Despite all the difficulties

      

***

      

«Черт как люди так быстро бегают в фильмах», — пробормотал я себе под нос, мои легкие горели от спринта. «Неужели обычные герои в фильмах все занимались профессиональным спортом?»

      

Это был не первый раз, когда я подвергал сомнению физику кинематографических погонь. Вот я, обычный парень со склонностью к опозданию и решительно неспортивным телосложением, пытающийся подражать непринужденной грации какого-нибудь голливудского героя боевиков. Конечно, я не был героем. Просто вечно опаздывающий сын, столкнувшийся с гневом отца, чье терпение было тоньше листа рисовой бумаги.

      

когда как естетсвенно

      

Мой отец, человек, который мог заставить сержанта-инструктора казаться воспитателем детского сада, питал особое презрение к опозданию. «Пунктуальность — это..блаблабебебебе...», — гремел он, его голос был низким рокотом, который мог сотрясать самые основы нашего...точнее моего многокомнтаного пентхауса . «Это показывает уважение к другим и к себе». Я любил его, конечно, но его лекций было достаточно, чтобы мне захотелось телепортироваться, вместо того чтобы...

      

черт где я припарковал свою тачку?

      

...вместо того чтобы терепеть его очерелные лекции

      

И сегодня я снова опоздал. «Очередной раз», — простонал я, мое дыхание стало прерывистым. Образ сурового лица моего отца, его неодобрительно нахмуренных бровей промелькнул перед моими глазами. Я ускорил шаг, мои кроссовки шлепали по мокрому тротуару. Мне нужно было добраться до главного офиса до его прихода. Это было наше обычное пятничное вечернее место, своего рода ритуал, и я не мог вынести мысли о еще одной лекции, еще одном напоминании о моей хронической неспособности управлять временем.

      

Уклоняясь от луж и пробираясь сквозь редкую пятничную вечернюю толпу, я наконец добрался до офиса. Я толкнул дверь, волна теплого воздуха окатила меня, и я оглядел комнату и ощутил знакомый аромат офиса — смесь кофе, зарядного устройства и легкого запаха бумаги.

      

Люди спешили, погруженные в свои дела, общие разговоры по телефону, набор текста или обсуждение проектов. Их лица — покровы усталости и звука, словно рабочая неделя не оставила ни капли жизненных сил.

      

