Чисто экспериментально

Яркий белый свет прорезал сон парня, заставляя пробудиться и поморщиться с непривычки. Стоящая рядом девушка в халате сразу же заметила движение и быстрым шагом направилась сначала к выходу из лаборатории, а потом уже к лестнице. Желая потереть глаза, парень невольно потянулся рукой, но ощутив давление, он посмотрел на свои запястья, что были заперты в кандалах. Не классно.. Но теперь у него есть возможность оглядеть то, что находится в его диапазоне без чьего-то присутствия: сам парень сидел на стуле, прикованный руками и ногами так, что даже не выберешься, вокруг него находились какие-то приборы для сведения о его здоровье, а вся комната была до чертиков белой — это очень ослепляло. Глянув на себя, парень был полностью голый... Это еще что такое? Стук туфлей разносятся по комнате, отдаваясь эхом. Разговоры не унимались ни на секунду, но речь была невнятной. Кто-то стремительно направлялся в сторону подпольной лаборатории, по количеству стуков около двух человек... — Доктор, у Эксперимента 993 все показатели в норме. — Заговорила вдруг девица, что шла почти впритык к мужчине, заполняя какие-то данные в большом планшете. — Замечательно. — Ответил он, медленно подходя к телу. Названный эксперимент лишь хлопал сонными глазами и не понимал, где он находится. По правде говоря, он даже не помнит своего имени, что уж говорить о местонахождении. В лаборатории неприятно пахло медикаментами и чем-то отдаленно мерзким... Ещё и нос чешется от этих запахов... — Так-так-так, — проговорил для себя неизвестный, из раза в раз проходясь вокруг шатена. — Телосложение в норме, на вид вроде не больной, а личико просто прелесть! — на последних словах мужчина схватил юношу за подбородок, потянув на себя. — Правильно говорят — шрамы украшают человека. Жалко будет тебя уродовать. — Уродовать? — Осипшим голосом ответил эксперимент, с недоверием разглядывая лицо врача. — Для чего я здесь? — Не все так быстро, красавец. — Неизвестный лишь похлопал ладонью по щеке со шрамом и отошел от стула. — Ты скоро сам все узнаешь. «А сказать сразу нельзя? Оставили меня тут голышом сидеть, а у меня, вообще-то, все еще честь имеется!» — но у парня не оставалось выбора, как сидеть и смотреть в разные точки комнаты. Самое обидное, что он ничего не помнит: ни как он попал сюда, ни то, как зовут и сколько ему лет. Неужели теперь его имя — Эксперимент 993? — Молли, что там с препаратом? — Несу, доктор Джон! — И блондинка подносит к тому поднос с новым шприцем и какую-то баночку с ярко-оранжевой жидкостью. Рассматривая сначала содержимое подноса, а потом, как этот доктор Джон заправляет шприц и отбивает содержимое, чтобы устранить наличие пузырей, Эксперимент стал переживать за себя и свою жизнь. А если это последние минуты его жизни? А единственное, что он помнит — эту чертову комнату и двух неизвестных людей в белых халатах?... Доктор же подходит и с нежностью обрабатывает участок левого предплечья. — Не стоит так сильно переживать, 993. «Ага, тебе легко говорить, не тебе вводят какую-то херь!» — но вслух шатен ничего не ответил. Иголку ввели в парня и по мере того, сколько в него вливался препарат, тем жарче ему казалась комната. По его венам будто пустили разгоряченную лаву, что вот-вот расплавит тело подопытного. Но было терпимо. Джон отошел на несколько шагов назад, сложив руки за спиной и лишь наблюдал за происходящим. — Будет очень печально потерять и этот экземпляр. Но, кажется, Эксперимент его не слушал. Сердце стало отбивать бешеный ритм, отчего парень оглох и не мог ничего слышать. Боль распространилась по всему телу, и вот тогда терпеть было невыносимо: стараясь хоть как-то сломать кандалы, что сковывали движения, 993 кричал от боли, пытался всеми способами избавиться от неё, но она лишь усиливалась. Было невыносимо. Под напором силы цепи все-таки ломаются, а пациент поддается вперед, на холодный пол, сворачивается вдвое на коленях и все равно продолжает кричать от невыносимой боли. Прямо под лопатками стали вырисовываться две явные выпуклости, что медленно росли и достигали длины с руку обычного взрослого человека. Со стороны такое зрелище выглядело довольно... Отвратительно. Особенно если сопоставить с криком парня... Но по лицу Джона было понятно, что его интересует лишь результат опыта, не более. Эксперимент в одно мгновение прекратил кричать, смотря лишь в одну точку в полу, но после быстро свалился на кафель без сознания. К нему в тот же час подбежали оба доктора, фиксируя все жизненные показатели.

