По обмену

***

Вдалеке растворялось серое облако, состоявшее из токсичного дыма. Поезд позади, уже отъехав от конечной станции, всё ещё протяжно гудел. Стоя под куполом столичного вокзала, окружившись темью, она лицезрела обильное проливание дождя, который с каждой секундой становился мощнее. Крупные капли пресной и совсем безвкусной воды превращались в бездонные лужи с секундной рябью. Оелана, отвыкнув от ежедневного климата Москвы, нервно усмехнулась, не зная, что делать с чемоданом теплых шерстяных вещей. В это время в Якутии можно смело надевать пуховик, а не кофточки, в которых ходила половина москвичей. Неподалёку стоявшая Карина, заворожившись, смотрела на чудное явление природы, словно видит в первый раз. Глубоко вздохнув, наслаждаясь теплотой почти родного города, она протянула руку, ловя массивные капли, которые с тяжестью прыгали ей на ладонь, разлетаясь маленькими кристалликами в разные стороны. Позабавившись этому, Оелана повела её в само здание вокзала. Задерживая взгляд на интерьере, магазинах и маленьких сувенирных лавках, она осмыслила, что качество обслуживания и количество товара с её городом явно и рядом не стоит. Украшенные прилавки с различными магнитами и статуэтками, вывески с рекламой универмагов, разнообразные забегаловки, кофейни. Яркие лампы, озаряя все помещение, отблескивая от стекла, придавали сияние в пространстве и лучи, будто от солнца. Притормозив у запасного выхода, Карина дернула рукав Оеланы, заставляя остановиться. — Я буду скучать по тебе, — опустив взгляд на плитку, она поникла. За время поездки они чудом сблизились, привязавшись к Оелане, она почувствовала, что нашла того человека, которого не хватало всю жизнь. Свайпнув страницу с заказанным такси, Оелана подошла к ней, крепко обняв. Положив голову на низкую макушку, она прикрыла глаза. Хотелось как можно дольше простоять так, но на блокированный экран телефона пришло сообщение, о приезде такси через пять минут. — Мы же ещё встретимся? — тонкий голос Карины дрогнул. Она надеялась, что это не временное общение, а дружба, о которой мечтала с самого детства. Прожив тяжкую юность, она не хотела вспоминать многочисленные ошибки и с болью шагала вперед. — Конечно, — не до конца поняв свои чувства, она дала обещание. Привязавшись к ней, было огромное желание поддерживать ее и быть рядом. Медленно отстраняясь, она улыбнулась, потрепав Карину по голове. Пять минут протянулись мимолётно, на дорожной трассе виднелась жёлтая машина с логотипом фирмы. И распрощавшись с печальным взглядом, Оелана села в такси. Назвав точный адрес, она приоткрыла окно чтобы в последний раз посмотреть на Карину с натянутой улыбкой. — Ну что, до скорого! Напиши, как доедешь, — отойдя на пару шагов и наблюдая, как машина скрывается за недалёким переулком, Карина поспешила к автобусу, который в ближайшее время собирался отъезжать. *** Оелана радовалась, что попала на бюджетное место, ведь зажиточную, состоятельную, обеспечивающую своих учеников на средства родителей школу, она не могла себе позволить. Надежда на этот "шанс" для неё была велика. Сам директор заверял, что абсолютно каждый там станет любезным человеком. Загородное обучение обходилось родителям подобных своевольных детей, которых можно увидеть в дешёвых фильмах русскоязычной киносъемки, в крупную сумму. Многие восхищались образованием данной школы, отдавая любимых чад для пополнения интеллекта, а самых отбитых родители на пожизненно закрывали там, не давая возможности вернуться домой, даже когда наступали каникулы. Дисциплина была на высшем уровне, культурный вид превозносили в первую очередь. На каждого в ручную обшивалась учебная форма с эмблемой школы, что доказывало высший статус заведения. Ювелирно делая три комплекта, с надеждой, что получатели оценят старания стилистов и швей, они продумывали каждую деталь. Составив план своих действий, Оелана решила особо не ввязываться в конфликты. Боясь повторить судьбу своей прошлой школы, она не особо желала контактировать с той самой "элитой", которая имеется в каждом большем коллективе. Отрывки ненасытных дней отпечатались в память давно и надолго.