«Ну и тоска зеленая...», — подумал я, оценивая их

      Итак, в тот момент, когда я перешагнул через порог я направился к лифту.        Наивно не зна, что ждет в будущем... ха...       Как только я объявился с лифта, меня тут же встретила секретарша отца,она выглядела взволнованной...       — Ваш отец в ярости и ждет вас, — произнесла она, быстро поправляя свои волосы и с тревогой глядя на меня.       Я и с трудом подавил желание броситься обратно в лифт. Вздохнув, я шагнул вперед и вошел в офис отца, где меня мгновенно встретило разъяренное лицо Тоджи. Его глаза сверкали, а губы сжались в тонкую линию, как будто каждый момент ожидал взрыва.       — Где ты был, Мегуми? — прорычал он, указывая на часы. — В очередной раз опоздал!       А...блядь              В офисе Тоджи было все, что можно было себе пожелать. Дорогие предметы интерьера, роскошная мебель с идеально ровными линиями и бесконечно белые стены, которые почти выползли в чистоту, создали атмосферу безумного спокойствия. Огромное окно, выходящее на город, предложено панораму, завораживающую глубину души. Но в этом красоте открылось что-то мрачное и непонятное, словно мир за стеклами был лишь иллюзией, под которой скрывались тени.       Под мягким светом люстры из дорогого хрусталя его стол выглядел особенно впечатляюще. Сверкающая столешница с отражением маленькой детали офиса — картина на стене, старинные часы, которые почти замерли на минуту, когда он входил в этот мир. На столе стояли две фотографии: Мегуми, на которой он был еще малышом, словно полуденное солнце, а другая — его покойной жены, с закрытыми чертами лица, сквозь которые пробивался свет, как бы удерживая тепло даже после его рождения. .       Тоджи, держа в руке бокал вина, сурово посмотрел на Мегуми       — Мегуми, ты опоздал, — произнес он, его голос звучал как металлический звоночек в тишине.       — Не расчитался — Мегуми испустил вдох,начиная раздражаться       Тоджи медленно отпил вино, не отрывая взгляда от Мегуми       — Ладно, – вяло протянул он, – на этот раз простительно, так как наш гость тоже, походу, опаздывает.       Мегуми тяжело наблюдал, наблюдая за лицом своего отца, который улыбался, ожидая, когда его сын поймёт, что за тайну он попытается ему открыть. «О каком чертовом госте он сейчас говорит?» — Думал Мегуми, перебирая все варианты.       — Старик, ты серьёзно позвонил мне, чтобы познакомить меня с тем гостем? — раздраженно протянул он, увидев, как отец продолжает весело смеяться. Чувство досады переполняло Мегуми.       — А вообще, вон тот документ подпиши, —мучжина протянул ему бумагу и ручку,парень решил долго не затягивать без колебаний подписать бумагу       Мегуми хмурил брови, глядя на Тодзи с недоумением. Ему непонятно, почему тот стоял на встрече с загадочным гостем, и что именно к этому относилось его присутствие.              — Почему тебе нужно, чтобы сюда наведался этот гость, и еще чтобы я здесь появился? — спросил он, с трудом сдерживая свои эмоции.              — Как бы тебе сказать, чтобы ты ответил спокойно, — медленно протянул Тодзи, как бы обдумывая каждое слово. — Еще во времена, когда мы...              — Блять, только не начинай, можешь как-нибудь рассказать более менее кратко? — раздраженно перебил его Мегуми, чувствуя, как в груди на высказанное беспокойство. Он знал, что Тодзи был мастером запутанных историй, и лишь попытка объяснить ситуацию могла затянуть их в очередную замысловатую муть.              Тодзи последовал и скрестил руки на груди.              — Хорошо, — признался он. — Дело в том, что ты скоро выходишь замуж        Мегуми сжал кулаки, его сердце стучало так сильно, что, казалось, можно было слышать это в совершенно бесшумном зале. «По расчету?» — произнесенное им сквозь зубы слово отзывалось громким эхом напряжения в его груди. Это чувство подпитывало гнев, который как бы лавина накатывала на него, разрушая все, что осталось внутри.              Тодзи, его отец, стоял перед ним с самодовольной улыбкой на лице.       —Да-дааа, не благодари, — сказал он, явно получая удовольствие от вида своего сына, бурлившего от эмоций. — Не волнуйся, я выбрал для тебя надежного партнера. Ты ещё поблагодаришь меня.              