Мой самый милый Гринч

      Чонгук стоял у пещеры, глядя на город, погруженный в бурю веселья. В окнах домов мерцали огоньки, подобно ярким звёздам, разливаясь тёплым светом на морозные улицы. Люди суетились, вешая гирлянды, устанавливая ёлки, даря улыбки и хорошее настроение. Они лепетали друг с другом, отбиваясь в сознании Чонгука, - или Гринча, - неустанной песней счастья. Он не мог выдержать напыщенного зрелища. Жители Ктовилля виделись ему фальшивыми и пустыми.       Это был не тот Новый год, который он когда-то любил. Это был день, когда все праздновали, а он чувствовал только одиночество.       Он поморщился и сплюнул в сторону. Новогодний дух застрял поперёк горла.       «Все они такие счастливые, такие радостные. Смеются, бегают, загибаются под тяжестью пакетов с подарками», - думал Чонгук, пока зловещая улыбка вырисовывалась на его лице. - «Но что они знают о настоящем празднике? Что они знают о настоящем смысле этого дня?»       Яркий праздничный блеск, за которым люди прятали свои страхи, одиночество и разочарования.       «Поменять цифру в календаре – вот великое дело!» - никак не унимался он. – «Как будто одна ночь способна стереть их ошибки или подарить чудо! Жалкие, наивные. Никто не станет лучше, никто ничего не изменит. Они просто ищут повод, чтобы забыться».       Пока Чонгук стоял на краю утёса, глядя свысока на город, ветер развевал его пробивающуюся зелёную шерстку, убаюкивая в воздухе снежинки, чтобы они белоснежным облаком равномерно покрыли землю. Вдали, по скользким снежным дорожкам, поднимался Тэхён. Он шёл с трудом, перешагивая сугробы, но периодически проваливаясь в них. Его выражение лица выказывало досаду.       В последнюю очередь Чонгук хотел видеть Тэхёна, ведь злость и отчуждение неумолимо брали над ним верх. Его переполнял негатив и противоречия, из-за чего он предпочёл бы остаться в полном одиночестве.       - Эй! - выкрикнул он, недовольно поморщившись. - Куда это ты карабкаешься?! Оставь меня, не трогай! Убирайся! Не хочу тебя видеть!       В ответ Тэхён остановился, но не сделал ни шага назад. Он взглянул на Чонгука с таким выражением, которое тот не мог понять. Что-то далекое от обиды или возмущения, больше похожее на недоумение от услышанного. В общем-то, Тэхён не собирался отступать и тем более слушать то, что Чонгук никогда бы ему не сказал. Однако, он всё же стоял на месте, тяжело дыша, лишь бы не спугнуть его. Он с удивительным спокойствием покачал головой.       Не получив ответа на свои слова, Чонгук фыркнул и отвернулся, в то время как Тэхён безразлично двинулся вверх, несмотря на резкие высказывания. Он с усилием преодолел последний участок пути и достиг вершины. Удивительно, но Чонгук не пытался убежать или оттолкнуть его, хотя был готов сорваться, продолжить кричать и сопротивляться. Болезненное покалывание в области сердца вынудило его остановиться. Он понимал, почему Тэхён пошел за ним, почему не оставил его в покое, - что было логично, ведь он искренне его любил, - но та часть его, которую уже успел захватить Гринч, истошно пробивалась в сознание, затуманивая то прекрасное, что между ними было.       Сам же Тэхён не стремился объяснять свои поступки, не желал быть правым и совсем не собирался просить прощения за свою любовь и желание помочь Чонгуку. Он просто стоял полный решительности вернуть его прежнего.       - Не надо так, - прошептал Тэхён и, отдышавшись, подошёл к нему. – Новый год не делает нас хуже, правда? Ты ведь сам говорил… как его там? Надо просто… влюбиться в этот день, да?       - О да, конечно! – сам того не ожидая, Чонгук сорвался на крик. - В Новый год все получат подарки, будут радоваться, шуметь! Людишки соберутся за столом, станут праздновать, впихивать в себя угощения! И пудинг, да, пудинг! А потом самое худшее! Ктовилль соберётся вместе, и когда колокольчики зазвенят, все возьмутся за руки и начнут петь песни! Всё громче и громче, а ты... ты хочешь посмотреть на них? Хочешь, чтобы я слушал их шум вместе с тобой?!       - Чего блин? – Тэхён посмотрел на него и-подо лба и поморщился. – О чём ты вообще говоришь?       - Ты что, слепой?! – завопил он и вытянул перед собой руки.       Тэхён невольно отступил в сторону. Кожа Чонгука темнела, становилась грубее. Неестественно густой зелёный ворс покрывал кожу, захватывая её целиком и полностью. Его пальцы растопырились, стали больше, длиннее. Вместо ногтей проступили когти, да и сам он больше походил уже на животное.       