***

Желание жить было больше, чем все остальное. Желая отвоевать свое право жить без страха, что тебя не убьют, не используют для своих целей или того хуже Это желание лишь усиливалось. — Что вам надо? — с недоверием проговорил парень, рассматривая двух неизвестных ему людей, открывая посреди ночи входную дверь. — Лололошка Уильям Дейвисон, пройдите с нами в участок для составления протокола о правонарушении. — Монотонно и роботизированно проговорил неизвестный, даже не представившись. Его лицо освещало лишь щель тусклого света лампы неподалеку. — Какие правонарушения? Я из дома вторую неделю не выхожу. — Все зарегистрировано на камерах, прошу пройти с нами. — Не унимался неизвестный человек в форме. — Хорошо, без проблем... Дайте мне собраться. И парень отходит на пару минут взять телефон, деньги и бейсбольную биту, чтобы одним ловким движением ударить по головам полицейских. И нет, ему не жаль, ведь эти люди — роботы. Кто-то умышленно пытается его увести из этого дома, чего Лололошке совсем не хотелось. Но ведь его не проведешь! Удар был сильным, Ло и сам удивился, как же быстро все произошло и куда уводят его же ноги. Бежит, куда глаза глядят. Но здесь оставаться не безопасно. Уже третий раз за неделю к нему приходят "полицейские" и стараются вывести из дома. Ночью! Что за черт?! Выяснить такое у Ло не было возможности. А ведь очень хотелось! — Дилан, открывай!! — Стал кричать Лололошка и молотить кулаками по кожаной части двери. Ноги привели его именно сюда, а он и не против. Дилан был соседом ниже на пару этажей, поэтому особо далеко Ло не убежал. За дверью послышались шаги, а затем и два щелчка. Дверь открылась, а из неё показалась щёлочка света из коридора и послышался лязг цепочки, что сдерживала эту дверь. — Чувак, полтретьего ночи. Какого хрена?... — Потирая глаза первым же делом спросил хозяин квартиры. — Сегодня же виделись. Или не уж-то соскучился по мне? — Только в твоих мечтах. Впусти меня, разговор есть. — Ну так неинтересно. — Но Дилан все равно закрывает дверь, открывает её, но уже приглашая к себе друга. — Заходи быстрее, пока я не передумал. А Ло вприпрыжку залетает в квартиру, проходит в зал и довольный приземляется на широкий серый диван. Хозяин квартиры лишь устало облокачивается плечом об угол. — Я жду объяснений тому, почему посреди ночи ты вламываешься ко мне прямо тогда, когда я заканчиваю стрим и иду спать. — Ну, в общем, сижу, никого не трогаю... — Без подробностей о том, как ты пытался пожарить курицу. — Дилан, ты меня обижаешь! — Ло немного помолчал, а после продолжил: — Но если ты не хочешь получить порцию замечательной истории о жареной курочке... — Ло, я сейчас тебя за дверь выставлю! — Да ладно, ладно! Снова ко мне отправили этих роботов. — Опять, что ли?! — У Дилана сон словно рукой сняло. Немного походив по кругу и размышляя о чем-то своем, брюнет и не заметил, как сел возле шатена. — Слушай, Ло, а только к тебе эти железяки приходят, или еще к кому-то? — Понятия не имею. Две недели торчу дома, сам знаешь. Но... В последнее время я соседей перестал слышать. Шумных, тех самых... Дилан замолчал, размышляя о чем-то и неосознанно негромко топал ногой, как бы помогая себе. А после его озарило. — Ло, а может