Мегуми чувствовал, что возникает опасность возникновения жары. Как мог его отец так беспечно распоряжаться его замужеством?! Внезапно он не смог сдержаться: шагнув вперед, он схватил Тодзи за воротник и заколебал, как будто надеялся, что встряска к просветлению.              — Ты даже не понимаешь, о чем говоришь! — выпалил он, глядя в глаза отцу. — Ты считаешь, что заранее знаешь, что для меня лучше? Эта «надежная поддержка» может быть самой большой проблемой в моей жизни!»              Тодзи лишь закатил глаза, вытаскивая из кармана пачку сигарет. — Мегуми, дорогая, жизнь — это не бесконечная игра. Это стратегия. Признаю, я мог бы выбрать кого-то другого, но мне нужно, чтобы ты знал. Это будет полезно для общих дел.              Максимализм и романтизм Мегуми сталкивались с расчетливостью Тодзи, как два мощных шторма.       — Ты не понимаешь, что отнимаешь у меня? — продолжал он, его голос дрожал от эмоций.       — Думаешь, это просто игра? Мегуми, я хочу, чтобы ты был в безопасности. Ты до сих пор не знаешь, чем являются лидеры группировок.       Мысли Мегуми замерли: Кажется, в словах отца было что-то, что стоило бы обдумать. Он признался, что Тодзи хотел для него лучшего, но не мог измениться с помощью метода.       — Слушай, — сказал он медленно, отпуская воротник, — Партнер, которого ты выбрал для меня, — это не просто союзник. Этот человек, с которым я должен быть на одной волне. Я не могу пойти на шаг, о котором ничего не знаю, и аннулируй брак с ним!       Тодзи всего лишь помахал плечом. — Поезд уже ушел, ту-ту, — демонстративно показал он на миг отдаляющий паровозик, который счастливо уносился в мир приключений       Глаза Мегуми расширились, он продолжал наблюдать за паровозиком, переваривая только услышанные слова. «Поезд ушел» — эта фраза пронзила его       Мегуми молча отцепился от рубашки Тодзи и отошел на шаг, каждое движение как бы было навигировано обманчивым чувством потерянной уверенности.       — Что ты имеешь ввиду? — спросил он, его голос тонул в окружающем шуме. Тодзи, нежно подмигнув, улыбнулся и откинулся на спинку кресла. Он выглядел так, будто ни о чем не жалеет и не собирается извиняться за свою откровенность.              — Ну ты теперь супруг красавец, — слова Тоджи звучали в его голове, словно зловещая мелодия, не желающая утихнуть. — Аннулировать этот брак… это очень долгий процесс, в лучшем случае поверьте мне на это слово». Тоджи усмехнулся и напрваился к выходу оставив Мегуми одного       Мегуми уселся на корточки ,сделав глубокий вдох, испытывая горькое чувство беспомощности. Он привык к своей свободе, к выбору и к самостоятельности. Было трудно представить, что в скором времени эта свобода будет утрачена, заменена договоренным браком. Он не мог позволить себе даже подумать о том, что его жизнь будет предопределена,он не мог понять, почему его отец навязывает ему такой путь. Но он знал, что сражаться с решением своего отца бесполезно.       Он пытался сосредоточиться на своих мыслях, когда внезапное «кхм» прервавшееся кашлем выдернуло его из размышлений.       Мегуми повернулся головой в сторону звука и встретился взглядом с незнакомцем, стоящим всего в нескольких шагах от него, облокотившимся об стену. Мужчина выглядел так, как будто он только что выпустил обложки модного журнала — статный, с идеальной осанкой, на вид около тридцати. На нем был дорогой костюм, его галстук идеально сочетался с оттенком его кожи. Чувствовалось, что этот человек не знает, что такое жадность — он дышал богатством.       Шлейф его парфюма, тонкий и обольстительный, обвивал его вокруг него, создавая ауру власти. Он был невысоким, мускулистым, с волосами ярко-розового цвета, которые сверкали на фоне вечернего неба. Это создано контрастно, что подчеркивает черты лица — резкие, но привлекательные. Но в его алых, как кровь, глаза читались нечто пугающее. Это был взгляд, который мог заставить любого дрожать от страха.       — Блять, а ты еще кто? — проговорил Мегуми, не отрывая глаз от незнакомца, оказавшегося неожиданно близко. Было что-то неземное в его концепции: кто-то, кто был одновременно частью этого мира и не поддерживал его.       Незнакомец не отводил внимания и плотно подходил к Мегуми, его взгляд пытался пробраться в самую низкую точку юноши. Глубокий мужчина с безразличным выражением лица, его глаза были холодными, как сталь.       — Это ты? Фушигуро Мегуми... — проговорил незнакомец, и его голос был низким, словно выванным из самой бездны. Эти слова звучали не как вопрос, а как утверждение, будто бы он знал всё, что было спрятано в темных уголках души Мегуми.Ощущение настороженности охватило Мегуми, заставив его сердце забиться быстрее, а по коже пробежали мурашки.       ***                                                                      — Что тебе нужно, если ты ждешь моего отца? Не думаю, что он вернется в ближайшее время, — проговорил Мегуми, не скрывая иронии в голосе. Незнакомец тихо рассмеялся, этот звук звучал неуместным, словно он разбивал хрупкую тишину.              — Я не к нему, — проговорил незнакомец, его голос звучал низко, но спокойно. — Я пришел за тобой. Твой отец сообщил о том, что я должен забрать тебя и отвести тебя мне домой».              Мегуми почувствовал, как сердце пропустило удар. Он был шокирован, не обращая внимания на то, что и думал. Отец никогда не говорил ему о человеке — Пф, так я тебя и поверил, — хмыкнул он, бросая на незнакомца недоверчивый взгляд.       Чтобы развеять подозрения, он включил голосовое сообщение, которое его отец отправил Тоджи,Мегуми внимательно вслушивался при этом внимательно наблюдая за реакцией незнакомца.       Незнакомец стоял спокойно, не привлекая к себе лишнего внимания. Мегуми встал и подошл к нему, с любопытством рассматривая лицо загадочного человека. — Это не подделка? — спросил он       — А окончательно он задержался в Сингапуре? — спросил он, пытаясь прикрыть тревогу в голосе.       — Думаю... где-то месяца 2 или 3, может быть больше. Точного ответа я дать не могу, — произнес тот.       — Ладно, но... я вполне взрослый человек, который должен взять на себя ответственность над собой. Я сам могу себя обеспечить, так что я могу сам позаботиться себе о. Думаю, отец поймет меня, — выпалил Мегуми, развернувшись и направляясь к выходу.Не успев и срегаировать        Что за… — Мегуми не успел закончить фразу, как вдруг кто-то схватил его за руки и резко развернул к себе. Он увидел перед суровое лицо              — Не так быстро, — проговорил он, его голос был низким и угрюмым, Каким-то зловещим эхом, отражаясь от стены. Его рука, словно тиски, сжималась вокруг запястия Мегуми, причиняя острую боль.       Аура Сукуны наполнила помещение испытания, казалось, невидимая тень накрыла всё вокруг. Мегуми почувствовала, что его собственное сердце забилось быстрее от страха и ярости.       — Ты, кажется, не понял, — продолжал он, его губы растянулись в хищной улыбке. — Ты прямо сейчас едешь со мной. Пока ты находишься под моей опека, ты должен послушать меня и исполнить мои просьбы. А иначе будет хуже только тебе.       Внутри него разгорелось пламя сопротивления. С сердцебиением, которое казалось сейчас слабым истинным звуком в комнате, он собрал все силы и, не раздумывая, ударил его ногой прямо в пах.              — Черт! — вскрикнул Сукуна, его лицо искажалось от боли. Он упал на колени и наконец отпустил его запястье. Это был твой шанс.              Не задумавшись ни на секунду, Мегуми бросился к выходу, но тот, кто думал, что тот просто сбежит, явно недооценивал Сукуну. Он, легко его догнал. Сжимающая хватка вернулась, его руки мощно схватили его за пястья и резко затянули назад.       Мегуми оказалась прижатой к стене и, как будто громадным камнем, его тело перекрыло все пути к отступлению. Мегуми почувствовал, что кости едва не трескаются       Сукуна наклонился ближе, его дыхание было горячим, голос — низким и угрожающе мягким.              — Теперь будь добр, следуй за мной, — вновь произнес он, но в его тоне не было привычной самоуверенности. Сейчас услышал нечто иное — растущее раздражение.       Когда его разум искал выход из ситуации, Мегуми не собирался сдаваться. Он знал, что любая деликатная слабость лишь усилит его власть над ним,и решил опять нанести удар ногой,но сукуна резко выдвинул ногу вперед не давая ударить       — А ты у нас упрямец, да? — проговорил Сукуна, его голос был низким и опасным. Он наклонился поближе к Мегуми, которая изо всех сил старалась не избавиться от своего страха. — Ты попытался ударить снова...