Напиши мне, только напиши...

20:37 — Это была плохая идея. Нет, отвратительная, — выбрасываю окурок от сигареты и ежусь. Первый день весны выдался немного дождливым, скользким и слякотным. А еще — нервным. Первую половину субботы я провела в попытках доказать Стеф, что вечер дома можно провести и не скучно. А подруга упорно пыталась выколупать меня из моей же зоны комфорта. Вторая половина была посвящена сборам, потому что доказывать, что небольшая вечеринка со студсоветом — это классно, Стефания решила лично. В очередной раз воспользовалась своими ключами от моей квартиры, распотрошила половину моего шкафа, но так и не запихнула меня в платье. Брат, который работал только по понятному ему графику, вернулся домой только к концу нашей холодной войны — я обреченно наматывала шарф поверх куртки, пока подруга меня торопила, — и лишь посмеялся над моим недовольным лицом. — Да ладно тебе, Мир, — Стефа слегка дернула меня за руку, — Ты же знаешь, я тоже не большой фанат всего этого, — она неопределенно махнула ладонью в сторону входа в лофт, из которого доносилась негромкая музыка, — Но мы так пропустим всю жизнь. Все, кто хорошо тебя знают, точно подтвердят мои слова. Ты вылезла из своей скорлупы. Стала более расслабленной и чаще отдыхаешь. Подруга, да ты замутила с преподом, — ее тихое восклицание заставило невольно осмотреться вокруг. Еще одна одинокая компания стояла далеко от нас, чтобы услышать ее монолог. — Ты такая убедительная, — тяну иронично. Но в чем-то ее слова звучали похожими на правду. Хоть я и не понимала, нравится мне это или нет, — Ладно. Мы идем, но если через час я пойму, что это точно не мое, то оставляю тебя с Машкой и еду домой. — Кого ты там со мной оставляешь, — слышу смешок сбоку, а после замечаю идущую к нам старосту в компании какой-то незнакомой мне девушки. Причем, кажется, она была примерно такого же мнения, как и я, обо всем происходящем, — Я рада, что вы все-таки пришли, — она, улыбаясь, обняла нас в знак приветствия под самодовольный взгляд Стеф, который так и кричал, что «тут будет весело и нам рады», — Знакомьтесь, это Анька, она с третьего курса социологов, а это Мира и Стефа, мои одногруппницы, — Аня добродушно улыбнулась в знак приветствия. В итоге такой не очень слаженной, но дружной компанией мы оказались внутри. Стефа о чем-то расспрашивала Машу, а я оглядывала пространство. Полутемный зал разделялся на две части — одна была заполнена диванчиками, а другая представляла из себя импровизированный танцпол. И все вокруг кричало, что это не маленькая локальная посиделка студсовета. Людей было много, в толпе так или иначе мелькали знакомые лица. Этих людей я точно видела в университете. Захотелось скукситься и оказаться дома под пледом. Или, хотя бы, чтобы рядом был Стас. Острое чувство незащищенности заставляло чувствовать легкий дискомфорт от всего происходящего. — Тут все свои, не переживай, — удивленно поворачиваюсь в сторону Ани, которая все это время шла рядом, — Первое время может быть непривычно, но все классные, за некоторым исключением. — Так заметно, что я тут не очень-то и хотела оказаться? — неловко улыбаюсь, замечая, что Стефа, хоть и увлечена беседой, но то и дело поглядывает в мою сторону. Легким кивком головы пытаюсь обозначить, что все в порядке. — Вот по мне заметно, что меня вытащили из кровати полчаса назад, — смеется новая знакомая. Она и правда, в отличие от всех остальных девушек с ярким макияжем и в платьях, выделялась явно быстро собранным пучком, полным отсутствием косметики и простыми джинсами с черным топом. В целом, я от нее не отставала — простая белая укороченная кофта была единственным, на что меня смогла уломать подруга, — А ты просто не привыкла к такому. А я не просто не привыкла. Я в принципе не ожидала, что однажды окажусь в подобном месте. Обреченно пожимаю плечами, вызывая очередной приступ смеха у Ани. Она бегло оглядела толпу, словно выискивая кого-то. За короткий диалог мы подошли к небольшому кругу из диванов и кресел — одно из них было завалено сумками. Кажется, это место застолбила компания нашей старосты, которая все-таки добилась своего и влила нас в коллектив. А я, вообще-то, целый семестр