это действительно полицейские? — А к тебе тоже посреди ночи заявляются полицейские-роботы и говорят пройти в участок? — Ну интересно ведь. Давай проверим? — Брюнет достал свой телефон и стал что-то быстро-быстро печатать. — Ты пройдешь вместе с ними, а я буду отслеживать тебя по GPS. Только телефон с собой не забудь взять. Сам подумай: если ты сейчас не попробуешь, то эти роботы постоянно тебя донимать будут. Взвесив все возможные варианты, Лололошка неуверенно кивает. И в чём-то Дилан прав, Ло тоже хотел выяснить, почему к нему приходят, выводят из дома ночью и что вообще от него хотят. Поток мыслей ему прервал брюнет. — Так, все, давай к себе шуруй. Не забудь мне позвонить, когда к тебе железяки придут. — Говорил Дилан, стараясь спихнуть своего друга с дивана. — Я тоже спать хотел лечь. — Даже чаем не напоишь? — Иди жареную курицу свою ешь. С досадной миной Лололошка все-таки покидает квартиру Дилана и направляется на свой этаж. Для выполнения ма-аленького плана от своего друга требовалось элементарного — постараться не дубасить битой по железному лицу и пойти вместе с ними. Но Ло ничего не обещает... Изменения в городе происходили, но никто не обращал на них должного внимания. Люди таинственно пропадали, патрульные и волонтеры искали их, а после они сами возвращались к семьям целыми и невредимыми, но не теми, кем привыкли их видеть. Стоило сходить к соседям, хотя бы узнать, как у них дела... Дойдя до своей нараспашку открытой двери, Ло обратил внимание лишь на груду металлолома в углу и зашёл в квартиру. Ждать следующих полицейских пришлось весь следующий день, но ведь и время Ло не терял: вместе с Диланом они обсудили план и возможные действия. — Ты уверен, что включить видеозвонок — хорошая идея? Ты же сам сказал, что будешь отслеживать меня по геолокации. — Хотелось бы и глаза иметь в этой ситуации. — Ответил Дилан, что-то печатая в ноутбуке. — Твое дело лишь сделать, а там уже как пойдет. — На верную смерть меня отправляешь, Дил. — Чувак, ты преувеличиваешь, отвечаю. Стук в дверь, Ло смотрит в глазок и, убеждаясь, что пришли те же полицейские-роботы, он берет приготовленную сумку, звонит другу, надевает наушники и открывает дверь. — Лололошка Уильям Дейвисон, пройдите с нами в участок для составления протокола о правонарушении. — Монотонно, без шанса на запинку, говорит робот. А текст все тот же. А Ло и не собирается ничего говорить. Он берет с собой бейсбольную биту и выходит из дома с ней наперевес. — Ло, я думаю, что бита здесь... Лишняя. — Проговорил Дилан в наушник, копошась. — Но это твое дело. Иди ровнее, я не вижу ничего. Шатен в окружении двух роботов шагал в неизвестном направлении. Вот они вышли из подъезда, вот проходят освещенную улицу и дорогу, а вот они подходят к какому-то закоулку. Парень медленно отходил ближе к углу и старался проанализировать ситуацию... — Не кажется ли тебе странным, что эти полицейские тебя куда-то привели в не совсем похожее на участок? — И мне так кажется, Дил... — Ответил ему Лололошка, подняв бейсбольную биту в руки. И в одно мгновение Ло ощущает слабость, а бита и телефон с глухим стуком падают на асфальт. Сколько бы Дилан не старался докричаться до Ло, до его сознания, все в бестолку...