Скажи, что сожалеешь об этом. Прямо сейчас.       Очевидная угроза слова Сукуны разнеслась , как выстрел из пистолета. Мегуми, не собиралась поддаваться на провокации. В условиях высокого уважения каждое мгновение приводило их к окончательной развязке.              — Иди к черту! — громко прошипел он, злобно сверкая глазами. В его голосе слышалась ненависть и решительность, но внутри все горло стискалось от легкой паники.       Сукуна лишь усмехнулся, и в этом смехе витала неизменная жестокость. Хватка на руке Мегуми становилась все более невыносимой, он чувствовал, как его тело стягивается в томительном напряжении.       Столкнувшись блядь демоном, он не мог не осознать все свое бессилие.       — Мне больно, отпусти меня! — закатил глаза Мегуми, его попытка вырваться вызывала лишь раздражение Сукуны. Ответный жест оказался неожиданным; Сукуна резко схватил его за волосы и притянул к себе.       — Теперь я теряю свое терпение еще больше... — прошептал он, его дыхание было теплым и полной угрозой. Мегуми стиснул зубы, подавляя стон, который стремился вырваться наружу.       — Ты действительно хочешь того, чтобы я наказал тебя прямо сейчас? — повторил Сукуна, и в его голосе прозвучал неумолимая угроза.       Мегуми сглотнул, чувствуя, как его разум не справляется с весом. Он не собирался подчиняться, но и силу сопротивления не выдержал, встречая взгляд Сукуны с решительностью, которую сам не знал, откуда берет.       В тот момент все вокруг словно замерло: ледяной холод побежал по спине Мегуми, когда в нем зажглась решимость, и он произнес тихим, но уверенным голосом:       — Я сожалею, — проговорил Мегуми сквозь стиснутые зубы. Он чувствовал, как начинается нервный тик в правом глазу. Ему было противно осознавать, что этот гад, этот демон, заставил его унизиться и сказать то, что было ему таким чужаком.       Сукуна посмотрел на него улыбкой, который мог бы стать причиной ледяного потока. — Хороший мальчик, — прорычал он, и Мегуми почувствовал, как напряжение в руках ослабевает. Сукуна, казалось,ощущал кайф от этого мелкого триумфа со стояние противостояния изменилось. Мегуми мог ощущать, как Сукуна ослабляет свою хватку, как будто это была игра.       — Пойдем, — произнес Сукуна, жестом идя вперед. Его поведение было настойчивым, но в то же время в нем сквозила ирония. Мегуми сжал кулаки предсталвяя как уже пускает пули в       — К черту! — закричал он и, не раздумывая, пнул Сукуну сзади так сильно, как только мог.        Входные двери распахнулись, и в проеме появился Сукуна — с холодным высоким взглядом и дикой аурой гнева, который, казалось, преследовал его, как тень.Сотрудники медленно поворачивали голову, наблюдая за сценой, разворачивающейся перед ними.       Он шагал уверенно, но каждый его шаг раздавался в тишине, создавая впечатление, похожее на бури. На его руках мелькали следы контрастов — ярко-красные пятна крови, медленно стекавшие по тыльной стороне ладони, Кровь с носа он вытер, только позволив себе ещё более угрюмый вид, одной рукой держал Мегуми через плечо, его рука крепко фиксировал его ,чтобы тот не сбежал. С ворчанием на губах он повернул голову в сторону, с хмурым носиком, его глаза покрывали недовольство       В тишине они дошли до авто Сукуны, без раздумий, открыл дверь заднего сидения и запихнул Мегуми внутри. Сукуна уселся за руль, повернувшись к нему с равнодушным взглядом, как будто это было просто деловое поручение. Он не знал, что еще — речь, казалось, была грубой формальностью между двумя людьми, обстоятельства которых соединялись лишь по воле чужих решений. Он вспомнил Тоджи, друга своего наставника. Человек, который рисковал всем ради него, предоставив ему возможность быть тем, кем он стал. Тоджи выбрал его, когда было сложно, было бы надеяться, что кто-то отнесется к Сукуне с пониманием. Теперь, когда Соответствовал ответу — брак с Мегуми, он почувствовал тяжесть неизбежности и долга. Мгновения тянулись, и вскоре Сукуна смотрит в зеркало заднего вида. Мегуми спал, его лицо было неподвижным, в нем отражались недосказанности и скрытые страхи. Сукуна , что сам не горел желанием вступить в этот брак. Все произошло слишком быстро,но частью сделки, в которой каждая сторона рассчитывала получить свои бонусы.       

