Больше не обижу

Понедельник начался с робкого утреннего солнца, которое пробивалось сквозь щели в занавесках. Сергей, казалось, дышал легче, чем вчера, и на его лице проступил здоровый румянец. Доктор Рубинштейн, "довольный"результатами лечения, снизил дозировку таблеток. За завтраком Сергей удивил отменным аппетитом, уплетая за обе щеки омлет с беконом и тостами которые приготовил Гром ( тосты подгорели) .Игорь сиял от счастья, наблюдая за рыжим. Исчезла тревога из его глаз, сменившись надеждой и радостью. После обеда в дверь позвонили. На пороге стоял Дима, друг Игоря и коллега по полицейскому участку, с двумя объёмными папками в руках. -Привет, ребята! - устало поздоровался Дима. - Опять эта бюрократия! Не поможешь разобраться, Игорь? Мне бы хоть пару часов поспать..." Игорь, не раздумывая, согласился помочь другу. Он понимал, что работа в полиции отнимает все силы, и отдых Диме просто необходим. Запах имбирных пряников, которые Игорь недавно что достал из духовки, витал в воздухе, смешиваясь с ароматом свежезаваренного чая.- Слушай, Димас, ты сегодня как раз вовремя, - радушно произнес Игорь, накрывая на стол. – Я тут чай купил, какой-то особенный, с бергамотом. Попробуешь?" Дима, уставший после смены, с удовольствием принял приглашение друга. Разумовский услышав голос Димы, невольно напрягся. Ему совсем не хотелось ни с кем общаться. Комната Игоря служила ему надежным убежищем от внешнего мира, местом, где он мог чувствовать себя в безопасности. -Привет, Серёж!", - раздался из коридора бодрый голос Дубина. Сергей, стараясь, чтобы его голос звучал как можно более спокойно, пробормотал из глубины комнаты: -Привет, Дим...". Не дожидаясь ответа, он нырнул под одеяло, открыл книгу и сделал вид, что погружен в чтение. На самом деле, слова расплывались перед глазами. Страх, сковывающий его изнутри, не давал сосредоточиться. Сергей прислушивался к приглушенным голосам из кухни, к шороху пакета, из которого Игорь доставал пряники, к звону ложек... Тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьем старинных часов на стене, казалась ему оглушающей. Воздух, казалось, сгустился в комнате, превратившись в вязкую, удушающую массу. Сергей с трудом сделал вдох, чувствуя, как его лёгкие сжимает невидимая рука. Снижение дозировки таблеток, хоть и вернуло ясность мыслей, развеяло туман заторможенности, но обнажило острые края реальности, от которых он так старательно прятался. Он больше не чувствовал себя пленником собственного разума, но цепи тревоги все ещё сковывали его сердце. Тревога, липкая и холодная, оплетала его изнутри, как плющ, стремясь задушить в своих объятиях. Галлюцинации, к счастью, стали реже, но не исчезли полностью. Тени на стенах все ещё шевелились, принимая причудливые формы, а в углах комнаты ему чудились чьи-то фигуры, наблюдающие за ним из темноты. Сергей закрыл глаза, пытаясь хоть на миг избавиться от навязчивых образов. Перед его мысленным взором возникла башня Vmeste – место, которое он считал своим единственным домом, своей крепостью. Ему отчаянно захотелось вернуться туда, в знакомые стены, ощутить привычную тяжесть книг в руках. Там, среди фолиантов, исписанных забытыми рунами, он чувствовал себя в своей стихии. Но доктор предупреждал: возвращение в башню сейчас — все равно что прыжок в пропасть. Слишком много болезненных воспоминаний было связано с этим местом, слишком велик был риск срыва. Игорь, словно чувствуя смятение друга, то и дело заглядывал в комнату, стараясь не надоедать чрезмерной опекой. В его