Red ears (или 69-ые отношения Ким Тэхена)

Зубы стисну... губы закушу...

я в легких задержу дыхание,

но о любви твоей не попрошу,

как нищий просит подаяния...

- Чим, я понимаю, что тебе нужно встретить брата, вещи там всякие помочь дотащить, но понять не могу, причем тут я? - ходил Тэхен взад-вперед, хватаясь за волосы и чуть ли не вырывая их с корнями. - Ну Тэ, ты мне друг или где? – процедил Чимин, умалчивая о том, что тот сам поехал с ним, никто его об этом не просил. - Ты же знаешь, я его терпеть не могу. - Да-да, знаю, конечно. Ты всегда так говорил, но в итоге вы ни на шаг друг от друга не отходили. - Так это потому, что он везде таскался следом! Тэхену уже хотелось взвыть, он вспомнил как этот мелкий ходил за ним по пятам, таская эти свои блокнотики, бубнил себе что-то под нос, точно проклены, не в состоянии и пары слов связать, зыркал из-подо лба своими оленьими глазищами, отчего Тэ становилось не по себе, а еще и уши эти бесящие. Вечно красные только рядом с ним, будто у мелкого аллергия на Тэхена. - Все! Не могу! Увольте! Спасибо, мой дорогой друг за эти годы дружбы, - парень изобразил грустное лицо. - Я вынужден в сию минуту тебя покинуть, боюсь навсегда потому, что срочно, сегодня же переезжаю в другой дом. Нет, в другой город. Нет, в другую страну, а лучше - планету. Прощай! - Тэ поднял одну руку вверх и начал ею махать, а другой вытирать с глаз вымышленные слезы. - Ой, не утрируй. К тому же, он очень изменился. Представь, что встречаешь незнакомца. - Как мне это представить, если мы с ним давным-давно знакомцы, - выпалил, яро сжигая друга взглядом. - Ну и как он изменился? Перестал есть песок? - Помниться мне я и раньше его не ел, - произнес за спиной Тэхена, бархатный голос от которого стая муравьев пробежалась по позвонку. - Гукк-и, - протянул Пак и бросился обнимать брата, пробегая мимо остолбеневшего друга. - Ну и вымахал же ты. Ух, громадина! Чон Чонгук – девятнадцатилетний, двоюродный брат Пак Чимина, живет с родителями в провинции, в этом году окончил старшую школу и решил поступать в Сеульский университет, чему Чимин безумно рад ведь сможет часто видеться с братом. Раньше младший приезжал к нему каждый год на летние каникулы но за последние четыре года ни разу не приехал, как бы Пак его просил, обходился только видеосвязью и сообщениями. В этот раз Чимину наконец-то удалось уговорить брата приехать в начале лета, чтобы провести время вместе. Правда Чон согласился только, чтобы найти работу и съемное жилье до начала учебы, но Чим все равно обрадовался. Чего не скажешь про его лучшего друга Ким Тэхена, который живет по соседству и знает Чонгука с детства. Ким медленно повернулся к обнимающимся братьям и замер, второй раз за последнюю минуту, ведь Чонгук выглядит так... так по-другому. Абсолютно ничего общего с картинкой, хранящейся в памяти! Это точно он? Может, просто парень какой-то (нереально красивый!), ошибся и подошел не к тем людям (спасибо, ему за это)? Но этот парень моментально ответил на все (почти все), крутящиеся в голове Тэхена вопросы своим: «Хен, давно не виделись». Чон окинул его взглядом, задержался на лице (немного дольше, чем положено), прищурился и отвернулся. А Ким таращился не стеснялся, во всю рассматривая младшего с ног до головы. И, правда, вымахал. Возмужал. Кажется, подкачался. «Интересно, как он выглядит без одежды?» «Фу, что за мысли!» - сразу одернул себя. Как этот (шикарный) парень и тот мелкий «бесячка» с воспоминаний могут быть одним и тем же человеком? Тэ в пару шагов преодолел расстояние между ними, подошел вплотную и под расширяющимся взглядом младшего обхватил его лицо руками, всматриваясь. - Та-ак, - протянул. - Шрам есть. Совпадение номер один. Тэ прекрасно помнит, как, в детстве, совершенно случайно оставил этот самый шрам на лице парня. Правда-правда случайно! Гуку тогда было тринадцать, они втроем сидели в комнате Чимина, старшие играли в видео игры, а младший - в очередной раз, что-то записывал в своем блокноте. Тэ закончив играть, подошел к мелкому и поинтересовался, что он там такое вечно строчит (на самом деле, просто выхватил блокнот из рук Гука и начал листать), мелкий вскочил яро отбирая свою вещь, отчего Тэ немного сильно разозлился и швырнул ему этот ненавистный блокнот прямо в лицо (случайно!). - Родинка под губой тоже имеется. Два, - продолжил свой осмотр блондин. - Ага, и уши красные. Три, - добавил Чимин, наблюдая эту картину со стороны. - Ты че творишь? - дернулся Чонгук, отбрасывая руки старшего от своего лица и сделав шаг назад. - Опознание, - спокойным голосом проговорил Ким, продолжая пристально всматриваться в лицо напротив, - процесс определения связи между предоставляемым объектом и ранее сформированными образами. - Слушай, - выдохнул младший, потирая устало глаза. - Вообще понятия не имею, что за бред ты несешь, но будь так любезен, больше не прикасайся ко мне без разрешения. - Ой, простите-извините, - Тэ поднял руки вверх, слегка ухмыляясь уголками губ. - Еще один минус, - проговорил себе под нос, потирая подбородок, - раньше ты не был против моих прикосновений, даже не смотря на твою странную аллергию. Несовпадения в разы превышают допустимую норму. Чимин нервно хохотнул, махнул в сторону друга рукой, говоря брату не обращать на того внимание и схватив одну из сумок младшего, поторопил всех на выход.

