Магия музыки

— В следующую субботу я вынужден отменить урок. Но готов предложить вам снова встретиться в студии. На протяжении нескольких занятий Снейп не поднимал тему вокала и тем более не заговаривал о музыке «Алхимиков», оставив Гермиону терзаться множеством вопросов. Уроки шли своим чередом, она разучила ещё пару новых песен, получила ещё несколько десятков едких комментариев и несчётное количество раз имела счастье лицезреть, как Снейп закатывает глаза. Чем больше времени проходило с концерта и посещения студии, тем меньше Гермиона верила своим воспоминаниям об образе привлекательного и доброжелательного учителя, прочно поселившемся в её размышлениях и снах. Впрочем, она всё время держала плеер с диском The Alchemists и листы с текстами при себе. Конечно, новые бумаги — переписанные от руки для лучшего запоминания. Переданные им распечатки лежали дома, спрятанные и оберегаемые как зеница ока. Гермиона очень хотела спеть со Снейпом примерно всё. Больше всего, конечно, привлекал «Magical World», но она не осмеливалась возлагать слишком много надежд: да, Северус ещё не нашёл подходящую солистку, и да, существовала крошечная вероятность, что ею могла стать Гермиона, но ведь скорее всего нет. Получить отказ всегда больно, но если ты и не ожидал согласия, отказ куда проще пережить. Только задавать вопросы Гермиона тоже пока не решалась. И тут, как гром среди ясного неба, ещё одно приглашение. — С удовольствием, — слишком быстро согласилась она. И теперь Гермиона стояла посреди парковки и смотрела, как мигает вывеска «Attention Hog Studio». Был канун Дня всех святых, погода полностью соответствовала празднику, и холодное мерцание добавляло мрачности десяток баллов. Девушка глубоко вдохнула и потянула на себя ручку двери. Слава всем богам, обратно не придется тащиться своим ходом: Гарри, снова одолживший машину у Уизли, обещал приехать через два часа и забрать её, «без всяких возражений, Гермиона, мне не сложно, а позволять Снейпу постоянно подвозить тебя как минимум неприлично». Если в прошлый раз Гермиону до нужной комнаты провёл сам Снейп, то сегодня пришлось руководствоваться короткой инструкцией от охранника на входе. Она с опаской постучалась в глухую неприветливую дверь и, не услышав никакой реакции, приоткрыла её и заглянула внутрь. Снейп был там. А еще там был Слизнорт. Это сбило Гермиону с толку. Она представляла себе визит на студию таким же, как и месяц назад: очередная робкая попытка спеть с настоящим микрофоном, свидетелем которой будет только Снейп, причём в своей добродушной форме. Впрочем, в прошлый раз всё было как раз наоборот: она ожидала присутствия группы, а оказалась наедине с Северусом и точно так же переживала. Сейчас же получилось что-то среднее. — Добрый вечер, Гермиона, — приветливо улыбнулся ей Слизнорт, первым заметивший гостью. — Добрый вечер, — эхом повторил Снейп. Гермионе показалось, что он выглядел вполне удовлетворённым её растерянностью. — Можете оставить вещи там, — он коротко указал в сторону дивана. Сняв пальто, Гермиона осторожно сложила его и пристроила на краешке дивана — большую его часть занимали вещи музыкантов. — В общем, Северус, я предпочёл бы обсудить ещё раз с Блейзом: в конце концов, дополнительный участник на весь тур… А, ладно, тебя ждут. Можем потом пойти посидеть в пабе, я знаю неподалёку одно прекрасное местечко. — Я за рулем, — не терпящим возражений тоном заявил Снейп. — Подождите меня здесь, мисс Грейнджер, я скоро вернусь, — с этими словами он скрылся за дверью. — Мог бы просто составить компанию, — кинул ему вслед Гораций. — Невозможный человек, — комично заламывая руки, воскликнул он, повернувшись к Гермионе. — Представляете, после того, как Лили, его подруга, разбилась в аварии, ни капли спиртного в рот не взял… — Лили Поттер? — Гермиона даже не поверила в удачно подвернувшуюся тему для разговора. — О, вы в курсе этой истории? — М-м… Её сын — один из моих лучших друзей. Глаза Слизнорта блеснули живым интересом. — Как любопытно! Вы поэтому учитесь у Северуса? — Нет, это получилось случайно. — Да? Ну ладно, ладно… Было бы интересно