А знаешь, там за горизонтом рассвет

      Брайан открывает дверцу мини-холодильника и достает из него бутылку охлажденного шампанского. Навряд ли он попробует его приятный вкус, о котором неоднократно говорила его любимая бабуля. А ведь она знала в этом толк.       Коробка, стоящая с левой стороны от холодильника, на стареньком деревянном комоде, забирает на себя все внимание Брайана. В ней лежит то, что так или иначе, как кошка когтями, теребит душу — старая рубашка со странной треугольной эмблемой. Брайан ставит бутылку алкоголя на край комода, сам же тянется за кофтой. Некогда она принадлежала его ныне покойному брату, и Брайан невольно улыбнулся. За последнее время только эта вещь дала расцвести его улыбке.       Он кладет ее обратно, и его взгляд устремляется на стену. Там висит старый оранжевый шланг (которым поливают лужайку). И веревка. Она - то и приковывает к себе взгляд Брайана, с лица которого улыбка исчезла моментально.       Он смотрит на нее с мрачными, черными мыслями, пожирающими его каждый успешно прожитый день. Брайан снимает ее со стены и рассматривает. Крепкая, должна выдержать. Его печальный, разрушенный всяческими надеждами на будущее взгляд поднимается на потолок.       Петля натянута.       Брайан ставит старенький круглый табурет. Ставит тихо и ровно, чтобы не привлечь внимание раньше времени. Становится на него и продевает петлю через шею. В глазах щемятся тревога и сомнения... быть может не все еще потеряно?...       Петля на шее затягивается.       Он не может. Не может и не хочет носить это с собой. Возможно, все могло наладиться, если бы он смог довериться кому-нибудь. А кому? Эрику? Эрик болен позитивным внутренним настроем, ему явно не до личных проблем коллеги. Будущее - вот что его устраивает.       Будущее.... Брайан смутно видел свое будущее. Сколько ему? 31? Ей Богу, вся жизнь впереди!       Маме? А поймет ли она.       Он плачет — это слезы отчаяния.       Брайан спускается с табурета.       Веревка натягивается.       Жизнь покидает его.       Совсем так, как желал он.       Мертвое тело покачивается при желтом свете лампы.       Одернув себя, Брайан еще раз глядит на веревку, а затем возвращает ее на место. Не сейчас. Не здесь.