Стена воспоминаний

      Малфой провёл всю ночь за бутылкой огневиски, тщетно пытаясь навести порядок в своей голове. Скандал в газетах, проваленное заклинание Забини, постоянные проблемы с наследством, расследование, которое зашло в тупик, и, конечно же, она. Гермиона Грейнджер, со своим командным голосом, который эхом звучал в его сознании: «Мы не такие разные, как ты думаешь.» Эта фраза застряла в его голове, как незаконченный узор в сложном магическом плетении. Каким она его видела, если смогла прийти к такому выводу? Что она знала, чего он не знал сам? Он откинулся на спинку кресла, устало потирая виски. Грейнджер… хитрая, но одновременно прямолинейная. Она могла обойти любую преграду, если хотела, но предпочитала пробивать их напролом. Заучка, снобистка, и, ко всему прочему, харизматичная до невозможности. Даже её присутствие заставляло всех смотреть только на неё. Он раздражённо выдохнул. Почему она занимает столько места в его мыслях? Его воспоминания перескочили на её тонкие кисти, когда она указывала ему на ошибку в документах, на поджатые губы, которые она старалась скрыть, когда сдерживала насмешку. Этот пытливый взгляд за обедом, когда он чувствовал себя так, будто она снимает с него слой за слоем, чтобы добраться до сути. Никто, абсолютно никто никогда не смотрел на него так — с этим странным сочетанием презрения, восхищения и… интереса? Он налил себе ещё огневиски, глядя на мерцание янтарной жидкости. — Чёрт, ещё пара таких разговоров с ней, и я сойду с ума, — пробормотал он. Но внутри он знал: разговоры с ней неизбежны. Они обязательно будут.       Утром, выпив похмельное зелье, Драко отправился к Нотту. Аппарировав и преодолев защитные заклинания, которые легко пропустили его, он вошёл в дом. Тео стоял в гостиной, опираясь на камин, и хмуро смотрел на гостя. — Тео… — начал Драко, чувствуя тяжесть слов. — Ты прощён, — отрезал Нотт, — но я не жалею, что ударил тебя. Жалею только, что недостаточно сильно. — Я не должен был… Это было низко с моей стороны. — Низко, плохо, предательски, ужасно и, пожалуй, тупо, — ответил Тео, скрестив руки на груди. Малфой криво усмехнулся, разведя руки в стороны. — Признаю. Но думаю, нам всё же нужно обсудить кое-что для дальнейшей работы. Нотт сделал жест, приглашая его присесть. Оба замолчали, явно обдумывая, как начать разговор. — Я влюблён в Асторию, — сказал Тео. — У тебя есть что-то с Грейнджер? — произнёс Драко почти одновременно. Они обменялись взглядами. — Я и Гермиона? Что? Нет! Она мне как сестра! Хотя… стой. А почему ты спрашиваешь? Что, моя драгоценность уже обвела вокруг пальца самого завидного холостяка? — Тео ухмыльнулся, его улыбка стала шире. — Что? Нет! Мы… нет! Между нами ничего нет. Я просто… интересуюсь. Ты ведь послал ей цветы. И… стоп. Астория? — Драко резко сменил тему. — Как давно? Тео, мгновение поколебавшись, серьёзно ответил: — Уже пару лет. Ты думаешь, я отказался работать в твоей компании из-за какой-то обиды? Нет. Я понимал, что не смогу работать рядом с девушкой, которую люблю, когда она ко мне равнодушна. Особенно если это бывшая моего друга. — Тео, это было ещё в школе. Между нами с Асторией давно ничего нет. Я буду рад, если вы будете счастливы. Но она об этом знает? — Нет. Мне кажется, что она не интересуется мной. — Ты не узнаешь, пока не попробуешь, — отозвался Драко, немного смягчив тон. Друг выдохнул, явно ощутив облегчение после этого разговора. — Возможно, ты прав. Рад, что мы это обсудили. Но подожди… Грейнджер? Она тебе нравится? — Не то чтобы… — он запнулся, подыскивая слова. — У нас странное общение. Я не понимаю, как она ко мне относится. — А ты что думаешь? Малфой закрыл глаза, его мысли тут же перенеслись к её взгляду, этим офисным нарядам, подчёркивающим её фигуру, вздёрнутому подбородку и энергии, которая вспыхивала между ними в каждом диалоге. — Она восхитительна… конечно, в профессиональном плане, — быстро добавил он, словно опомнившись. Но он сразу понял, что совершил ошибку, заметив, как брови Тео поползли вверх. — Нет, Тео. Это не то, о чём ты думаешь. — А я ни о чём не думаю, дорогой друг, — ухмыльнулся Нотт, вставая. — Но тебе пора. Мне нужно ещё попасть в Министерство. Я зайду к тебе после обеда.

