Мой

      Нэгуро заехал за мной утром, как и обещал. Я встал у машины и просто смотрел на него. Если я сяду, значит признаю его. Мне нужно просто развернуться и валить в универ. Нужно его игнорировать. У него своя жизнь, а у меня своя… Но ему будет плохо, мне тоже. И я сел в машину.       Такое ощущение, что тараканы в моей голове сговорились делать всё против логики.       — Почему ты замешкался у машины? — Нэгуро был недоволен. — Ты и вчера убежал. Что случилось?       — Ты сегодня встречаешься с ней? — я вспомнил вчерашний разговор с Мэй. — Зачем вы встречаетесь? Это свидание?       — Мне нужно с ней поговорить. И это не свидание, — он положил руку мне на колено. — Не ревнуй.       — Даже и не думал. Мне вообще все равно. Хоть с кем встречайся, — я нагло врал.       — Ну и хорошо, — Нэгуро улыбнулся.       Настроение от этого разговора малость улучшилось. За завтраком я даже стал кормить Нэгуро, подсовывал ему нежные кусочки мяса. Он совсем не был против. В универе мы разошлись. Мои друзья уже были в аудитории. Ну эта парочка сидели и смотрели друг на друга.       — Эй, вы могли бы хоть притвориться, что вы просто друзья, — я развеял из атмосферу.       — А что такое? Мы просто сидим.       — Серьёзно? Таканори, ты ж его раздеваешь взглядом. Это видно не только мне.       Таканори оглянулся вокруг, а Аканиси уткнулся в свои учебники.       — Ну и пусть смотрят. Мне нечего стесняться, — Таканори нарочито громко это сказал.       — Ты что, дурак? Тебя турнут потом из универа. Тебе может всё равно, а Аканиси как? Тоже всё равно?       Он посмотрел на свою пару.       — Таканори, я сделаю, как ты скажешь, — Аканиси был готов на всё, лишь бы Таканори был рядом.       — Все нормально Аканиси, никто ничего не узнает. Если некоторые не будут трепаться, — Таканори глянул на меня.       — Да ты что, я никому не скажу. Ведь вы мои друзья. Просто вам надо быть поскромнее.       — Куда вы вчера ездили с Нэгуро? — Аканиси решил сменить тему.       — Мы ездили в студию звукозаписи, у Нэгуро новая песня.       — Что правда? — Аканиси аж подпрыгнул. — Ты один из первых её слышал. Это так круто. Ты не мог бы мне достать запись?       — Извини, Аканиси, я в эти дела не лезу. Вряд ли Нэгуро мне что-то даст.       — Ну, пожалуйста, ведь он твой парень. Он обязательно тебе разрешит.       — Что? С чего ты взял, что он мой парень? Что за бред?       — А разве нет? — Аканиси вопросительно посмотрел на Таканори.       — Так норм, в чём дело? Что ты ему наплел? — меня аж разрывало от негодования.       — Такеши, это вижу не только я. Весь универ об этом гудит. Ты, может, и не заметил, но со стороны это очень видно.       — Этого не может быть. Вот засада. Это просто ерунда. Он мне не парень. Между нами ничего нет, — у меня поднялась паника.       — Нэгуро не сильно скрывает своё отношение к тебе. Ты сам посуди. Он побил Ресукэ из-за тебя. Он почти не общается с друзьями, а только с тобой. Вы всегда вместе.       Пришёл учитель и мы прекратили разговор, но в моей голове паника все ещё тикала. До самого обеда я размышлял, что же делать?       — Такеши, не переживай. Нэгуро известная личность, так что он всегда будет на устах большинства. Если эти сплетни не подпитывать, они скоро утихнут. Он сам виноват. Не нужно было ему тебя к себе привязывать. Пусть сам разбирается, — Таканори решил меня поддержать.       