глазах, обычно лучившихся теплотой и добродушием, Сергей теперь замечал напряжение и тревогу. Разумовскому было невыносимо видеть, как его состояние отражается на друге. Он чувствовал себя обузой, камнем на шее Игоря. Дима, собрав наскоро пересмотренные бумаги, с чувством выполненного долга поднялся из-за стола. -Ладно, Игорь, побежал я. Спасибо за чай, оживил ты меня!" - бросил он на прощание, накидывая куртку. - "Слушай, а давай на выходных всей компанией соберемся? Ты, я и Юлька давненько не виделись. Заодно и с Сергеем познакомлюсь поближе." Услышав имя Юли, рыжий невольно вздрогнул. Тонкие брови его слегка сошлись на переносице, а в глазах мелькнула тень раздражения. "Только этого не хватало! - пронеслось у него в голове. - Надеюсь, Игорь откажется". Мысль о том, чтобы видеться с друзьями Игоря, вызывала у него приступ паники. Они были живым напоминанием о том, кем он был раньше, о жизни, к которой он больше не мог вернуться. Воспоминания о прошлом, туманные и противоречивые, словно осколки разбитого зеркала, ранили его, стоило лишь прикоснуться к ним. Услышав приближающиеся шаги, Сергей быстро нырнул обратно под одеяло, оставляя снаружи лишь взъерошенную голову волос. Глаза его, казалось, потускнели, а плечи поникли, словно под тяжестью невидимого груза. Игорь, войдя в комнату, улыбнулся бывшему миллиардеру. Улыбка эта была чуть печальной, но полной тепла -Ушел он, не беспокойся, - тихо произнес Игорь, присаживаясь на край кровати. - Извини, что так получилось. Ты же знаешь, как у них там все сурово... люди в отпуска уходят, а работы меньше не становится." Он помолчал мгновение, глядя на задумчивый профиль друга? -Он, правда, предлагал на выходных встретиться, всей компанией... Но ты не волнуйся, я еще не соглашался. У меня еще два месяца отдыха в запасе, успеем нагуляться". -я... я еще не готов с ними видеться", - пробормотал Сергей, откидывая одеяло. Он поднял глаза на Грома, и тот увидел в их глубине столько боли и неуверенности, что сердце его сжалось. Сергей нервно прикусил губу и сжал кулаки, словно стараясь удержаться за край пропасти, которая вот-вот готова была поглотить его. Игорь кивнул, без слов понимая состояние друга(?). Он поднял руку и нежно, словно боясь спугнуть трепетную птицу, коснулся макушки Сергея. Его пальцы, грубоватые от привычки держать оружие, сейчас двигались осторожно и бережно, поглаживая мягкие, слегка вьющиеся волосы. Рыжий замер, удивленный неожиданной лаской. Приятное тепло растеклось от макушки по всему телу, заставляя его слабо охнуть. "Неужели Игорь может быть... таким?" - промелькнула у него мысль, прежде чем он успел ее остановить. Он отвел взгляд, погружаясь в лабиринт собственных мыслей. Образы прошлого и настоящего, словно кусочки разноцветного стекла в калейдоскопе, мелькали перед его внутренним взором, не складываясь в единую картину. - Хэй, Серёжа! Слышишь? - голос Игоря вернул его к реальности. - Сегодня ближе к вечеру нас ждет твой врач. Сергей вздрогнул, словно пробуждаясь ото сна. - Опять?.. - пробормотал он, хмуря брови. - Почему так часто? Я не хочу. - Я понимаю, Серёж, - мягко произнес Игорь, - но так надо. Если мы не будем ездить к нему, тебя... тебя заберут обратно. Эти слова резанули Сергея по живому. Он в ужасе отшатнулся, словно от удара. "Обратно"... в то место, где его превратили в послушную марионетку, лишили воли, собственного "я". - Но!.. Ты же из полиции! - вспыхнул он, цепляясь за последнюю надежду. - И то, что он делает... это... Это же незаконно! Игорь вздохнул, проводя рукой