***

      Малфой завершал день, наполненный встречами и подписанием контрактов. Рутинная работа успокаивала. Общение с людьми напоминало ему, что компания продолжает удерживать лидерство, а ситуация, несмотря на сложности, не подорвала доверие партнеров. Но когда последние бумаги были заполнены, мысли неизбежно вернулись к Грейнджер. Он не узнавал себя. За год, прожитый почти как отшельник, он испытал то, что считал невозможным — влечение, которое разгоралось всего за пару недель совместной работы. Конечно, он понимал, что ждать взаимности глупо. Но и он не хотел мимолётной связи. Ему не хотелось «просто трахнуть и забыть», как он цинично выражался про себя. Он хотел чего-то большего — тонких прикосновений, возможности изучить её до мельчайших деталей, а потом остаться рядом и наслаждаться её присутствием. Но такая мысль была абсурдной: никаких серьёзных отношений, никакой семьи. Он тяжело вздохнул, отбрасывая размышления. В голове всплыла мысль о необходимости её подписи. Драко выглянул из кабинета. — Линда, свяжись с мисс Грейнджер. Передай, что я жду её в своём кабинете. Спустя минуту он услышал голос секретарши: — Мисс Грейнджер, мистер Малфой ожидает вас… Нет, он не сообщил причину… Да, я передам. Когда Линда вернулась, её вид был смущённым. — Мисс сказала, что не может подойти. Драко нахмурился: — Она объяснила почему? Секретарь замялась: — Она попросила передать, что слишком занята, и если её отвлекут, то она «взорвёт ваш офис к чертям». Малфой едва сдержал усмешку. С годами она не утратила свой пыл. Он уже собрался было вернуться к работе, как дверь распахнулась, и в кабинет ворвался Забини. — Драко! — начал он с порога. — Твоя Грейнджер захватила мою лабораторию! Она устроила какой-то эксперимент с анализом светлой и тёмной магии. Всё в копоти, сотрудники разбежались, а она мне заявила, что ей это не мешает! Мулат подошел к шкафу и, достав от туда бутылку бренди, налил полный стакан. Следом вошёл Тео, неспешно и с ухмылкой: — Если Блейз пьёт в три часа дня, значит, я должен зайти к Гермионе и пожать ей руку. Малфой потер переносицу. — Тео, что там у тебя? — спросил он, игнорируя Забини. — В общем, есть всё же некоторые зацепки по этому Хайту, мы опросили подругу убитой и та подтвердила, что Катя и Дерек состояли в отношениях романтического характера, следовательно, если парень занимался изготовлением или сбытом тёмных артефактов, то она могла быть соучастницей и пострадать из-за этого. Мы проведём еще пару анализов и я сообщу, вдруг что. — Это уже неплохо, если нужны люди или дополнительное финансирование, я окажу любую помощь. Вы еще не выяснили как именно была убита девушка? — Наши колдомедики ничего путного не смогли найти, но с утра я отправил образцы Гермионе, когда разберётся будет более ясная картина. — Если разберётся, — вздохнул Драко. — У меня уже нет больших ожиданий. — Это Грейнджер, — усмехнулся Тео. — Она не знает слова «если». Только «когда». Блейз перебил их с явным раздражением: — Да, и разбирается она в моей лаборатории! — Потерпи. Это нужно, — отрезал Малфой. Тео кивнул. — Да она злая фурия, с ней же невозможно общаться, когда она работает. Затем Нотт, будто соглашаясь, покачал головой, слегка усмехнулся и добавил: — Да, я думаю, ей просто нужен хороший трах. Знаешь, Блейз, люди, когда испытывают слишком много сексуального напряжения, могут становиться раздражительными. Например, провоцировать и подозревать своих лучших друзей. Забини ухмыльнулся, подхватывая шутку: — А ты представляешь, каково мне здесь работать, когда таких здесь двое… Тео, чуть прищурившись, продолжил с улыбкой: — Помнишь, на шестом курсе близнецы Уизли рассказывали про заклинание? Оно запирает двоих в комнате и не выпускает, пока они не переспят. Может, стоит попробовать? Драко вспыхнул и резко перебил: — Хватит! У вас больше нет, чем заняться? У меня, в отличие от вас, куча работы. — Ой, да ладно, мой дорогой друг. Вы с Гермионой были бы идеальной парой. — Его улыбка стала широкой, почти как у Чеширского кота. Блонин едва сдержался, чтобы не сжать