***

Сидя на разбитых до крови коленках, держа в руке маленький кусок мыла, плача, девочка пыталась оттереть молочную блузку от терпкой, свежей грязи. Задыхаясь от собственных слез, все сильнее натирая, казалось, что вот-вот ткань порвётся, образовав дыру. Побежав в одной майке до раковины, слыша как крикливо смеются её одноклассники, изредка поглядывая в туалет, она забегает в кабинку. Прижав ноги к себе, вспоминала, какой счастливой шла в третий класс на школьную линейку и как лежа в луже, умоляла не трогать её. Не заметив позади мальчика, который подошёл с комком грязи, размазав её по лицу, Оелана кинула в него ветку, попав прямо в глаз, затем получив пинок в живот. Скорчившись от боли, издавая лёгкие хрипы, девочка молилась, чтобы это закончилось, ведь не была уверена, что доживёт до следующего часа.

***

Разноцветные листья, падая, собирались в одну кучу, составляя пазл. Голые деревья впитывали крупные капельки, замачивая сухость лета. Дороги смывались, смешиваясь в одно единое с грязью. Проезжая лес, в котором с ветки на ветку перебирались птенцы, учась летать. Приглядываясь и замечая за большим деревом ворота, а далее огромное, больше похожее на усадьбу многоэтажное здание с крупными, лазурными окнами и малыми статуями. Общежитие в пять этажей было разделено на две части, женский и мужской корпус. На вид особо не отличившись, имея только разные цвета дверей, можно легко перепутать, не зная схематичность сторон. Высадив её, таксист уехал, скрываясь за рощами деревьев. Территорию явно приводили в благоприятный вид: ровно подстриженный газон, миниатюрные качели, где разместилось несколько мальчишек. Всё это было в новинку для Оеланы. Выстриженные кусты, высаженные до самого крыла с табличкой на двери "Женское общежитие", были заполнены крохотными искусственными бабочками. Случайно столкнувшись с кем-то, Оелана моментально извинилась, спеша найти свою комнату. — Эй, подожди! — окрикнув её, незакомая девушка повернулась, — Ты новенькая? — получив положительный кивок, она призадумалась, — Как зовут? — Оелана, — почувствовав сильную хватку на запястье, она испугалась. — Пошли со мной, мы в одной комнате. Грубые черты лица, суровый тембр голоса смешивались в одно единое, дополняя друг друга. Короткие волосы с выбритыми висками подчёркивали светлые глаза, отдавая внимание только им. Чутка полная, но не смотря на это до безумия красивая девушка, привела Оелану на второй этаж. Заметив, что даже в выходной день они ходят в форме, она сильно удивилась. Синяя юбка до колен в объёмную белую клетку, обворожительно сочеталась с белоснежной рубашкой и пиджаком в темно ультрамариновом цвете. — Ко мне Алиной обращаться можешь,—тускло, без особого интереса, она приоткрыла дверь в комнату. Двухместная, поделённая на двух жильцов комнатушка, была завешана тёмными шторами, создавая мрак. Круглой формы стол со стопкой учебников, размещался неподалеку от форточки окна, а рядом стоял офисный стул на колесиках. Аккуратно застеленная кровать, с белоснежным постельным бельём и двумя подушками, находилась напротив большого шкафа. На дверце висело зеркало, в котором можно рассмотреть человека в полный рост, поправляя элемент одежды. Справа от входной двери находилась ванная. Пушистый коврик рядом дополнял интерьер. Пробегая глазами, Оелана услышала визг. Громко-крикливый смех и пьяная бредень, что разносилась на весь корпус, явно доставало Алину. Та резко она поменялась в лице и круто выругалась. — Не обращай внимание. Недалёкие люди не в то место попали, — увидев непонимание в глазах девушки, она постаралась объяснить ситуацию, закатывая глаза от каждого громкого хлопка, Алина недовольно взглянула не стену. Если постучать по ней, то в прямом смысле можно сказать, что делали её из картона. Решетки вентиляции, переходя из одной комнаты в другую, нарушали шумоизоляцию. Алина села на кровать, что прогнувшись под ней незаметно, тихо скрипнула. Надевая наушники, она предложила их Оелане, но та отказалась, лишь покачав головой. Глубоко вдохнув, она встала и подошла впритык к соседке. — За стенкой две хуйлуши живут, которые часто устраивают пьянки со своими. Лучше стороной их обходи, особенно Машу. Она на башку отбитая, по пьяне приспичит и что-то обязательно сотворит. С новой силой послышалась ругань. Громкая музыка заглушала приступы всех матов и суть конфликта. Уныло вздохнув, Оелана поняла, что жить спокойно не получится, ведь не стесняясь никого, ситуация усугублялась с каждой секундой всё больше.