***

Резкое пробуждение и очутившись в белом помещении, Эксперимент не сразу понял, где он находится. Его вновь ослепила яркость цвета, отчего пришлось недовольно жмуриться и закрывать глаза от света. — Какого черта здесь так ярко... — Недовольно пробурчал парень, вставая с койки. И тогда уж он прекратил как-либо стараться не видеть этот свет. Эксперимент 993 смирно стоял и глядел в пол, стараясь осознать, что с ним произошло за последние пару... чего? Часов? Дней? Недель? Может он вообще в коме пролежал, кто его знает... — Значит, меня зовут Лололошка Уильям Дейвисон... — Тихо, для себя, говорит шатен, стараясь просто переварить информацию из сна. Или ведения. Ло не мог точно утверждать. Но теперь у него есть имя! Можно не считать себя безымянным с биркой «Эксперимент 993»! Если, конечно, это вообще его имя. Но кого это волнует? Когда глаза привыкли к свету, парень решил осмотреться и наткнулся на зеркало со своим отражением. До ужаса лохматые волосы, белая до колен рубашка и... Крылья?! Идеально белые большие крылья! Лололошка даже не поверил, хотел было потрогать, да только он не умеет управляться с этими отростками от слова совсем и с ужасной силой вдарил себе в челюсть этим же крылом. Приятно познакомиться. — Ох, черт... — Недовольно пробубнел шатен, потирая свою челюсть. — Не такого я хотел... Для того, чтобы полностью рассмотреть себя в зеркале, Лололошке приходилось немного нагинаться, что его очень удивило. Но, возможно, комната просто была предназначена для другого человека, и лишь казалась немного тесной для парня. Сама комната не была особо примечательной: в углу комнаты находилась жесткая койка с перьевой подушкой, рядом стояла непримечательная белая тумба, напротив же была железная дверь, а правее от неё находилось зеркало. Зато здесь тихо. Никто тебе не помешает, ты можешь поразмышлять о своем и... — Доброе утро! — Неожиданно сказал Джон, входя в помещение. — Очень удивлен, что ты вообще проснулся, дружок! — Чего... — Не чегокай мне тут. Давай, садись на кушетку, сейчас осматривать тебя буду. — В руках у доктора была аптечка и, подойдя к тумбе, поставил и открыл её, чтобы достать оттуда стетоскоп. — Подними рубашку. Ло поднял рубаху и его тут же стали слушать. По просьбе врача парень переодически прекращал дышать, и наоборот. — Сердцебиение в норме. А ну-ка, крылышко свое расправь. — Джон положил стетоскоп обратно и взял измерительную ленту, показательно её расправив. — А ты уверен? Я буквально пять минут назад себя же ударил этим крылом. — Ответил ему Эксперимент, отчего невольно потер щеку, ощущая фантомную боль в этой области. — Уверен-уверен, давай расправляй. Джон поднялся ногами на кушетку, чтобы измерить крыло, но был сразу откинут этим же крылом назад, на пол, отчего доктор с богом успел приземлиться на ноги и не упасть. — Ничего, и не через такое проходил... — Поправляя халат, мужчина немного отодвинул крыло в сторону, залез и измерил все показания, что ему нужны были: и вертикально, и горизонтально, и всячески проверял прочность эти крыльев... Спустившись, Джон сложил все инструменты и закрыл аптечку. — Прекрасные крылья, 993! Очень удивлен, что за неделю они так выросли и окрепли, да и сам ты значительно подрос... — Неделю? Я тут провалялся целую неделю? — Ну, не прям неделю... — Задумчиво протянул доктор и стал наворачивать круги по комнате. — Ты почти месяц валялся в отключке, при этом все жизненные показатели были в норме. За этот месяц я следил за тобой и твоими возможными симптомами после введения препарата и по сравнению с другими экспериментами ты тот ещё живчик. Ладно, пойдем, накормлю, напою и расскажу твой план на день. Встав со своего места, Ло направился вслед за Джоном. После всего этого диалога на душе остался непонятный осадок, будто парню что-то недосказали или вообще ничего толкового не рассказали. Месяц жизни просто пролежать на какой-то койке... Даже не зная, что произошло в этом мире. Как же это ужасно. Парни шли в тишине, никто не желал что-то говорить, да и нужно ли? Все равно