Парадокс вселенского масштаба

      Где-то на краю Вселенной, где не было ни времени, ни материи, в одной огромной чёрной дыре своего бесконечного существования умирал один ангел. В метафорическом смысле, ведь времени по-прежнему не было. Можно сказать, что его просто ещё не изобрели и изобретут не скоро. По крайней мере придётся ждать долгую-долгую вечность, пока не взорвётся маленькая точка и не создаст этим самым физику. Удивительно, что первые физические явления с точки зрения самой физики были невозможны. С точки зрения физики возникновение ткани вселенского мироздания вообще априори было невозможно. Ввиду отсутствия Вселенной невозможно было Время. Но без Времени Вселенной тоже не существует. Вот тебе и парадокс наивысшего масштаба. Если и дальше рассуждать подобным образом, можно прийти к выводу, что зарождение жизни в этом пустом ничего – парадокс. Ангел, умирающий со скуки где-то на краю Вселенной – парадокс.       Скука как явление тоже парадокс. Ангел в этом не сомневался. Разве могут существовать эмоции там, где вызвать их тупо нечем?       Вероятно, могут. Эмоции вообще штука крайне запутанная и непонятная даже высшей инфернальной сущности, познавшей суть мироздания. Это объяснить крайне сложно, ведь человечество ещё не придумало слов, обозначающих теперешнее состояние ангела. Человечество ещё и огонь не придумало. Вроде. Если ангел правильно помнил, где-то на другом конце Вселенной уже зародилась жизнь. Или ещё только зарождалась. Во всяком случае, здесь, где ангел влачил своё жалкое божественное существование, не было понятия «уже» или «ещё». Было только сейчас. А потому и беспокоиться не о чем.       А чувство тоски всё съедало изнутри его метафорическое сердце. Тоски, печали и какой-то совсем уж одинокой пустоты. Пустоты не вселенской – душевной. Человечество до сих пор не придумало понятие, которые охарактеризовало бы данное чувство одним словом. Или хотя бы дало верное описание, ведь описание пустоты душевной – тоже не совсем конкретная формулировка. Если бы ангела самого спросили, что он чувствует, он бы без промедления ответил:       «Одиночество. И грусть. Наверное, мне плохо. Кажется, смертные так это называют. Смертные...»       Оу. Кажется, только что они придумали новое слово.       «Любовь. Да. Вот оно.»       Любовь не как чувство, а как её отсутвие. В пустоте не существовало пространства, но существовал ангел. Противоречие. Так почему бы и любви вдруг не появиться?       И она появилась. Вдруг. Очень неожиданно. Как событие.       И логично сделать вывод, что без времени нет события. Оно просто не могло произойти в силу отсутствия основы всего мироздания. Если объяснять на пальцах; представим себе огромное пространство с материей, временем, физикой и, следовательно, гравитацией. Поместим туда яблоко. Задачка повышенной трудности: исчезнет ли яблоко, если изчезнет пространство?       Это задачка с подвохом. Ничего не исчезнет ввиду отсутствия фактора, влияющего на переменные. Что может заставить Вселенную вдруг исказиться? Ничего не может просто так взять и исчезнуть. Точно так же, как не может и появиться.       Но эта переменная сама себе фактор. Появляется из ниоткуда. И уходит так же внезапно, в никуда.       Парень. Самый обычный, даже не божественная сущность. Он и раньше появлялся. Только это было... Давно. Да, наверное. Времени здесь нет.       «Но теперь, выходит, есть,» – подумал ангел, пристально рассматривая Переменную.       Он появлялся когда-то, и с того момента прошло некоторое количество времени. Пора бы придумать новую единицу измерения. Лололошка, да. Теперь задачка становится понятнее. Итак, вопрос: сколько Лололошек прошло с момента появления Лололошки в пустоте в первый раз?       Кажется, где-то десять. Так и появилось Время. А вместе с Временем и Вселенная. Подумать только, этой Вселенной только что исполнилось десять Лололошек!       – Привет, Джодах. – сказала вдруг Переменная.       Он сказал это потому, что с моральной точки зрения нельзя игнорировать старого друга. А ещё потому, что с физической – ангел был Фактором, влияющим на Переменную. Если учесть, что Лололошка теперь – единица измерения Времени, то ангел – его Вселенная.       – Здравствуй, – ответил ангел.       И приблизился. Теперь существовала и физика. Сближение двух тел, движущихся навстречу друг другу со скоростью притяжения влюблённых сердец, равно сумме их взаимной симпатии.       Лололошка не был против. Ангел прижался к нему так крепко, как только позволяли силы, не достающие до того, чтобы переломать ему рёбра. Рука Джодаха опустилась на макушку мироходца, голова того оказалась на груди ангела. И он чувствовал биение сердца у себя под ухом, пока волосы его гладила тёплая рука.       На ощупь как нечто настолько мягкое, чего человечество ещё не достигло. Не достигло оно лишь совершенства. И Лололошка определённо этим совершенством являлся.       Как фактор влияет на переменную, так Джодах заставляет Лололошку пылать от каждого своего касания. Уже не метафорически. На щеках мироходца алел румянец, губы были растянуты в счастливой улыбке, а руки обхватывали шею ангела, обнимая как в последний раз.       И всё же, в сердце теплилась надежда, что не в последний.       И среди многих миров, в коих успел побывать, он не запоминал ничего. А пустоту помнил всегда. Ведь здесь, на краю Вселенной, где только-только изобрели физику, две души нашли своё успокоение в объятьях друг друга. Такое просто нельзя забыть.       Так создавалась Вселенная. Ничего не может вдруг появиться из неоткуда. И маленькая точка не взорвалась бы без влияния определённых факторов. Она и не взрывалась. Очень вероятно, что Вселенная сначала появилась, а потом уже была создана. Без Времени нет Вселенной, без Вселенной нет Времени.       И раз уж Время оказалось в пространстве, значит того требовала Вселенная. И наоборот.       Сложно. Сейчас ангелу не хотелось забивать этим голову. Если материя теперь существует, то и от скуки умирать больше не придётся. От нехватки любви – тоже. Пока что. Пока Переменная вновь не исчезнет под воздействием факторов внутренних. Он всё же сам себе фактор. Искра заставит его покинуть новорождённую Вселенную, как и множество раз до этого. Отличие лишь в том, что можно с полной уверенностью сказать, что он вернётся. Обязательно. Вселенная всегда стремится к порядку. А порядка в ткани мироздания без одной из важнейших её составляющих быть не может. И Вселенная теперь до конца отведённого ей Времени, в окружении физики и материи, придумывая математику и химию, с пылающим сердцем будет ждать свою Переменную.