Стена воспоминаний

      Утро следующего дня началось с кошмара. Опять. Её силы были на исходе, а чувство чужого присутствия, которое она не могла объяснить, ни на минуту не отпускало. «Ты уже теряешь рассудок, Гермиона. Молодец, так держать», — саркастично произнесла она про себя, проводя рукой по лицу. В такие моменты она жалела, что вернулась в Лондон. Можно было бы жить в маленькой хижине где-нибудь на побережье Ирландии, греть руки у камина, пить эль и слушать ветер. Но нет, её амбиции гнали её вперёд, заставляли снова и снова вставать и идти на работу, разгадывать очередную загадку. Она отмахнулась от этих мыслей, чуть улыбнувшись. Какая спокойная жизнь? Какая Ирландия? С её образом жизни она бы превратилась в старуху ещё до тридцати, а соседские дети рассказывали бы друг другу страшные истории о ведьме, живущей в лесу. Эта мысль заставила её подняться. Она пришла на работу только к полудню, решив, что сегодня может позволить себе поздний старт. В своём кабинете она сразу погрузилась в дела, перебирая документы и создавая на стене доску с линиями, связями между пострадавшей и обвиняемым. Это было похоже на сцены из фильмов про детективов, и хотя занятие было кропотливым, перед глазами постепенно вырисовывалась полная картина. Её мысли прервал стук в дверь. — Мисс Грейнджер, вас ожидают на совещании через 10 минут, — приветливо сообщил Калеб, её ассистент с недавнего времени. — Пусть начинают без меня, я занята, — ответила она, не поднимая головы. Гермиона продолжала сосредотачиваться на деле, прослеживая и обдумывая возможные теории. Она с помощью палочки записывала мысли на доске, стараясь найти цепочку, ведущую к убийце. Катя не была изнасилована, её не пытали. Это было чистое, намеренное убийство. Если бы это сделал Дерек из-за ревности или предательства, он наверняка бы издевался над ней. Что-то здесь не сходилось, но что именно, она ещё не знала. Она даже не заметила, как пролетело время, пока её размышления не прервал грохот. — Грейнджер! — дверь с треском распахнулась, ударившись о стену. На пороге стоял Драко Малфой, злой, как чёрт, с вопросительным взглядом. — Долго нам ещё ожидать твоего королевского позволения явиться на совещание? Я его уже перенёс со вчерашнего дня! Гермиона подняла взгляд на Драко и поймала себя на том, что он выглядел так раздражённо, что это даже забавно. «Злость тебе идёт, Малфой», — подумала она. Её взгляд невольно скользнул к его дрожащей от ярости губе, и на мгновение ей захотелось укусить её. Но она быстро подавила эту мысль и, сохранив спокойствие, ответила: — Я работаю, Малфой. Как освобожусь, подойду. Пока мне нечего вам сказать. И с этими словами она вновь принялась записывать мысли, игнорируя его присутствие. — Что случилось, Салазар тебя побери? — его голос был напряжённым, как струна. — Ты ведёшь себя как стерва, приходишь на работу под обед, не являешься на встречи! Она лишь взмахнула палочкой, и трудовой договор с её именем оказался перед ним. — Прочитай и найди там строчку «нормированный рабочий график». А даже если бы он был, за все те разы, когда я оставалась допоздна или брала работу на дом, я могу спокойно уйти в отпуск дня на три, — спокойно произнесла она. — Я знаю, что прописано в твоём договоре. Я его сам составлял, — прошипел он, стиснув зубы. — Не волнуйся, Малфой, — она специально выделила его фамилию, будто окончательно поставив между ними стену. Больше никаких «Драко». — Я слишком сложная, и я тебе не задача на логику. Не пытайся меня разгадать. Её слова были холодными, но в них слышался отголосок боли. Он открыл рот, словно собираясь что-то сказать, но, когда смысл её слов дошёл до него, он нахмурился, сжал кулаки, развернулся и уходя бросил через плечо: — До конца дня меня не будет. Все вопросы решай через секретаря. — Непременно, — ответила Гермиона, отвернувшись к доске. Когда он ушёл, она выдохнула. Её лицо оставалось спокойным, но внутри всё горело. Вроде бы она всё сделала правильно, сохранила холодный расчёт, но почему тогда на душе так тоскливо? Не задумываясь, она достала палочку и отправила патронус. Ей нужен был Нотт. Срочно.