толкового ничего не обсудишь, особенно с тем, кто проспал месяц и не в курсе последних новостей. Он только полчаса назад узнал свое имя, даже не напрямую, а из сна, а остальное уж точно неизвестно. С такой же тишиной Ло и Джон дошли до кухни. И когда Эксперимент попытался переступить порог комнат, он почувствовал давление и невозможность пройти дальше, и тогда парню пришлось осмотреться: крылья по неволе хозяина расправились во всю длину и теперь не давали прохода Лололошке, будто охраняя от опасности. Но кушать тоже хочется! И сколько бы парень не старался сложить крылья собственноручно, все было напрасно. Пришлось идти на крайние меры: с богом разворачиваться боком и проходить так, параллельно наблюдая за тем, чтобы не опрокинуть где-то давно забытую кружку или тарелку... — Что, принцесска, учишься элегантно ходить? — Как бы невзначай спросил Джон, что-то разогревая в микроволновке. — Стараюсь не опрокинуть вещи и тебя не прибить крыльями. И все-таки Ло справился с этим... испытанием и сел за стол. Одно лишнее движение — и все ближайшие предметы упадут, разбившись. Несмотря на некую колкость со стороны мужчины, между теми снова воцарилась тишина, настолько нагнетающая, что Лололошка невольно поежился, когда перед ним поставили тарелку с каким-то супом. — А ты случайно не попытаешься меня отравить или еще чего хуже? — Ло особо не верил этому неизвестному, остерегался, ведь после того, как его подвергли воздействию неизвестного препарата, тому было страшно принимать что-либо от доктора. — Нет, что ты! Не буду же я подвергать опасности своего наилучшего эксперимента и желать ему смерти! Ни в коем случае. — Ставлю свое крыло, что ты бы наплевал на меня с высокой колокольни, узнав, что я откинулся еще когда ты ввел мне ту херь. — Безэмоционально ответил Ло, а суп все-таки попробовал. На удивление, вкус ему понравился, что аж за щеками трещало, Джону пришлось даже добавки нести для него. — Ну что, наелся? — Когда доктор получил удовлетворенный кивок, он улыбнулся. — Ну вот и замечательно! Так как твои крылышки еще совсем не освоены для полета и основных действий, тебе стоит тренироваться на особой площади, я буду рядом и смотреть за твоими результатами и фиксировать. Ответить Ло ничего не смог, лишь кротко кивнул и встал из-за стола. Пока он трапезничал, крылья вернулись в исходное положение и пройти порог комнат стало в тысячу раз легче. — А куда нам идти? — На улицу. Иди прямо, не заблудишься. И Ло последовал совету, направляясь только прямо. Весь коридор был пустым, ни одной картины или окна́, лишь бесконечные белые стены, потолок и пол. Отдаленно, в глубине души, шатен испытывал смешанные чувства, просто взглянув в сторону этого коридора, и даже не знал, с чем это связано... Проходя мимо огромного количества комнат, парни наконец дошли до выхода, один из них открыл дверь и показался зеленый газон с ясной погодой над головой. Ступив босой ногой на траву, Лололошка невольно отдернул её назад из-за неприятного ощущения холодной почвы под ступнями. Но выйти из здания все равно пришлось. — Здесь как-то непривычно ярко... — Ты просто привык к комнатному свету. — Безразлично пожал плечами Джон и встал справа от центра газона. — Становись напротив меня, будешь слушать то, что я говорю. И Эксперимент встал, так как выбора особо не было, и вот тогда он смог оценить масштабы своей мутации: он стал действительно намного выше, крылья позади него давали стимул для хорошей осанки, а глянув на руки, он заметил на них... когти. Длинные закругленные когти. Даже ногтями их толково не назовешь. «Да я прям Росомаха... А иммунитет к мутации у меня будет?» — А что делать-то? — Не дождавшись указаний проговорил шатен. — Для начала попробуй подвигать крыльями. Не переживай, если не получится — у каждого свое время. Просто подумай, что ты их расправляешь, также, как ты неосознанно думаешь, как поднять руку или ногу. — Легко сказать... — Буркнул Ло, но все равно попытался: крылья действительно повиновались мышлениям их хозяева. Это оказалось проще простого! Парень