Ловушка любви под сиянием звёзд

Надо сказать страдания по Маше немного сместили мой фокус. Я временно перестала заморачиваться по поводу Алёны Тимофеевны и стала проводить больше времени с друзьями, которые утешали меня как могли. Алисия, поняв, что я нахожусь в очень плохом расположении духа, купила мне букет цветов. Они были очень красивые и мне было очень приятно. - Спасибо, - поблагодарила я искренне. - Не грустите, - Алисия умела поддержать. Виолетта предлагала послать Машу куда подальше и оторваться по полной, Женька тоже всячески поддерживала, а потом задумчиво протянула: - Так не вовремя это всё. Ты хотела возобновить отношения с Машей, таким образом отвлечься от Алёны. А тут как назло. - Как назло, - подтвердила я. Цветы от Алисии я выложила в сторис, а затем и видео с аргентинским танго. Как говорится, чтобы показать, что я сильная и независимая. Все сторисы посмотрела Алёна, а затем я получила от неё обратную связь. Она отправила сердечко в личные сообщения. «Это мило», - подумала я, отвечая улыбкой. Но видимо, этого оказалось для Алёнки мало. Танец зацепил. Следом за сердечком и моей реакцией она отправила: «Валюша, ты прекрасна!» Это заставило меня написать более подробное сообщение. Мол, так и так… Раньше танцами занималась. Она поставила лайк на моё сообщение. Что с ней сегодня вечером? Она пьяна? - Может, не всё и потеряно? – спросила Женя, когда я ей рассказала о реакции. Алисия вообще от восторга визжала. Наверное, неправильно делиться такими вещами со школьницей, но так уж получилось, что мы начали друг другу доверять. Хотя я понимаю, что, наверное, я совсем уже сошла с ума. - Она ко мне относится как к дочери, - проговорила я как мантру. В эти дни творилось очередное веселье. Я вместе с Виолеттой, Руфиной и Женей участвовала в аттестации школы. Директриса выбрала нас и ещё несколько активных преподавателей. Валентина Андреевна – одна из завучей курировала процесс. Так получилось, что мой воспитанник заболел и не смог бы присутствовать на аттестации школы, срезе знаний. Маргариту Николаевну это не устроило и она поручила Валентине Андреевне подготовить для меня другого воспитанника. - Извини, она очень хотела, чтобы ты участвовала, - развела руками завуч. Я закатила глаза. В последнее время я слишком много контактирую с директором. В один из дней подготовки к аттестации я спустилась к Алёне для того, чтобы предупредить о своём отсутствии на уроках. Она сидела уставшая и тёрла виски. Увидев меня, она будто оживилась и предложила сесть. Я аккуратно присела возле неё. - Как ты? – спросила она меня.  Я помедлила с ответом, но всё же проговорила: - Хорошо. - Как репетиции? - Делала кастинг. - И? - Пришло около 60 человек. - И как ты… - Не знаю. Ходят в глаза заглядывают, здороваются. Я их боюсь. Алёна устало улыбнулась: - А я… Увольняю Кирилла Антоновича. С июня он больше не работает у нас. Я не удивилась этому решению. Её первый зам всё больше демонстрировал свою странную натуру. Всё больше ходило слухов о нём. Один из них, что он встречается с одной из школьниц – своей старостой. Пару раз мы с Виолеттой даже натыкались на них в коридоре. Нет, они не целовались, но разговаривали в опасной близости друг от друга. А вот дети говорили разное. «Да между ними роман!», «Она сама говорила!», «Он там группы разные ведёт. Фу, жуткий тип», «На что она повелась?». Некоторые классы жаловались мне и непосредственно Алёнке. Правда до неё доходила далеко не вся информация. - Ну… Неудивительно, - проговорила я. Она подняла на меня свои уставшие глаза. - Почему ты мне не жаловалась на него? Мне успели пожаловаться все, кроме тебя. Почему? Я опустила глаза, а затем подняла: - Я не хотела вас расстраивать. Она усмехнулась: - Я должна знать всё. Эта его девочка… Он – извращение, а не преподаватель. Знаешь, если бы ей было 18, это одно… Но ей нет 18! Я вызывала её маму. Говорила о слухах, которые ходят. Знаешь, что она мне сказала? Я вопросительно посмотрела на неё. - Они делают проект! Проект! Понимаешь? Это как же он запудрил мозги и ей, и её маме! Вроде адекватная женщина… А несёт такой бред! Не замечает очевидного… Нет, я, конечно, понимаю, у каждого из нас может быть свой скелет в шкафу, но ведь он даже не скрывает свои пагубные увлечения… Я… Она опустила голову на руки. Я внимательно смотрела на неё. Мне было неловко. У меня ведь тоже был скелет в шкафу. И боюсь она бы его не одобрила. - Что скажешь? – спросила она меня. - Я говорила с ним по этому поводу при других учителях. Но кажется, что это не подействовала. Как будто бы он начал меня опасаться, но… - Опасаться того, что ты его соблазнишь? – усмехнулась она, отведя взгляд. - Фу! Нет… Боже упаси, - пробормотала я, смущённо отведя взгляд. – В плане, что я расскажу ещё что-то. Дети насобирали многое на него… Честно говоря, он вызывает у меня отвращение. У меня редко люди вызывают отвращение, но он… - Согласна с тобой… Он ещё такой умный. Прям настоящий политик. Изворачивается… - Как уж, - дополнила я. – Сталкивалась. - Он ещё давит психологически. Знаешь, как долго он собирал свои документы? Планомерно складывал каждый листочек, стоял, мялся. Я так хотела, чтобы он быстрее ушёл, но он не уходил. Я кивнула. Она вздохнула: - Господи, ну почему я так вляпалась? - Вы не виноваты. Это могло случиться с любым. - А говорят… Не верьте слухам. Какая же я глупая! - Вы не глупая. Главное, что всё стало ясно. - А вдруг что-то случится до конца года… И она… - Не думайте об этом. - Почему она вообще на него повелась? - Насколько я понимаю, - медленно произнесла я. – Она хотела прикольнуться… Посмотреть, что будет, а потом… - Хотела соблазнить его, а соблазнились оба, - резюмировала Алёна с усмешкой. - Вероятно, - проговорила я. - Тут ещё… Преподавательница одна увольняется. Не знаю теперь кому классное руководство дать. - Может, новенькому руссаку? У нас появился новый преподаватель ГарифМахмудович. Несмотря на имя, русский язык он знал действительно хорошо и выглядел порядочным человеком. Дети правда его побаивались. Дисциплину он держал жёсткую. - Я пока не готова ему доверять. Не изучила его, - закатила глаза Алёна. Ну он неплохой, вы присмотритесь. Она посмотрела на меня тяжёлым взглядом: - Я присмотрюсь. встала со стула и взглянула на уставшую женщину: - Если что, я вам всегда помогу. - Я знаю, - улыбнулась она. – Спасибо. Выйдя из кабинета, я подумала о том, что вряд ли кто-то удостаивается от неё такой откровенности. Так почему же она мне так доверяет? Спустя несколько дней мне написала Алисия: «Валентина Петровна, тут такое!». «Что случилось?», - ответила я. «Напишу в семейном чате!», - эмоционально написала Алисия. Семейный чат – это наш чат с Женей и Алисией. Мы типа её две мамы. Звучит немного странно, но это не меняет сути того, что Алисия нам реально как дочь. Непоседливая, ленивая, вредная, но дочь. «У меня есть доказательства того, что Кирилл Антонович со своей старостой реально мутят!» «У кого-то ещё они есть?» У двоих моих друзей» Я понимала, что сейчас будет знать вся школа. В тот день я заранее встретила Алёну в учительской. Она забрала на проверку журналы и сказала: «Валюш, предупреди, что я забрала на проверку». Я кивнула, а сама так и не решилась сказать про видео. Спустя 5 минут в учительскую зашла Женя. - Ну? - Не знаю… Надо сказать же об этом Лаврентьевой? – спросила Женя.  - Вероятно, нужно, - прокомментировала я, но не была уверена. Сейчас она ничего не решит, а только испортит себе настроение. По крайней мере, у неё будет на руках всё, что необходимо. Мы защищаем ребёнка, - напомнила мне Женя. - А вдруг между ними любовь? – спросила я её. – А мы всё рушим. Ты сама в это веришь? Я не верила, но Алёнке рассказывать и хотелось, и не хотелось. Мы пришли к ней вдвоём, предварительно спросив проспавшую, как всегда, уроки Алисию, уверена ли она, что мы можем рассказать Алёне. Той оказалось всё равно. Нашему совместному приходу, если Алёна и удивилась, то виду не подала. - Мы тут по одному вопросу… - Вы про Кирилла Антоновича? - Вы уже знаете? – удивилась я. - Кхм, нет. У меня просто хорошая интуиция. Что у вас? Видео. - Скиньте мне. Чувствуя себя крысой, я передала видео Алёне. Та решилаn посмотреть его на компьютере. Так сказать, в широком режиме. - Лучше смотреть без зву… - хотела сказать я, когда услышала детский мат за кадром. - Да нет, лучше уж с комментариями, - едко усмехнулась Алёна. Я накрыла лицо ладонью, Женя неловко пожала плечами глядя на меня. «Ебать, как они целуются», - прокомментировал один из операторов, и Алёнка поправила очки на переносице, произнеся тихо: «Ну здесь я полностью согласна с вышеизложенным». Я опять прикрыла лицо рукой. Ругалась не я, а стыдно было мне. Да и вообще вся эта ситуация была одним большим стыдом. - Так, кто вам скинул это видео? – спросила Алёна Тимофеевна. Мы с Женей переглянулись. - Не переживайте. Этому человеку ничего не будет. Это десятиклассник, десятиклассница? - Да. - Из какого именно класса? В школе было много 10-ых классов… - Ж. Это девочка, - уверенно проговорила она. - Ну вы же уже догадались, - обозначила я раздражённо. Конечно, она догадалась. Алисию сложно не заметить, особенно, когда она является одной из активисткой школы, довольно харизматичная личность и уже подходила по моему поводу. У нас в школе есть мальчик с особенностями, и, к моему большому сожалению, он зациклился на мне. Даже родителей его вызывали к Алёнке. Это был самый ужасный разговор в моей жизни. Алёна сдерживала смех, пытаясь обозначить, что нужно поговорить с мальчиком, чтобы он унял свои эмоции. Я же почти проваливалась под землю. К сожалению, такое поведение не прекратилось, и Алисия надо мной жёстко прикалывалась. Зная её авантюрный характер, я сказала ей: «Подойди к Алёне. Скажи, что он меня продолжает доставать». Алисия восприняла это как вызов и реально это сделала. Со слов Алисии, это выглядело так. «Я зашла к ней в кабинет и сказала «здравствуйте». Она сказала, что занята и спросила, по какой причине я зашла. От монитора при этом не отрывалась. Я произнесла волшебные слова: «Валентина Петровна», - и она подняла на меня свой взгляд с широкой улыбкой, поинтересовавшись, что именно я хочу ей сказать. Я начала ей говорить про Романа и про то, как он меня достал постоянными разговорами о вас. Алёна Тимофеевна внимательно выслушала и проговорила: «Знаешь, даже самые стойкие из нас не могут противостоять чувствами… Если он так доверился тебе – попробуй его как-то отвлечь от Валентины Петровна. Она… Она говорила мне об этом. Я знаю о проблеме, и Валентина Петровна о ней в курсе, но пока решить мы её не можем…». Тогда я сказала, что скоро сама на вас зациклюсь с такими темпами. Она переспросила, и я быстро ушла из кабинета». - Да, я догадалась, - обозначила она холодно. – Ну… Евгения Тимофеевна, надо отметить, что я вызывала ведь её маму… Маму этой девочки… И… Всё напрасно. Ладно, я поняла. Спасибо вам, коллеги. Я внимательно смотрела на Алёну. У неё желваки ходили на лице. Извините нас. Алёна раздражённо посмотрела на меня: - Здесь не за что извиняться. Мы вышли из кабинета. Я была задумчива. Женя воодушевлена. - Теперь она всё знает, - резюмировала подруга. - Да, - тихо проговорила я. Женя внимательно посмотрела на меня: Кажется, как будто ты не довольна. - Я просто, - у меня