пустынный пляж

      Суббота выдалась действительно тёплой.       Снег неторопливо спускался на землю, превращая дороги Сеула в нечто пушистое и мягкое, как шерсть домашнего кота. Ветер только изредка покачивал ветви невысоких деревьев и мелких кустарников, забирался под тёплую одежду людей и заставлял их слегка ёжиться. Джисон поправил свою чёрную короткую куртку и медленно, как облако, плывущее по небу, подошёл ко входу в кафе, где договорился встретиться с Минхо. Вечер уже опустился на город, поэтому большинство вывесок горело куда ярче, чем днём, привлекая к себе многочисленное внимание. В кафе стоял приятный запах свежеприготовленных блюд и тёплых напитков. Помимо гирлянд, которыми было украшено всё помещение, пространство согревал негромкий смех компаний, собравшихся в этот вечер для снятия стресса. Джисон прошёлся взглядом по залу и нашёл в самом уголке знакомое лицо, поэтому слегка улыбнулся и прошёл вглубь заведения.       Минхо сидел в чёрной рубашке, закатав рукава до локтей, и что-то внимательно вычитывал в телефоне, но моментально поднял голову, стоило ему заметить приближающегося знакомого. Джисон снял куртку и с благодарностью передал её молодому человеку, который встал с места и повесил её на вешалку, поближе к своей. Они уселись за стол, и Хан всё продолжал рассматривать помещение. Минхо ему не мешал — он внимательно анализировал выражение лица младшего и, видя на его губах лёгкую улыбку, сам невольно улыбался. Вскоре к ним подошёл официант. Высокий молодой человек с тёмными кругами под глазами поправил свою белоснежную рубашку и вытащил из кармана тёмно-коричневого фартука блокнот, чтобы записать заказ. Несмотря на заметную усталость, официант услужливо улыбался и уточнял, не было ли у гостей аллергии на какие-нибудь ингредиенты. Джисон решил заказать тушёную курицу с лапшёй, потому что на фотографии в меню она выглядела довольно аппетитно, и Минхо взял то же самое.       — Тебе нравится тут? — когда блюда уже принесли, и молодые люди обменялись формальными вопросами о том, как провели свой день, поинтересовался Минхо. Музыка немного приглушала голос, но Джисон всё равно отчётливо его слышал, почему-то чувствуя какое-то приятное тепло где-то внутри. Он слегка улыбнулся и молча кивнул, чем удовлетворил любопытство второго.       Пар горячего блюда доносил приятный аромат приготовленной еды, всё вокруг создавало невероятно прекрасную атмосферу, вылезать из которой совершенно не хотелось. Столик, за которым они сидели, был так удобно подобран, что казалось, словно в этом кафе они находились одни, хотя изредка до них всё-таки доходили отрывки фраз из разговоров других посетителей. Гирлянды порой мигали, как бы указывая на то, что именно они трудились над мягким светом в помещении, а зажжённые свечи на подоконниках, если принюхаться, пахли ванилью. Здесь было тепло и комфортно, что полностью покорило сердце Джисона, молча уплетающего лапшу и порой посмеивающегося с шуток Минхо, который разбавлял неловкое молчание рассказами с работы. Джисон печалился из-за того, что рассказать ему было нечего — он проводил дни в четырёх стенах, каждый вечер выходил в магазин для покупки каких-нибудь полуфабрикатов на ужин и иногда болтал с забегающей после работы Джисоль. Сестра рассказывала что-то слишком далёкое от его прошлого, которое молодой человек вспомнить так и не мог, настоящее его не особо-то и устраивало, а вот будущее было застелено плотной пеленой неизведанности, что немного пугало. Но Минхо хорошо справлялся со своей задачей — он отвлекал от мыслей, веселил и доставлял огромную порцию комфорта. Слушать его было приятно, ловить искорки веселья в карих глазах — непривычно. Но больше всего Джисону нравилось то, как парень на него смотрел. Он смотрел не так, как все остальные, ведь во взгляде не было печали, не было жалости или сожаления. Он смотрел на него как-то нежно, аккуратно, но без лишнего страха того, что Хан вот-вот развалится, как старая постройка под воздействием сильного ветра, или разобьётся, словно хрупкая ваза. Это манило Джисона ближе к Минхо, который наверняка не задумывался о том, что творилось в голове Джисона каждый раз, стоило им переглянуться.       