***

      Машина резко остановилась, да так, что Мегуми чуть с сиденья не свалился. Он неловко выпрямился, прижимаясь спиной к холодному стеклу, и выдернул из-за уха прядь волос, которая распалась на непослушные локоны. Внутри него нарастала усталость, но он старался выглядеть спокойным.              — Мы уже прибыли? — протянул Мегуми, ожидая ответа Сукуны.              Сукуна молчал, его внимание было сосредоточено на зеркале заднего вида. Он смотрел на Мегуми с тем странным сочетанием раздражения и любопытства, Размышляя над выражением лица своего спутника, Сукуна невольно заметил, что Мегуми выглядел немного усталой — бледная кожа казалась еще более мрачной на фоне темной толстовки. Тонкие пальцы, острое лицо и ярко-иние глаза, которые словно из-за черных волос, - все это придает юноше странную красоту. Даже его недовольное выражение лица было очаровательным, не в силах отвести взгляд от отражения Мегуми. Он не мог понять, почему этот парень притянул его к себе, как магнит.              — Чего пялишься, открой дверцу, — проговорил Мегуми , с нетерпением ожидая, когда его собеседник, наконец, сделает шаг навстречу. Мучжина медленно нажал кнопку управления.       — Я понимаю, что сейчас ты не в самом лучшем состоянии, — начал Сукуна, потирая глаза от усталости. — Но пойми, Тодзи пытаются обеспечить нам хорошее будущее. Тебе необязательно жить со мной, любить… ну и так далее. Ты пока побудешь у меня, пока твой папаша не прилетит обратно.       Тот лишь откинулся на сиденье, испустив шумный вдох,кажется его начала бесить эта ситуация,парень вышел Первым, что он увидел, был огромный особняк Сукуны — последнее здание, большее походное во дворец, чем в жилой дом. Мраморная дорожка, сверкающая на солнце, вела от входных дверей к главному выходу,Перед белымраморным дворцом стояли несколько слуг и охранников — их строгие униформы и хмурые лица оставляли мало места для сомнений в том, что здесь действовал строгий порядок и дисциплина.       Сукуна заметил выражание его лица и слегка улыбнулся                     — Ну чтожь, добро пожаловать, чувствуй себя как дома, — проговорил Сукуна, его голос напоминал хрустальный звон, но с оттенком легкой иронии. Мужчина внезапно заметил, как Мегуми подбежала к собаке. Это была маленькая, пушистая собачка с белоснежной шерстью и выразительными глазами. Она радостно виляла хвостом, как известно, Мегуми усмехнулся и, склонившись, потянул к нему руки.       Он не мог не улыбнуться, наблюдая, как он нежно гластит собаку. В его взгляде читалась искренность, улыбка была такой светлой, что, казалось, вокруг него засияло солнце.        Мучжина наблюдал за этим милым моментом издалека, его сердце наполнилось теплом. Он заметил, как Мегуми на секунду застыл, а затем разразилась искренним смехом, когда собака начала с энтузиазмом прыгать вокруг него.       В этот момент Сукуна почувствовал, как острая игла пронзила его сердце, удерживая укол тепла. Эта миг, наполненная простотой радостью, оказалась ему удачно нежным.