***

- Да, - обозвался телефон голосом Чимина, спустя шесть гудков (Тэ считал, привычка у него такая). - Винишко купил, жду тебя через полчаса, - кратко и для Чима все понятно. Тэхена снова бросили. Это уже третий раз за последние… два месяца? И 68-й раз (Чимин считал, хобби у него такое) за последние четыре года. И каждый раз Ким заливает свое горе алкоголем. И не то, чтобы Тэ сильно был расстроен, но ему же, типа, сердце разбили, он же, типа, страдает, надо же хоть вечерок потужить. Так сказать, отдать «дань уважения» и «проводить в последний путь» очередную не сложившуюся любовь. А как было уже сказано, таких несложившихся любовей у него было аж 68 и ни одна из них не продлилась дольше месяца. Точнее тех, что дотянули до месяца было, кажется, только три и последняя, как раз входила в эту тройку. Вот сегодня ровно месяц был бы. Не подумайте, Ким Тэ не какой-то там кобель, меняющий девиц одну за другой. Нет-нет. Он то тут как раз таки жертва, это его всегда бросают. Что с ним не так? Не понятно. Почему бросают? «Авьката» - на языке пали: «непостижимый, необъяснимый». Вопрос без ответа. Каждый раз когда Тэхен его задавал всем своим «бывшим» (это же можно считать отношениями, да?) девицы, словно Будда, хранили «благородное молчание». А Ким Тэ, как нежная ранимая душа не мог смериться с такой ранней потерей «недолюбви», и сразу отправляйся на поиски следующей. Вот так и накопил к своим 23 годам, аж целых 68 «недоотношений». Но он не виноват (вы поняли, да?)! Дело не в нем (конечно же, нет!). Ровно через 30 минут (Тэ засекал) Пак Чимин, как самый верный друг, прибежавший на помощь стоял на пороге дома Ким Тэхена. Блондин открыл дверь весь такой бледненький, весь такой страдальческий, зареванный весь (делая вид, что зареванный!), мельком взглянул за спину друга, будто высматривая кого-то, но ничего (или никого) так и не высмотрев, схватился за Чима, как утопающий за спасательный круг и потащил в сторону кухни, где на столе уже ожидали четыре бутылки вина (и еще 2 в холодильнике) и 3 (!) бокала. Третий бокал Тэтэшечка быстренько убрал, делая вид, что тот совершенно случайно забрел в компанию к остальным двум.

