Развилка

Холодный ветерок обдувал ноги, заставляя Син Цю легонько поморщиться во сне. Зяблики персикового цвета напевали приятную мелодию, подкрепляемую шумом моря. Чун Юнь располагался чуть ближе к морю, чем Цю поэтому воспользовавшись возможностью, он набрал в ладони немного тёплой, ещё не остывшей воды в руки и плеснул прямо на любителя книг. Осознание происходящего пришло к нему слишком быстро, даже быстрее, чем Чунь успел убежать подальше. Тяжёлая книжка прошлась прямо по затылку экзорциста, но не слишком сильно, чтобы не появилась гематома. — Эй! Я тебя не бил! — под эти крики Юнь уложил Цю на песок, слегка наваливаясь на него. Немного обиженное выражение лица выглядело до боли милым, а растрёпаные ветром волосы казались ещё красивее на фоне закатного неба. Нежные лучи гладили лица, оставляя после себя немного жгучий след. Море задевало своими волнами края одежды мальчиков, лишь немного не доставая до их голов. Нагретый солнцем песок уже начал постепенно остывать, принося лежащим на нём приятную прохладу. Розовато-оранжевое закатное небо смотрелось очень романтично, а уже становящиеся пурпурными облака мирно расползались по небу, уступая место ночи. Два молодых парня лежали на уже оставшемся песке, провожая глазами последний солнечный лучик. Касания холодных рук Чунь Юня пробирались по чужому телу, «ненароком» задевая бёдра и пах. — Чунь… Сейчас не время для этого. Лучше вернёмся домой, иначе твоя тётя будет волноваться и вновь спихнёт вину за твоё опоздание на меня, — ему не хотелось прерывать такой момент, но постоянно выслушивать нравоучения Шэнь Хэ ему абсолютно не нравилось. — Может ещё рано возвращаться? Стемнело же не полностью, — тот с надеждой посмотрел на луч, угасающий прямо на его глазах, — ладно… Пойдём домой. Экзорцист с трудом поднялся на ноги, помогая встать Цю. Они оба отряхнулись от влажного песка, но некоторые крупицы остались в волосах и одежде, как приятное воспоминание о сегодняшнем вечере. Чунь взял Син Цю за руку, и они отправились по домам. Их дорога лежала через стоянку похитителей сокровищ, но когда они шли на пляж, их не было на этом месте. Совсем рядом со стоянкой послышались шаги и грубые мужские голоса. Вероятнее всего сюда вернулись где-то пропадающие днём похитители. Немного подумав насчёт иного пути, Цю потащил экзорциста в обратный путь: — Я помню короткий путь! Мы часто сюда ходили с родителями, но по другому пути. Он чуть длиннее, но сразу выведет нас к гавани, — его голос был наполнен уверенностью и решительностью… До первой развилки. — Почему ты остановился, Цю? Там кто-то опасный? — он слишком доверял ему, поэтому не сразу понял, что они заблудились. — А-а. Всё в порядке! Я лишь хочу кое-что проверить! Оставайся пока здесь, а я сейчас вернусь, — он оставил Чунь Юня в недоумении, а затем забрался на самый высокий холм, который нашёл. Город плохо разглядывался с такой высоты, но всё же можно было заметить редкие огоньки фонарей. — Отлично! Мы идём туда, — он жестом указал на правую дорожку, подбегая к уже собравшемуся идти Чуню. Он был абсолютно неуверен в этом пути, но драться с похитителями сокровищ было не лучшей перспективой. Стараясь придерживаться одного маршрута, они продолжали идти. Прошло около получаса, а город не становился ближе ни на каплю, а кажется, наоборот отдалялся. Экзорцист начал подозревать о лжи ещё прошлые пятнадцать минут, поэтому он не мог больше молчать: — Ты точно уверен в этом пути, Цю? Мне кажется, что мы лишь уходим вглубь Ли Юэ. Я уже даже вижу постоялый двор Ваншу. — Разве? — он с недоверием обернулся, а там в нескольких сотен метров от них был постоялый двор, — … Ладно. Я признаю. Никакого короткого пути я не знал, просто не хотел драться с похитителями. Лучше поспешим вернуться домой, теперь нужно идти в противоположную от Ваншу сторону. — Теперь я поведу нас, — Чунь взял Син Цю за предплечье и почти бегом направился к городу. — Больно же! — крик Цю заставил экзорциста остановиться и извиниться, оправдываясь своей усталостью и разочарованием. До Ли Юэ пешком оставалось около трех часов, парни бежали так быстро, как только могли, время от времени спотыкаясь или останавливаясь, чтобы отдышаться после такого «марафона». Благодаря бегу, время пути до дома Чуня составил всего два часа, вместо предполагаемых трёх. Уже около дома они сели под деревом, жадно набирая воздух, а из окна на них смотрела Шэнь Хэ, слегка посмеиваясь: «Думаю, стоит перестать так опекать его».