***

      Тео вальяжно вошёл в её кабинет, лениво осматривая стену, увешанную нитями, записями и фотографиями. На его лице появилась легкая улыбка, а бровь вопросительно приподнялась. Гермиона, не отрываясь от своих записей, покачала головой. — Как дела? — спросил он, усаживаясь в кресло напротив её стола. — Отлично, а твои? — машинально отозвалась девушка, даже не взглянув на друга. — Прекрасно, — произнёс он, явно не веря ни своему, ни её ответу. Молчание повисло в воздухе. Тео заметил, как её глаза блестели, будто она сдерживала слёзы, а плечи сами по себе поникли. Гермиона, в свою очередь, обратила внимание на его напряжённый вид и то, как он избегал встречаться с ней взглядом. — Астория? — спросила она. — Малфой? — немедленно парировал он. Тишина. Бинго. — Ты первый, — Гермиона подошла к шкафу, достала виски и отпила прямо из горлышка. Тео удивлённо вскинул брови, но, не желая отставать, жестом попросил бутылку. — Я не знаю, что мне делать, — начал он, запуская руку в волосы. — Она не похожа ни на одну девушку, с которой я когда-либо был. Она такая утончённая… Я просто не знаю, как пригласить её на свидание. Что, если это ещё слишком рано? А если ей вообще это не нравится? Гермиона прищурилась, сделав глоток, и покачала головой. — Теодор Нотт, ты обязан поднять свою задницу и пригласить девушку посидеть где-нибудь в уютном месте. То, что я видела между вами тогда в баре, не было случайностью. — Ты так думаешь? — с надеждой спросил он. — Думаю? Вы вели себя как влюблённые супруги! — Гермиона, пародируя его манеру речи, добавила: — «Тори, хочешь вина? Красного, белого, розового? Может, шампанского? Какое твоё любимое? Возможно, у меня есть дома, я апарирую и принесу!» Тео попытался изобразить обиду, но уголки его губ предательски дрогнули, а затем он рассмеялся. — Ну, не так уж всё было… — Именно так, мой друг! А Астория кокетливо поправляла волосы и, клянусь, пыталась «случайно» дотронуться до тебя. — Это настолько очевидно? — спросил он, недоверчиво глядя на неё. — Мерлин, да! Тео широко улыбнулся, отпил пару жадных глотков из бутылки и махнул рукой в сторону стены с записями. — Ладно, а что сделал наш слизеринский принц? Гермиона на секунду отвела взгляд. Глаза защипало, и ей показалось, что винить в этом виски было бы глупо. — Это не он… Это я. Она пересказала сегодняшний день, вспоминая утренние кошмары, его злое лицо, то, как она бросила ему его собственные слова, и как поник его взгляд, когда он уходил. Ей хотелось сказать, что она сожалеет, но она не знала, как исправить ситуацию. — Вы так подходите друг другу! — воскликнул Тео, ударяя рукой по подлокотнику кресла. — Чёрт, я хочу наблюдать за вашими стычками! Как думаешь, Поттер одолжит мне мантию-невидимку, чтобы я мог сидеть в твоём кабинете? — Тео, я серьёзно. Я не знаю, как мне поступить дальше, — тихо произнесла она. Он взглянул на неё с непоколебимой уверенностью. — Никак. Я знаю Драко с первого курса. Поверь, он никогда не показывает даже половины того, что чувствует. Дай ему время и пространство. — Это звучит по-детски, — скривилась Гермиона. — О, а ваши поступки такие взрослые! — Нотт ехидно указал на начатую вторую бутылку виски. — Мы сейчас напиваемся в рабочее время в офисе компании. В твоём кабинете. Я правильно понимаю? Гермиона рассмеялась, кивая головой. Её смех был одновременно горьким и освобождающим. Они ещё час обсуждали свои чувства, переходя от слёз к смеху. В какой-то момент в кабинет заглянул Калеб. Увидев, как Гермиона вытирает слёзы и отпивает виски под одобрительные аплодисменты Тео, он тактично удалился, наколдовав на дверь табличку: «Не беспокоить, идёт важное совещание». Увидев это, девушка отклеила стикер и нацарапала на нём: «Подарить Калебу хороший подарок на Рождество». — Ты знаешь, вся эта тема с Пожирателями до сих пор актуальна, — Тео, казалось, уже полностью переключился на философские размышления. Гермиона замерла, услышав это слово. «Пожиратели». Она резко повернула голову к стене с записями. В её сознании словно включился свет, и всё встало на свои места. — Это была месть, но не девушке, — пробормотала она. — Что? — Тео попытался сфокусировать взгляд на подруге, которая вдруг стала невероятно оживлённой. — Это месть Драко, — она показала на стену. — События четырёхлетней давности, что и убийство парня. Заседания Визенгамота. Суды над бывшими Пожирателями! Глаза Тео расширились, и он медленно перевёл взгляд с неё на стену. — Салазар ебучий… — Именно, Тео! — Гермиона лихорадочно указывала на связки и записи. — Он хотел подставить бывших Пожирателей и насолить Малфою! Тео, всё ещё не до конца понимая, о чём речь, поднял бутылку виски в знак признания её гениальности и обессиленно откинулся в кресле. — Ты гений, Гермиона. Гений. И если ты выпутаешь нас из этого дела, я готов аплодировать тебе стоя. Она лишь усмехнулась, продолжая складывать детали пазла в своей голове.