кулаки, и про себя поклялся не давать ни одному из них повод продолжать этот разговор. — Хватит! — резко остановил их Драко. — Если вы пришли по делу, говорите. Если нет — вон! В кабинет вошла Астория с папкой документов, затем Пэнси с новостями по PR, и даже Адам с ресепшена. Последней появилась Гермиона. — Так, все вышли! — вспылил Малфой. — Забини, вернись к работе. Нотт, займись делами в министерстве. Астория, документы завтра. Адам, поговори об этом с Линдой. Пэнси, зайди позже. Грейнджер, что тебе нужно? Она бросила на него ледяной взгляд: — Это ты меня вызвал. Если передумал, не трать моё время. Драко шумно выдохнул: — Да, прости. Подпиши эти бумаги. Пока она подписывала документы, Тео шепнул Блейзу: — Смотри, даже извиняется. Они рассмеялись, как две гиены. Пэнси тем временем доложила: — Я просто хотела сообщить, что новая стратегия идеально работает, и все средства массовой информации на нашей стороне. А ещё я выбила интервью в одном из самых популярных журналов Америки, что в будущем поможет нам привлечь клиентов из других стран, — уверенно заявила Паркинсон. — Пэнс, это отлично. Предлагаю отметить это вечером, — сказал Блейз, обнимая девушку. Все согласно закивали и начали расходиться. Лишь Гермиона, подписав все бумаги, осталась. — Я практически нашла причину смерти девушки. Нужно купить несколько материалов, и к следующей неделе, думаю, будет ответ, — сообщила она. Драко был ошеломлён. Он лично видел труп и отчёт колдомедиков. Всё настолько запуталось, что разгадать это казалось невозможным. Но она, как всегда, справлялась. Однако он ответил холодно и лаконично — это была его новая, выбранная тактика в их взаимоотношениях: — Хорошо. Это всё. Увидимся вечером.

***

      В баре было шумно, но благодаря своим связям, Драко удалось забронировать столик, скрытый от посторонних взглядов. Там его уже ждали Блейз с Пэнси и Астория. На столе стояла начатая бутылка огневиски и несколько общих блюд. Поздоровавшись со всеми, Малфой сел на диван напротив Гринграсс, лениво потягивая напиток и вслушиваясь в разговоры. Когда за столом все обернулись, чтобы посмотреть на новоприбывших, появился Тео, сменивший форму аврора на брюки и рубашку. Он улыбнулся и сел рядом с Асторией, выглядя непринуждённо. Следом вошла Гермиона. Она выглядела потрясающе: лёгкий макияж с акцентом на губы, волосы уложены по-другому, а чёрное платье на запах длиной мини с широкими рукавами и глубоким вырезом подчёркивало её вздымающуюся грудь. Гермиона села рядом с ним, скрестив ноги так, что носок её каблуков едва касался его голени. С виду это напоминало тройное свидание. И от этой мысли ему стало только хуже. Компания оживлённо обсуждала рабочие моменты, поднимая тосты за успехи и планы. Особенно двусмысленно звучали речи Тео, что заметно забавляло всех, кроме Малфоя. Он большую часть времени молчал, сосредоточенный на тепле, исходящем от Гермионы. Сейчас он видел в ней не коллегу, а спутницу. И это беспокоило его больше, чем он был готов признать. Каждое её движение заставляло его напрягаться: стоило ей потянуться за закуской, и её грудь оказывалась слишком близко к его лицу. Он едва сдерживал дыхание. — Драгоценная, ты помнишь тот случай, когда на день рождения Вуда кто-то подарил ему зачарованные конфеты из «Вредилок»? Он полдня рычал, как лев, на весь отдел, — рассказывал Тео, смеясь. Гермиона смеялась искренне и заразительно, что вызвало у Драко раздражение. Он ненавидел себя за то, что это не его слова сделали её счастливой. Ревность подымалась по горлу, но он делал вид, будто его это не заботит. — Да, а когда министр спустился, чтобы обсудить что-то с Гарри, он вскочил, потому что Оливер решил, что он царь львиного прайда, — добавила она, продолжая хихикать. Нотт, тем временем, всячески ухаживал за Асторией. Он подливал ей вино, предлагал блюда, создавая вокруг неё атмосферу максимального комфорта. Девушка краснела и украдкой посматривала на него из-под опущенных ресниц. Все за столом уже выглядели немного захмелевшими, кроме Драко и Гермионы, которые оставались трезвыми. Пэнси, в