***

Дело близилось уже к ночи. Двое из ларца (тэхенового дома) одинако-пьяных с лица выползали на свежий воздух. После долгих, мучительно-страдальческих разглагольствований и рыданий (слез как не было изначально, так они и не появились ни в процессе, ни в конце) самого страдальческого страдальца, болезненных (нет) воспоминаний обо всех своих шестидесяти восьми несложившихся любовей (а думаете, как бы Чим их всех запомнил то), и опустошенных пяти бутылок красного полусладкого (шестую уже не осилили) этот самый страдальческий страдалец беспрекословно настоял на том, что он обязательно должен проводить своего самого наилучшего, любимейшего, вернейшего и единственного во всем мире друга домой. Ну конечно, Чимин один как дойдет то?! Ему ж то, идти та-ак далеко, аж через целую дорогу. Хотя дорогу эту они и правда, долго переходили. Тэхену ж то нужно было еще лечь на нее в ожидании автомобиля, который бы его переехал. Но спустя минут двадцать выжидания, желающих расплескать этого мученика по асфальту так и не появилось, Тэ еще пару минут погоревал о том, что даже машины его не хотят, поднялся и друзья продолжили свой путь. Добравшись постояли еще около десяти минут на пороге пялясь на дверь, которая сама открываться не хотела. Надо же, даже дверь Тэхена впускать не хочет, а какой тогда человек захочет впустить его в свое сердце?! Тэ, в очередной тысяча первый раз за вечер, вытер несуществующие слезы поднял руки вверх и закричал: - Алохомора! И надо же! Дверка-то открылась! Вот прям самый великий волшебник из всех великих волшебников! Вот и Волан-Де-Морт собственной персоной, встречает с порога от вида которого, кровь стынет в жилах и волосы дыбом встают (и не только волосы). Тот, кто все время сидит в голове, точно задействовал легилименцию, но имя его произносить нельзя. Схватил под бок полусонного самого наилучшего, любимейшего, вернейшего и единственного во всем мире друга Тэхена и куда-то его утаскивает, в потайную комнату наверное. Чимина срочно нужно спасать от этих лапищ загребущих!

