аура звёзд

***

      Он ступал по скрепучему, белому снегу как всегда уверенно и спокойно. Тот, хрустя под ним, как будто бы издавая болезненный хрип, сминался под тяжёлыми подошвами, вероятно, очень тёплых сапог, и вырисовывал на себе узор следов. Альбедо задумался, что, наверное, его внешний вид мог бы вызвать некоторые вопросы у мирных жителей города и, в особенности, у его вездесущих, но столь бесполезных рыцарей. Он тяжело вздохнул.       Ему вовсе не хотелось на переговоры. От одной мысли о вновь долгом и нудном политическом разговоре его клонило в сон. А если с ним ещё и по дороге решит кто заговорить…       Ноги наткнулись на что-то очень плотное. Опустив взгляд, Альбедо заметил небольшой сугроб и с интересом опустился на корточки. Он аккуратно расчистил снег, гадая, что же там может скрываться, но издал разочарованный вздох, как только узнал ответ.       — Хм, — с неудовлетворением хмыкнул он, рассматривая замороженную человеческую руку. Он не имел большого опыта в подобных вещах, но она явно не была отрублена; скорее, оторвана, судя по очень неровно раздробленной кости и рваной коже. Следов ожогов не имелось, что означало, что вряд ли дело было в пороховых бочках. Возможно, на этого человека упал огромный осколок льда, коих на Хребте было много, или, может, сошла лавина. Люди очень хрупки. Создательница твердила, что их очень легко сломать. Может, кучка снега тоже вполне способна это сделать?       Вспомнив о своей незваной гостье, Альбедо несколько напрягся, но, когда в его памяти всплыло то, что она пережила атаки его монстров, он мгновенно успокоился. Было бы ужасно неприятно потерять подобный редчайший экспонат.       Альбедо вернул внимание руке. Нельзя было с точностью определить, кому принадлежала оторванная конечность, однако Альбедо считал очевидным, что, вероятнее всего, она была утеряна кем-то из гильдии Искателей приключений. Зарыл же её наверняка кто-то из хиличурлов. «На запас».       Альбедо издал тяжкий и усталый вздох. Это напомнило ему о конкретной причине, по которой он шёл к действующему магистру. Одной из двух конкретных причин, если быть точнее.       Он откинул руку куда-то в сторону, отряхнулся и направился дальше в путь к городу ветров.       По крайней мере на Хребте всегда имелось свежее мясо и его подданные не голодали.

***

      Альбедо задумчиво осматривал местность рядом с городскими воротами. Давно же его здесь не было… Хотя ничего, конечно, не изменилось за прошедшее время.       Он вновь коснулся телепорта, представив бесконечно оживлённую и шумную городскую площадь, и голова его уже начинала побаливать. Очутившись на нужном месте, Альбедо, оглянувшись и подметив двух странно поглядывающих на него фатуи, направился прямиком к штабу Ордо Фавониус.       Ему не хотелось притягивать к себе внимание.       Его и без того ожидал долгий, тяжёлый разговор… Который, даже толком не начавшись, уже его утомил.