своей лёгкой манере, облокотилась на Блейза, вынуждая того придвинуться дальше по дивану. Драко пришлось сгруппироваться, чтобы не нарушать чужое пространство. Гермиона, заметив это, наклонилась и тихо прошептала ему на ухо: — Сядь нормально, я не кусаюсь. Драко выпрямился, но теперь их ноги соприкасались. Она сдвинулась чуть дальше, освобождая ему место. Но спустя пару минут положила руку ему на ногу. — А вот чем бы вы занимались, если бы не работали на своих должностях? — вдруг спросил Забини. — Я бы, наверное, стал колдомедиком. — А я бы хотела открыть свой журнал или газету, — мечтательно протянула Пэнси. — О, я стал бы игроком в квиддич, скитался бы по миру и полжизни провёл на метле, — сказал Теодор с улыбкой. — Игроки в квиддич берегут здоровье и не пьют столько огневиски, Тео. Так что хорошо, что ты аврор, там запрета на пьянки нет, — пошутила Гермиона, вызвав общий смех. — Я бы, наверное, работала с животными. Изучала бы их повадки и разные виды, — задумчиво произнесла Астория. Драко ожидал ответа Гермионы, но она молчала, задумавшись. Чтобы её разговорить, он лёгким толчком привлёк её внимание: — А ты? — Мне без разницы, лишь бы это приносило счастье, — многозначительно ответила она, встречая его взгляд. Когда почти три бутылки огневиски опустели, а время приблизилось к полуночи, компания начала расходиться. Блейз и Пэнси ушли первыми, а остальные остались у входа в заведение. — Я проведу Асторию, а ты, дорогой друг, проследи, чтобы золотая девочка добралась домой целой и невредимой, — сказал Тео, прощаясь. — Хорошего вечера, серебряный мальчик, — ответила Гермиона с улыбкой, обняв друга. Драко только хмыкнул, наблюдая за её теплотой к другим и холодом к нему.

***

             Они шли по узким улочкам старого Лондона. Ночь уверенно вступала в свои права, холодный ветер пробирался под одежду, заставляя кутаться. Драко, галантно сняв пиджак, набросил его на плечи Гермионы. — Согревающих чар хватило бы, — заметила она, но сильнее прижалась к мягкой ткани. Я просто надеюсь, что теперь он будет пахнуть этой чёртовой вишней в шоколаде, как ты, — пронеслось у него в голове. — Может быть, — протянул он с легкой усмешкой. Они подошли к небольшому деревянному коттеджу с уютным садиком и широкой верандой. — Зайдёшь? — спросила Гермиона, приподнимая бровь. — У меня есть отличный магловский виски, из моего личного запаса. Драко настороженно посмотрел на неё, выискивая подвох, но она лишь невинно взмахнула ресницами. — Почему бы и нет. Она провела его в просторную гостиную, но не успели они пройти дальше, как их оглушил звонкий лай. Из глубины дома выбежало что-то пушистое и маленькое, радостно прыгая на задних лапах. — Это мистер Дарси, — пояснила девушка, поднимая пса на руки. — Его подарила мне Джинни. Он добрый, но иногда чересчур громкий. — Узнаю почерк Уизлетты, — отшутился Драко, наблюдая за её улыбкой. Она указала на диван: — Присаживайся, я сейчас вернусь. Гермиона скрылась в другой комнате, а он, оставшись один, стал рассматривать обстановку. Интерьер оказался приятным глазу, гораздо более сдержанным, чем он ожидал. Особенно его внимание привлекли фотографии на стене за креслом. Много запечатлённых моментов, но ни одного с её изображением. Когда она вернулась, то была уже в свободных штанах и рубашке, застёгнутой только на нижние пуговицы. В руках — бокалы, ведёрко со льдом и бутылка виски. Она разлила напиток, протянула ему стакан и села на диван, подогнув под себя ноги. Драко не мог оторвать взгляд от её естественной, домашней красоты. Она, казалось, не замечала его взгляда, смотря на стену с фотографиями. Не отрываясь, вдруг спросила: — Нравится то, что видишь? — Очень… — хрипло ответил Драко. Она посмотрела на него, и он тут же отвёл глаза, стараясь сменить тему. — Почему тебя нет на колдо? Гермиона усмехнулась и ответила: — А почему ты называешь отца по имени и не пошёл в семейный бизнес? Он фыркнул: — Один-один, Грейнджер. Девушка закатила глаза: — Ты у меня дома, пьёшь магловский виски и гладишь моего пса за ухом. Перестань называть