увидеть сына Поттеров когда-нибудь. И кстати, наверное, лучше не говорить Северусу, что я вспоминал эту историю, — Гораций подмигнул Гермионе. Она несмело улыбнулась. — Гарри заберёт меня сегодня после… — Как бы это назвать? Прослушивание? Занятие? — Гарри заберёт меня сегодня вечером, — исправилась она. — Полагаю, для него тоже большой честью будет познакомиться с вами! — Любопытно, любопытно. Тогда я, пожалуй, заодно послушал бы вас, если не против. Гермиона почувствовала, как краснеет. Она не то чтобы была против, просто сомневалась, что это хорошая идея. То, что Снейп её не ругал в прошлый раз, не гарантирует, что её вообще стоит кому-нибудь слышать… Не услышав возражений, Слизнорт продолжил: — Ну что ж, отлично, у вас сегодня есть слушатель! — Уже обрастаете аудиторией? — раздался насмешливый голос от двери. Гермиона обернулась и увидела ухмыляющегося Снейпа. — Любому исполнителю нужна аудитория, — благодушно ответил за Гермиону Слизнорт. — А я хочу посмотреть на сына Поттеров, раз уж он заедет за юной мисс. Ухмылка сползла с лица Снейпа, взгляд и без того тёмных глаз как будто почернел. Гермиона внутренне похолодела, но всё же упрямо уставилась на него в ответ: Гарри — её друг, и Снейпа не касается, кто будет провожать её домой. Противостояние взглядов длилось пару секунд. — Вам удалось выучить что-нибудь из текстов? — как ни в чём не бывало спросил Снейп. — Да… Почти всё. Это несложно, когда музыка крутится в наушниках почти круглосуточно. Гермиона каждый раз ехала на урок и с урока с «The Alchemists» в плеере, надеясь, что Снейп согласится в конце занятия спеть с ней ещё что-нибудь из своего репертуара. Снейп хмыкнул, беря со стойки гитару. — Начнём с уже знакомого. К микрофону. Гермиона обернулась на Слизнорта. Тот успел удобно устроиться на диване, сложить руки на объёмном животе и устремить на неё доброжелательный взгляд. Он подбадривающе улыбнулся. — Побыстрее, — раздалось из-за спины. Гермиона чуть не подскочила и поспешно встала около стойки с микрофоном. Слегка кашлянула, чтобы понять уровень громкости. Снейп взглянул на неё с ухмылкой и начал играть. У Гермионы было всего лишь короткое интро, чтобы собраться, но она справилась. Закрыв глаза, чтобы не отвлекаться, она запела любимую «The Polaris». Голос подрагивал. Ближе к концу припева Гермиона приоткрыла один глаз, уставившись прицельно в сторону Снейпа. Тот выглядел спокойным и вдохновлённым, прямо как на концерте, пальцы плавно скользили по грифу, то замирая, то перемещаясь с лада на лад. И он смотрел прямо на неё. Гермиона поскорее зажмурилась. Но песню она допела. — У вас неплохой потенциал, — раздалось со стороны дивана. Гермиона открыла глаза и несмело уставилась на Горация. Тот кивал со знанием дела. — Не мне вас учить, конечно, но я бы на вашем месте подумал о занятиях вокалом. Понятия не имею, что у вас с гитарой, но уж тут точно есть куда стремиться. — Давайте что-нибудь другое. Позитивный отклик Горация внушил Гермионе оптимизм, Северус не попытался разъесть его едкими комментариями — он вообще ничего не сказал о её выступлении, зато готов продолжать… Что ж, почему бы и нет. — Сможете спеть «Remember»? — Постараюсь. Снейп заиграл. Гермиона осмелела и даже попробовала не просто стоять около микрофона, опасаясь лишний раз коснуться его, но обхватила стойку рукой. В голове нарисовался образ: она на сцене (конечно, небольшого клуба, наподобие The Turpin Club), вокруг полумрак, на неё падает луч света, в котором слегка серебрится пыль (кажется, в старых фильмах это всегда показывают как-то так?). Не хватает только блестящего платья в пол, мысленно хмыкнула она, вспоминая образы киношных джазовых певиц. — Вы опоздали. Заново. Гермиона чертыхнулась про себя. Не время мечтать. На этот раз она не пропустила начало куплета. «Remember» была сложнее: более плотный текст, более быстрый ритм, ей не хватало дыхания. В нескольких строчках Гермиона пропустила первые слова, не успевая сделать вдох, во втором куплете — почти всё забыла. Ближе к концу песни она так расстроилась, что на глаза навернулись слёзы. Снейп не останавливался