Когда мы шли на обед, в коридоре натолкнулись на Нэгуро. Он стоял с Мэй и ее подружкой Ютой. Увидев их, я остановился поодаль и стал наблюдать. Мои друзья солидарно остановились, хоть и не поняли ситуации. Мэй повисла на шее у Нэгуро и что-то шептала ему. Он же просто стоял и слушал. Юта уставилась в телефон. Тут Мэй поцеловала его и он ответил, прикрыл глаза.       «Вот так эскорт на мероприятия!»       Мое сердце вдруг сжалось. Ноздри раздулись. Казалось, что я сейчас огнём дышу. Мэй погладила его по голове и смотрела в глаза. Я хотел уже подойти и разобраться, но Таканори взял меня за руку.       — Уйдём отсюда.       И тут Юта, услышав его, оторвалась от телефона.       — О, красавчик! Иди ко мне, не бойся, — она опять подбежала ко мне и начала щипать за щёки.        Я не замечал её. Пристально смотрел на Нэгуро в немом вопросе. Он резко отошёл от Мэй и направился ко мне.       Но я не собираюсь его ждать. Оттолкнув Юту, я развернулся и ушёл.       «Что это? Я не собираюсь ревновать. Это низко для меня. Раз он так хочет, пусть встречается с ней. Ведь ему нравятся девушки, он их любит. Это хоть сплетни прекратит. Да, ему лучше с Мэй. Она девушка богатая, красивая, под стать ему. Почему же тогда грудь ломит и дышать тяжело?»       Я так и не пошел в столовую. Сразу направился в аудиторию. Последние пары прошли как во сне, кошмарном. На переменах я старался избегать встреч с Нэгуро. Увидев эту ситуацию, Таканори ничего не говорил, кажется, он ещё раз удостоверился, что мы не просто друзья с Нэгуро.       Они с Аканиси пытались отвлечь меня от всяких мыслей. Строили планы на завтрашнюю поездку в лагерь. Но я в ответ только молча кивал. Сердце никак не успокаивалось. Я старался дышать через нос.       — Мне нужно как-то выйти из универа незамеченным, — сказал я ребятам.       — За корпусом дизайнеров, в заборе есть дыра, там можно прошмыгнуть, — Аканиси указал пальцем в окно.       — Ты избегаешь Нэгуро? Вам всё равно придётся поговорить когда-то. Ты не сможешь постоянно сбрасывать его звонки.       — Да, но только не сейчас. Мне нужно успокоиться, — я уже не бил себя в грудь, что между нами ничего нет.       После занятий я, крадучись, 1 выбрался через забор. Дома меня ждала мама. Утром, после переодевания, мне удалось избежать с ней разговора, но сейчас она меня выловила.       — Такеши, нам надо поговорить.       Я вздохнул и сел на диван. Она ведь не отстанет.       — Что у тебя происходит в последнее время? Ты почти не бываешь дома. Ты хоть учишься?       — Конечно, мама. Я же тебе говорил, что меня подготавливает старший. Всё нормально.       — Почему ты остался ночевать у него, несмотря на мой запрет?       — Нам нужно было доделать кое-что, я же говорил.       — Я тебе звонила, но твой телефон был отключён.       — Нэгуро нечаянно уронил его в воду, но он купил мне новый. Почему ты кипишуешь?       — Я за тебя беспокоюсь. Ты мне ничего не рассказываешь. Может у тебя появилась девушка?       — О-о, мама, давай сейчас про это не будем.       — Значит я права, — она улыбнулась этой своей догадке. — Не стесняйся. Это же хорошо.       — А что если я просто не могу быть с ней? — вдруг спросил я у неё. — Что если от этого моё сердце разрывается? Любовь приносит только боль.       — О-о-о, мой малыш. Да ты любишь её! — мама с сочувствием посмотрела на меня. И мне стало так горько. Кажется, я сейчас зареву. — Любовь приносит и счастье. Если ты любишь, можно любоваться ею со стороны. Первая любовь бывает и такой. Но тебе лучше попробовать ей признаться.       Я вдруг уткнулся ей в колени и зарыдал. Она очень долго меня утешала, гладила по голове. Как же это было хорошо. Так тепло и уютно. Моя истерика прошла, но боль в сердце не утихла.       