***

Блондин с огромнейшим трудом оторвал свою тяжеленную голову от подушки, сел и расплющил один глаз. - Доброе утро, - послышался голос со стороны, отчего Тэ вздрогнул и повернул голову в сторону источника. С лева от кровати за столом перед включенным ноутбуком, сидел Чонгук и прищурено смотрел в ответ. - С большой уверенностью могу сказать, что оно ни капельки не доброе, - зевая, проговорил Тэхен, еще до конца не проснулся. - А что так? – съехидничал младший, - Головушка болит? Тошнит? Стыдно? - С чего это вдруг, мне должно быть стыдно? - Ничего не помнишь? Только сейчас блондин окинул взглядом комнату, заметил незнакомую обстановку вокруг. Где это он? И почему Чонгук здесь? - Где я? – поспешил озвучить свою мысль. - Ничего не помнишь, - утвердил Гук, из-за чего слегка расстроился. – А может, оно и к лучшему, - пробубнил себе под нос. - Провалы в памяти - бесплатный приз на дне каждой бутылки водки, - процитировал Тэ фразу Шелдона Купера с сериала «Теория большого взрыва» и тут же побледней. Ведь пили они не водку, а вино и Тэхен начал все вспоминать. Flashback Чонгук стоял на кухне, попивая воду из стакана погруженный в свои мысли. - Ну надо же, 68-й раз, - прыснул и криво улыбнулся. Поставив стакан на стол он направился обратно в свою комнату. Проходя мимо гостиной замер, послышался какой-то шум за дверью. Подошел ближе. - Алохомора! – заорала дверь, голосом Тэхена. «Совсем дебил» - подумал Гук и открыл дверь. И охнул. На пороге стояли два тела, облокачиваясь друг об друга и синхронно шатаясь в разные стороны. Брюнет скривился от неприятного запаха алкоголя исходящего от них. Гук спортсмен и алкоголь не переносит. А этот, Ким Тэ, сам пьян еще и брата спаивает. Он поспешил подхватить Чимина и завел внутрь. Нужно оттащить это тело в его комнату пусть дрыхнет. - Остолбеней, - послышалось в спину. Гук хмыкнул и развернулся боком к блондину. - Куда потщил?.. ик… а ну поставил на мсто… ик. - Много шума, - только пьяного Тэхена ему не хватало для полного счастья. Гук отвернулся, игнорируя блондина и направился в сторону лестницы. - Эй… ик… не слышал чтоль, - Тэ плелся следом, - я не боюсь тебя Лорд Волдометр… ик… Волдиметр… ик… Волметр… тьфу, бля… Короче, доставай… ик… свою волшебную палочку. Махаться будем. Чонгук чуть воздухом не подавился. Что там ему достать? Уши вмиг залились краской. Схватив на руки полусонного Чимина, брюнет поспешил наверх пока Тэ зацепившись за ступеньку, рухнул на пол. Добравшись до комнаты брата он ногою открыл дверь, вошел и аккуратно уложил того на кровать. Сняв обувь, носки и джинсы, укрыл одеялом и направился обратно в гостиною. «Еще и того, домой оттащить надо». Подходя к лестнице, Гук услышал звуки рыдания. «Плачет, что-ли? Чим же говорил, что Тэхен не может плакать». Вот такая у парня особенность: воет, тужит, горюет, а слезы никак не текут. А нет и в этот раз не плачет. Подойдя ближе Гук замечает, что блондин сидел, обхватив перила, изображал рыдания. Теперь он понимал, что именно имел в виду Чимин. Тэ выл как сирена, искривил лицо и вытирал руками слезы, которых не было. Вообще, ни одной! «Зачем изображать плачь?» - Хен, - потряс его за плечо, - хорош выть. Вставай, я отведу тебя домой. Ким вмиг заглох резко повернулся, зыркнул на младшего гневным взглядом и отвернулся обратно. Снова включил свою песню. - Ты… ты-ыы не-е-е захоте-еел показывать сво-о-ою во-олшебну-ую па-ало-о-очку! Никуда с тобой не пойду. - Ну сиди тут, - хмыкнул Гук и собрался уходить. - Стой, - Тэ схватил его за запястье. – Правда меня тут оставишь? Совсем одного? - Говорил же: вставай, отведу домой. - Не хочу домой, - пробубнил Тэ, надувая обижено губки. - А что хочешь? – на автомате, спросил младший. - Тебя, - выпалил блондин, а Гук вылупил шокированные глаза и почувствовал как горят уши. - Э, то есть… побудь со мной, - сразу же поправил Тэ, и поднял свои глаза на Гука грустно улыбнулся. – Что, опять? – поднялся на ноги, шатаясь, подошел впритык и схватил рукой ухо брюнета. – Почему, у тебя аллергия только на меня? Гук резко дернулся назад, отчего Тэ не удержавшись на ногах повалился прям на него. Обратно завыл. - Почему меня-я-я никто не люби-и-ит? – шмыгнул носом и начал тихонько петь, - Скажи мне, как я мог тебя не полюби-ить? И не узнать твои-и безумные гла-аза-а. Мне так легко против течении-ия в море плыть, когда твоя любо-овь открыла-а паруса. – Вмиг отпрянул от него и продолжил громче, указывая руками на Гука, - Тебя так долго я искал мой