Да, пипец просто...

             Гарри почувствовал, как Джинни клюнула его в щёку и упорхнула на очередные сборы. Толком не успев проснуться, он перевернулся на спину. Утренняя эрекция имела место быть. Недолго думая, Поттер стянул трусы ниже и, не открывая глаз, приласкал рукой член. Было приятно, ровно до того момента, пока перед внутренним взором не возник Снейп и вкрадчиво не поинтересовался, со своей обычной язвительной интонацией:       — И что это вы тут делаете, мистер Поттер?       Гарри испуганно распахнул глаза и убрал руки от хуя.       — Вот, бля. Так и импотентом стать недолго.       Всё возбуждение вмиг улетучилось. Поттер посмотрел на потолок собственной спальни.       — И что это было?       Он аккуратно возвратил руку на елду. Ничего не произошло. Гарри погладил исчезнувшую эрекцию. Момент был упущен. Желания не было, впрочем, как и образа Снейпа.       Нехотя встав с кровати, Гарри поплёлся в душ, затем позавтракал, формулируя мысль, которая не желала никак преобразовываться в гипотезу, и с испорченным настроением отправился на работу.       Бюст Лизы Моро — секретаря старшего невыразимца, встретившейся ему в коридоре у собственного кабинета, не добавил хорошего настроения, а наоборот, уверил его в том, что происходит что-то нездоровое. Стоило Гарри заглядеться на её прекрасные формы и мысленно их погладить, как перед глазами, точно призрак, встал Снейп. В этот раз Гарри не стал паниковать. Он попытался рассмотреть директора Хогвартса, тающего на глазах.       — Ты это видела? — Гарри обратился к Лизе, показывая на пустое место где ещё недавно находился полупрозрачный Снейп.       — Что «это», мистер Поттер?       — Полупрозрачный человек, — Гарри решил не вдаваться в подробности.       — В коридоре только мы.       — Отлично, — Гарри так не думал, но положительные галлюцинации были абсолютно точно лучше, чем необъяснимое внешнее явление. — Вчера я разбирался с артефактом и, похоже, словил проклятие.       — Договориться с госпиталем св. Мунго? — Моро прижала документы к груди.       — Нет. Оно ментальное. Странный подлог желаемого на… — Гарри запнулся, не желая присваивать Снейпу нелицеприятные эпитеты. Хоть тот безусловно был с ним груб и суров, порой ведя себя как сволочь. Это было в прошлом. В настоящем между ними был хрупкий нейтралитет, рушить который не имело смысла.       — Лиза, я хочу попросить тебя… Это конечно прозвучит странно, но не могла бы ты показать мне грудь?       — Мистер Поттер, за кого вы меня принимаете?! — обиженно возмутилась секретарь, как будто не она надевала кофточки с декольте до пупка и выставляла напоказ то, чем щедро наградила ее природа.       — Извини, — Гарри поднял руки, отступая к двери собственного кабинета. — Я попрошу Джинни. Мерлин, она же на сборах. Значит, попрошу кого-то другого.       Поттер спрятался в рабочем кабинете, осознавая, что вышло не очень удобно. Он сам себе напомнил этим поступком Гермиону, которая теряла «границы» когда речь заходила о знаниях.        Где-то через полчаса раздался осторожный стук в дверь. Не дождавшись разрешения, в кабинет зашла Лиза.       — Что-то случилось? — Гарри поднял голову от своих записей.       — Да. Я была у старшего невыразимца.       — Жаловалась на домогательства? — понимающе произнес Поттер, подымаясь. Ему не хотелось идти на «ковер» к начальству и разбираться ещё и с этим.       — Нет. Я же не дура, понимаю, что ты меня не клеишь. Марк сказал показать тебе всё, что ты просишь.       — Ты пошутила?       — Нет, — Лиза начала расстёгивать пуговицы на блузке. — Между прочим, это оскорбительно.       — Что именно?       — Что ты меня не клеишь.       — Извини.       — Достаточно, — Моро распахнула блузку.       Поттер с интересом исследователя уставился на грудь в кружевном белье, ожидая появления своего личного глюка. Он даже подошел ближе, практически уткнувшись носом в ее четвертый размер и ничего.       — Не работает, — Гарри посмотрел на стену за спиной девушки, смотрящей на него с ожиданием. — Спасибо, Лиза, за демонстрацию. Я буду думать.       — Неужели я тебе совсем не нравлюсь?       Гарри перевёл на неё взгляд.       — Нравишься. Ты симпатичная .У тебя красивая грудь, — как по писанному выдал Поттер, переведя своё внимание на озвученные части тела и начал рассматривать ее именно в таком контексте. Появилось возбуждение.       Перед глазами возник Снейп.       — Получилось!       Гарри обнял Лизу за талию и прижал ее к себе.       Снейп стал более материальным. Он был таким, каким Гарри помнил его в школе — бледным, худым и без шрама на шее.       — Ты видишь его?       — Нет. — Лиза была не прочь воспользоваться шансом. Она обняла Поттера, по-хозяйски положив на его задницу руку, ощутив через слои одежды его эрекцию.       — Галлюцинация уплотняется по мере возбуждения.       — Я чувствую.       — Стоп-стоп, — Гарри отстранился от Моро. — Не нужно лезть ко мне в штаны.       — Неужели ты не хочешь посмотреть, насколько материальным может быть твой глюк?       — Не думаю, что Марк Серый санкционировал секс на рабочем месте.       — Это моя добровольная инициатива, — Лиза спустила бретельку лифа с плеча.       — Я боюсь критической массы, вдруг он материализуется, — не желая обидеть отказом Лизу, Поттер нашел причину окончания эксперимента, смотря на тающего в воздухе Снейпа.       Моро застегнула блузку и, оправив одежду, сообщила:       — Я не против продолжения, когда ты избавишься от своего наваждения.       — У меня есть невеста…       — Что же она ходит от тебя?       Гарри не понял. И именно это и отразилось на его лице. Лиза посмотрела на него с жалостью, и, развернувшись, вышла из кабинета, сказав чуть громче, чем следовало:       — О, Мерлин. Почему все классные мужики достаются таким, как Уизли.       Поттер сделал вид, что не услышал. Поняв, что явление Снейпа завязано на эрекцию, он несколько успокоился, и занялся найденным в недрах склада невыразимцев порядком раздолбанным артефактом древних. Самое интересное, что никаких следов защитных заклинаний или проклятий на нем не обнаружилось.       — Искусно сделанная вещь. Как же я так вляпался и не заметил, и главное — когда? — гадал Поттер.       Проблему с проклятием нужно было решать, и самое разумное — обратиться к мастеру ментальных наук. К сожалению, Поттер был не последним человеком в этой области, и людей, превышающих его по уровню силы, было не так много, вернее всего трое. Двое из них были мертвы, а третий, собственно, и являл собой задачу, подлежащую решению — Снейп. Он вздрогнул, когда представил как будет рассказывать директору Хогвартса о своей проблеме "Понимаете, директор Снейп, я когда возбуждаюсь начинаю видеть вас". Гарри упал на стул, с которого поднялся мгновение назад и схватился за голову. — «Если он не высмеет меня, то я точно получу отповедь за безалаберность, и, как финальный штрих к картине моего позора — он наверняка вспомнит о потраченном на моё обучение окклюменции времени. Назовет идиотом. И будет прав!»       — Нет, — Поттер вскочил со стула, прерывая поток собственных упаднических мыслей. — Нужно довести дело до конца. Возможно, проклятие спадёт само.       Одно дело сказать, а совсем другое сделать. Гарри не представлял, как он будет дрочить на Снейпа. На мужика. На не очень симпатичного мужика, годившегося ему в отцы.       «Нет, с таким настроением ты слона не продашь» — подумал Поттер и переключился с негативных эмоций на конструктив. — «Что может быть привлекательного в Снейпе?»       Эта мысль привела героя магической Британии в отчаянье. Гарри не видел ничего, что могло хоть чуть-чуть зацепить его и заставить возбудиться.       Попытка мыслить конструктивно — провалилась.       Идея постучалась в его голову сама, без предупреждения — «Осторожно! Глупость»:       — Нужно спросить у женщин.       