На следующий день нам предстояла поездка в лагерь. Я нашёл друзей в толпе студентов и мы сели в автобус. На улице я увидел Нацуми и сорвался с места.       — Нацуми, подожди, — я остановил её.       — О, Такеши. Куда ты пропал? Я не могу тебе дозвониться.       — Извини, но мой телефон сломался. Дай мне снова номер. Может в лагере погуляем?       — Да, конечно.       Мы снова обменялись номерами. Ну хоть Нацуми на меня не злится. Отлично, может, всё наладится и я смогу забыть. Снова звонил Нэгуро, посылал сообщения, но я всё игнорировал.       — Такеши, ты знаешь, что Нэгуро тоже едет в лагерь? — сказал Таканори, глядя, как я сбрасываю звонки.       — Что? Зачем? — вот это новость.       — Он от совета отправлен. Он и еще несколько старших. Они нас будут курировать.       Это плохо, очень плохо.       «Ничего, я всё время буду с Нацуми. Он не посмеет подойти. Или посмеет?»       В лагере нас разместили в общежитии. Мне повезло, нашу группу курировал не он, а Юкио.       В первый день сказали отдыхать. Я позвонил Нацуми и мы встретились. Нам запретили выходить за пределы лагеря, поэтому мы пошли с ней на стадион.       — Такеши, я уж думала, ты меня бросил. Связь так резко оборвалась тогда.       — Да уж, — я вспомнил в каком бешенстве был тогда Нэгуро и сердце опять сжалось. — Давай не будем всё это вспоминать. Давай просто проведём вместе вечер.       Она тихонько подошла ко мне и поцеловала в губы. Честно, я не ожидал. Это было так трогательно. Я взял её за руку и мы пошли. Вот всё и налаживается. Все идёт как надо. Почти всё. Перед глазами всё также стоял блондин.        Поздно вечером я проводил Нацуми и возвращался в свой корпус. На крыльце стоял Нэгуро. Увидев его, я почему-то испугался и повернул обратно. Надеясь, что он меня не заметил, я пошёл в другое здание. Но Нэгуро меня заметил и побежал за мной.       — Такеши, стой, хватит убегать, — Нэгуро окликнул меня. — Давай поговорим.       Я забежал в здание. Оказалось, здесь бассейн. Было пусто. Я решил спрятаться в раздевалке. Но Нэгуро нисколько не отставал. Он успел поймать меня за руку.       — Стой ты наконец, сколько можно прятаться?       — Что тебе нужно? — я всё-таки решил его выслушать, тем более выбора не было. Сейчас, так сейчас.       — Что с тобой происходит? Почему ты избегаешь меня? Ты должен быть рядом со мной.       — Я тебе ничего не должен. Ты мне никто и я тебе никто. Возвращайся назад.       — Что за чушь ты несёшь, придурок? Обкурился что ли? — Нэгуро стал повышать голос. — Решил меня бросить? Да? Ты всё ещё не понял, что ты мой?       — Блять, я не твой. Будь ты проклят, — я тоже начал повышать голос. — Ты просто привык, что тебе даётся всё, что ты захочешь. Конечно, ведь ты избалованный, богатенький мальчик. Но я не твоя вещь.       — Я люблю тебя, при чём тут вещь? Я не хочу тебя терять.       — Я для тебя лишь очередное развлечение. Деликатес от скуки, — меня уже начало трясти от злобы. — Я не хочу с тобой общаться. Я снова встречаюсь с Нацуми и у нас всё хорошо. Не лезь ко мне. Иди к своей Мэй. Потрахайтесь и успокойся. Вот увидишь, ты быстро меня забудешь и это окажется никакая не любовь.       — Значит, так ты решил? Я ведь тебя предупреждал, чтоб ты никогда не встречался с Нацуми. Ты меня не слушаешь, — его глаза потемнели от ярости. Он тяжело дышал и уже не от бега. Он схватил меня за грудки и притянул к себе. — Теперь меня не вини.       Он впился мне в губы. Я упёрся руками в его грудь.       — Не лезь ко мне, Нэгуро, — но он продолжал целовать мне лицо и шею. — Отпусти сейчас же. Убери руки.       Я уже стал его царапать, не в силах избавиться от его объятий.       — Или что? Ударишь меня? Валяй, так даже интереснее. Но у нас есть незаконченное дело.       — Нас ведь увидят.       — Тогда веди себя потише и не сопротивляйся, — он потащил меня в душевые и снова накинулся.       Кажется, я чересчур сильно разозлил его. Он так грубо целовал меня и даже стал покусывать. Он прижал меня к стенке и стал рвать мою футболку.       — Нет, нет, нет, нет… Нэгуро, ты с ума сошёл? Ты ублюдок, я не хочу с тобой трахаться. Отпусти меня. Я серьёзно.       — Хочешь, ещё как хочешь. Расслабься, Такеши, иначе будет больно.       Он повернул меня к стенке лицом и прижал. Он целовал мне спину и плечи. Тяжело дыша, он снимал с себя одежду. Я пытался оттолкнуть его локтями, но каждый раз он ударял меня еще сильнее об стену.       — Не сопротивляйся, Такеши. Я не хочу тебе делать больно, но ты сам меня вынуждаешь.       Он спустил мне штаны и бельё, раздвинул ягодицы и я почувствовал его член.       — Вот сука, Нэгуро. Перестань. Да ты просто говнюк. Я тебе не прощу.       Он сплюнул и смочил мне анус. Секунда и боль пронзила моё тело. Он вошёл так резко, грубо, по самое не хочу. На глазах выступили слёзы. Я закричал. Дыхание остановилось. Нэгуро продолжал толкаться. Он завернул мне руку за спину. Схватил за волосы и загнул голову назад.       — Не надо, Нэгуро, пожалуйста, — я перешёл уже на шёпот. Он поцеловал мне плечо, как будто это могло мне облегчить боль.       — Прости, уже поздно, — ответил он. Он продолжал насаживать меня на свой член. Я закрыл глаза, чтобы унять слёзы и просто терпел.       Но вскоре пришло облегчение, наслаждение. Простата благодарно заглушала боль. Его дыхание меня плавило. Его губы меня всё-таки ласкали. Этот безумный человек, дает мне то, что я хотел несколько дней.       Я потянул руку вниз. Нэгуро увидел это и остановился. Он отпустил меня и повернул к себе лицом. Я держался за свой вставший член и почему-то виновато на него смотрел. Как будто не должно было этого происходить. Он подхватил меня под колени и поднял. Как легко он держал меня. Нэгуро снова меня заполнил. На этот раз боль уже была меньше. Он прильнул к моим губам, я ответил и всосал его губы. Держась за его шею, я продолжал себе дрочить. Он бил меня об стену как сумасшедший. Я стонал и выл от него, не прерывая наш поцелуй. Сердце выскакивало, кровь давила на член, рвала вены.       Кажется, я забыл о своём решении, прекратить всё это, вот это, что сейчас происходит. Дикий животный секс. Он оставлял засосы на моем теле, покусывал соски. Трахал, как в последний раз в жизни.       — Ты ответишь за своё непослушание сполна, — прошептал он мне на ухо и прикусил мочку.       — Да, конечно. За тот поцелуй с Нацуми, — я специально его ещё злил.       Он ещё сильнее и размашистее стал вдалбливаться. От самого начала по самые яйца. Его пальцы впились в мои бёдра. Он прикусил мне губу и слизал кровь. Я только ойкнул.       — Поцелуешь еще кого-то и я откушу их тебе.       — Лучше затрахай меня до смерти.       Тела хлюпали друг об друга. Я закрыл глаза, я кончал, мышцы напряглись, я сжал член Нэгуро мышцами ануса и он тоже кончил. Я простонал последний раз.       Он начал оседать. Из меня потекла горячая сперма. Он лёг на пол, я сидел сверху, со своим членом в руке. Силы иссякли и я лёг на него. В душевой эхом разносилось наше шумное дыхание.       