***

      Дома её ждала сова на подоконнике с письмом в клюве. Как долго она там сидела, одному Мерлину известно. Это было письмо от Джинни, которая приглашала её в Нору отпраздновать приезд Рона на зимние каникулы. Гермиона долго размышляла, стоит ли идти. Но, вспомнив слова Тео: «Дай ему пространство», всё-таки решилась написать письмо Малфою: «Беру выходные за свой счёт. Мой ассистент оформит все бумаги. Увидимся в среду.

Гермиона Джин Грейнджер — старший консультант M.Security».

Выходные она провела, занимаясь покупкой подарков для семьи Уизли и Поттеров. Она также выбрала более милый наряд, чтобы Молли не хваталась за сердце, увидев её в строгих платьях или, хуже того, в кожаных штанах. Хоть она и никогда не была аврором, их форма всегда вызывала у неё восхищение. Во вторник вечером Гермиона пересекла порог Норы с уменьшённой сумкой, полной подарков. Её встретил Джордж, который проводил её в гостиную. — Гермиона! — закричала Джинни, бросаясь ей на шею. — Ты пришла! Грейнджер тепло поприветствовала подругу и остальную семью, обнимая детей и пожимая руки. В комнате царила оживлённая атмосфера, наполненная разговорами и смехом. Однако она заметила, как Рон украдкой поглядывал на неё с другой стороны комнаты. Его взгляд напомнил ей серые глаза Драко, но только если от взгляда Малфоя её превращало в лужу, то от его взгляда она лишь раздражалась. Когда остальные пошли распаковывать подарки с детьми, он подошёл к ней. — Как твоя жизнь, Миона? — Отлично, Рон. Работаю, как всегда, — ответила она, сдерживая раздражение. — Да, я слышал, что ты уволилась из Министерства и теперь работаешь на хорька… — сказал он, невесело усмехнувшись. — Ты знаешь, я скучал. Когда я услышал о предложении Макгонагалл, я был так рад. Мы бы могли проводить много времени вместе… Гермиона вспомнила, как директор предлагала ей должность преподавателя ЗОТИ. Она каждый раз вежливо отказывалась, и теперь с трудом представляла себя в роли учителя. Уизли в этот момент напоминал ей мистера Дарси — с этими жалобными щенячьими глазами. Вспомнив их прошлое, она почувствовала укол боли. Рон всегда хотел семью, детей, но отказывался принять, что она не сможет иметь детей. Они расстались, потому что Гермиона разорвала отношения, не выдержав его давления. Она тогда сказала, что проблема в ней, хотя на самом деле проблема была в его эгоизме, скрытом за добрыми намерениями. — Всё, что ни делается — всё к лучшему, — сказала она, стараясь улыбнуться. Когда они присоединились к столу, атмосфера стала ещё более оживлённой. Билл рассказывал о редких драконах, которые они практически вывели, Джинни и Флёр оживлённо обсуждали детей, а Молли с радостью прикладывала руку к сердцу, слушая их разговоры. Рон делился историями о том, как учит детей летать на мётлах, и описывал последние квиддичные соревнования между Слизерином и Пуффендуем. Девушка сидела за столом, пытаясь насладиться моментом, но в душе всё кипело. И тогда прозвучал вопрос, которого она больше всего опасалась. — А ты, Гермиона, долго ещё собираешься гоняться за этими знаниями? — с укором спросила Молли, пристально глядя на неё. За столом повисла тишина. Она заметила, как Гарри слегка покачал головой, будто предвидя последствия. — Я и не собиралась заканчивать, — твёрдо ответила Гермиона. — Моя карьера идёт стремительно вверх, и я полностью довольна тем, где нахожусь. Она чуть не добавила «и с кем», но вовремя сдержалась. — Ну что за карьера для такой юной девушки? — не унималась миссис Уизли. — Ты даже не можешь ничего рассказать о своей «работе», не испортив всем аппетит. Ты уже не молода, пора бы думать о семье и детях, пока не поздно! Красная пелена застилала глаза. Она слышала, как Рон пробормотал что-то вроде: «Мам, не надо», но её терпение было на исходе. — А что я такого сказала? — продолжала женщина. — Какая из неё девушка, если она занимается мужской работой, да ещё и увлечена тёмной магией… — Довольно! — резко прервала её Гермиона, вставая из-за стола. Её голос был резким, как удар хлыста. — Не вам решать, как мне жить. Следите за своими детьми и своими проблемами. И не говорите мне, что вы противница тёмной магии! Вашу Аваду против Беллатрисы помнят все. Или, если цель оправдывает средства, это не считается? Молли побледнела. Она поднялась из-за стола, хватаясь за палочку. За столом воцарилась гнетущая тишина. Грейнджер лишь скрестила руки на груди, её это только позабавило. — Теперь ясно, что только такое чудовище, как ты, могло стереть память собственным родителям! Глаза девушки сверкнули. Молли взмахнула палочкой и с криком: «Вон из моего дома!» выпустила в неё проклятие. Летуче-мышиный сглаз. Гермиона усмехнулась. Не двинувшись с места, она невербально отразила заклинание. Оно рассеялось в воздухе в паре сантиметров от её лица. — Серьёзно? — произнесла она, обращая на неё холодный взгляд. Молли попыталась повторить атаку, но Гермиона даже не дала ей шанса. Так же, не сказав ни слова и она уже держала палочку женщины в руках. — Аврор Поттер, — произнесла она, глядя на Гарри, — статья 3/2: злонамеренное причинение вреда другому волшебнику при свидетелях, включая высокопоставленных лиц. Напомни, какое наказание? Гарри сглотнул, понимая, что выбора у него нет. — Лишение волшебной палочки без права приобретения новой на срок от одного до трёх месяцев, — хрипло ответил он. Гермиона развернулась и бросила палочку Молли на порог. — Счастливо оставаться, — бросила она, уходя в ночь.