несмотря на ошибки, как будто заставляя её продолжать, но Гермионе совсем не нравилось, что получалось. Голос становился тише, и на последнем припеве даже в микрофон её уже было почти не слышно. — У вас с собой тексты? Она кивнула и, поспешно отвернувшись и пытаясь незаметно смахнуть слёзы, начала копаться в сумке в поисках листов с текстами. И перед тем как окончательно взяла себя в руки, понадеялась, что шмыгнула носом не слишком громко. Но никто ничего не сказал. Гермиона вернулась к микрофону. — Давайте ещё раз. С текстом перед глазами было проще. На этот раз, как показалось Гермионе, она справилась лучше, хотя песня, очевидно, была совсем не из лёгких, и её попытки были очень далеки от идеальной версии, которую исполняли Северус и Сивилла на концерте. — А теперь попробуем «Magical World». Гермиона мечтала об этом и одновременно боялась. И сейчас она не знала, в какую сторону склоняется больше. — Мисс Грейнджер, просто пойте. Вы не в музыкальном классе, тут не нужно соответствовать каким-то правилам. Покажите мне себя, а не ваши представления о профессиональном вокале. Гермиона почувствовала, как горят щёки. У неё не было никаких представлений о профессиональном вокале. Но тем более у неё не было никаких представлений о себе, поющей что-то, что все вокруг представляют как magnum opus «Алхимиков». — Я не думаю, что у меня получится… — А вы поменьше думайте. Гермиона почувствовала нарастающую панику и схватилась за стойку микрофона, как утопающий за соломинку. Слава всем богам, вступление у песни было достаточно длинное, иначе она собиралась бы с силами вместо всего первого куплета. На припеве к ней неожиданно присоединился голос Снейпа. Гермиона, до того гипнотизировавшая взглядом стену, покосилась на учителя. Тот стоял у микрофона с закрытыми глазами, как будто был мыслями где-то очень далеко, и пел вполголоса. Но эта поддержка сработала как нельзя лучше: Гермиона распрямила спину, расправила плечи и даже сама почувствовала, как от изменённой позы петь стало легче. Голос окреп, пальцы, судорожно сжимавшие микрофон, расслабились. Она тоже прикрыла глаза, благо уж в этой песне подглядывать в текст было не нужно. Когда они допели, Гермиона пытливо уставилась на Северуса. Задавать вопросы было страшно. Он лишь коротко кивнул. — Хочу попробовать ещё кое-что. Не пугайтесь. Гермиона посмотрела на него с подозрением. Снейп щёлкнул выключателем. Темнота мгновенно сдавила Гермиону в тисках. — Представьте, что вы наедине с самой собой, — раздался спокойный голос Снейпа. Неожиданно, но в отрыве от вечно недовольного выражения лица он звучал гораздо приятнее. Как будто обволакивал её теплом и приносил умиротворение. Интересно, могут ли объятия этого холодного человека быть такими же уютными?.. — Здесь никого нет, только музыка и вы. Просто пойте, как чувствуете. Он снова заиграл. Гермиона сделала глубокий вдох и медленный выдох. И запела, стараясь не думать о том, что получится, просто вспоминая, как её завораживала эта песня при каждом прослушивании. Последняя нота как будто ещё долго отдавалась эхом, а возможно, это гудело в ушах у Гермионы. Ей почудился блеск в глазах Снейпа, но в комнате было слишком темно, чтобы она была уверена, что вообще смотрит в правильном направлении. Воцарилось молчание, но оно нисколько не испугало Гермиону. Она хотела бы верить, что Снейп сейчас довольно прикрыл глаза и изобразил умиротворённую полуулыбку. Она даже осмелилась представить себе, что он кивнул и произнес: «Неплохо». — Неплохо, — в унисон с её мыслями тихо прошелестел голос Снейпа где-то рядом. Гермиона почувствовала движение воздуха, когда он прошёл мимо. От всего этого она поёжилась — но как-то приятно, будто в предвкушении. Момент показался ей поистине волшебным. Волшебство закончилось вместе с ярко вспыхнувшим светом. Гермиона зажмурилась и услышала мерные аплодисменты. Девушка вздрогнула: она совершенно забыла, что здесь еще и Слизнорт. Лицо Снейпа, когда он коротко взглянул на неё, как будто тоже выражало досаду по поводу третьего лишнего. Интересно, ему тоже захотелось оказаться с ней наедине?

