Убийца перешагнул вырубившегося мужчину, выходя на свет, прикрепил ключи к своему поясу, где уже висела пара таких же и, ухватив свою новую жертву за лямки разгрузочного жилета, подтащил к ближайшей кушетке. Этот этаж нравился маньяку. В нём было столько интересных игрушек. И теперь у него было два друга, с которыми можно было забавляться и играть во всё это.       Каратель, насвистывая прилипчивый незамысловатый мотив, тащил по полу жирдяя в центр вестибюля. Он должен был составить компанию парню с продырявленной шеей и дожидаться вместе с ним остальных. Маску Сэмюэль снял. Она уже была ни к чему. Неважно узнает его кто-то или нет. Всё равно никому из них не выйти отсюда. Всем им суждено лежать вместе и вместе стать знаменитыми.       Подойдя к стойке регистрации, он в который раз проверил ракурс установленной камеры. Всё было идеально кроме одного: он внезапно получил мощный удар по голени. Упасть ему не дали. Схватили за волосы и со всей силы приложили лицом о столешницу. Нос со смачным хрустом сломался, заливая кровью губы и подбородок, но Сэм не издал ни звука, только высунул язык, облизнувшись. А когда почувствовал острие ножа у горла, и вовсе улыбнулся.       — Где он? — прорычал ему в ухо Мясник, надавив на керамбит сильнее.