от этого отбивалась. Но сложно не признать, что, может быть, это к лучшему. Когда вокруг есть люди, внутри что-то оживает. Новые эмоции, чувства. Хотя в затылок и дышало ощущение, что мне тут делать нечего. Стефания легко заводила новые знакомства, это у нее не отнять. А мне было сложнее. Я бы никогда не смогла так сблизиться с Денисом, если бы мы познакомились в жизни, а не в интернете. Вне реальности было проще. Там есть только диалог, из которого в любой момент можно исчезнуть навсегда. — Девчат, эта наша дислокация на сегодня, — Машка самодовольно обвела руками стол, — Раз мы с Лешей вас пригласили, будете с нами. И я наконец-то это сделала! — последнюю фразу она чуть ли не выкрикнула пританцовывая. — В смысле? — Аня недоумевающе оглядела нас троих. Я присела на край одного из диванов. Стефа, не теряя времени, практически упала рядом, предварительно зацепившись ногой за стол. — Черт, — тихое шипение подруги, и я еле сдержала улыбку, так забавно это выглядело. — Маша почему-то решила, что Мира со Стефой просто обязаны с вами всеми познакомиться, а не грустить в одиночестве, — голос внезапно появившегося Леши раздался прямо над ухом. Я резко дернулась в сторону, чуть не задев его руку с бокалом, которая была рядом со мной. — Зачем пугать-то так, — настроение и так было не самое лучшее, а после этого опустилось еще на градус ниже нуля. — Прости, Мир, не специально. Это тебе, — бокал с каким-то коктейлем перекочевал прямо ко мне, а второй — Стефе, — А это тебе, — чуть понизив голос и наклонившись между мной и подругой, Аксенов произнес, — Девочки, тут, конечно, все наши, но стаканчики вы принимаете только от меня, вон того высокого, почти лысого молодого человека, который сейчас о чем-то в очередной раз ругается с Анюткой, или у того, который сейчас радостно прыгает в нашу сторону. Это Мишаня. Удивленно смотрю сначала на одногруппника, а потом перевожу гневный взгляд на Стефу. Так и хочется спросить — куда она меня вообще притащила? Нет, конечно, нечто подобное мне вчера написал и Денис, попросив быть осторожной, но я не думала, что говорилось это настолько серьезно. С каждым днем я узнавала все больше нового об этой жизни и мне не особо это нравилось. — Лех, не знаю, что ты им сказал, но мне кажется, что девушки решительно хотят уйти, — парень, с которым минуту назад ругалась Аня, сел напротив нас, сама же девушка недовольно подвинула его, чтобы устроиться рядом. — Прости, — тихий шепот Стефы прозвучал так, чтобы его никто не слышал. Она видела, что мне не особо все это нравилось. — Все в порядке, я же обещала, мы просто попробуем немного освоиться тут, — грустно улыбаюсь, надеясь, что и правда получится. — Если ты хочешь, мы уйдем вместе, — отрицательно мотаю головой, видя, что ради меня она и правда на это готова. Но мне хотелось хотя бы иногда уступить и сделать что-то ради нее. Я видела, что ей было интересно. Познакомиться, отдохнуть. И я попыталась расслабиться. — Нас не представили друг другу, я Антон, — парень, что сидел около Ани, добродушно улыбнулся, видя, что мы чувствуем себя не в своей тарелке. — Ага, он Лапочка, — последнее слова от новой знакомой прозвучало с какой-то особой интонацией. — Не вредничай, Вредина, — Антон с забавным видом ткнул Аню локтем в бок, и они снова начали о чем-то спорить. — Это надолго, — Маша хмыкнула, словно это и правда была привычная картина, — А это Мишаня, — второй парень отвесил шуточный поклон. Жестами и мимикой он чем-то напоминал моего брата, поэтому больше всех внушал доверие. Удивительно, но уже через полчаса я почувствовала себя относительно расслабленно. Может, повлиял второй бокал какого-то высокоградусного коктейля, но я все же надеялась, что компания. Они и правда оказались неплохими собеседниками, наперебой рассказывали нам со Стеф разные истории из жизни студенческого совета, упорно пытались заманить на баскетбольные матчи и просто шутили. В какой-то момент даже я влилась в беседу — Миша, или как все называли его Мишаня, слушал ту же музыку, что была в моем плейлисте. И мы наперебой делились любимыми песнями и исполнителями. Время от времени я ловила на себе одобряющий взгляд Стефы и просто не понимала, за