Опустив руки, Чонгук закричал, но из его горла вырвался низкий, отчаянный рык.       - Протри глаза, идиот! – только фраза сорвалась с языка, как он сразу же закрыл рот ладонями. – Это не я, Тэ! Прости, я не хотел обзываться!       В голове Тэхёна загудели мысли, глаза растерянно заметались по телу Чонгука.       - Ты же понимаешь, что всё нереально, да?.. Мы просто… не знаю, уснули на диване?       - Нереально?! - он снова сорвался на крик, и его лицо исказилось. Сглаженные, человеческие черты расплывались, а глаза пожелтели и скосились. Нос же вытянулся и стал плоским, как у зверя. Как бы он не пытался сдерживаться, но его рот на долю секунды приоткрылся, а после растянулся в язвительной усмешке в сопровождении истерического, нечеловеческого смеха.       - Прекрати! - Тэхён схватил его за плечо, но тот откинул его руку, инстинктивно отстраняясь.       Чонгук не знал, что делать. Сущность Гринча сдавливала его изнутри, ежесекундно распространялась по телу, овладевая им. Он необратимо менялся и никак не мог повлиять на процесс. Разве что он всё ещё мог управлять своим «чужим» телом.       Безнадежно сдерживая вторжение сказочного существа, Чонгук схватил с земли снег и растер им лицо, будто бы умывшись холодной массой он мог проснуться и оказаться в их маленькой квартирке. Снег превращался в ледяную воду и скатывался по шершавой коже, однако сущность Гринча всё же продолжала неумолимо просачиваться в организм.       - Не могу... - он шептал, не в силах сдерживать слёзы, которые уже покатились по щекам. - Не могу остановить...       Подойдя ближе, Тэхён обнял его, прижимая к себе. Он не отстранился, даже когда колючая шерсть неприятно коснулась его лица. Всё, что он мог – стоять и ждать, пока превращение завершится окончательно.       - Ты не один, слышишь? – сказал он. – Ты всё ещё мой Сундуни, и мы оба выберемся отсюда, что бы это ни было. Но тебе надо позволить мне хоть как-то помочь.       Спрятавшись в его объятиях, Чонгук хотел бы избавиться от непонимания, от негативных эмоций, наполнивших его нутро, но он уже был слишком далёк от прежнего себя, чтобы это сработало. Присутствие Тэхёна оставалось единственной ниточкой, удерживающей его человечность.       - Я не хочу быть этим!.. – пробубнил он, разведя руки в стороны и указывая на выросшую шерсть. – Я не знаю, как вернуть себя!       - Мы обязательно что-то придумаем, я обещаю тебе.

      ***

      Свет в Ктовилле горел так ярко, что глаза начинали болеть. Праздник просачивался в щели, забираясь даже в самые тёмные и пыльные уголки. Улицы сияли гирляндами, снежные шапки на домах сверкали из-за них разноцветными огнями, а из каждого окна лилась музыка. И если сначала чудилось, что она весёлая и ненавязчивая, то чем дольше в неё вслушиваться, тем больше она превращалась в заезженную пластинку. Город жил по своим устоявшимся сказочным правилам, следуя вечному циклу постоянных действий, и в этом мире у Тэхёна и Чонгука не было ничего, кроме пещеры, в который они укрывались.       Чонгук сидел у входа, пряча свои руки, которые теперь полностью покрылись зелёной шерстью. Он нервно потирал их, с отвращением глядя на собственные когти. Его ноги тоже изменились - стали короче и массивнее. Он поднял глаза на Тэхёна, который уж очень старался не показывать, что заметил изменения.       - Ты что-то придумал? – потеряв надежду спросил Чонгук.       Тэхён повернулся к нему, отряхивая снег с плеч. Он только что вернулся из очередной неудачной попытки найти выход из этого мира.       - Пока нет, - ответил он, растирая замёрзшие ладони. - Но я думаю, что мы что-то упускаем. Если это сказка, то должна быть какая-то... структура. Мы должны понять её правила.       Чонгук поджал колени и спрятал в ладонях лицо, чтобы не позволить раздражению оскорбить Тэхёна, который за последние несколько часов только и делал, что искал лазейку.       - Глупая сказка, - пробормотал он, растягивая слово. - Я - грёбаный Гринч, Тэ! Я уже полностью превратился в него, и это какой-то кошмар!       Тэхён сел рядом с ним, накрыл ладонью когтистую лапу, и вздохнул:       - Мы найдём выход. Должен быть способ.       Спустя час раздумий, они решили действовать.       