герой, закрыв глаза не замечая остальных. За километры я узнаю голос твой, он мне знаком еще давно с времен белых. - Бляя, - протянул Гук, потирая глаза. «Нытья было не достаточно? Теперь еще и петь начал». Посмотрев обратно на Тэхена, глаза младшего стали округляться от шока ведь тот начал раздеваться. - Один раз встретился иииии навсегда запомнился-яааа… - продолжал громко петь и пританцовывая, медленно стащил с себя футболку, - лед тронулся, когда ты до меняаа дотронулся! – принялся расстегивать ремень на джинсах, - я все отбро-осил сомнения! Поверил твоим рука-ам! Чонгук подскочил к блондину хватая за руки, останавливая попытки скинуть еще и джинсы начал застегивать ремень обратно. Ему душно! Дурно! Капли пота стекают по вискам, футболка на спине вся взмокла. А Тэ, хмыкнул и повалился на него обнимая за шею. - Ты тоже меня не любишь, да? Все меня броса-а-ают! Ты знаешь, что меня бросила сегодня уже 68-я девушка? – поднял взгляд на Гука, вися на нем. - Знаю, - кратный безэмоциональный ответ. Ким слегка усмехнулся, и опустился на пол прямо у ног младшего и обхватил их руками и ногами. - Девушки бросают, родители бросили, - проговорил тихо, - еще и ты, тоже хочешь бросить, - добавил шепотом, но Гук все равно услышал. - Хен, пошли домой, - проговорил усталым голосом сверля блондинистую макушку. - Не хочу домой, - тихий ответ, - там я снова буду один. - Ну, ложись тогда на диване в гостиной, - тяжело выдохнул Чон. – А я пошел спать. - Нет! – Тэ резко вскочил на ноги и обратно повис на младшем, только в этом раз уже умышленно обхватил его шею и положил голову на плече, начал хныкать прямо в самое ухо. – Не бросай меня-я! Забери с собо-ой! Гук пытался оттолкнуть его от себя, но тот еще сильнее обхватил шею сцепляя руки в замок. - Бля, - выдохнул, сквозь зубы, - значит иди к Чимину. - Нет! Хочу с тобо-ой! – провопил Тэ, чуть не лишив младшего слуха и слегка подпрыгнув, обхватил его еще и ногами повиснув как коала на дереве. Ох, Чонгуку нехорошо! Совсем-совсем, нехорошо. Тэ прилип всем телом, и дышит в самое и без того горящее ухо. Что делать с ним совершенно не знает. «Что ж, придется тащит его в свою комнату. Может там он быстро успокоиться и уснет?» Успокаивая себе этим, Гук развернулся и направился в свою комнату, а Тэ так и висел на нем. Хорошо, что она на первом этаже и рядом. Зайдя внутрь, подошел к кровати и скинул на нее «коалу». - Ложись и спи, - процедил сквозь зубы. - «Вмиг, Лизби Браун, ты расцвела, а я не знал. Ты мимо шла – не подозвал. Зря, Лизби Браун!»* - бубнил Тэхен, сворачиваясь калачиком. - Что он несет? – возвышался Чон над свернутым блондином уже не вслушиваясь в его пьяный бред. Тэхен расправился, перевернулся на спину и зыркнул на младшего прищуренным взглядом. - Я не боюсь тебя, Лорд Волдимидрол! – провопил, тыкая в Гука пальцем. – «Сила, одновременно более чудесная и более ужасная, чем смерть, чем человеческий разум, чем силы природы… имя этой спасительной силы — любовь!»** Тэхен опустил руку, отвернулся, потом пару раз покачался по кровати, притих на минуту, а после - встал на колени, посмотрел на младшего пристальным взглядом. - Что стоишь? Хочешь меня бросить тут, да? – проговорил так четко, будто бы и не пьян вовсе, а через секунду обратно включил сирену. – По-очему? Почему ты меня-я бросаешь? Почему не люби-ишь? - Пьянь, - молвил Чонгук тяжело вздыхая, смотря на это «существо». К кому, он на этот раз обращается? - Ты меня не любишь, - шмыгнул носом этот самый пьянчуга, вытирая не существующие слезы. – Ты же из-за меня не приезжал, да? – еще шмыг и надутые губы. – Не хотел меня видеть? - Что? – Гук стоял в полном недоумении. В то время как Тэхен подполз ближе и обхватил лицо младшего руками. - Ты можешь, можешь… - прикусил губу, смотря прямо в глаза, - можешь полюбить меня, - и поцеловал. После медленно отстранился, опустил руки и рухнул на кровать, моментально погружаясь в сон. Flashback and Чонгук поднялся подошел к кровати на которой сидел растерянный блондин, оперся на нее руками и приблизился вплотную, наклоняясь к его уху. - Если ты еще раз, войдешь в мою комнату я тебя разложу прямо на этой кровати и заставлю сладко стонать подо мной. Тэ тяжело сглотнул, часто моргая. Стало страшно? Да. Очень. Захотелось ли войти в эту комнату еще раз? Не очень. Но сбившиеся дыхание, мурашки по телу и завязавшийся тугой узел внизу живота упрямо намекали на то, что он еще побывает в этой комнате и не один раз. Но об этом, Ким никогда не признается.