что мне в жизни досталась такая понимающая подруга. — Слушай, — она склонилась ближе ко мне, смотря куда-то прямо перед собой, — Мне кажется, или там тот преподаватель, который у нас в этом семестре английский ведет? Как его... Егор Валерьевич. — О чем шепчетесь? — Маша проследила за нашим взглядом, а после с довольным видом хлопнула в ладоши, — Миша-а-ань, Егор все-таки пришел. — У вас тут реально еще и преподаватели? — Стеф удивленно вытаращилась на старосту, заставив всех рассмеяться от нашего вида. — Мы часто приглашаем молодых преподов, которые на короткой ноге со студентами, — Миша понимающе улыбнулся, — Тут еще где-то Жанна Григорьевна, которая у экономистов ведет, и Елена Александровна с нашей кафедры социологии. — А Дениса Владимировича не зовете? — вопрос подруги заставил меня поперхнуться только что сделанным глотком. Нашла кого вспомнить. А глаза так и смеялись, хотя она и делала вид, что спросила так, между делом. — Вот это ты замахнулась, Стефка, — Аня рассмеялась еще больше, даже появилось подозрение, что ей такими темпами станет плохо, — Оболонский у нас серьезный мужик, еще обнулит выстраданный кровью и потом экзамен, делай потом что хочешь. Неправда — он душка, просто ответственный. Но вслух, я, конечно, это не произнесла. Еще не хватало выдать себя. Но, видимо, общая атмосфера расположила так, что я тихо усмехнулась. Стоило только представить Дениса Владимировича, таким, как на парах, среди веселящихся студентов. Он явно бы был очень недовольный. Потому что завидовал бы. Насколько я узнала его за это время, можно было понять, что он не прочь повести себя как подросток, который застрял в теле взрослого преподавателя. Видимо, подруга подумала о том же, потому что мы обе тихо посмеивались, стараясь это скрыть. Еще через два часа и три бокала коктейлей, которые нам приносили парни, мы с Аней и Машей были почти лучшие подружки и даже несколько раз выбрались на танцпол. Вот только если я была устойчива к алкоголю, то у Стефании с этим имелись некоторые проблемы. В какой-то момент мы поменялись местами. Я полностью освоилась в компании и чувствовала себя свободно. И каждые пару минут косилась в сторону подруги, которая не то веселилась, не то планировала уснуть. — Леш, вы ей больше ничего не приносите, — с легким смешком я кивнула одногруппнику, который понимающе улыбнулся и показал пальцами «окей». — Вы домой на такси? — Не знаю пока, я кину брату весточку, что, кажется, нас нужно доставить до дома с комфортом, — а в голове я пыталась продумать, как попросить об этом Дениса и остаться незамеченными. Было неловко дергать его среди ночи, но в том, что он не откажет, я была уверена. «Афина: Не спишь еще?» «Войнич: Сложно спать, пока твоя девушка в неизвестной компании» «Войнич: Я у вас, смотрю со Стасом какой-то боевик. Он в восторге, а я не проникся. Как там у вас дела?» Два сообщения подряд пришли буквально через несколько минут. Было приятно, что он беспокоится, но при этом я была даже не удивлена, что он снова в моей квартире. И я даже не удивлюсь, если в какой-то момент он просто невзначай туда переедет. Кажется, после сегодняшнего дня меня совершенно ничего не удивит. Я завела за один вечер больше друзей, чем за всю свою жизнь. Аж в пять раз. Как-то невзначай Машка и Леша из категории знакомые одногруппники превратились в «друзья, с которыми вы вместе орете песню про расставание». Не знаю, откуда в моей голове ее текст, но мы все знатно повеселились в тот момент. «Афина: Аня и Миша с третьего курса социологии, Антон баскетболист, и Маша с Лешей из нашей группы. Вроде неплохая компания» Не знаю с чего появилась идея перечислить всех, с кем мы сидели, но буквально через мгновение поняла, что это было не зря. «Войнич: Теперь могу не переживать за тебя, хоть они и бездари в истории в большинстве своем» Удивленно перечитываю сообщение. Я думала, что он даже не поймет, о ком я говорю, но видимо, компанию мы и правда выбрали правильную. Если во всем потоке студентов, у которых он преподавал и преподает сейчас, он понял, о ком я говорю, то они определенно чем-то запомнились. Или он просто видел их в студенческом совете. «Войнич: Если ты устала, мы со Стасом