даже рассмотрел их, но после сложил. — А мне придется каждый раз думать о том, чтобы их расправить или сложить? — Первое время — да, но после ты привыкнешь и будешь просто на автомате решать, что делать со своими крылышками. — Доктор что-то резко стал записывать в бумагах, что принес с собой и вновь глянул на Эксперимент. — Можешь поочередно крылья расправлять? Поразмышляв над этим, Ло постарался сначала выпрямить одно крыло, а потом второе, но получалось это крайне жалко, ведь оба крыла расправлялись и даже не желали возвращаться в исходное положение! — Не могу. — Кратко ответил парень, досадно вздохнув. — Ничего страшного, есть над чем можно поработать. — И Джон вновь что-то записал. — Попробуй взмахнуть пару раз крыльями. Не взлетая, а просто направляя ветер на меня. Лололошка кивнул и постарался взмахнуть крыльями прямо, но вместо этого неумело взмыл в воздух, барахтаясь там, как в воде, и также неумело плюхнулся на землю вниз лицом, немного прокопав носом вперед. От этого Джон разразился смехом и подошел к Эксперименту ближе, помогая встать. — Ты как, крылатик? Нос себе не сломал? — Все еще задыхаясь в смехе проговорил доктор, отряхивая парня напротив от земли и травы, хотя это все равно не помогло — на рубахе остались яркие последствия падения того. — Вроде нет... — Проговорил Ло и потрогал себя за нос, будто так узнает, сломан ли он, или цел. Но боль все равно присутствовала, потому парень недовольно поежился и скривил лицо. — Ну, раз ничего сверхъестественного не случилось, то давай продолжим. — Ответил тот и отошел от шатена к своему месту. И подобные тренировки проходили практически каждый день по часу в день вместе с доктором. Задания были однотипными: расправь крылья вместе, потом поочередно; постарайся ими взмахнуть или повзаимодействуй с ними. Чаще всего задания проваливались с крахом и тогда Ло идет обратно в свою комнату расстроенный и собой, и своими возможностями. Даже этот Джон ничего не говорит для поддержки! Обычно за Лололошкой заходил доктор Джон, кроме него никто не заглядывал в его палату, но в одно раннее утро к парню зашел совсем другой человек. — Привет! — Воскликнул неизвестный парень, проходя во внутрь комнаты, но когда он заметил, что Ло сидел взлохмаченный и опухший ото сна, прикрыл рот и охнул. — Ох, я тебя разбудил, да? Прости, пожалуйста, прости-прости! — Да все нормально. — Осипшим голосом ответил ему Эксперимент и встал со своей койки. — А где...? — Господин Джон? Он уехал по каким-то важным делам. Ни мне, ни Молли он ничего не сказал, лишь поручил дело провести с тобой тренировку. Приводи себя в порядок, я буду ждать тебя за дверью! — И парень вышел из комнаты, похоже, действительно ожидая Лололошку снаружи. Но ему и делать особо-то ничего не нужно. Подойдя к стене возле койки, он ладонью надавил на неё и скрытая дверь отошла в сторону. Лололошка бы сам и не узнал наличие ванной комнаты за какой-то стенкой, если бы Джон не подсказал ему. Быстро умывшись и приведя себя в порядок, шатен закрыл комнату и вышел вслед за неизвестным. — О, ты уже собрался! Быстро ты. — Парень стоял, облокотившись о стену, и сразу же выровнялся, когда заметил открывающуюся дверь. Немного помолчав, он протянул свою руку. — Я Рио, будем знакомы! Теперь-то Ло мог рассмотреть этого парнишку повнимательнее: светлые голубые волосы, немного темнее глаза и синего цвета брючный костюм, рубашка немного помятая и не заправленная в штаны, что были на первый взгляд большие на парня, как и пиджак, а выделяющим штрихом в одежде был яркий длинный галстук. Но то, что очень сильно бросается в глаза — синий ромб на лбу. Кажется, этот парень — ярый фанат синих оттенков. — Будем знакомы. — Ответил ему Лололошка, пожав руку. — Очень замечательно! Пойдем со мной, господин Джон попросил тебе выдать одежду. Только недавно сшили, тебе понравится! — Воодушевленно проговорил Рио, словно это ему сшили такую одежду, а не Лололошке, и резко схватил шатена за запястье, быстрым шагом направляясь куда-то в противоположную сторону от выхода на