***

             Новый день принёс решительность. Вечер в Норе, перепалка с миссис Уизли, разговор с Тео и встреча с Роном дали Гермионе понять одно: её жизнь должна принадлежать ей. Никто не вправе диктовать ей, кем быть, что делать и как жить. Она больше не будет подстраиваться под чужие ожидания. Если она хочет запомнить свою жизнь наполненной яркими моментами, а не чужими упрёками, пора начать действовать. Лёжа ночью в постели, она перебирала в голове свои мысли. Работа, которую она когда-то ставила под сомнение, теперь казалась ей именно тем, чем она должна заниматься. Она была уверена: это её место, её призвание. Но работа — это лишь часть. Её мечта была о том, чтобы рядом был человек, от одного взгляда на которого сердце начинало биться быстрее, а чувства расцветали, а не вяли. Накинув любимое чёрное платье, чуть выше колена, которое подчёркивало её острые ключицы, и элегантное пальто, Гермиона апарировала прямо к офису. В фойе её встретила Пэнси, которая выглядела так, будто не спала всю ночь. Она нервно переминалась с ноги на ногу и терла руки. — Доброе утро, Паркинсон, — начала Гермиона. — Ты выглядишь так, будто собираешься сказать что-то ужасное. Что случилось? — Гермиона, пожалуйста, приходи на совещание, — почти взмолилась Пэнси. — Я не знаю, что произошло между тобой и Драко, но ещё один такой день мы просто не выдержим. Девушка нахмурилась. — Какой день? В чём проблема? — Он третий день носится по офису, как адский пёс. Огрызается на всех, орёт на сотрудников. Мы уже потеряли два контракта! Это катастрофа. Гермиона внутренне усмехнулась. Значит, всё не прошло для него бесследно. — Не волнуйся. Я как раз собиралась на совещание. Только зайду к себе. Увидимся там. — О, слава Мерлину! — выдохнула Пэнси и поспешила прочь. В приёмной её встретил Калеб, который о чём-то оживлённо щебетал с секретаршей. — Линда, сообщи мистеру Малфою, что я буду готова для встречи через пятнадцать минут, — спокойно сказала Гермиона, направляясь к своему столу. Секретарша мигом побежала выполнять поручение, чуть не спотыкаясь на каблуках, а Калеб с улыбкой посмотрел ей вслед. — Ну как наши дела? — спросила Гермиона, взглянув на ассистента. — Ужасно, всё вверх дном. Полный хаос, — ответил он, усмехаясь. — Рада слышать, — подмигнула она и прошла в конференц-зал.       Как только она вошла, разговоры тут же стихли. Забини встретил её ехидной улыбкой, его глаза сверкали. А вот Драко выглядел так, будто кто-то оставил кучу иголок на его кресле. — Рада сообщить, — начала Гермиона без приветствия, — что расследование продвигается. Мы вышли на верный путь. Основная работа теперь за аврорами. Тео позже передаст копию отчёта. — Хорошо, — коротко отозвался Драко. — Обсудим это лично после собрания. Астория начала рассказывать о финансовом