можем подъехать вас забрать» Он опередил мой вопрос. И это не могло не радовать, потому что как к этому подойти я не понимала. Стеф с Машей, Аней и Мишаней прыгала на танцполе недалеко от нас, но по подруге было заметно, что скоро она окончательно выдохнется. Ответила коротким «да», отправила геолокацию и получила ответ, что через полчаса будут. Удовлетворенно убрала телефон обратно в сумку. — Вас встретят, да? — Леша хоть и казался немного глуповатым баскетболистом, но за весь вечер больше напоминал курочку-наседку. Он подглядывал за каждой из девочек в этой компании, а мы со Стеф за это короткое время стали ее частью. — Да, он подъедет. Под одобрительный кивок я решила потратить время с пользой и присоединилась к девочкам. Вот только немного не успела. Буквально через пять минут, после того, как я подошла к Стефе, диджей объявил медленный танец. Аня тут же побежала вытаскивать Антона, который о чем-то болтал с Лешей. Второй же без слов подошел к Маше и утянул смутившуюся старосту. Я решила, что это прекрасный повод усадить пошатывающуюся, но слишком веселую подругу на диван. Вот только моим планам не суждено было сбыться. Стоило нам сделать несколько шагов сторону, как я врезалась в высокого блондина. — Прошу прощения, — буркнула, наткнувшись на слишком самоуверенную улыбку. Только местного бед боя не хватало. А то, что он таковым и является, можно было понять по жадным взглядам девушек, которые всеми силами пытались обратить его внимание на себя. — Ничего страшного, меня зовут Влад. А вас как, прекрасные незнакомки? — я попыталась его обойти и ничего не ответить, но все вновь пошло не по плану. — Стефания, — подруга попыталась изящно подать руку для легкого рукопожатия, но вышел лишь взмах. А я чувствовала себя отвратительно под его взглядом. Противным. Самодовольным. Я бы даже сказала, мерзким. Чуть повернувшись в бок, заметила Мишаню, который внимательно наблюдал за нами. И всем своим видом показала, что мне нужна помощь. Почему-то отпускать подругу куда-то с этим парнем мне совершенно не хотелось. Интуиция вопила во всю. А Стеф уже собиралась отцепиться от меня и упасть в его объятия. — Пьянь, — в сердцах прошипела, надеясь, что она поймет. — Владос, ты решил заглянуть на огонек? — на плечи опустилась рука, и я тут же расслабилась. Второй Миша придерживал Стеф, которая, кажется, совсем поплыла, — Так вот, девушки уже уходят, и они с нами, — веселый балагур, которым он был весь вечер, вдруг стал серьезным парнем, который внушал доверие. Блондин, еще раз окинув нас взглядом, но уже каким-то агрессивным, молча развернулся и ушел в другую сторону. — Неприятный тип, — констатировала под обиженный взгляд подруги. — Да нормальный, краси-и-ивый, но не такой как Стас, — пьяно пробурчала она, а у меня закрались неожиданные подозрения. Что это она брата вспомнила? — Ты правильно сделала, — серьезно шепнул мне на ухо Миша, — Мы их компанию не особо жалуем. Такая своеобразная война в студсовете. Они, конечно, больше в инициативной группе, но мы постоянно пересекаемся. А Влад этот мутный. Проводить вас? — Было бы неплохо. По моим прикидкам выделенные нам полчаса скоро истекут, а Стеф было бы неплохо проветриться на улице. Усадив подругу на диван и оставив ту под присмотром Мишани, я вернулась обратно, чтобы со всеми попрощаться. За двоих. Маша с Аней понимающе улыбнулись. Они еще точно планировали задержаться тут. А нам на первый раз хватит. И я была уверена, что не последний, потому что мы совершенно случайно плотно влились в это странный, но веселый коллектив. Забрав вещи, мы прошли через гардероб, где Миша выловил наши куртки, и оказались на свежем воздухе. Кислород оказался явно тем, чего мне не хватало в последний час. В голове прояснилось окончательно, но Стефе, которая осознала, что на сегодня веселья хватит, это не очень помогло. — Мир, ну еще рано домой, — подруга по-детски начала канючить, а я лишь посмеялась. Ни разу не видела ее пьяной до этого дня. А это оказалось забавным зрелищем. Две косички, в которые она днем собрала свои черные волосы, делали ситуацию еще смешнее. Я даже почувствовала себя мамой, которая уводит ребенка с детского праздника. Мы с Мишей