газон. — Там такое худи! А шарфик!! Материал качественный. А еще очки сделали тебе! — Очки? — Спросил Эксперимент, стараясь поспевать за Рио. Похоже, синеволосый был настолько восхищен самой этой идеей, что даже не заметил, как буквально тащил Ло за собой. — Да-да, солнцезащитные очки, голубенькие такие! — Все это время улыбка с лица парня не спадала, но вдруг он резко остановился, будто что-то тяжёлое вспомнил. — Прости-прости, я снова забылся! Мне не стоило тебя так резко хватать и тащить непонятно куда... — И отпустил запястье того. — Я вроде и не был против. — Пожимая плечами ответил Ло. — Все равно мне как-то стыдно, прости... — Рио виновато почесал затылок, но, кажется, быстро забыл это недоразумение. — Ой, слушай, давай я тебе обычаи наши расскажу! — Ваши обычаи? — Да! Здесь каждый забыл свою жизнь до попадания в кампус, вплоть до своих личных данных. Поэтому мы придумываем себе имя и ходим вместе с ним, чтобы не называться номером эксперимента. Что думаешь? — Идея... Хорошая. Но если я вспомнил свое...? — Даже если кто-то вспомнил свое имя, мы его держим в секрете и все равно представляемся псевдонимом. — Удобно... — Именно, поэтому обязательно подумай над тем, как тебя могли бы другие называть! — Дейв. — Сразу же сказал Лололошка. — Что? — Рио не сразу понял, что имеет в виду его новый товарищ. — Мой псевдоним будет Дейв. — О... Хорошо, Дейв! — Рио, кажется, обрадовался, очень даже искренне. — Но твою одежду все равно нужно забрать.

***

Когда Лололошка вышел из-за ширмы, синеволосый взвизгнул и довольно похлопал в ладони, выражая тем самым свою искреннюю радость. — Дейви, как же тебе идет! Идеально! На Эксперименте был белый плащ с черными пуговицами и эмблемой искры на плечах; под низом находилась такая же белая футболка, горло которой перекрывал голубой клетчатый шарф, где длина концов достигала чуть ниже талии; штаны представляли собой чёрные джинсы с подвеской в виде голубой ленты; на ногах же были обычные синие кеды со шнуровкой. На голове красовались солнцезащитные очки с голубой оправой. Все, как говорил Рио. — Как тебе самому? — Спросил Ри, подходя ближе. — Мне нравится. — Осматривая себя в зеркале ответил ему Ло. — Конечно, я не уверен, что буду часто носить этот плащ... Рио, ты еще что-то про худи говорил. — Точно! — Парень сразу же подорвался к шкафчику и стал искать нужную вещь, а когда нашел, сразу же вручил Лололошке. — Вот, держи. Сменив плащ на худи, парню стало комфортней. Оно не отличалось чем-то от плаща, только лишь черными вставками на рукавах и капюшоне, а также отсутствие каких-либо способов застёгивания. — Плащ я схожу и положу к себе в комнату, а потом уже пойдем на улицу. Как Ло и сказал, он отнес вещь и сразу же вышел из комнаты. Рио терпеливо ждал его и с радостью в глазах встретил его. Они направились на выход из кампуса. — Слушай, Рио, а кем ты являешься для доктора, что ты сейчас заменяешь его? — Спросил вдруг Лололошка, явно заинтересовавшись в этой теме. — Один из главных его помощников. — Без какого либо энтузиазма проговорил он, сложив руки за спиной. — Сейчас нас двое, как помощников — я и Молли. Молли помогает в лаборатории, а я помогаю в кампусе. Все просто. А почему тебя это интересует, Дейви? — Мне казалось, что... здесь никого нет. Как сказать... — Из-за того, что здесь почти всегда тихо? — Ло кивнул. — Обычно ребята проводят свое время за пределами, и потому обычно кампус пустует, а сейчас они вообще выехали куда-то в лест развеяться, поэтому в момент своего пробуждения ты их просто не застал. — Парень пожал плечами и отпер дверь, что вела их на улицу. — Тоесть, ты просто следишь за порядком здесь? — Ну, получается так. — Рио посмеялся, а потом указал ладонью на место, где обычно стоял Эксперимент. — Что ж, становись, Дейви, будем проверять, сколько работы стоит с тобой провести! Ло, вставая на свое уже привычное место для тренировок, чувствовал воодушевление и некую легкость, словно он собирался парить на этих крыльях сегодня. И хотелось действительно совершить хотя бы один полет.