***

На выходе из студии Гермиону снова встречало моргание фар. Она махнула Гарри рукой, приглашая выйти из машины. Друг появился рядом через несколько мгновений, на лице его было тревожное выражение. — Привет, — быстро выдохнула Гермиона. — Всё в порядке, но я опять собираюсь тебя кое с кем познакомить. Надеюсь, в этот раз получится лучше, — протараторила она. Гарри взглянул на неё с подозрением. — У тебя там что, неограниченный доступ к музыкальной индустрии? В это время из дверей студии вышли «Алхимики» в усечённом составе. Гарри сразу ощерился, увидев Снейпа, только что рычать не начал, и на том спасибо. Гермиона коснулась его предплечья, слегка потянув назад. Снейп с недовольным видом кивнул, то ли прощаясь с Гермионой, то ли здороваясь с Гарри, и направился к своему автомобилю, бросив Слизнорту, что подождёт его в машине. — Добрый вечер, — поздоровался Гарри с Горацием, и тот широко улыбнулся. — О, стало быть, вы и есть мистер Поттер! — приветливо воскликнул Слизнорт. — Вы очень похожи на отца, хоть я его практически не знал, да… А, что это я! Гораций Слизнорт, — представился он, протягивая руку. Гарри пожал её. — Гарри Поттер. Рад знакомству. Слизнорт всмотрелся в его лицо. — Узнаю глаза вашей матушки, вот её я видел побольше раз… Чудесная была девочка, жаль, с карьерой музыкальной у неё не сложилось, сколько Северус ни уговаривал. А Лили всё знай за вашим папашей бегала, от всех предложений отказывалась. Жаль, жаль, — продолжал болтать Гораций. — Вы, получается, в аварии выжили? Шрам у вас оттуда? — заинтересованно спросил он, продолжая вглядываться в лицо Гарри. Тот потёр неровный шрам посередине лба. Гермиона знала, что Гарри не особенно любил внимание к шраму и тем более предположения о том, как он его получил: большинство из тех, кто знал о судьбе его родителей, пытались найти связь между этими событиями. — Э-э-э… Нет, это я в детстве о стеклянную дверцу шкафа ударился, в машине меня тогда не было. — О, ну хорошо. А вы, молодой человек, тоже выбрали семью, как Лили, — он указал глазами на Гермиону, — или решили в музыку? Или ни то, ни другое? — Нет-нет, мы с Гермионой не пара, просто друзья. И да, у меня своя группа. «Золотое Трио». — Прекрасно! Выступаете где-нибудь? — В начале декабря будем на Rocking Shack. Гермиона резко вскинула голову. Этой новости она не знала. «Трио» добралось до настоящей сцены? Наконец-то прорыв? Гарри обернулся к ней: — Прости, даже тебе рассказать ещё не успел, — чуть виновато улыбнулся он. — Отлично, отлично! — закивал Слизнорт. — Мы с коллегами иногда заходим на такие мероприятия. Возможно, и вас увидим, если повезёт. Что ж, рад знакомству, мистер Поттер, всех благ — а я должен поспешить к Северусу, — он снова потряс руку Гарри на прощание, махнул Гермионе и отправился за Снейпом.

***

Когда через несколько дней Гермиона привычно позвонила в дверь, открывший ей Снейп на несколько секунд поразил её своим внешним видом. В кои-то веки он не был одет в наглухо застёгнутую рубашку — на нём была футболка, конечно, традиционно чёрная. Забавно, что он сменил одежду на более лёгкую ближе к зиме, подумалось Гермионе. Открытые руки в татуировках так и манили выяснить, что решил увековечить на себе этот загадочный тип, но она удержалась от пристального изучения. Впрочем, следуя за учителем в гостиную, Гермиона всё же разглядывала те части изображения, которые были видны. Урок шёл ровно так, как и всегда: проверка заданной на дом партии, недовольный взгляд, поджатые губы, новая попытка — притом, что она и в первый раз сыграла вполне сносно! — и снова поджатые губы и презрительный хмык. И ни одного упоминания о встрече на студии. Гермиона нахмурилась и покрепче сцепила зубы. Она справится. Не было ещё такого предмета в её истории обучения, который ей бы не поддался. К тому же она знала, что неплохо справляется, просто стандарты у Снейпа высоковаты. — Вы снова начали выкручивать левую руку. Поставьте пальцы ровнее. Гермионе немного не хватало растяжки. Снейп напоминал ей об этом примерно каждый раз. — Я пытаюсь. — Недостаточно. — Просто не могу дотянуться… — Потому что держите неправильно, я уже несколько раз говорил. — По-другому у меня не получается. Снейп отложил гитару и поднялся с места. — Это так у вас не получается. Он подошёл к ней со спины, перегнулся через спинку дивана и мягко коснулся её левой руки, подкручивая предплечье. Гермиона, совершенно не ожидавшая