лишь понимающе переглянулись. Ноги ныли от усталости, хотелось домой и снять очки, которые неимоверно начали мешаться. Стеф все еще не могла смириться с поражением, поэтому пыталась уговорить меня отменить такси и остаться всего-то на полчасика. Но при Мише озвучить, что подъедет Денис, я не могла, поэтому просто тяжело и обреченно вздыхала. Радовало лишь то, что она ночует у меня. И завтра будет небольшая возможность позлорадствовать. Через несколько минут замечаю припарковавшуюся недалеко от входа знакомую черную машину. Миссия незаметно уйти завершилась почти удачно. Но радовалась я рано. — Девушки, он вам еще не надоел? Может, вы все-таки не прочь закончить вечер в приятной компании? — по спине поползли противные мурашки. Тот самый блондин явно не умел принимать поражение и решил, что одного «нет» ему недостаточно. Краем глаза отмечаю захлопнувшуюся дверь машины и выходящего Стаса. — Мы уже уходим, — говорю раньше Миши и до того, как брат подойдет к нам, надеясь избежать конфликта. Но не успеваю сделать и шагу, подхватив под руку подругу, как чувствую прикосновение к своему плечу. — Да ладно тебе, оставайтесь. — Влад, руки убери, — Миша резко сдвигает нас в сторону, отчего я оказываюсь за его спиной. — Этот парень прав. Руки от моей сестры убери, — спокойный голос Стаса заставляет съежиться. Потому что я уверена, что это очень напускное спокойствие. Как в детстве, когда меня задирали соседские мальчишки. Только тогда это все закончилось дракой, а сейчас… Я просто хотела уехать домой. В ушах нарастал гул беспокойства, я не слышала ничего. И не понимала, почему этот блондин прицепился именно к нам. Я беспомощно оглянулась в сторону машины, в которой сидел Денис. И надеялась лишь на то, что он не выйдет. Иначе все окажется бесполезным. Стефа как-то подозрительно качнулась, а после оперлась на мое плечо и шепотом (как она думала), так, что услышали все, произнесла: — Мне кажется, я допилась до Стасика, — звучало это серьезно, а я поперхнулась смешком. — Не хочу тебя разочаровывать, но он настоящий, — Стас на время этого диалога отвлекся от разговора, удивленно посмотрев на подругу и, видимо, только что понял, что к чему. — Стеф, да ты, я смотрю, хорошо отдохнула, — брат присвистнул, а после вновь повернулся к блондину: — Все, мужик, иди, а мне надо доставить девушек домой. — Может, они хотят остаться, — вновь бесячая самодовольная улыбка. — Не-е-ет, — точку в этом споре неожиданно для всех поставила Стеф. Она отцепила мою руку и в буквальном смысле упала на Стаса. Тот, не растерявшись, подхватил ее на руки и кивнул мне в сторону машины. — Спасибо, что присмотрел за девчонками, — он кивнул Мише. А я поспешно попрощалась. Напоследок не сдержала смешок, видя, как растерянно блондин наблюдал за всем происходящим. Он опешил от того, как стремительно все внимание переключилось с него. И лишь злой прищур подозрительно намекал, что это не последняя наша встреча. Но я надеялась на обратное. — Да не за что, Мир, напиши кому-нибудь из нас, как до дома доберетесь, — Мишаня улыбнулся, а я, кивнув в знак того, что услышала просьбу, догнала брата. Оказавшись около машины, я открыла заднюю дверь. Стас посадил подругу и кивком головы молчаливо указал мне на переднее сидение. Не теряя времени, я быстро скользнула на уже привычное место и повернулась к Денису. Его напряженный взгляд был направлен на меня, а пальцы крепко сжимали руль. Он явно видел все происходящее у входа, но не мог ничего сделать. И я понимала это. — Все в порядке? — несмело улыбнулась, а после, пока брат забирался в машину с другой стороны, положила свою ладонь поверх его сжатой. Денис вздрогнул, а после словно отмер, стремительно приблизился и оставил короткий поцелуй на моих губах. Я чувствовала, как с задних сидений исходила аура «только не на моих глазах», поэтому не стала настаивать на том, что мне этого стало мало. Я хотела чувствовать его больше, чем одно мгновение. Его поцелуи, прикосновения, объятия — мне было его мало. Каждую нашу встречу я осознавала, что бесповоротно тону в этом мужчине. В его жестах, поступках, словах. И мне хотелось, чтобы он тоже это видел. Видел, что медленно, но верно, становится