положении компании, заверяя, что прибыль идёт в штатном режиме. Она также упомянула предстоящую встречу с инвесторами. — Грейнджер, — обратился к ней Драко, — мне необходимо, чтобы ты присутствовала на встрече. От неё многое зависит. — Я посмотрю в своём графике, — ответила Гермиона, одаривая его обворожительной улыбкой. Драко сузил глаза, но промолчал. Когда совещание затянулось, в зал вошла Линда с подносом напитков. Гермиона попросила кофе. — А что, Грейнджер, виски уже не подходит? — с укором бросил Драко. Блейз и Пэнси чуть не свернули шеи, глядя то на него, то на неё. — Я варю отличное похмельное зелье, Малфой. Могу поделиться рецептом, — парировала она спокойно. Когда все разошлись, Гермиона осталась напротив Драко. Его взгляд был напряжённым, но он не терял самообладания. — Ты нарушала правила компании… — начал он, но она перебила его. — А в правилах компании разве есть пункт о том, что запрещено трахать своих подчинённых, а потом сбегать как трус? Его челюсть напряглась, но он проигнорировал выпад. — Вы устроили попойку с Ноттом, выходя из офиса, ваш пьяный ор слышали все сотрудники. Ты ушла в отпуск без предупреждения и вернулась, пытаясь подорвать мой авторитет, Гермиона. — Ты, — спокойно сказала она. — Что «я»? — Убийство Кати Бинс было из мести. Но не ей, а тебе и бывшим Пожирателям. Кому-то явно не нравится, что ты добиваешься успеха. Документы с мягким шелестом выскользнули из его рук и упали на стол, словно подчёркивая его замешательство. — Это значит?.. Гермиона встала, подошла к его столу, села на край и, наклонившись, посмотрела прямо ему в глаза. — Это значит, оглядывайся, Драко. Пока мы не поймаем убийцу, ты в опасности так же, как и я. Потому что я вытаскиваю твой заносчивый зад из этой передряги. Драко резко встал, и между ними осталось всего несколько сантиметров. Его руки упёрлись в стол по обе стороны от неё. — И ты знала это, но ничего не сказала? — Ты думаешь, я могла передать это через секретаршу? Или отправить письмо? — ответила она с вызовом. — Я сидел в своём чёртовом кабинете и видел, как ты выходила под ручку с Ноттом. — Его голос был полон злости, почти шипение. — О, тогда можешь назначить мне дисциплинарное взыскание, мистер Малфой. — Стерва, — прошептал он, глядя ей в глаза. — Трус, — ответила она, не отводя взгляда. Он сократил расстояние между ними, резко впиваясь в её губы. Поцелуй был гневным, наполненным страстью и злостью. Гермиона ответила тем же, прикусив его губу, и услышала, как он застонал. Она отстранилась, глядя на его лицо, где зрачки почти вытеснили синеву. Проведя рукой по его волосам, она отметила их мягкость. Встав в полный рост, она произнесла: — Когда признаешь свои ошибки, продолжим. И с этими словами она развернулась и вышла из кабинета, оставив Драко в раздумьях.