Пульс потихоньку успокаивается, дыхание нормализуется и… приходит чувство стыда.       «Блять, ну что я опять такое говорил? Что это за хуйня? Затрахай меня до смерти. Как тёчная сучка».       Я поднял голову и посмотрел на расслабленного Нэгуро. Его член обмяк, но был еще внутри меня. На трясущихся ногах я стал подниматься.       — Ты полная свинья, Нэгуро, — прошептал я.       — Ты часто мне это говоришь, — он только рассмеялся. — Ты сам виноват. Я был так зол на тебя. Лучше не испытывай мое терпение. Ты сводишь меня с ума.       — Ты был очень груб. Это никуда не годится. Ты чуть не порвал меня.       — Тебе понравилось? — спросил он с улыбкой.       — Нет, чёрт побери. Сука, моя задница, сейчас болит.       Я стоял около стены, еле держась, и смотрел на него лежачего. Он вскочил и подошёл ко мне. Притянул к себе за талию и поцеловал       — Прости меня. Я не хотел тебе делать больно. У меня больше не было сил сдерживаться. Я хочу тебя постоянно. Пойдём ко мне в комнату и я подлечу тебя. Я там один.       — Даже не думай, — я пошёл мыться, хорошо что мы в душевой. Я был весь в сперме, в своей и Нэгуро.       После я стал одеваться.       — Ты порвал мне футболку, псих. Как мне сейчас идти в общагу?       Он тоже помылся и стал одеваться.       — Ничего страшного, возьми мою. Я и так дойду.       — Ты точно ненормальный. Как ты пойдешь с голым торсом?       — На мне хотя бы нет засосов. И я не хочу, чтоб тебя вообще видели другие. Это тело могу видеть только я.       — Ты опять за своё? Я не твоя вещь.       Нэгуро взял мою руку и приложил к своей обнаженной груди.       — За тебя я отдал своё сердце.       Я засмущался, как Аканиси, но руку не убрал. Его кожа была такая приятная.       Я приблизился и поцеловал его, он ответил. Его язык облизал мои распухшие губы, поцеловал мою ранку, подбородок. Я закрыл глаза. Уже и не чувствовал, парень он или нет. Это человек которого я… Похоже люблю.       — Как же Мэй? — я прервал поцелуй — Вы с ней целовались.       — Забудь про неё. Я разберусь с ней. Тут дело деликатное. Замешаны наши семьи и бизнес. Я прошу тебя немного потерпеть. Я её не люблю. У меня только ты, — он обнял меня — Приходи ко мне завтра вечером, прошу тебя. Я буду ждать.       — Хорошо. Но, пока ты решаешь вопросы с Мэй, я буду встречаться с Нацуми. Думаю, так будет справедливо.       — Нет конечно. Оставь её, — Нэгуро отпрянул.       — Чего? Тогда я завтра не приду к тебе. Ищи потом, где хочешь, — сказал я и направился к выходу. Нэгуро схватился за меня.       — Стой, стой. Я понял. Хорошо, можете встречаться, только никакого секса. У меня с Мэй ничего нет.       — Договорились, — я усмехнулся. Кажется, я нашёл слабое место Нэгуро. — Тебе придётся потерпеть. Давай сюда свою футболку.       Может и не стоит уже встречаться с Нацуми? А вдруг всё-таки она должна мне помочь? Ведь от Нэгуро я должен просто избавиться, а не спать с ним.       Так мы и пришли в мою общагу: я в его футболке, а он в моей рваной. Плечо висело, а сбоку разрез, как на женской юбке       — Да, Нэгуро, раз уж ты мой парень. Не мог ты мне дать запись твоей новой песни. Аканиси меня умолял. Он твой фанат.       — Так я твой парень?       — Ну в смысле… мы же спим вместе… Ну, тогда любовник.       — Нет, твой парень мне нравится больше, — Нэгуро улыбнулся, заигрывая. — Хорошо, я тебе скину запись. Но предупреждаю, что в сеть ее выставлять нельзя, — он поцеловал меня и пошёл.       Почему я так счастлив? Нэгуро почти изнасиловал меня. Это было, пиздец как, не прикольно. Но я всё равно счастлив.