***

      Как он и полагал, действующий магистр Джин находилась в несколько нервном состоянии, несмотря на то, что очевидно старалась этого не выдавать. Но Альбедо не мог не подметить её рассеянный взгляд, сцепленные в замок руки, сведённые к переносице брови и общую бледность.       — Здравствуйте, действующий магистр, — тихо произнёс он, для уверенности постучав по косяку двери. Джин вздрогнула, и, завидев его, тут же встала со своего места. — Могу я войти?       Вновь слегка нахмурившись, она кивнула.       — Признаюсь честно, не ожидала увидеть вас здесь снова, господин Альбедо, — от столь формальной речи и серьёзного тона у Альбедо вновь заболела голова. Он терпеть не мог деловые встречи, но и не имел возможности посылать туда кого-то ещё. К сожалению, все его прототипы, созданные при поиске совершенной формулы идеального искусственного человека, вероятнее всего, были отданы на съедение другим созданиям Рейн. Альбедо поморщился, подумав, что подобная участь могла бы настигнуть и его, не подходи он под стандарты Созидательницы.       Рейндоттир не щадила никого. По этой причине Альбедо до сих пор разбирался с плодами её сумасшествия. Не так давно, например…       — Господин Альбедо?       Обеспокоенный голос магистра вынул его из мыслей. Он разочарованно вздохнул.       — Примите мои глубочайшие извинения, магистр Джин. Я просто несколько… — он замолчал, пытаясь подобрать подходящее слово. — Задумался. Цель моего к вам визита…       Дальше Альбедо поведал Джин обо всём произошедшем — то есть, о вторжении одной чересчур безрассудной девочки-скаута на его земли. Он даже не помнил, что конкретно сказал, потому что данный разговор наскучивал ему всё больше и больше, но и прекращать его было нежелательно. Зато вот Джин, казалось, и успокоилась, и, вместе с тем, лишь сильнее разочаровалась и взволновалась. Она тяжело вздохнула, схватившись за переносицу, а после устало провела ладонью по лицу. Альбедо почти искренне ей сочувствовал. Но только почти, потому что этот коктейль чужих ярких эмоций оставался единственным, что хоть как-то удерживало его внимание на данном диалоге. К тому же, пусть он и уважал Джин за надёжность (чем она в разы отличалась от магистра Варки), Альбедо всё же считал, что она очень неумело распределяла свои ресурсы, лично выполняя мелкие и глупые поручения. Как раз из-за этого на его территорию приходили всякие…       Он внезапно помрачнел. Да, именно это являлось его ещё одной основной причиной прихода сюда. Недовольство. Несдержанный договор. Оторванная конечность, встреченная им по дороге.       Вернув своему лицу серьёзное и холодное выражение, он сказал:       — Могу я узнать причину, по которой наш договор был нарушен?       От резкой смены тона Джин заметно растерялась. Массируя виски, она издала усталый вздох.       — Мне жаль, господин Альбедо, но я не могу контролировать всех жителей этого города. В Мондштадте очень ценится свобода, и если вы знакомы с историей нашего региона…       — Я знаком, — всё так же неторопливо перебил её Альбедо. — Извиняюсь за такую наглость, магистр, но мне очень важно спокойствие на моих землях. Не говоря уже о том, что там находится куча монстров, — «Которых я сам туда поместил, чтобы никто больше туда не сувался, однако этот план оказался провальным», — мысленно продолжил он. — И все они в разы сильнее тех, что водятся около Мондштадта, из-за ядовитой крови Дурина, — «И, возможно, благодаря зельям, которые им варит мой придворный маг… Я не уверен». — Если кто-то пострадает, а кто-то точно пострадает, — Альбедо сделал небольшой акцент на последнем предложении, не теряя ровного тона. — Мне бы не очень хотелось за это отвечать.       Джин опустила голову несколько понуро и задумчиво. Она выглядела в разы старше своего возраста с насупленными бровями и расположившейся меж ними складочкой, с тёмными кругами и мешками под глазами. Руки её незаметно, но подрагивали. Она выглядела абсолютно нездорово, согласно всем скудным знаниям Альбедо о человеческом организме.       Вновь с тяжестью выдохнув, через несколько секунд (а если точнее, то двадцать шесть секунд и пять миллисекунд) Джин наконец ответила:       — Хорошо, я постараюсь принять меры. Но я не могу обещать Вам того, что Искатели приключений в самом деле послушают меня. Они несколько... Своевольные ребята, — её голос звучал всё так же деловито и серьёзно, невзирая на всю внешнюю усталость магистра.       Однако ответ её Альбедо не очень удовлетворил.       — Разве не стоит вам внести какие-то наказания? Даже если это сработает не на всех, то больший процент уж точно воздержится от попыток забраться на вершину горы или в принципе изучить Хребет.       Лицо Джин выразило эмоцию (или смесь эмоций), определить которую Альбедо затруднился.       — Я... Подумаю над Вашим предложением, господин Альбедо, — сказала она осторожно. — Но что меня сейчас намного больше волнует, так это безопасность моего скаута. Скажите, пожалуйста, как она и как скоро вы собираетесь отправить её обратно в город? Там уже, я, конечно, приму свои меры, — на последней фразе она внезапно помрачнела. — Не беспокойтесь, скаут Эмбер не останется безнаказанной, об этом я позабочусь.       — Насчёт этого... — Альбедо на секунду помедлил, после чего всё так же невозмутимо продолжил: — Боюсь, я не смогу отправить Эмбер обратно в Мондштадт в скором времени.       Джин нахмурилась. Атмосфера в кабинете резко изменилась.       Альбедо наконец стало интересно.       — И могу я узнать причину? — её серо-голубые глаза стали внимательно и даже несколько холодно изучать его лицо. Казалось, она больше не была уверена в том, что перед ней сидел союзник, и будто готовясь к внезапной атаке со спины, держала на готове меч. Но у Альбедо не было таких планов.       Покушаться на свободный Мондштадт никогда не входило в список его интересов.       Он усмехнулся.       — Беспокойства излишни, действующий магистр, — ответил он со смешком. — Я не собираюсь причинять ей вреда. Мне просто интересно немного... Изучить её, — обдумывая слова, с осторожностью добавил Альбедо. — Я верну её сразу же, как только закончу своё исследование, — заверил он, чуть смягчая тон. — В отличие от некоторых, я умею держать слово.       Последнее он произнёс полушутливо, и Джин, до этого напряжённая, как натянутая ловкими и умелыми пальцами тетива лука, всё же расслабила плечи. Однако настороженность её не пропала окончательно, он мог увидеть это в её вернувшемся строгом взгляде.       — Хорошо, — всё ещё внимательно следя за ним, сказала она. — Однако Эмбер обязательно, до самого конца исследования, должна будет раз в неделю отчитываться об обстановке.       Альбедо задумался. Ему некому было поручать отправку писем, потому что вряд ли завидев кого-то из монстров рыцари бы позволили им зайти дальше врат и уж тем более дойти до штаба Ордо Фавониус, а в особенности — до самого действующего магистра. С другой стороны, Джин могла с лёгкостью передумать при отрицательном ответе, посчитав Альбедо подозрительным, что означало, что она могла в целом разорвать весь их договор... Который и без того слабо выполнялся.       Что ж, выбора у Альбедо не имелось.       «У меня ещё есть время что-то придумать. Нежелательно терять возможность», — подумал он и кивнул.       — Хорошо.       Джин, казалось, облегчённо выдохнула.

