Две минуты, семь секунд

Я медленно сходил с ума в неосязаемом дыму, Рукой своей ты провела мне по дрожащему лицу. Я понял твою суть без слов, однако, наложив на речь, Призналась ты в своей любви, искру успев в глазах зажечь. Те искорки летят и пляшут, они смеются надо мной. Смех гласный, дробный, озорной. Я вспехе не узнал, что это значит, Теперь плачу́ за это горькою ценой. Нам пять минут не хватит оправданий. Отсчёт пошел суровым мерным шагом И пред тобой, коль сил хватало, махал бы белым флагом — Сей поражения знак последним был желаньем. Отчаяние зажгло свечу, свет озарил пустые коридоры. Я шел, держа лампаду крепче, мне всё как будто снилось. И в пелене тумана кружили мыслей маленьких танцоры: «Я просто думал: что, если б получилось?» Секунды мне одной едва хватило, Чтобы сполна вобрать на вкус несбывшихся надежд. Ты дашь мне сил в руках держать чернила? Я покажу тогда своего разума мятеж. Ты назвала меня бездушным, но помнил я — душа была. Мне больно, радостно и грустно, и в этом всем твоя вина. В пьянящем отблеске зрачков мерцал цветок немой зари, Цвет твоих прядей вороных разжёг души опасные огни. Я бы хотел забыть свое происхождение, Свои амбиции, награды и мечты. Расставшись на год — вот же совпадение — Ты сохранила к сердцу моему искомые ключи. Сейчас же, истекая кровью, Мне это сердце говорит не умирать. «Легко сказать» - и повинуюсь я бесспорно, На две оставшихся минуты нужно сознание удержать. Тянись ко мне, тянись с последних сил, Пусть поцелуй замедлит время, Пусть семь секунд погаснут на груди, Где распаленным сердце мне когда-то пело. Мы опоздали, знаю, назад нам хода нет. В той темноте мерцали звёзды. Слеза мне очертила след: «Любить... Никогда не поздно»