было поникшее расположение духа. – Я не знаю. Мы сделали всё правильно, - проговорила девушка. - Да, но она расстроена. - А кто будет рад тому, что её подчинённый такой? - Но она уже и так его уволила. А это просто дополнительное доказательство. Она ничего с этим не сделает. Женя ушла, а я ещё долго думала. Затем решила написать ей в личные сообщения: «Извините ещё раз за то, что так получилось. Я хочу, чтобы у вас всё было хорошо. Об этом видео пока мало кто знает. Просто не хотела, чтобы оно застало вас врасплох. Скорее всего, оно будет распространяться… Вы должны были знать». Она ответила почти мгновенно: «Конечно я должна была это знать! Ей нет 18!» «Возможно, до матери так будет легче достучаться…» Она так и не ответила. Позже в этот же день мой класс остался без присмотра. Мне пришлось уйти срочно на аттестацию. Я написала Алёне Тимофеевне: «Мои дети в кабинете рядом с вашим, а я на аттестации. Они тихо посидят, я дала задания». В ответ мне пришло сообщение: «Они чуть не разнесли кабинет! Я их выгнала. Спуститесь на минуту». Времени почти не оставалось. Я спустилась вниз как можно скорее. Алёна стояла в кабинете, грозно взирая на мой 10 А. Дети со страхом смотрели на неё. Я встала рядом с ней, невольно скопировав её позу. Поняв, что я её зеркалю, я сменила позу. - Вы подставляете своего классного руководителя! – строго проговаривала она. – Валентина Петровна рассчитывала на вас. А вы чуть не пробили стенку в мой кабинет. Я зло посмотрела на каждого. Дети быстро указали глазами на того, кто был виноват. - Вам дали задание? Почему вы ведёте себя таким образом! Валентина Петровна, у вас точно адекватные дети? - Выяснилось, что нет. Алёна продолжает что-то говорить, в то время как мой телефон разрывается от сообщений. Ещё немного и мне будет плохо от директрисы. Поймав мой панический взгляд, Алёна сказала: «Идите». Я благодарно кивнула. Очередное собрание прошло хорошо. В обед у нас должно было быть собрание, которое созывала как раз Алёна. Мы собрались все в просторном кабинете. Я приготовилась любоваться завучем. Сели мы рядом с Женей и неожиданно к нам подсел Кирилл Антонович. - Зачем он с нами сел? – прошипела Женя. Я пожала плечами и отодвинулась от него максимально далеко. Мне не хотелось с ним сидеть близко. Сзади нас сидел Андрей Михайлович, который праздновал в этот день день рождения, а также Виолетта и Руфина. Вообще весь наш педсостав был в сборе, и Алёна начала речь. Говорила завуч о подготовке ко Дню рождения гимназии, а также о будущем аудите школы. Рассказывала Алёна и о разных мероприятиях, которые планировались в ближайшее время. На одном из мероприятий, которое готовила одна из наших коллег, она допустила ошибку при перечислении людей, задействованных к нём. - Мероприятие подготавливают Анна Андреевна и Валентина Петр… - Алёна прервалась на полуслове и проговорила. – Валентина Степановна. Что ж давайте перейдём к следующему мероприятию… Парочка преподавателей захихикали. В том числе и Женя. - Заткнись, - шикнула я. В этот момент Алёна разошлась не по-детски. - Вообще, мне не нравится то, в каком состоянии кабинеты! Вот, например, кабинет учителей английского языка! Ёлка стояла до тех пор, пока я не сказала убрать! В кабинете лежат малярные приспособления, стоит ведро! Вы не для того делали там ремонт, чтобы его так захламлять! А занавески… Либо снимите их, либо постирайте, наконец! Я медленно сползла под парту. Виолетта надулась как мышь на крупу. - Я не с целью кого-то принизить… Отчитать, - начала была говорить Алёна, но уже было поздно. И принизила и отчитала. - Лихо она, - прокомментировала Женя. Руфина написала в чате нам: «Вот она коза, конечно». «Да пошла она», - проговорила Виолетта. «Ну что ж… - подумала я. – Начнём стадию игнора».