физического контакта — Снейп ни разу не поправлял её руки за всё время занятий, лишь показывал все движения и положения пальцев на себе, — дёрнулась. Над ухом тихо фыркнули. Пальцы исчезли с её предплечья, оставив жар на месте прикосновения и разогнав сердце до бешеного стука. — Теперь отпустите гриф и самостоятельно верните руку на место. Снейп так и не вышел из-за её спины. Его близость отвлекала. Гермиона повернула руку так, как он показал. — Но когда я переставляю её сюда, — она взяла следующий аккорд, — я не могу сохранить такое положение, приходится выгибать руку. — Просто немного правее. — Снейп опустил ладонь на её пальцы и слегка передвинул их по грифу. Так действительно становилось легче, но Гермиона отметила это только краем сознания. Она слишком сфокусировалась на татуировках на руке Снейпа. Она рассмотрела символ «Пожирателей» — ей где-то встречалось упоминание, что все участники группы сделали одинаковые татуировки со змеёй и черепом, — но сейчас казалось, будто Северус пытался его спрятать. На черепе была дорисована шляпа — совсем как в сценическом образе музыканта, — а вокруг всей композиции поползла ветка какого-то растения, похожего то ли на плющ, то ли на ещё что-то такое же вьющееся и цепкое. Этот росток оборачивал руку, плавно переводя изображение к неясной надписи, похожей на руны, ближе к запястью. Разглядеть их получше не удалось — Снейп слегка сжал пальцы Гермионы, возвращая её к реальности. — Простите, я задумалась, — не дожидаясь его комментариев, пробормотала девушка и перевела взгляд на гитарный гриф. Она могла поклясться, что Снейп закатил глаза. Но хоть смолчал. А когда снова появился в её поле зрения, на лице его была едва заметная ухмылка. — Теперь ещё раз. Занятие продолжалось, требования не смягчались. «Ещё», «ещё раз», «неправильно, давайте снова». — Мисс Грейнджер, — протянул Снейп, когда они наконец закончили отрабатывать перестановку рук и Гермиона устало откинулась на спинку дивана, разминая запястье, — вы же помните свою цель? — Разумеется. Белобрысое недоразумение, хоть приходилось признать его способности и полезные знакомства, не должно было занимать место в группе Гарри и Рона. Ну или даже пусть занимает — определенно, способности приходилось признать не просто наличествующими, но и весьма выдающимися, — но Гермиона докажет, что она тоже может добиться успеха. — И вы действительно планируете посвятить жизнь игре в какой-либо группе? — Ну не так, чтобы прямо посвятить жизнь, но да, я хочу играть. И без того тяжёлый взгляд Снейпа вдруг стал ещё ощутимее — как будто Гермиона по примеру индийских женщин водрузила на голову корзину, только наполнена она была не овощами и фруктами, а бренностью бытия. Ноздри Северуса раздулись, но эмоции он сдержал, лишь в голос прорвались шипящие нотки. — А чему вы хотите посвятить жизнь? — Я учусь, — недоуменно ответила Гермиона. Перемена в настроении учителя здорово удивила её: хоть она привыкла, что Снейп частенько раздражался или становился недоволен сильнее обычного, сейчас она не видела никаких причин для такого поведения. Последний раз она сыграла даже вполне сносно, удостоившись кивка, а не ворчания. — Изучаю право. Снейп сузил глаза и оставил её ответ без комментариев. Девушка бросила взгляд на часы. Оставалось около пятнадцати минут от занятия. Она набралась смелости и предложила: — А можно… Можно будет спеть с вами какую-нибудь песню «Алхимиков»? Если, конечно, вы не считаете, что нужно отработать ещё что-то. Снейп поднял бровь. — Разумеется, вам нужно отработать «ещё что-то», — язвительно повторил он. — Или вы вообразили, что уже гениально играете? — Нет. Но я бы снова хотела спеть с вами, — Гермиона попробовала применить магическое знание о том, чего хочет. Ответом опять была поднятая бровь — для разнообразия теперь левая. — Как-нибудь потом. А сейчас возьмите гитару. Возможность «как-нибудь потом» спеть песни The Alchemist была тем единственным, что позволило Гермионе дышать, — в комнате стало по-настоящему душно от язвительности и ехидства, которыми Снейп приправил все свои последующие замечания. Так что она с облегчением вдохнула прохладный воздух, когда вышла на крыльцо. — Мисс Грейнджер, — окликнул Снейп. — Помните, что я говорил насчёт бесцельной траты моего времени? Не думаю, что вам нужно следующее занятие. Дверь за её спиной закрылась очень мягко, без звука, но Гермиона почувствовала себя оглушённой.