Легенда дальних земель

Такеши сидел за столом напротив отца. В комнате были только Мокити Ёсинага и его сын. Глава рода внимательно слушал рассказ вернувшегося юноши. - Затем она привела лошадь и дала мне сумку. Икэда-сан подсказала мне дорогу до города, и я смог вернуться домой. - Понятно. Я намереваюсь в скором времени отправиться в земли ёкаев. - Отец, позволь спросить, зачем? - Я хочу увидеться с одной кицунэ, живущей в том лесу. Лучше всего было бы встретиться с ней там. - Не думаю, что стражи сразу пустят в те места незнакомца. - Тем не менее, я обязан это сделать. Я отправлюсь туда завтра на рассвете. Мокити Ёсинага коротко кивнул сыну, давая понять, что ему следует уйти. Такеши встал, поклонился отцу и вышел, закрыв за собой дверь. Оставшись в одиночестве, Мокити задумчива посмотрел на картину, висевшую на стене кабинета. На неё был изображён самурай, скачущий на коне по горной дороге. - Я сделаю то, что должно, Ичиро. Я обещаю, ты будешь отомщён. Солнце неспешно восходило над горами, заливая леса и поля золотистым светом. Глава рода Ёсинага, облачённый в доспехи и вооружённый катаной, скакал на коне, направляясь в земли ёкаев. Наконец, он достиг леса, прилегавшего к горному массиву. Здесь начинались места, куда ходили лишь немногие люди, боясь разгневать магических созданий. Самурай привязал свою лошадь к одному из деревьев и отправился искать ту самую лису-оборотня, что причинила ему когда-то сильную боль. Присмотревшись, воин заметил недалеко несколько простых домов. Мокити направился к ним и вскоре вошёл в деревню, где жили разные ёкаи: добродушные оборотни тануки, дзасики-вараси, тэнгу и многие другие. Но он шёл дальше, в самую чащу леса. Самурай помнил, где находилась та хижина, в которой жила кицунэ, которой Ёсинага уже много лет хотел отомстить. Харуко Икэда приметила воина издалека. Её лицо сразу стало серьёзным. Женщина позвала дочерей. Морико и Эмико пришли через несколько мгновений и встали перед матерью. - Дети, я должна попросить вас покинуть дом. - Почему, мама? Что-то случилось,- с волнением спросила младшая из сестёр. - Скажи, Морико, ты помнишь кицунэ по имени Тиаки? - Да. Она умерла десять лет назад, заблудившись в горах зимой. - Верно. Мало кто знает, но незадолго до своей гибели она вступила в схватку с самураем и вышла из неё победителем. Она защищала одного из ёкаев. Сначала Тиаки пыталась говорить с воином, но он и не думал слушать. Ей пришлось драться, чтобы защитить и друга и себя. Напавший не смог выжить. Тот самурай, который идёт сюда, одержим желанием мести за павшего в бою с кицунэ воина. Я знаю, что его имя Мокити Ёсинага и что он ни за что не уйдёт без сражения. Поэтому я пойду ему на встречу. Если мне повезёт, возможно, самурай послушает меня и вернётся к себе домой. Если нет... то я готова биться с ним. Поэтому я прошу вас уйти в леса на несколько часов. Я не хочу, чтобы вы пострадали. Дочери подощли к Харуко и крепко её обняли. - Не беспокойтесь, со мной всё будет в порядке. Соберите немного вещей и ступайте. Морико и Эмико поклонились матери и ушли. Она же подошла к стойке для оружия, взяла с неё небольшой нож и спрятала в рукаве кимоно. Мокити Ёсинага шёл по лесной тропе. Мысли его были только о погибшем друге. Навстречу шла женщина. Остановившись друг напротив друга, они поклонились, в знак приветствия. Самурай заговорил первым: - Я ищу кицунэ по имени Тиаки Ямада. Вы не знаете, где она может быть? - Ямада-сан умерла десять лет назад. - Неужели? Я считал, она скрылась после того, что сделала. - Это не так. Я знаю, зачем вы пришли сюда. Но прошу, возвращайтесь в свой дом. - Я намерен сдержать данное слово. Я самурай. Если не сделаю этого, то я никто. Глаза женщины сверкнули, и на её голове появились лисьи уши. - Я была её подругой. Сражалась вместе с ней, когда это случилось. Если хотите мстить за гибель вашего соратника, можете биться со мной. - Да будет так. Ты и я. Здесь и сейчас. Мокити достал из ножен меч, а Харуко вытащила из рукава нож. Самурай замахнулся катаной, намереваясь ударить, но кицунэ ловко уклонилась, припав к земле и бросив в лицо воину ком земли. Мокити замедлился, а ёкай, воспользовавшись моментом, перекатилась в сторону и поднялась на ноги. Приняв стойку, она выпустила в Мокити несколько огненных искр. Самурай же захотел вымотать кицунэ чередой атак. Это решение подействовало. Харуко едва успевала отбиваться от яростных выпадов противника. В один момент она пропустила удар, и катана оставила на щеке женщины шрам. Ёкай чувствовала, что не сможет долго продолжать бой, но понимала, что и Мокити тоже сильно устал. Они стояли в нескольких шагах друг от друга. Оба противника были сильно измотаны. В этот момент должен был быть разрешён исход всего сражения. Собравшись с силами, самурай вновь атаковал первым, двинувшись на кицунэ. Харуко нырнула ему под руку и оставила на боку рану, ударив в слабо защищённое доспехами место. Мокити едва успел развернуться, когда ёкай взмахнула рукой, пустив в него сильный огненный поток. Самурай, тяжело дыша, упал на землю. Кицунэ подошла к нему и села на колени рядом. - Простите, Ёсинага-сан. Я не хотела этого. - Это... Было неизбежно. Скажи моему сыну... Теперь он- глава семьи,- с этими словами Мокити Ёсинага закрыл глаза. Харуко Икэда поднялась на ноги, медленно подошла к большому дереву и села под ним, восстанавливая силы. Через некоторое время неподалёку показались её дочери. Эмико со всех ног побежала к матери и села рядом, крепко обнимая. - Мама, с тобой всё хорошо? - Не бойся, моя милая. Раны лёгкие. Я справлюсь. Следом подошла старшая дочь. Посмотрев на мать и всё поняв, она не стала задавать вопросов о случившемся. - Тебе нужна какая-нибудь мазь или, может, ткань, чтобы наложить повязку? - Не беспокойся, Морико. Я смогу дойти до дома. Там я обработаю царапины. Пошли, нам пора. Дойдя до дома, Харуко велела старшей дочери написать семье Ёсинага письмо, рассказывающее о произошедшем. Морико принялась исполнять поручение. Когда всё было сделано, юная кицунэ отдала письмо матери и удалилась в свою комнату. Улегшись на футоне, девушка перестала сдерживать слёзы. От осознания случившегося солёные капли продолжали течь из её глаз. Мысли в голове Морико никак не давали кицунэ покоя. "Неужели это было неизбежно? Почему всё произошло именно так? Что, если бы с мамой что-то случилось?",- думала девушка, уткнувшись лицом в подушку. Наконец, ей удалось забыться дремотой. Когда Морико проснулась, был уже почти полдень. Вспомнив о письме, она быстро собралась, накинула дорожный плащ и, взяв его, направилась в город, чтобы отдать тому, кто теперь должен был занять место главы рода Ёсинага.