Вечер стремительно приближался к ночи, и времени оставалось всё меньше. Первым делом они направились к центральной площади, где празднование набирало обороты. Люди, - или, скорее, жители этого странного мира, - готовились к пышной церемонии. Они развешивали венки, устанавливали огромную ёлку, ставили столы с угощениями. Всё было слишком идеально, слишком вычурно, что усиливало ощущение искусственности и даже наводило ужас.       Чонгук шёл позади, стараясь не привлекать внимания. Он натянул на голову капюшон и спрятал руки в карманы, но его новая походка, неуклюжая и пружинистая, говорила сама за себя. Взгляды прохожих невольно задерживались на нём, и тогда он двигался быстрее, чуть ли не бежал. В какой-то момент его нога зацепилась за торчащую доску, и он упал, вызвав обеспокоенные вздохи окружающих.       - Всё в порядке! - быстро заверил любопытных жителей Тэхён, помогая Чонгуку подняться. – Можешь идти осторожнее? Ты слишком привлекаешь внимание!       - Я не специально, - прошипел тот, выпрямляясь.       Их попытка выбраться из города заключалась в том, чтобы найти выход за пределы Ктовилля. Но всякий раз, когда они подходили к краю, дорога заканчивалась, упираясь в стену снега и льда. Даже небо выглядело фальшивой декорацией. Лес за городом, через который они попытались пробраться, превратился в бесконечный лабиринт, который раз за разом возвращал их на прежнее место.        - Мы застряли, - выдохнул Чонгук, упав на снег. Его зелёная шерсть покрывала даже лицо. Он закрыл глаза и смахнул слезу лапой.       Из приоткрытых губ Тэхёна вырвалось облачко пара.       - Если мы не можем выбраться, значит, нужно закончить историю, - сказал он. - Мы здесь, потому что это сказка. Ты... Гринч. И в сказке он ворует праздник.       - Я не хочу воровать праздник! - выкрикнул Чонгук. - Я не хочу быть злым!       Несмотря на всё, что происходило, Тэхён всё ещё видел перед собой того же Чонгука, которого знал, и он не понимал, почему тот оправдывается. Зелёная шерсть, когти, новые черты лица – всего лишь нелепый костюм, который не мог скрыть того, кем Чонгук был на самом деле.       - Ты не злой, - заверил Тэхён, скрестив руки на груди и глядя на Чонгука так, словно готовился вести переговоры всей своей жизни. - Ты по-прежнему мой Чонгук. Милый, добрый и... иногда немного упрямый, но с этим легко смириться.       - Я не могу. Не могу быть этим... этим зелёным существом! - прошипел он, махнув лапой в воздухе.       Но Тэхён и не думал сдаваться. Он сел рядом, одёрнув свою куртку, и, подняв бровь, спросил:       - Ты думаешь, Гринч в сказке хотел быть Гринчем? Он вообще-то просто был одиноким парнем с плохими ботинками. Может, он не ненавидел праздник, а не понимал его, пока кто-то не открыл ему глаза. И знаешь, кто открыл? Маленькая девочка! Маленькая, Чонгук! Ты же не хуже маленькой девочки, правда?       Чонгук покосился на него:       - Спешу тебя огорчить, в данном случае маленькой девочкой выступаешь ты! И ничего она ему не помогла, а только спросила, зачем он крадёт ёлку! Она думала – он Дед Мороз!       - Да ладно, ты же прекрасно понимаешь, что я пытаюсь объяснить! Даже у Гринча был шанс. А у тебя? У тебя он гораздо больше! Ты не ненавидишь праздник. Ты его обожаешь! Просто посмотри на себя! Ты же такой невероятный, и ты не смог бы по-настоящему украсть чью-то радость, даже если бы и захотел.       Тэхён поднялся и начал ходить взад-вперёд, как адвокат, обращающийся к присяжным:       - Ну, подумай! Ты весь такой: «Ой, они будут петь, у них там пудинг!» - он перекривлял его голос. – А сам думаешь о том, как было бы здорово петь вместе с ними и есть этот чертов пудинг! Как бы ты не хотел, тебе не удастся ничего разрушить, потому что это ты, Чонгук, и ты не умеешь быть злобным! Ты милый, пушистый... ну, сейчас буквально пушистый. Но ты всё ещё ты!       Чонгук рассмеялся, подняв руки в знак капитуляции.       - Ладно, ладно! Ты победил. Но, если я упаду в пропасть, таская их подарки, ты потом меня вытащишь, да?       - Обещаю, - заявил Тэхён, обхватив его за плечи. - Ты просто сосредоточься на своей роли, а я прикрою тебя. Договорились, мой безобидный Гринч?       - Я всё ещё не готов принять это имя…       Так, шаг за шагом, ворчание за ворчанием, Тэхён всё-таки добился своего и вскоре они смогли отыскать подходящий мешок для подарков.