по лицу. - Да, я знаю, - тихо произнес он, в его голосе звучала усталость. - Это незаконно. Но пока... пока у нас нет выбора. Тяжелый вздох вырвался из груди Сергея, словно эхо его бессилия. Он понимал – выбора действительно нет. Приходилось стиснуть зубы и терпеть. Терпеть визиты врача, терпеть призраков прошлого, терзать себя мыслями, которые, словно искры, вспыхивали в голове, причиняя почти физическую боль. Игорь… Игорь делал для него столько, что жаловаться было бы верху неблагодарности. Он вытащил Разумовского из того ада, вернул ему имя, стал щитом, защищающим от жестокого мира. Они были по разные стороны баррикад, врагами, но Игорь преступил черту, рискнул всем, ради чего? Ради сломанной куклы, которой стал Сергей? Эта мысль одновременно пугала и притягивала его. Он видел, как Игорь старается, как оберегает его, и это вызывало в душе Сергея странную, незнакомую теплоту. Он ловил себя на том, что с жадностью впитывает каждое слово, каждый взгляд Майора, и это напоминало ему о том, как пустыня, измученная жаждой, встречает первые капли долгожданного дождя. Игорь был слишком… идеальным. Добрым, отзывчивым, готовым прийти на помощь в любую минуту. Именно таким, каким Сергей всегда хотел видеть рядом с собой человека. Если бы не Птица, которая все еще жила в его голове, шептала на ухо свои ядовитые речи, все могло бы сложиться иначе… Сергей хотел быть ближе к Игорю. Он не мог понять, что это – привязанность, благодарность или нечто большее, но ощущение это было слишком сильным, чтобы его игнорировать. Возможно, это был единственный способ стать свободным. Не от врачей, не от лекарств, а от самого себя, от тьмы, которая все еще жила в нем. Неожиданно — и Сергей уже льнет к боку Игоря, устраивая свою голову у него на плече. Тонкое, почти невесомое прикосновение заставляет Игоря вздрогнуть, но руку с пушистых, цвета спелой ржи, волос он не убирает. Наоборот, пальцы сами собой продолжают нежное поглаживание. Эта неожиданная нежность была для них обоих в новинку. Чувствовать рядом с собой источник такого живого, настоящего тепла – непривычно, волнующе, почти осязаемо… - Игорь, - тихо зовет рыжий парень, и его теплое дыхание приятно щекочет шею. - М? Что? – Игорь слегка поворачивает голову, стараясь не потревожить хрупкое равновесие их близости. - Почему ты забрал меня? Зачем? Мы же… Мы враги, - в голосе Сергея звучит неподдельное недоумение. В комнате повисает тишина. Майор хмурится, сглатывая колючий ком, вставший поперек горла. - Серёж… Я прочел твое дело у Рубинштейна, – он на мгновение замолкает, подбирая слова, – и понял, что… Ты не виноват. Ты просто хотел, чтобы тебя любили, тобой восхищались… То, что сделал с тобой этот… Птица… То, как он вообще появился… Игорь сжимает челюсти, чувствуя, как старые обиды и гнев вновь поднимаются на поверхность. - Это заставило меня думать несколько месяцев, – продолжает он уже тише, – это было сложное решение. Я понимаю, что если Птица вернется… Это добром не кончится. Но… Раз лечение помогает… Может быть… Все наладится. Произнося эти слова, Игорь и сам не был в них уверен. Он не знал, как поступить, как вести себя с этим сломленным, но все еще опасным парнем. И он определенно не знал, что Птица никуда не ушел… Как и не знал о том, что Сергей не собирался ему об этом рассказывать. - Мм… В героя решил поиграть? – спокойный, даже насмешливый голос Сергея вырывает Игоря из раздумий. - Ну, если можно так назвать, – усмехается Игорь в ответ, чувствуя, как напряжение последних минут постепенно отпускает.