Золото и Серебро

      Кинкаку не успел заметить, как вытянулся за лето, проведённое в деревне с младшим братом. Загорел, стал выше ростом, мышцы окрепли. Старая школьная форма налазила с трудом и пуговицы отказывались застёгиваться, можно было услышать треск швов.       Он задумчиво крутился у зеркала, не в силах победить одежду и стать хоть чуточку меньше. В этот момент его и застал Гинкаку. Без стука заглянул в комнату с любопытством. Густые серебристые волосы небрежно свесились с плеч. Притворно-удивлённо похлопал глазками и с интересом подскочил к брату. — А ты чего делаешь? — попытался положить подбородок на плечо, но уже не дотягивался, как раньше. — Одежду меряю. Стала мала, — выдаёт со вздохом Кин, стягивая с подкаченных рук белую рубашку. — До школы осталась неделя и нужно срочно купить. — Ты так вятянулся-я-я, — обиженно надув губы протянул Гин, подскочив с другой стороны.       Со всех сторон рассматривал брата, мысленно восхищаясь его красотой, перекатом крепких мышц, загорелой кожей, золотистым отливом волосы, что немного выгорели на свету и стали с вкраплением посветлевших прядей.       Как ловкий кот, Гинкаку вцепился в плечо, обхватив прохладными пальцами горячую руку. Щупал, как напрягается и расслабляется, гладил кожу. Хотелось наклониться, прижаться щекой, вдохнуть родной едва уловимый аромат брата, но такой желанный. — Я тоже хочу так, — заворожено прошептал Гинкаку, посмотрев на Кинкаку. — Когда-нибудь, — чуть смущённо в ответ. — Что ты собираешься делать с формой? — Выбросить. Она больше мне ни к чему. — А давай я помогу! Я как раз собирался выбрасывать мусор. — Хорошо. Спасибо. — Не за что! — уже убегая из комнаты, ответил Гинкаку.       Быстро он заскочил к себе, бросив под подушку полученную, как трофей форму, чтобы вдыхать по ночам любимый аромат и сладко спать