моим миром. Таким маленьким, уютным, родным. — Это я должен задать тебе этот вопрос, — хрипло выдохнул он, — У тебя все в порядке? — Все хорошо, — улыбаюсь, понимая, что теперь я точно в безопасности, — Этот блонди всего лишь не понял слова «нет», но с нами все время был Миша, и иногда Леша, и Антон, — я стала быстро тараторить, надеясь, что моя жалкая попытка перевести все в шутку снимает легкое напряжение, которое повисло в машине. Слышен был лишь звук мотора и тихое переругивание с задних сидений. На нас они не обращали внимание. Денис лишь повел плечами, но промолчал. Он выехал с парковки, резко крутанул руль, а я вздрогнула, не понимая, о чем сейчас даже думать. Через несколько минут он все так же хрипло и так, чтобы слышала только я, произнес: — Я видел, как он схватил тебя за плечо, но не смог ничего сделать, — я вновь протянула руку, коснулась его свободной ладони и переплела наши пальцы, слегка их сжав. — Я все понимаю… — Я не смог защитить свою девушку из-за того, что этот придурок сразу бы все всем растрепал, — практически прорычал Оболонский. — И я не обижаюсь, — мы остановились на светофоре, и я воспользовалась тем, что у меня есть шестьдесят секунд его внимания. Немного приподнялась на сидении, так, чтобы наклониться ближе к нему, положила ладонь на его щеку, заставив посмотреть мне прямо в глаза: — Есть обстоятельства, которые мы не можем контролировать. И когда я согласилась на эти отношения, я это осознавала. Но все было хорошо, потому что рядом был Стас и потому что я знала, что, если бы ситуация дошла до предела… Тебе бы стало плевать на все. Ты бы оказался рядом. И мне хватает этого знания, чтобы чувствовать себя в безопасности. — Мир… — не даю ему ничего сказать, отметив краем глаза, что у меня есть еще около двадцати секунд, до того, как сигнал светофора сменит цвет. И я поцеловала его сама. Впервые. Обычно инициатива была на его стороне, но не в этот раз. Этим поцелуем я пыталась выплеснуть все чувства, которые бушевали внутри. Показать, что он рядом, даже когда далеко. Это не было похоже на нежное прикосновение губ. Это был порыв, который бушевал у нас внутри. Не только у меня. — Не хочу вас прерывать… Хотя нет, хочу, но пора трогаться с места, — смешок Стаса послышался практически около моего уха, заставив резко вернуться на свое сиденье. И, кажется, стремительно покраснеть. Рваным движением стянула очки, которые от таких перемещений окончательно покосились в бок, и почему-то нервно хихикнула. Кажется, я немного ошиблась со степенью своей трезвости. Таких порывов смелости обычно за мной замечено не было. Самое время было сделать вид, что ничего не было. И вообще, я смотрю на ночную Москву из окна. И не важно, что без очков картинка была размытой. Но общее напряжение куда-то исчезло. Кажется, своим спонтанным действием я все-таки смогла успокоить историка, который явно жалел, что таковым является. Усталость медленно начала накатывать волнами. До того, пока я расслабленно не откинулась на мягкую спинку сидения автомобиля, напряжение этого дня не отпускало. Он выдался слишком насыщенным, непривычно полным эмоций. И если в первые секунды я думала о том, что буду жалеть о том, что поддалась на уговоры и пошла на «небольшую вечеринку», то сейчас осознала, что все было не зря. Этот вечер унес меня в детство, когда каждое лето я проводила в большой компании и веселилась с не всегда знакомыми ребятами. И мне это нравилось. Но почему я об этом забыла? Кажется, тем переменам, что настигли меня с момента появления Войнича в моей жизни, было не суждено остановиться.