меня по фамилии. Она встала, спустила мистера Дарси с дивана и магией приоткрыла дверь, чтобы тот мог выйти. Блондин отпил ещё виски, чувствуя терпкий вкус с дымчатыми нотками. — Алкоголь действительно хорош. Я впечатлён, Гермиона. — Я знала, что тебе понравится, Драко, — мягко ответила она, её голос словно касался струн его души. Напряжение между ними становилось всё более ощутимым. — Мне кажется, между Асторией и Тео что-то есть. Что ты об этом думаешь? — Да, он в неё влюблён. Сегодня сам признался. Мне всё равно, если они счастливы, кто я такой, чтобы им мешать? — В твоём голосе слышна грусть. Это из-за того, что Астория твоя бывшая? Ты всё ещё что-то чувствуешь к ней? Драко покачал головой, опуская взгляд в пол: — Нет, это было так давно. Мы были детьми. А ты? Между тобой и Тео что-то было? — Нет, ничего. Мы могли бы пару раз переспать, но это разрушило бы нашу дружбу. — Да, понимаю. У меня немного друзей. Все, кого ты видела сегодня вечером, — это они. Она придвинулась ближе, а он, не задумываясь, перекинул её ноги себе на колени и начал поглаживать колени. — А я? Меня ты тоже считаешь своим другом? — спросила Гермиона, мягко касаясь его скулы. Ему потребовалось всё самообладание, чтобы не поддаться её прикосновениям. Она заметила это, ухмыльнулась и позволила своим пальцам исследовать его шею, легко зарываясь в волосы на затылке. Драко, следуя её примеру, скользнул рукой выше, к её бедру. — А ты хочешь быть моим другом, Гермиона? — тихо спросил он, наклоняясь ближе к её лицу. — Ни в коем случае, — прошептала она, прежде чем его губы накрыли её. Поцелуй получился жёстким, требовательным, не успев опомниться как она уже оседлала его, упираясь сердцевиной к его члену. Руки Драко исследовали её тело начиная от изгиба попки, мягких линий живота и спины — к идеальным полушариям груди. Она постанывала ему в рот, от чего тело покрывалось мурашками. Гермиона ловко расстёгивала пуговицы на рубашке, прослеживая руками торс и опускаясь к ремню штанов. Когда она стала целовать его в шею и выемку над ключицей, у него, казалось, слетели все стоп-краны. Драко сжимал её, кусал и шептал на ухо, что-то о том, какая она хорошая девочка, на что Грейнджер мурчала как маленький котёнок. Интересная мысль пронеслась в его голове, что мисс-я-всё-сама, заводиться от похвалы. Он немного обомлел, когда открыл глаза и увидел, как золотая девочка стоит на коленях меж его раздвинутых ног и снимает штаны вместе с боксёрами. Когда дело было сделано, Гермиона выпрямилась в полный рост и избавилась от своей одежды. На что он мог лишь смотреть голодным взглядом. Она наклонилась, и когда её горячий и мокрый язык слизнул капельку предэкулята с его головки, он чуть не кончил, как неопытный школьник. Она же не спеша, будто смакуя его удовольствие, водила языком по всей длине, поглаживая рукой. — Салазар, Гермиона… Не было ясно, то ли он просил или скорее умолял. Но она с еще большим энтузиазмом всасывала его глубже. Драко, заметил, как она крепче сжала бёдра, отодвинулся, рывком поднял её с пола, уложив на диван. Целуя её грудь, рукой потянулся между её ног. — Чёрт, и ты так возбудилась, стоя на коленях? Он обрисовывал круги вокруг клитора, а она хныкала и извивалась. Он видел, что она была на пределе, но будто этого недостаточно Гермиона прошипела. — Драко, пожалуйста, мне нужно… Он убрал руку с её киски, на что услышал возмущенный вздох. — И я дам тебе, все что угодно, как хорошей девочке. Приподняв её бедра, он вошел одним быстрым толчком. Это ощущалось, как возвращение домой, как грёбаный рай. — Идеальна… — пробормотал он, начиная двигаться. Он чувствовал, как она сжала его и чтобы подарить ей желаемое начал массировать сердцевину. Гермиона кричала его имя и вцепилась мертвой хваткой, будто пыталась стать с ним одним целом. Когда её разрядка начала стихать Драко следом нашёл и свое освобождение. Она обмякла в его объятьях и он подхватив на руки отнёс Гермиону в спальню. Уложив в кровать сонное тело девушки, он оделся и выходя прошептал сам себе. — Какая же ты сложная, Гренйджер.