Мысль была хорошая. Кто знает о привлекательности мужчин больше, чем женщины? Но как подойти к этому вопросу так, чтобы не выдать своего интереса? И у кого спрашивать? У Гермионы, которая завалит вопросами прежде чем ответить, или у Макгонагалл, которая смотрит на всех представителей мужского пола вне зависимости от возраста, с позиции родителя?       Смирившись, что похоже ему придётся смотреть и разбираться самому, Гарри начал подбирать повод для визита в школу или в другое место, менее демонстрирующее его интерес, где они могли бы нечаянно пересечься.       Помогла случайность, которая как известно благоволит к Поттеру и к дуракам — Лиза принесла приглашение на приём в министерство, в честь посла дружественной Франции. Обычно Поттер динамил подобные сборища, но не в этот раз.       Он пулей метнулся домой, чтобы переодеться. Гарри знал — общественность будет рада победителю ВоланДеМорта в любом виде, в отличие от Снейпа. Тот мог и «пройтись» по герою магического мира, невзирая на заслуги, в зависимости от настроения. Варианты варьировались от осуждающего взгляда до едкого комментария. И хотя таких случаев на памяти Гарри со времён школы не было, он прекрасно помнил, как это может быть неприятно. Поэтому постарался выглядеть безукоризненно.        — О, Мерлин. Я на свидание так тщательно не собирался, — подумал Поттер, укладывая волосы феном.       Ровно в шесть Гарри вступил в парадный зал министерства. Его тут же взяли в оборот, и началась карусель представлений, бессмысленных знакомств, расшаркиваний и плетения кружев из слов.       Снейп появился с опозданием на десять минут. Гарри не выпускал его из вида, так же, как его самого не отпускал от себя министр, демонстрируя, точно тётушка Мардж своих собак на выставке. И он, точно так же как мопсы, сбежал к жратве при первой же возможности, то есть когда министр ослабил свою хватку.        Спрятавшись за бокалом вина и тарелкой с закусками (ведь никто из воспитанных людей не подойдёт к жующему человеку), он наблюдал за Снейпом и заметил у него первую привлекательную чёрту — руки. У директора Хогвартса были красивые руки. Узкие ладони, длинные пальцы, которые изящно двигались. Когда Снейп начинал эмоционировать, на его лице редко это отражалось, но руки, руки выдавали его всегда. И вот сейчас, директор, скрестив их на груди, медленно постукивал пальцами по предплечью, смотря в его сторону.       Гарри отсалютовал ему бокалом вина, и Снейп сорвался. Распрощавшись со своим собеседником, он стремительно пересек зал и черной тенью остановился напротив.       — Что Вы себе позволяете, мистер Поттер?       Гарри открыто посмотрел в глаза мастеру легилименции и сделал для себя ещё одно открытие. Глаза. У Снейпа красивые глаза. Темно-карие, практически чёрные. Они завораживали своей бездонной глубиной.       — Вы следите за мной. Таращиться просто так на людей — невежливо. Для этого нужна причина и у Гарри она была заготовлена заранее.       — Мне нужна помощь. Он отвел взгляд.       — Что, ради Мерлина, вы опять натворили?       — Почему сразу натворил? — вскинулся Поттер.       — Я по вашему лицу вижу.       — Мне нужно зелье, выводящее магические руны с привязкой. Раньше я заказывал его на Косой аллее, но с введением поправок к списку «темных» ингредиентов, зелье автоматически попало в разряд запрещенных.       — Герой магического мира предлагает мне сварить запрещенное зелье, в святая святых новой власти? — Снейп иронически приподнял бровь.       — Вам показалось, — Гарри переоценил ситуацию с новой позиции. Не стоило говорить о таком в министерстве, стоя в нескольких метрах от главы Аврората.       — Я так и подумал.       — Хотите снэк? — Поттер поднял тарелку с закусками повыше, опасаясь, что Снейп уйдет, а его осмотр толком не закончен.       — Я ничего не ем на таких мероприятиях, и вам не советую.       — Обычно я не бываю на таких мероприятиях.       — Я заметил, — вопреки опасениям Поттера Снейп не торопился отходить от него. — Скажите, Гарри, кого Вы собираетесь поддержать на грядущих выборах?       «Гарри! Он назвал меня Гарри!» — Поттер не сказать, что удивился. Он — офигел. Это чувство требовало ответной «любезности». — Вас, Северус.        Северус улыбнулся. Не усмехнулся, не скорчил ухмылку, а именно улыбнулся. Ледяной кокон треснул и из него вылупилась если не бабочка, то определенно приятный глазу зверек.       — Пожалуй, только ради этого зрелища мне стоит выдвинуть свою кандидатуру на предстоящих выборах министра.       Их тет-а-тет нарушил Малфой, и Гарри упустил возможность «вернуть» шутку. Снейп, обменявшись взглядом с крестником, попрощался и отошёл от бывшего ученика, на которого смотрел отнюдь не с профессорским интересом.       — Гарри, — неспешно начал Малфой, никак не прокомментировав увиденное.       — Что, Драко? — Поттер был не очень рад смене собеседника.       — Знаешь, я знаю как мне сказать тактично, но то, что я собираюсь сказать… О таких вещах лучше сразу в лоб.       — О каких, о таких? — насторожился Поттер. — «Неужели он тоже заметил, что я интересуюсь Снейпом?»       — Не перебивай меня, — Малфой огляделся. — Хорошо, что Северус отошёл.       — При чем тут Снейп?       — Уизлита тебе изменяет с его любовником.       Гарри бросил быстрый взгляд на директора Хогвартса.       «Снейп-гей?» — эта мысль вытеснила из сознания все другие мысли, включая измену практически жены. — «Что в нем находили его любовники?»       Как ответ на вопрос всплыл собственный список достоинств состоящий из двух пунктов:        Красивые руки       Красивые глаза       «Это не может быть всё?» — чёртово гриффиндорское любопытство очень некстати подняло голову.       — Ты не спросишь у меня имя?       — Кого? — Гарри вернулся из своих мыслей и посмотрел на Драко.       — Имя любовника, разумеется.       — Вот никогда за тобой не водилось тяги к альтруизму.       — Мне нравится Гермиона.       — Она тут с какого бока?       — Я хочу вызвать на дуэль Уизли. Мне нужен секундант.       — Э… Не думаю, что Гермиона оценит традиционный подход к делу. Может тебе начать с чего-то простого?       — Дать денег Уизли, чтобы он отвалил?       — Нет. Пригласи её на свидание, но не уверен, что у тебя есть шанс. Она вроде как Рона любит.       — А тебя, вроде как, Уизлита любит, — ткнул носом в неверность Джинни Малфой.       — Аргумент, — Поттер пытался понять, почему ничего не чувствует в связи с этим фактом. Неужели эмоциональная притупленность часть проклятия? — И как же зовут мужчину, которого она делит со Снейпом?       — Лорд Гойл.       — Не удивлён. Он здоровый, как лось, — вздохнул Гарри. — «Не то что я. Когда Джинни встаёт на каблуки я ей по плечо.»       — Что ты намерен делать?       — Я смотрю, Снейп не беспокоится.       «Я смотрю, ты тоже," — не стал озвучивать вслух свои наблюдения Драко. — А чего ему беспокоиться? Он любовников как перчатки меняет. Если что-то не понравится — до свидания.       — Значит, Гойлу всё нравится. Удобно устроился на двух стульях.       Малфой внимательно следил за лицом Поттера. У него в голове явно начало что-то рождаться.       — Ну и что ты на меня так смотришь? — не выдержал Поттер.       — Ищу тревожные признаки неадекватности.       — Не нужно на меня смотреть взглядом колдомедика. Терпеть этого не могу. Сразу чувствую себя козявкой под лупой.        — Я перестану. Как только ты ответишь на мой вопрос.       — Жениться на ней я теперь точно не собираюсь, но и делать громких заявлений пока тоже не буду.       — Разумно.       — А ещё мне нужны доказательства.       — Найми детектива.       — Ладно. Пойду домой, — Гарри проводил взглядом выходящего из дверей зала Снейпа.       — Не забудь. Ты мне должен.       — Маловероятно, что ты позволишь мне об этом забыть, — Гарри улыбнулся Драко и, попрощавшись, покинул прием.