***

1:34 — Просыпаться она не планирует, я так понимаю? — Стас задумчиво осмотрел Стеф, которую держал на руках, стоя в коридоре. Подруга в какой-то момент поездки задремала, и не привыкший к такому организм все решил за нее. И разбудить Белову не удалось даже преподским голосом Дениса. Посмеявшись так пять минут, брат взял ответственность за транспортировку на себя. — Сними ботинки и неси ее на диван, я стяну с нее куртку прям так, — махнула рукой и в верхней одежде побежала за подушкой и одеялом. Идея появилась внезапно. Если обычно все наши совместные ночевки проходили на моей кровати, то сейчас мне просто было необходимо, чтобы она осталась в гостиной. Потому что Денис в очередной раз снова останется у нас. А места больше нет. Кажется, Стас так и не понял, в чем подвох, а вот Оболонский оказался догадливее. Когда я проходила мимо него загруженная постельными принадлежностями и футболкой, чтобы подруга не спала в платье, он с хитрой улыбкой следил за моими действиями. Свет включать не стали, оставив лишь лампочку в коридоре, поэтому в полумраке я не сразу поняла, что брат стоял на корточках около Стеф и что-то ей говорил, пока сама девушка обнимала его руками за шею. — Давай, вон Мелкая уже пришла, ну Стеф, — тихое бормотание заставило улыбнуться. Но, на удивление, это помогло. Белова на диване попыталась найти подушку и перевернулась на другой бок. — Иди, я дальше сама, и не заходите, я её планирую переодеть. Стас лишь кивнул, а я приступила к изначальному плану. Но быстро поняла, что переоценила свои возможности. Подсунуть подушку и стащить куртку оказалось проще, чем разобраться с платьем. Стеф недовольно сопела каждый раз, когда я стягивала его с разных сторон. Через пять минут мои страдания все же увенчались успехом. Я тяжело выдохнула, понимая, что одеть ее придется: оставлять полуголую подругу в квартире с двумя мужчинами не хотелось ради ее душевного спокойствия на утро. Тихо рассмеялась, не понимая, как до этого все дошло. Кажется, этот диван магнитом так и приманивает пьяных людей. Стоит только вспомнить первую неофициальную встречу меня и историка. Обреченно подхватываю футболку и перехожу ко второму раунду квеста: переодень человека, который напоминает юлу. Еще пять минут ушло на то, чтобы уговорить ее замереть хоть на пару секунд. В итоге удовлетворенно осматриваю результат своих трудов. Стоило только накинуть на нее одеяло, как Стеф замоталась в него как в кокон, замерла и засопела. Решила еще минутку побыть самой лучшей подругой на свете и оставила полную кружку воды на кофейном столике. Утром она ей явно пригодится. Тихо выхожу из зала, по дороге выключая свет в коридоре, и иду в свою комнату, из которой доносятся приглушенные голоса. На секунду замираю и сворачиваю в ванну. Появилась надежда, что, пока я умываюсь и переодеваюсь в домашние вещи, которые днем оставила лежать на стиральной машинке, Стас уйдет спать. Пересекаться с недовольным братом я не очень хотела. Но, когда через некоторое время открыла дверь, столкнулась с ним прямо нос к носу. — Просто помни о том, что я сплю ровно за соседней стеной и все слышу, — сначала не понимаю о чем он, а потом медленно до меня доходит. Второй раз за вечер я краснею и не знаю, куда себя деть от смущения. — Шпала, мать твою! — возмущенно шиплю, надеясь, что этого не слышит Денис. Но есть смутное подозрение, что примерно то же самое ему уже было сказано. — Так и знал, что ты скучаешь по моей маме, не грусти, через неделю увидитесь, — он весело подмигивает, а я пулей улетаю в свою комнату, быстро прикрыв дверь. Балкон, который точно был открыт, когда я уходила, оказался закрытым. Но легкая прохлада проникала в комнату через приоткрытое окно. Кожа покрылась мурашками, но, кажется, не только из-за порыва свежего воздуха. Неярко горела настольная лампа. Денис сидел в кресле, что-то читая в телефоне. Его внешний вид заставил смутиться: домашние штаны, которые, кажется, уже не в первый раз выделял ему брат, и футболка… Которая просто валялась на столе около него. Грудь была обнажена. Я замерла, рассматривая подкаченное тело своего парня. И в очередной раз не могла поверить, что он и вправду мой. — Нравится? — легкая полуулыбка появилась на лице, а глаза смеялись. — Очень, — кажется, стесняться сегодня я больше не способна. Кидаю вещи, которые все это время держала в руках на первую попавшуюся полку в шкафу и забираюсь на кровать, накинув одеяло на ноги, — Иди ко мне, — осторожно киваю на вторую половину кровати Денису, который с интересом наблюдал за каждым моим действием. Даже спиной я чувствовала внимательный взгляд голубых глаз. — Я думал, так и оставишь меня спать в кресле, диван-то уже занят, — слова звучат серьезно, но я вижу, как он сдерживает смех. — Дурак, — обиженно ложусь на подушку и