***

      — Какие люди! — послышался мягкий, но лукавый мужской голос рядом.       «Ну вот», — с горечью пронеслось в мыслях Альбедо. «Этого ещё не хватало».       Он нехотя обернулся.       Смуглый и высокий, крепкий мужчина с синими волосами и повязкой на одном глазу (на другом, что не был скрыт, подметил Альбедо, имелся небольшой тёмный, почти сливающийся с радужкой, глубокий зрачок в виде удивительно знакомой на вид звезды) стоял перед ним, сверкая подобием дружелюбной улыбки.       — Знакомы? — незаинтересованно спросил Альбедо, скучающе рассматривая коридор штаба и с тоской поглядывая на дверь к выходу.       — Не совсем, — всё так же будто бы льстиво улыбаясь, ответил мужчина. — Однако я о вас... Наслышан, — он тихо рассмеялся, словно пытаясь расположить к себе, однако Альбедо и бровью не повёл в его сторону. — Приятно познакомиться, капитан исследовательской группы, — мужчина протянул ему руку, но прежде, чем Альбедо успел среагировать, тут же её отдёрнул. — Ох, и где мои манеры? — со странной усмешкой произнёс он. — Извиняюсь, что забыл представиться. Кэйя. Капитан кавалерии Ордо Фавониус. Вот теперь, — он вновь протянул ему ладонь. — Точно приятно познакомиться.       Альбедо окинул его руку равнодушным взглядом и кивнул.       — Взаимно, — едва слышно пробормотал он и тут же направился к выходу.       Кэйя вновь рассмеялся, но Альбедо не расслышал в его смехе радостных нот. Актёр, вечно носящий маски ради какой-то своей выгоды. Таким людям нельзя доверять.       — Признаться честно, я даже не был уверен в том, что вы существуете. Как приятно, что в итоге...       Дверь захлопнулась, и он так и не узнал, что хотел ему поведать капитан кавалерии. Однако у него и не горел к этому интерес, так что он не задавался подобным вопросом. Вместо этого Альбедо с облегчением оглядел двор, а потом обратил свой взор на облитое алою краскою небо... Он вновь вспомнил про странную гостью, ожидавшую его в лаборатории, и улыбнулся. Как же много их ждёт впереди.       Впервые Альбедо жаждал вернуться в свою обитель с таким нетерпением. В удивительно приподнятом настроении, он наконец, спустя долгие, подобно бесконечности, часы общения с людьми, смог с облегчением и чем-то, напоминающим слабое ликование, произнести:       — Пора возвращаться домой.       И он пока не ощущал ничего слаще.