Печенье для сближения

С тех самых пор, как после победы над Адамом отель его дочери оказался полностью восстановлен, а сам Люцифер сумел отыскать с Чарли словесный контакт, он стал заглядывать в Хазбин чуть ли не по несколько раз на дню. Делал это некогда падший ангел конечно же не просто так, а потому что очень хотел наверстать прежде упущенное общение со своим чадом. Вот только к большому негодованию светловолосого помимо самой дочки, ему также приходилось пересекаться и с другими обитателями отеля, диалога с которыми он, признаться честно, предпочёл бы избежать. — О, ваше коротконогое величество! — идущий по коридору Аластор остановился, слегка согнув корпус в издевательски-приветственном поклоне. — Рад встрече. — Демон допотопных технологий… — не менее «учтиво» приподнявший собственный головной убор Люцифер смерил подошедшего мужчину крайне неприветливым взглядом. — Всё также путаешься под ногами моей дочери, мешая её работе? — А вы всё также приходите сюда каждый день, мечтая заслужить звание хорошего отца? — Я уже имею его! — Ха-ха, ну да. — Ах ты… Поскольку, в отличии от ситуации с Чарли, отношения повелителя ада и Радио Демона так и не смогли сдвинуться с мёртвой точки обоюдного презрения, при каждом удобном случае эти двое так и норовились высказать друг другу что-нибудь эдакое. Однако, на этот раз ситуация всё же не успела усугубиться до масштабов неконтролируемого процесса, ведь в конце коридора вдруг показалась сама Чарли. — Пап? — выглянувшая из-за угла блондинка приветливо махнула вновь прибывшему мужчине одной рукой, поскольку второй всё это время старательно пыталась не уронить на пол внушительных размеров поднос. — Чарли! — при виде дочери Люцифер в одну секунду позабыл о красноволосом демоне, миновав его точно какой-то незначительный предмет декора. — Как же я рад тебя видеть! — Да-а, я тоже… — девушка поспешно вернула руку обратно на гигантское блюдо, явно переживая за сохранность его содержимого. — Даже удивительно, что ты тут… снова? — А как же, — владыка ада задорно стукнул тростью о пол, с чувством потрепав дочь за щёчку. — С момента последней зачистки я крайне переживаю за дело своей дорогой принцессы. — О, па, не беспокойся, у меня всё хорошо. — Да? Тогда почему этот тип всё ещё тут? — сказав последнее, Люцифер нарочито заметно кивнул в сторону Радио Демона, по прежнему стоящего неподалёку со своей до ужаса раздражающей улыбкой. — Пап, ты ведь знаешь, что Аластор помогает нам практически во всём. — Вот именно, — согласно поддакнул принцессе красноволосый, явно не собирающийся уходить. — Он? Ну, да, конечно, помогает… — всеми силами стараясь не обращать внимание на попытки Радио Демона вклиниться в их с дочерью диалог, повелитель ада внезапно нашёл для себя очередной повод увести разговор в совершенно другое русло. — А что это у тебя такое? — палец говорившего указал на тот самый немалых размеров поднос в руках Чарли. — Мне, кстати, тоже интересно, — никак не унимался Аластор, с каждым словом начинающий раздражать падшего ангела всё сильнее. — Никому не интересно, что там тебе интересно. — Я и не пытался разбудить ваш интерес. — Тогда сгинь отсюда, демон забытого старья! — Сразу после вас, метр с шапочкой. — Да я тебя… — Это, — Чарли успешно пресекла попытку возобновления чужого конфликта, как нельзя вовремя подав голос. — Для постояльцев отеля. Приготовленное по особому рецепту, специальное печенье, которое, судя по описанию, должно помочь новичкам стать ближе друг к другу. — Сближать грешников при помощи сдобы? О, Чарли, ты такая очаровашка! — трепание уже другой щёчки дочери было прервано поспешным перемещением руки Люцифера на одно из представленных ему лакомств. — Могу я попробовать? — Эм, ну-у… — Да-да, я бы тоже не отказался от дегустации, вот этой вот… — Руки! — повелитель ада недовольно шлёпнул оказавшегося рядом с ним Радио Демона по тыльной стороне ладони. — Печенье звёздочку уже заприметил я! — Ну, так заприметьте какое-нибудь другое. — Нет! — Лоха ответ… В конечном итоге разломанная ровно на две части фигурка из сладкого теста была стремительно отправлена в рты обоих мужчин, смотрящих друг на друга крайне раздражёнными взглядами вплоть до тех пор, пока лакомство не оказалось внутри их животов. Стоило этому случиться, как и Радио Демон и некогда падший ангел внезапно ощутили себя как-то странно. — Хм, крайне