После плотного ужина, взяв на вынос стаканчики горячих напитков, молодые люди вышли на улицу. Стало ещё темнее, чем прежде: теперь Сеул словно утопал в темноте, а раньше — слегка окунался. Вокруг стало как будто ещё больше людей, поэтому, перекрикивая музыку уличных танцоров и разговоры гуляющих компаний, Минхо предложил завернуть в какой-нибудь дворик. Джисон не был уверен, что идти с малознакомым парнем в какую-то малолюдную местность было безопасно, но всё равно согласился на свой риск и страх. Парень не смолкал ни на минуту, всё болтая и болтая о чём-то несущественном, потому что наверняка заметил, что Джисону нравилась его болтовня. Они нашли какой-то тихий дворик, в котором находилась довольно крупная детская площадка с огромной горкой и сразу несколькими качелями разных видов: и карусель, и качели-балансиры, и качели на пружинках. Но молодые люди выбрали самые обыкновенные и уселись на них, наконец погружаясь в тишину наступившей ночи. Странно, но обожающий в последнее время спать Хан не чувствовал ни капли усталости, хоть и был расслаблен. Он отталкивался пятками от земли и слегка покачивался на качелях, пока Минхо молча рассматривал стаканчик кофе в своих руках и о чём-то думал. Наверное, у него уже закончились темы для разговоров, поэтому он впервые за долгое время совершенно не знал, что говорить и какие ещё шутки можно придумать, чтобы услышать приятный смех Хана. Джисон шмыгнул носом и, остановившись, сделал глоток малинового чая, ставя стаканчик неподалёку от себя на землю. Минхо повторил его действие и, спрятав руки в карманы зимнего пальто, повернул к нему голову.       — Можешь рассказать мне что-нибудь… Обо мне? — Молодой человек слегка выгнул бровь, услышав просьбу Джисона, но тот лишь улыбнулся и покачал головой. — Я просто допустил, что мы могли быть давно знакомы, раз ты так носишься со мной.       — Ношусь с тобой? — парень удивлённо приподнял брови и непонятливо замигал глазами.       — Не думаю, что компания абсолютно ничего не помнящего калеки тебе приносит удовольствие, — он фыркнул и закатил глаза, стараясь скрыть страх услышать ответ, в котором мужчина рядом согласится с его мыслями о том, каким бесполезным сейчас был Джисон.       — Мне нравится проводить с тобой время. — Хан поднял на него недоверчивый взгляд и слегка прищурился, пытаясь прочитать эмоции на равнодушном лице собеседника. — Немного льстит, что большинство твоих новых воспоминаний будет связано со мной.       — Какой ты противный, — Джисон едва подавил улыбку и отвернулся, слыша ласковый смех парня. Он качнулся в его сторону, зацепил пальцами цепь качели и потянул на себя так, что сидения ударились друг о друга, а Хан, перепугавшись, сильнее вцепился в цепи. Врезавшись взглядом в лицо Минхо, Хан заметил, что тот довольно, словно накормленный кот, улыбался и смотрел на него так, как никто больше: с озорством и интересом.       — А мне казалось, я весьма красивый.       — Это не мешает иметь ужасный характер.       — Так я всё-таки кажусь тебе красивым? — Минхо улыбнулся ещё шире, когда Джисон глупо похлопал ресницами и приоткрыл рот от изумления.       — Я не понимаю логической цепочки, по которой выстроены твои мысли, — возмущённо произнёс молодой человек, когда собеседник снова засмеялся и опустил взгляд в землю. — Так ты расскажешь?       — Не-а, — Минхо отпустил его качель и начал покачиваться на своей, смотря куда-то в небо.       — Э-эй, да ладно тебе! Джисоль тоже ничего не говорит, ещё и Чана подговорила! Хотя бы ты расскажи, — Джисон обиженно зацепил носком ботинка щиколотку знакомого, а тот продолжал по-партизански молчать и глядеть на тёмный небосвод. — Минхо!       — Твоё прошлое не имеет значение, ты ведь в настоящем живёшь.       — Легко так говорить, когда сам помнишь всю свою историю.       — Я и твою помню, — он уложил затылок на цепочку качели, снова пряча руки в карманах пальто и смотря на Джисона из-под ресниц. Хан подарил ему недовольный взгляд и напыщенно фыркнул, переполненный обидой. — Но не хочу, чтобы ты лишний раз переживал.       — Я не неженка.       — Ты самый сильный человек из всех, кого я знаю, Джисон-и. — Молодой человек, моментально забывая о своей обиде, посмотрел на Минхо с плохо прикрытым удивлением, а тот едва улыбнулся. — Поэтому знаю, что ты сможешь снова создать свою историю. Даже если меня в ней не будет.       — Ты прощаешься? — сердце слишком громко ухнуло куда-то вниз, желудок беспощадно сжался, и Джисона начало тошнить. Он нахмурился так, что на лбу появилась вертикальная морщинка, ему совершенно не нравилось это спокойное выражение лица Минхо. Тот смотрел всё так же без жалости к нему, без грусти, но теперь ещё и без того озорного огонька, что был всегда. На его густые волосы оттенка спелой вишни упала первая снежинка возобновляющегося снегопада.       — Вроде того, — он отвернулся и снова принялся покачиваться на качели. — У Джисоль есть основания меня недолюбливать. Я, вроде как, испортил тебя в прошлом.       Джисон непонятливо заморгал, пытаясь переварить всё сказанное. Что значит «испортил»? Заставлял употреблять наркотики? Принудил грабить чужие дома? Выманивать у детей деньги? Что такого мог сделать Минхо, что Джисоль буквально выворачивало, стоило только вспомнить его имя? Минхо неторопливо встал с места, но Джисон вскочил с места и преградил ему путь, чем слегка удивил и заставил немного улыбнуться. Парень положил на его плечи руки, немного склоняя голову вбок, и заглянул прямо в глаза, желающие хотя бы каких-то ответов. И почему, когда так надо, все вокруг играли в молчанку?       — Расскажи мне! — его тон был похож на каприз маленького ребёнка, поэтому Минхо улыбнулся ещё шире.       — Тогда пригласи меня к себе домой, — молодой человек опустил руки с его плеч и скрестил их на груди, с вызовом глядя в лицо Джисона.       — Ты расскажешь мне что-то, если я приглашу тебя к себе домой? На ночь? — Минхо рассмеялся и с теплом посмотрел на Хана, который всё ещё стоял у него на пути в полнейшем ступоре.       — Я говорил о паре часов, но, если хочешь, могу снова пообнимать тебя, пока ты спишь. — Уши моментально зардели, становясь такими же красными, как волосы собеседника, но Джисон смущённо опустил голову и качнул головой в качестве согласия. — Такой милый, — с негромким смехом парень потрепал непослушные волосы молодого человека и поднял их стаканчики с земли, чтобы вручить один Хану. — Пойдём, Джисон-и. Я буду обнимать тебя всю-ю но-очь.       — Прекрати меня дразнить.       — Никогда.

***

      Дома было тепло. Очень тепло, потому что Минхо лежал рядом и аккуратно обнимал его со спины. Парень не рассказал ничего такого, от чего Джисон оказался бы в шоке: он учился в одной с ним школе, но общаться они начали только после выпуска, учились в одном университете и долго работали бариста в одной из городских кофеен в одной смене, постепенно сближаясь. О причине, по которой стал главным врагом его младшей сестры, парень умолчал, но спустя долгое время разговоров, рассказывая о многих воспоминаниях, которые больше напоминали комичные сцены каких-то студенческих ситкомов, молодой человек так сильно вымотался, что захотел спать. Минхо уснул первым, накрыв их обоих одеялом, а Джисон всё никак не мог погрузиться в сон, но старался не ёрзать, чтобы не разбудить старшего. В его объятьях было так приятно, что двигаться вообще не хотелось. А ещё от Минхо пахло его шампунем и духами, потому что он сходил в душ и надел его домашнюю одежду.       Когда Джисон захотел перевернуться на другой бок, чувствуя, что все конечности затекли, парень внезапно вскочил и сонно-удивлённо посмотрел в его глаза, словно боялся, что тот его сейчас выгонит. Хан, испуганно застыв, наблюдал за тем, как Минхо удобнее кутался в его одеяло и натянул на себя большой капюшон его поношенного худи, а потом, плотно закрыв глаза, приобнял Джисона. Последний позволил сжать его в крепких объятьях и затаил дыхание, когда почувствовал, что парень уткнулся холодным носом в его шею. Сердце бешено забилось где-то в груди, желая выбраться наружу, стуча по рёбрам, как по прутьям клетки, напоминая загнанное в угол животное, а вот Минхо продолжал мирно сопеть, обдавая горячим дыханием его кожу. Джисон снова попытался отодвинуться, но Минхо пробурчал что-то невнятное, заставляя замереть.       — Куда ты собрался? — в полудрёме голос парня звучал хрипло и глубоко.       — Никуда, — молодой человек повернулся на спину, скрещивая руки на груди и стараясь не выдавать своей нервозности из-за сильно бьющегося сердца. Что происходит?       — Тогда не ворочайся.       — Я думал, ты спишь. — Минхо закинул на него ногу, уложил голову на плечо и едва ли полностью на него не залез. Становилось спокойно, когда он так крепко был обнят. Пусть и малознакомым человеком, который почему-то казался чертовски родным.       — Давай, ты тоже будешь спать? — Молодой человек фыркнул в ответ: как будто это так легко сделать. — Не уходи никуда в этот раз, ладно? — Минхо тяжело вздохнул, выговорив эту фразу шёпотом, а Джисон нахмурился. В этот раз? А когда это он уходил? Куда? Они уже так лежали вместе? В этой спальне?       — Ты тоже. Останься, пока я не проснусь.       — Я ведь обещал обнимать тебя всю ночь, — пробурчал в ответ старший, пока Джисон довольно улыбнулся и прикрыл глаза.       Тогда он тоже останется тут на всю ночь. В его тёплых объятьях.