поворачиваюсь к нему спиной. Чувствую, как сбоку прогибается матрас, и еле сдерживаю улыбку. Мама всегда говорила, что если обижаться, так до конца, даже если несерьезно. Одной рукой обняв меня за талию, он притягивает меня ближе. Настолько ближе, что я ощущаю его дыхание на моем затылке и тепло тела. Даже тонкая ткань футболки сейчас не кажется преградой, и я чувствую себя обнаженной. — Зато твой дурак, — шепот щекочет ухо. — Мой, — тихо выдыхаю, повернувшись к нему. Ловлю его взгляд, который переполнен нежностью. Наверное, я смотрю сейчас на него точно так же. Не знаю, кто первый потянулся ближе — возможно, одновременно. Поцелуй был осторожным. Он мягко касался моих губ, словно боялся, что я испугаюсь, отстранюсь, не знаю… Но как только я обняла его за шею, притягивая ближе, что-то неуловимо изменилось. Прикосновения стали более напористые, его губы жадно сминали мои, а я отвечала тем же. Легкие касания на талии стали ощущаться острее, тело покрылось мурашками. Я не заметила, как мы сменили положение. Когда мы оторвались друг от друга, тяжело дыша, Денис нависал надо мной, удерживая вес на одной руке. Внезапное чувство неловкости не успело сформироваться полностью, как я ощутила поцелуй на щеке. Совсем легкий. После на шее. И на плече, с которого сползла футболка. Громкий вздох вырвался непроизвольно. Я прикрыла глаза, не понимая свои ощущения до конца. Тепло от этих прикосновений расползалось по всему телу, заставляя тянуться ближе и хотеть еще. Но в это мгновение Денис уткнулся лбом мне в шею и с тихим стоном втянул воздух, отчего я вздрогнула. — Нам просто нужно остановиться, — глухо донеслось до меня, и я не сразу поняла, о чем он. В какой момент мы перешли грань невинных поцелуев, которые были до этого? Все так же непроизвольно перебираю одной рукой волосы на его затылке, когда он приподнимается, и я ловлю его затуманенный взгляд: — Прости… — на моем лице отражается невысказанный вопрос, — Я немного перешел черту. Он еще раз тяжело вздыхает и отстраняется, ложась на соседнюю подушку. Сразу становится холодно, а я не понимаю, почему он так резко остановился. Чувство потери крепнет где-то внутри. Поэтому я подползаю ближе, кладу голову на плечо и обнимаю его. Сразу же ощущаю себя комфортнее, особенно когда он обнимает меня в ответ и крепко притягивает к себе. — Что-то не так? — спрашиваю тихо, думая, что он даже не услышит этот вопрос. Но почему-то мысль о резкой смене настроения не дает покоя. — Ты самая прекрасная девушка, которую я только встречал, — легкий поцелуй в макушку вновь отдается мурашками во всем теле. — Тогда почему ты просил прощения? — я немного приподнимаюсь, чтобы заглянуть в глаза. И понимаю, что этот вопрос звучит совершенно по-детски. — Потому что я мог не сдержаться и… — он задумывается, подбирая слова, а внезапно понимаю, что только что могло произойти. — Ой… — я вновь резко утыкаюсь в его плечо, стараясь скрыть очередной приступ смущения. Я и правда чувствовала себя в некоторых момент рядом с ним совершенно ребенком. Но следующий мой вопрос вырвался сам по себе. Мне точно вредит даже капля алкоголя: — Ты не хочешь?.. — Ты глупышка, Мир, ты знала? А казалась такой умной, — он смеется, а я не знаю, куда себя деть от неловкости, поэтому только ближе придвигаюсь, — Я жесть как хочу. Все будет, маленькая, но не после того, как мне очень конкретно объяснили, что я взрослый болван. Только когда ты по-настоящему будешь готова и сама на это решишься. Я все понимаю. От его слов хочется рассмеяться, потому что я точно знаю, кто назвал его болваном. Но внутри разливается нежность. От его слов, которые практически кричат о том, что меня ценят больше личных желаний. И с каждым мгновением я влюбляюсь все больше в этого невозможно прекрасного мужчину. Рядом с которым я таю. Кажется, мою скорлупу окончательно выкинули. Потому что я сама не знала, что могу быть такой. И мне это нравилось. Кажется, вот что значит — быть рядом с тем, кто заставляет проснуться бабочек в животе. «Даже в такие моменты лезут фразочки из этих дурацких ванильных сериалов Стеф», — последнее, что пронеслось в голове, прежде чем я окончательно заснула в самых надежных в мире объятиях.