необычный вкус, — от неотрывного взгляда на светловолосого, прежде насмешливо-недовольный прищур Аластора внезапно сменился явно несвойственным своему обладателю трепетом алых зрачков. — Ага… — голос Люцифера дрогнул впервые за множество лет, проведённых в аду. — Дорогая, твоё печенье и правда весьма своеобразно… — Ой-ой, — интонация, с которой Чарли произнесла своё и без того подозрительное междометие словно сама собой вернула присутствующих в прежнее состояние. — Что ещё за «ой-ой»? — красноволосый повернул голову в сторону блондинки, с непонятным затруднением оторвав взгляд от её отца. — Да не-ет, ничего… — Но ты сказала… — Случайно вырвалось. — Да, но всё-таки вырвалось, — также включился в разговор Люцифер, не менее тяжело заставивший себя перестать смотреть на Радио Демона. — Почему? — Как бы сказать… — Прямо, дорогуша, прямо, — Аластор нетерпеливо постучал микрофоном по полу. — Ибо реальность хотя бы имеет границы, а наше воображение бесконечно. — Ну-у, — Чарли нервно затарабанила пальцами по подносу. — Я ведь с самого начала сказала вам, что это печенье приготовлено по рецепту, который должен растопить лёд между постояльцами отеля. А вы съели его и, как мне кажется, вот-вот должны ощутить неимоверную тягу стать ближе друг к другу, вот я и… — ЧТО?! — в унисон произнесли оба мужчины, резко переглянувшись между собой. — Что? — немного растерянно повторила блондинка. — Я предупреждала… — Чарли, — Люцифер сжал голову руками, одним только чудом не сбив с неё собственный цилиндр. — Господи, я же думал, ты говоришь образно! — Признаться честно, я тоже полагал, что «печенье для сближения» — это всего-навсего фигура речи. — Нет, на нём действительно есть заклинание… — блондинка спешно ретировалась от фигур безотрывно смотрящих на неё отца и Радио Демона к повороту за ближайший угол. — Ну, ладно, я наверно пойду, мне ведь ещё нужно раздать всю эту гору постояльцам и всё такое… — Чарли, постой, а у твоего печенья есть какой-нибудь антидот? Или противоядие? — Эффект пройдёт сам собой через пару часов! Не переживайте, всё будет хорошо, возможно вы даже сможете наладить отношения друг с другом… — донеслось напоследок уже откуда-то из нижнего крыла отеля, тотчас растворившись в стенах Хазбина окончательно. Мужчины остались наедине. В тишине, ступоре и полнейшем нескрываемом шоке. — Проклятье, это всё ты виноват! — Люцифер гневно схватил Аластора за грудки, встряхнув его с невероятной для столь небольшого на первый взгляд тела силой. — И надо было тебе стоять тут, вклиниваясь в наш с Чарли разговор? И надо было тебе тоже есть это печенье?! Отвечай, чего молчишь, ты… — Лучше отпустите мой пиджак и отойдите от меня как можно дальше, — по обыкновению насмешливый голос Радио Демона внезапно прозвучал как никогда серьёзно. — А? — услышавший, но далеко несразу осознавший суть чужой фразы Люцифер лишь крепче стиснул пальцами ткань одежды собеседника. — Ты угрожать мне вздумал что ли? Не на того замахнулся! — Я не угрожаю, а пытаюсь предостеречь от непоправимого. — Какого ещё непоправимого?! — А вы не чувствуете? — Не чувствую ч… — и тут блондин, наконец, ощутил то, о чём говорил ему красноволосый. Странные, непривычно-щекотящие импульсы внутри собственного тела, что в одну секунду резким невыносимым жаром рухнули куда-то в самый низ его живота. — Что это? — павший ангел отпрянул от собеседника также стремительно, как подскочил к нему буквально несколько секунд назад. — Похоже, печенье вашей дочери начало проявлять свой эффект. — Печенье Чарли?.. — Люцифер помотал головой, отчаянно отказываясь верить в услышанное. — Бред! Я повелитель ада, на меня априори не должны действовать подобные низкосортные заклинания! — Я тоже априори не должен чувствовать тягу к кому-либо, так как являюсь асексуалом, но как видите… — взгляд красноволосого, украдкой скользнул по брюкам своего обладателя, невольно вызвав у блондина прилив ещё большего негодования. — Вижу и ничего не понимаю, поэтому не вздумай подходить ближе! — Я и не думаю. — Вот и не думай… Как ни странно, вопреки произносимым словам, расстояние между собеседниками невольно начинало сокращалось всё сильнее с каждой фразой. — Не думаю. — И не ду… — Я не… — Чёрт! Губы остановившихся в считанных сантиметрах друг от друга мужчин столкнулись настолько порывисто, что ни один из них так и не успел осознать, как именно это