Золото и Серебро

      Они сидят на крыше. Отсюда весь город — на ладони. Яркие огни — точки, наступают сумерки. Закатное солнце скрылось за горизонт.       Осень. Прохладно. С деревьев давно опала листва и без куртки не ступишь за порог.       Сидят рядом и жмутся друг к дружке. В тонких пальцах Кинкаку сигарета. Тяжёлая, что оставляет горечь на языке. Брату не нравится, да и бросил. Кажется, взялся за крайне сомнительное ведение здорового образа жизни.       Курить не курит, а в его руках на половину заглушённая бутылка любимого пива. Пьёт, как воду. Смело, быстро, не морщится. Задумчиво смотрит вперёд. Делает глоток.       Кинкаку плохо видно детали из-за лёгкой темноты, но он знает, как двигается кадык Гина, как проходит глоток. Усмехается с собственной мысли. Прижимает сигарету ко рту. Глубокий вдох, приоткрытые губы и дым идёт внутрь и выходит через ноздри. Его личный трюк.       Красные угли превращаются в пепел. Усиленно тушит сигарету, растирая о бетон. Под ногами пропасть. Сидят на краю, а внизу машины, люди. Такие незначительные.       Гинкаку смотрит на брата с немым вопросом. Давно научились понимать друг друга без лишних слов.       Слова не нужны.       Кинкаку смотрит с теплотой. Горячая рука ложится на щёку, палец гладит полоски. Их особенная черта. Наклоняется и касается своими губами чужих и одновременно родных. Мягкие, нежные, манящие и сладкие.       Гинкаку единственная слабость и радость в этой жизни. Всегда полагается и опирается на Кинкаку. — Кинка… — хриплый шёпот прерывается и поцелуй в ответ.       Невесомый, как пропасть под ногами. Отдаёт лёгкой горечью и немного хмелем, но это не портит вкус.