      ***

      Поздно ночью, когда все жители Ктовилля сладко спали, двое незадачливых «злодеев» пробирались на цыпочках тёмными улочками. Тэхён шёл позади, нервно оглядываясь, а Чонгук, низко пригнувшись, нес огромный мешок. Его когтистые лапы с трудом хватались за дверные ручки, а скрипящие окна пробуждали панику.       - Почему они такие громкие?! – возмутился Чонгук, закрывая окно после того, как выудил очередную коробку. – Нарочно сделали таким, да? Специальные анти-воровские окна!       - Если ты не прекратишь бубнить, тебя точно кто-нибудь услышит, - шепнул Тэхён, покосившись на соседний дом, где в окне виднелась свеча. - Быстрее давай, а то они нас схватят, и я не собираюсь объяснять, почему мы с тобой среди ночи крадём плюшевых медведей.       Чонгук спрыгнул с подоконника, держа в руках что-то круглое.       - Это... это фрукт? - удивился он, разглядывая предмет на свету.       - Груша, - сухо ответил Тэхён, потирая лоб. - Ты воруешь груши, Чонгук… У них в доме были конфеты, а ты вытащил груши! Молодец.       - Они вкусные, - пробормотал он, откусив кусочек и тут же сплюнул. – Но не эта груша, какая-то она пресная. Вообще, ты говорил брать всё, что выглядит привлекательно и подошло бы для подарка.       - Господи, я же не имел ввиду фрукты! Хотя бы книги… - он оглянулся. – Ладно, всё, идём дальше!       В каждое следующее окно Чонгук залазил более неуклюже. Он влезал, оставлял на подоконниках царапины и спотыкался о лежащие на полу игрушки. В одном доме он случайно сбил с полки вазу, но успел поймать её лапой в последний момент.       - Эй, ты там как? – вполголоса спросил Тэхён, заглядывая в окно. – Всё в порядке?       - Думаю, да, - прошептал Чонгук, опуская вазу на место. Он посмотрел на лежащую рядом игрушечную собаку. - Прости, дружок. Ты пойдёшь со мной, - погладив её, он спрятал её в мешок и заглянул в другой угол комнаты. Там стояли книжки, так что, наклонившись, он добавил их к остальным вещам. - Простите, я верну всё, честно! Это только на время... Вы даже не заметите пропажу! Хотя, кому я вру?..       Прикрываясь большим шарфом, Тэхён морщился от каждого лишнего звука. В какой-то миг он увидел, как один из жителей выходит из спальни, так что, подскочив к окну, судорожно замахал руками:       - Убирайся оттуда! Живо!       В панике оглянувшись, Чонгук заметил вдалеке фигуру и тут же метнулся к окну, в процессе споткнувшись о табуретку и громко её опрокинув.       - Ну всё, - прошептал он, вылезая наружу и вытаскивая мешок. – Это конец. Нам крышка! Они всё знают!       - Никто ничего не знает, - успокаивал его Тэхён, толкая вперёд. - Просто иди быстрее. И не шурши этим мешком так громко, в конце концов!       Мешок действительно был наполнен до краёв. Книги, игрушки, яблоки, груши, какие-то самодельные свёртки - всё перемешивалось, издавая шуршащие и неприятные звуки. Выходя из города, они оба засмеялись, осознавая абсурдность ситуации: один крадёт у сказочных жителей, а другой его охраняет. Не так они планировали провести последние сутки в году.       Поднимаясь к пещере, Тэхён застрял в снежном сугробе и ухватился за ближайшую ветку, чтобы удержать равновесие:       - Идём, идём, а будто на одном месте! - возмущённо выкрикнул он. – Это не гора! Это бесконечный снежный кошмар!       Чонгук оглянулся.       - Ну простите, автор не думал, что в его сказку кто-то попадет, так что лифт нам никто не предоставит! Хочешь, я понесу тебя на руках?       - Тащи лучше своё мешок, - он устало махнул рукой. – Мы же не хотим ничего потерять?..       Чонгук остановился, опустил мешок и посмотрел на Тэхёна. Тот согнулся пополам, хватаясь за колени и тяжело дыша.       - Ой, давай, иди сюда, - вздохнул Чонгук, видя, что его спутник вот-вот рухнет в снег. Он закинул его на плечо и тот повис, как второй мешок. – Ты весишь не так уж и много. Только не ной!       - Эй! - возмутился Тэхён. – Я не давал согласия висеть на тебе!       - Ты бы жаловался в любом случае, - парировал он, развязно шагая дальше. - И не притворяйся, что тебе не нравится.       Тэхён фыркнул, но обнял его за шею, решив, что спорить бесполезно. К тому же, снег под ногами выглядел гораздо менее привлекательно, чем тёплые руки Чонгука.       Когда они добрались до своего сказочного дома, оба уже были вымотаны. Чонгук поставил Тэхёна на землю, а затем бросил мешок посреди пещеры, который шлёпнулся на камни.       - Ну всё, - выдохнул он, потирая плечи. - Мы официально грабители.       Отряхивая снег с куртки, Тэхён оглядел тёмную и холодную пещеру, с потолка которой свисали сосульки.       - Великолепно, - подытожил он. – Днём она выглядела лучше. Прямо-таки идеальное гнёздышко для двух влюбленных!       Чонгук проигнорировал его комментарий, развязал мешок и принялся перебирать содержимое. Тэхён уселся на ближайший выступ и наблюдал, как Чонгук вытаскивает то яблоки, то игрушки, то книги. А вот он уже нашёл коробку с домашним печеньем и, не раздумывая, съел одно, оглядываясь так, будто его могли застукать.       - Что? – спросил он с набитым ртом, от чего несколько крошек вылетели и разлетелись в сторону. – Я тестирую вкус, это же для детей! А детям только лучшее. Вдруг оно черствое или невкусное, как та груша? Кстати, хочешь?       - Нет, - смеясь, Тэхён покачал головой.       - Слушай, - он запихнул ещё одно печенье и, как следует пережевав, продолжил: - а ведь у Гринча была собака. Где она? С ней было бы проще, она могла бы таскать всё за меня.       -Видимо, я вместо неё.       - Но ведь всё таскаю я! – его тон мог быть бы грозным, если бы не крошки на подбородке, которые разрушали его показательную серьезность. – А ты только командуешь!       - Попрошу, когда это я перенимал на себя инициативу? – невозмутимо парировал Тэхён, устраиваясь поудобнее на одной из каменных глыб. – А если и так, то не вижу ничего плохого. В любом проекте нужен не только исполнитель.       Не слушая его, Чонгук глубже нырнул в мешок. Он вытащил яблоко, крутанул его в лапе и посмотрел на Тэхёна:       - Начальник, вы точно не хотите фрукт?       - Оставь себе, - отмахнулся он и поправил куртку, сползая прямо на холодный пол пещеры.       Чонгук поддержал идею Тэхёна отдохнуть и, не доев яблоко, отложил огрызок, после чего облокотился на мешок и закрыл глаза.       Они проснулись рано, как только лучи солнца залили пещеру. Чонгук первым подошёл к краю и выглянул наружу - вид на Ктовилль был потрясающим. Сначала блестящий, как серебро, снег ослепил, и лишь позже в поле зрения попали жители города, собирающиеся на центральной площади.       - Они... улыбаются, - пробормотал Чонгук, нахмурившись.       Полусонный Тэхён недовольно проворчал, закутался в куртку и тоже подошел к краю пещеры.       - И что? Они же всегда улыбаются, - заявил он, посмотрев вниз.       И действительно, люди собирались на площади, ходили друг к другу, обменивались объятиями и смеялись. Они вели себя так беззаботно, будто бы никто и не заметил пропажи подарков.       - Они собираются праздновать? – удивлённо спросил Чонгук. Он испугался, что их план пошёл под откос.       - Видимо, - а вот Тэхён не был ни капельки удивлён. Он опёрся на плечо Чонгука и улыбнулся: - Что ж, подарки не основной атрибут праздника, разве нет? Люди рады просто быть вместе.       - Такое странное чувство… Я думал, они будут на меня злиться, обижаться, сердиться. А они радуются. И что теперь?       - Давай… - его мысль оборвал непонятный шум.       Вдалеке, по тропе к пещере, двигалась толпа. В руках люди держали фонари и корзины, а их голоса становились громче с каждой минутой.       - Ой-ой, они идут сюда? – испуганно пролепетал Чонгук. – Что будем делать? Они же поймают нас! Да, они абсолютно точно идут к нам! Вот они придут и…       - Успокойся, - Тэхён повернулся к нему и схватил за лапы, удерживая их в своих руках. – Мы не знаем, чего они хотят, отставить панику!       Но Чонгук уже паниковал. Он вырвался из хватки Тэхёна и зашагал туда-сюда по пещере, то теребя свои когти, то заламывая руки, то трепля свою уже и без того достаточно растрёпанную шерсть.       - Вот они поднимутся, увидят меня... – забормотал он, - скажут: «Ой, посмотрите, это он, зелёный вор! Украл наши подарки!» И что мне им ответить? «Простите, я просто временно играю роль Гринча»? Отличное оправдание, Чонгук, браво!       Наблюдая за его метаниями, Тэхён устало вздохнул и прикрыл глаза рукой.       - Можешь перестать носиться туда-сюда? Ты похож на огромную шатающуюся ёлку.       - Легко тебе говорить! - вспыхнул Чонгук, махнув когтистой лапой в сторону входа. - Не тебя собираются линчевать факелами и корзинами!       - Во-первых, у них нет факелов, а если что-то и имеется, то, скорее всего, потому что они предположили, что в пещере темно, а во-вторых, корзины обычно используют для еды, а не для линчевания. Может, они несут угощения?       - Чего? – Чонгук застыл на месте, уставившись на него, как на безумца. – Угощение?! О да, а ещё они принесут свои аплодисменты, ты же так мастерски стоял и смотрел, как я ворую их подарки!       Спокойствию Тэхёна можно было позавидовать. Всё, что выдавало его раздражение – это тонкая линия поджатых губ. Он продолжал стоять на краю пещеры, наблюдая за тем, что происходит внизу.       - Никаких вил у них тоже нет, - заявил он, обернувшись к Чонгуку. – И они по-прежнему улыбаются.       - Потому что они сказочные герои! – возразил тот в ответ, но всё же подошел ближе и стал заглядывать через плечо Тэхёна.       - Кажется, с ними дети. Да, вон, посмотри, маленькая девочка что-то говорит.       - Это конец! – завопил Чонгук и подскочил к стене, прижимаясь к ней вплотную. - Они наверняка нашли все мои царапины на подоконниках и записали моё ДНК с груш!       Скривившись, Тэхён покачал головой и сел на корточки, пытаясь разобрать, о чём же говорят жители. Девочка энергично жестикулировала, что-то рассказывая взрослым, которые разразились удивлёнными возгласами.       - Кажется… она видела тебя, - сказал Тэхён, оборачиваясь. - Вот только что она могла сказать такого, чтобы все эти люди решили подняться в гору?       - Наверняка что-то вроде: «Папа, там огромный зелёный монстр грыз нашу ёлочную игрушку!» - предположил Чонгук, сползая вниз по стене.       Тэхён сдержал смех, но улыбка всё же скользнула по его лицу.       - Успокойся, мы со всем разберёмся. Главное, не смей падать в обморок, когда они поднимутся.       Тем временем толпа добралась до вершины. Люди выглядели не злыми, а скорее любопытными. Первой в пещеру вошла та самая девочка, с заплетенными двумя косичками и куклой в руках.       - Это он! - заявила она, указывая на Чонгука, который, услышав её слова, издал звук, похожий на сдавленный визг. - Это тот, кто вчера забирал подарки!       Толпа остановилась. Люди принялись переглядываться и шептаться. Тэхён встал перед Чонгуком, заслоняя его:       - Постойте! – выкрикнул он, поднимая руки. – Всё совсем не так, как вы могли бы подумать!       - А ещё он всё время извинялся, - продолжала девочка, перекрикивая его. – Да-да, я слышала! И ещё он говорил, что всё вернёт!       - Верну, - Чонгук выглянул из-за плеча Тэхёна и тут же спрятался обратно. – Так… так надо было!       Толпа зашепталась ещё громче, а девочка продолжала с энтузиазмом рассказывать, что ночной воришка вовсе не был злым. Взрослые качали головой, кто-то не заметил, как увлеченно стал грызть ногти, а кто-то бесстыдно разглядывал зелёное шерстяное существо.       - Так, слушайте, - начал Тэхён, на ходу придумывая, как объяснить всё так, чтобы не показаться сумасшедшими. Он поднял руку, призывая к тишине, и сделал шаг вперёд: - да послушайте вы меня, наконец! Мы можем всё объяснить.       - О, интересно, - раздался голос из толпы, и кто-то хмыкнул. – И что мы должны ещё узнать? Что вы успели учудить, кроме как украсть подарки?       - Начнём с того, что мы… не отсюда, - Тэхён оглянулся на Чонгука, который продолжал прятаться, и протянул ему руку. Только после того, как их пальцы сомкнулись в замок, он заговорил снова: - Мы попали сюда случайно и, в общем-то, история длинная. Суть в том, что мы оказались в вашей сказке.       - В нашей что? – переспросила женщина, скрестив руки на груди.       - Дурачок, им не надо знать, что это сказка, - прошептал Чонгук, обратившись к Тэхёну, а после, кашлянув, обратился к жителям: - Вам будет понятнее, если я представлюсь Гринчем, но я не тот Гринч, который всех ненавидел и стремился к разрушению!       - Согласен, - поддержал Тэхён. – Он просто… ну… он милый Гринч. Я бы сказал, самый милый во всём мире!       Толпа замерла. Кто-то из взрослых приподнял бровь, дети замешкались, а девочка радостно добавила:       - Я знала! Он совсем не злой!       Чонгук, красный как помидор, - или насколько это возможно при зелёной шерсти, - вздохнул и, отпустив руку Тэхёна, вышел в самый центр.       - Я ведь… - он принялся стеснительно потирать лапами друг о друга. – Я просто… я хотел сделать то, что нужно было. Гринч украл бы ваши подарки, и мне пришлось! Но, клянусь, я всё собирался вернуть! Честно-честно! Да и что бы я с ними делал?!       Кто-то из детей красноречиво указал на огрызки фруктов и недоеденное печенье.       - А это… - Чонгук виновато улыбнулся и почесал затылок. – Каюсь, не смог сдержаться.       - Так почему ты вообще их взял? - раздался голос из толпы. – С чего вы вообще взяли, что Гринч украл бы подарки?       - Потому что… - начал было Чонгук, но Тэхён его прервал.       - Потому что таков был урок для Гринча. Мы не могли уловить сути, пока утром не увидели вас, ведь ваш праздник, он зависит не от подарков, не от украшений или чего-то ещё. Он заключается в том, что вы вместе, в вашей радости и дружбе, в вашей любви, в вашей сплоченности. Наверное, такова завязка.       Толпа снова зашепталась, и кто-то выкрикнул:       - Предположим, всё так и мы закроем глаза на вашу оплошность, но, раз уж он обещал вернуть подарки, то, может быть, начнём как раз с этого?       Чонгук быстро закивал и, схватив мешок, начал вытаскивать коробки и свёртки.       - Вот! Вот ваша книга! А это игрушка! А это груши… да, я взял груши, простите!       Люди засмеялись. Один за другим они подходили и забирали свои вещи, но никто не злился и не упрекал. Дети радостно крутились вокруг, сжимая в руках свои игрушки.       Когда все подарки разобрали, кто-то из жителей повернулся к гостям:       - Так-то у нас всё ещё праздник. Хотите спуститься в город и отпраздновать с нами?       - Мы? - переспросил Чонгук. - Вы хотите, чтобы мы... с вами?       - Ну конечно. А кто ещё нам поможет всё украсить заново?       Тэхён толкнул Чонгука локтем:       - Слышал? Они не только не злые, но ещё и работу тебе нашли.       Чонгук, к своему удивлению, рассмеялся.       - Ладно, - сказал он, вздохнув. - Я помогу. Но только если Тэхён тоже будет работать!       - Это мы ещё посмотрим, - отозвался тот, улыбаясь.       И так они вместе с жителями спустились обратно в Ктовилль, где праздник начался заново. Чонгук помог развесить гирлянды, дети с интересом разглядывали его зелёную шерсть, а взрослые благодарили его за честность. Тэхён не отставал, помогая накрывать на стол и украшая ёлки.       Подготовка к празднику в Ктовилле оказалась делом шумным, но весёлым. Жители разбрелись по городу, принося в центр всё, что уцелело после ночного «визита» Чонгука. Подарки вернули на места, и город охватил новый дух праздника, совсем не такой, как раньше. Теперь все работали вместе, смеясь и помогая друг другу.       Чонгук стоял у центральной ёлки, неловко держа в лапах длинную гирлянду, которая успела завязаться в такой узел, что её можно было бы считать произведением искусства. Несколько детей столпились вокруг, с любопытством разглядывая его когти.       - Почему у тебя такие большие руки? - спросил один мальчик, который держал в руках коробку с мандаринами.       - Чтобы развязывать узлы на гирлянде, - хмуро ответил Чонгук, стараясь справиться с клубком. – Но что-то пошло не так…       - Так нет же, у тебя получается! – одобряюще добавила девочка, та самая, что первой увидела его ночью. Она подошла ближе и протянула свою маленькую ручку. - Давай, помогу.       Чонгук сдался, передавая гирлянду девочке, которая ловко управилась с клубком.       - Не все проблемы можно решить когтями, - ехидно заметил Тэхён, проходя мимо с подносом, на котором стояли тарелки с какими-то пирогами.       - Очень смешно, - пробормотал Чонгук, скрывая улыбку.       Взрослые развешивали венки на двери домов, а дети раскладывали на площади мандарины и яблоки, которые теперь считались частью праздника. Один из жителей принёс старый граммофон, и вскоре на площади заиграла музыка. Люди пели и смеялись, а кто-то даже пустился в пляс.       - Тэхён, иди сюда! - крикнул Чонгук, отвлекая его от разговоров с жителями. - Мне нужна твоя помощь, чтобы закрепить звезду!       Тэхён подошёл, закатив глаза.       - Серьёзно? Ты же выше ёлки на две головы!       - Это звезда, а не гирлянда! – возмутился он. – Её надо посадить на самый кончик, ровно и красиво!       Тэхён не стал нудить. Он подхватил звезду и передал её Чонгуку. Тот закрепил её на верхушке, а затем спрыгнул вниз, обдав всех вокруг снегом.       - Готово, - сказал он, отряхиваясь. - Теперь ёлка выглядит почти так же хорошо, как у нас дома.       - Только не так блестяще.       Когда всё было готово, на площади вновь установили длинные столы, уставленные едой. Пахло горячим шоколадом, пирогами и свежевыпеченным хлебом. Жители разлили по чашкам что-то тёплое и сладкое, а затем все начали собираться за столами, чтобы вместе отпраздновать.

      ***

      С наступлением темноты площадь Ктовилля засияла огоньками. Теперь плясали почти все, пение не стихало, а о ночном воришке успели позабыть. К Чонгуку и Тэхёну относились как к полноценным гостям и старались на обделять их вниманием. Дети носились вокруг, цепляя гирлянды на кого попало, и, конечно, Чонгук стал их главной жертвой.       - Почему они вешают гирлянды на меня? - недовольно пробормотал он, глядя на свои руки, покрытые блестящими ленточками. - Я что, ёлка?       - Я сегодня так и сказал, ты похож на ёлку. А теперь ещё и светишься в темноте, - невозмутимо ответил Тэхён, потягивая горячий напиток из кружки. - Для них это логично.       Чонгук закатил глаза и сел на скамейку рядом с Тэхёном, стараясь не сбить с себя десяток детей, облепивших его со всех сторон. Один из мальчиков с гордостью вручил ему мандарин, как самый ценный подарок в мире, но улыбка Чонгука осталась больше натянутой, чем искренней. Он не понимал, почему всё ещё находится в сказочном облике, почему, даже после того, как он вернул подарки, помог жителям и, кажется, всё сделал правильно, не может вернуться к самому себе.       - Тэхён, - он повернулся к нему, - а тебе не кажется, что я застрял? Ну, в таком образе. Что если я таким и останусь?       - Было бы забавно, - сказал он, явно пытаясь смягчить ситуацию. - Но ты не застрянешь. Это сказка, Чонгук. В сказках всегда есть счастливый конец. Просто подожди.       Чонгук недоверчиво посмотрел на него, но вдруг тишину разорвали громкие удары часов на башне.       Бум... бум... бум, - эхом разнеслось по площади.       Люди остановились, подняли свои кружки с какао и начали отсчитывать последние секунды. Чонгук, глядя на радостные лица, затрепетал в волнении. Может, всё действительно не так плохо? Может, даже будучи Гринчем, даже если он таким и останется, он сможет стать частью Ктовилля?       - Десять, девять, восемь… - раздался общий счёт.       - Всё произойдёт сейчас? – с опаской спросил Чонгук, глядя на Тэхёна. - Мы сейчас вернёмся?       - Не знаю, - ответил он, отставив кружку и придвигаясь ближе. - Но если это наш последний момент здесь, то... он стоил того.       Четыре, три, два…       Чонгук повернул голову к Тэхёну, который улыбнулся в ответ, и, не дожидаясь последнего удара часов, потянулся к нему, чтобы поцеловать.       - Один! - раздался восторженный крик, и площадь озарила яркая вспышка света.       Сияние охватило их полностью, снежные хлопья закружились в воздухе, а тепло и свет, исходящие изнутри домов, заполнили пространство, не давая времени окружающим понять, что вот-вот всё изменится.       Как только свет рассеялся, Чонгук и Тэхён оказались посреди комнаты своего маленького, но уютного домика. И не осталось никакого следа ни от жителей Ктовилля, ни от зелёной шерсти, ни от прошедшего празднования. На первый взгляд казалось, что всё наконец вернулось на свои места: гирлянды на окне сияют, из кухни доносится запах выпечки, а на телевизоре застыла та самая сцена, когда Гринч принимает решение украсть все подарки.       - Сработало! - радостно закричал Чонгук и уже готов был кинуться в объятия Тэхёна, как вдруг его взгляд упал на ёлку. Точнее, на то место, где она раньше стояла. Теперь там красовался только пустой угол. Никаких украшений, никаких подарков. Гирлянды валялись на полу, словно кто-то намеренно их сорвал. - Что? - пролепетал он, недоверчиво моргая. - Где всё подевалось?!       Тэхён оглядел опустевшую комнату, а затем заметил записку, прилепленную к стене. Он подошёл, сорвал её и прочитал вслух:       - «Спасибо за идею, зелёный! С любовью, настоящий Гринч». - Тэхён опустил руку с запиской и повернулся к Чонгуку, который стоял с опущенными плечами и широко открытыми глазами.       - Настоящий Гринч? - прошептал он, опускаясь на диван. - То есть, пока мы играли в сказку, в нашем мире кто-то… Кто-то украл всё?!       Он выглядел абсолютно раздавленным. Его любимая часть праздника - украшение дома, создание уюта и волшебства - была разрушена.       - Я… я всё это делал… - его голос задрожал. - Я старался. Наряжал ёлку, развешивал гирлянды, выбирал подарки. А теперь... теперь всё исчезло!       Тэхён, не менее огорченный случившимся, смотрел на Чонгука и видел, как тот переживает этот момент, как борется с бессилием. И вдруг в его голове щёлкнуло. Он вспомнил, как Чонгук в сказке пытался справиться с ролью Гринча, как извинялся перед плюшевыми мишками. Он всегда старался быть тем, кто приносит радость, даже если сам в это время чувствовал себя уставшим или одиноким.       - Ничего страшного, - натянув улыбку, сказал Тэхён. – Мы всё исправим.       - Как это - ничего страшного?! Всё исчезло! Всё, что я делал для нас, просто… пропало!       - Но праздник остался, - напомнил он, беря его за руку. – И знаешь что? На этот раз я всё сделаю сам.       - Что? - недоверчиво переспросил Чонгук.       - Ты всегда делал всё, чтобы наши праздники были волшебными, даже когда я не хотел помогать, когда ворчал и прятался от твоего энтузиазма. Я никогда не понимал, как тяжело быть тем, кто всё время поддерживает праздничное настроение и не видел, как много ты делаешь ради нас.       Он встал, прошёлся по комнате и открыл дверцу старого чулана, где хранились коробки с ненужными вещами.       - Но теперь понимаю, - добавил он, вытаскивая коробку с пыльными украшениями. - И я сделаю всё, чтобы вернуть тебе Новый год.       Чонгук смотрел, как Тэхён достаёт из коробки старые гирлянды, потрёпанную звезду и несколько пластиковых игрушек. Всё выглядело убого, скудно и пыльно, но в действиях Тэхёна скрывалась такая искренность, что Чонгук не смог сдержать улыбки.       - Ты взаправду собираешься этим украсить наш дом? - спросил он, всё ещё сомневаясь.       - Конечно, - ответил Тэхён, уже развязывая гирлянды.       - Но… это не будет так красиво, как раньше.       - Красота далеко не в украшениях, а праздник вовсе не в подарках. Как жители Ктовилля справились с неприятностью, а? Сила в любви, в дружбе, в том, чтобы провести этот вечер вместе!       -Тогда… - он улыбнулся и поднялся с дивана. – Тогда я помогу тебе! Уж что-что, а дизайнерские навыки у меня получше.       Они вместе начали развешивать украшения. Гирлянды путались, звезда едва держалась на верхушке маленькой искусственной ёлки, которую Тэхён криво, но всё же расправил, а игрушки, которые вскоре её украсили, были, наверное, старше самой квартиры. Но всё это уже не имело значения. Они смеялись, дразнили друг друга и радовались каждой мелочи. Преобразив комнату, они выключили основной свет, позволяя разноцветным огонькам осветить стены своим мерцанием.       - Ну что, - сказал Тэхён, обнимая Чонгука за плечи. - Как тебе?       Тот посмотрел на украшения, потом на Тэхёна и, не сдержав улыбки, без капли лжи ответил:       - Всё идеально. Спасибо!       Тэхён рассмеялся вполголоса и, потянувшись, чмокнул его в щёку.       - И тебе спасибо, что показал, как я выглядел со стороны. С Новым годом, мой самый милый Гринч!