произошло. Как блондин закинул руки на чужие плечи. Как Радио демон ответно обнял владыку ада за талию. Как вонзил его в ближайшую дверь, протолкнув вглубь первой попавшейся комнаты, как позволил стянуть с себя пиджак, ответно оставив некогда падшего ангела без верхней одежды, точно в тумане… в бреду. Как пальцы обоих поочерёдно продолжили стаскивать ненужные вещи, роняя их на пол, как острые зубы всё ощутимее стали цеплять кожу, вырывая из присутствующих то хрипы, то рычание. Что-то было не так. Во всяком случае, как трубил постепенно уплывающий в небытие разум обоих, проклятое печенье для сближения, если оно и должно было дать какой-нибудь эффект, то определённо не такой. Желание близости могло нести под собой нужду пообщаться за чашкой чая или прогуляться по городу, но никак не потребность повалить ненавистного собеседника на кровать, позволив ему утянуть тебя следом за собой. Не жажду услышать чужие стоны от скольжения языка по обнажённому корпусу некогда падшего ангела и тихое шипение Радио демона от прикосновений рук к его возбуждённой от нетерпения плоти. Нет-нет, десерт Чарли точно должен был сработать по-другому. Во всяком случае необходимость стать ближе, в понятии наивной принцессы, никак не могла подразумевать под собой порыв Аластора развести ноги её отца в разные стороны, чтобы устроиться между ними, или потребность Люцифера вставить в собственный задний проход смоченные слюной пальцы, нетерпеливо задвигав ими с намерением распалить чужой запал ещё сильнее. Проще говоря, чары печенья могли зародить в разумах двух демонов невинную идею съесть вместе ещё каких-нибудь сладостей, но никак не тягу вкусить друг друга, потеряв всякую сдержанность. Никак не стремление красноволосого погрузиться внутрь тела блондина и желание повелителя ада задвигаться в такт этим толчкам, принимая их в себя. Нет, не это. И уж тем более печенье для сближения не могло пробудить пермаментную необходимость двух сильнейших существ в том, чтобы кончить… излиться, сделав это вовсе не для того, чтобы завершить процесс, а чтобы вновь и вновь продолжить приступать к нему до тех пор, пока связь с реальностью не оказалась утраченной окончательно… *** — Папа! Аластор! Произошла ужасная ошибка… — при виде двух, ещё недавно покинутых ею мужчин, идущих по коридору отеля, как ни в чём не бывало, Чарли, прибежавшая обратно уже без какого-либо подноса, утомлённо уронила руки на колени, чтобы перевести дыхание. — То печенье… что вы съели… как оказалось, я перепутала заклинания и заговорила его вовсе не на желание стать ближе друг к другу, а на мощнейшую потребность переспать! Вы случайно не… — О, что ты, милая, — Люцифер махнул рукой настолько непринуждённо, что обнаружить некую трудность в его прочих движениях оказалось решительно невозможно. — Конечно нет, я ведь владыка ада. И как тебе в голову могла прийти мысль о том, что на меня может подействовать нечто подобное? Ха-ха… — А я — асексуал, — рефлекторно подхватил мысль блондина Радио Демон, ловко застегнув нижнюю пуговицу собственного пиджака без привлечения к этому постороннего внимания. — И вообще не имею представления о том, что значит хотеть кого-либо. — Вот-вот, — Морнингстар кивнул головой, едва заметно сощурив глаза при кратком взгляде на чужое лицо. — У него даже член не поднимается, с чего бы нам… — Вообще-то, у асексуалов нет проблем с эрекцией, — проворная тень Аластора, внезапно приблизившаяся к самому уху некогда падшего ангела, шепнула в него практически неслышное: — По крайней мере кое-кто лично убеждался в этом несколько часов подряд, и определённо убедится ещё не раз… — Животное, тут же Чарли… — только собравшийся было отогнать от себя чужой силуэт Люцифер так и остался стоять неподвижно, ведь в этот самый миг в разговор вновь вступила его дочь. — Фухф, как же хорошо, что в вашем случае всё обошлось! А то там половину отеля друг от друга пришлось изолировать, ну, знаете, во избежании непоправимого. — Да-а, Чарли, да… — блондин так и не сумел прогнать от себя чужую тень, бесстыдно и в тоже время скрытно скользнувшую под его рубашку с явным намерением пойти на очередной круг сразу же после ухода принцессы. — Обошлось… О том, как много комнат им с Радио Демоном ещё предстояло посетить в этот день перед тем, как прежняя ненависть вновь сменила бы их желание обладать друг другом, Люцифер старался не думать…