Попаданец в мир Наруто: Путь Котецу Хагане к Силе

Глубокая ночь. Город, расположившийся на вершине холма, мирно спал. На улицах горело лишь несколько фонарей, а стражники монотонно шествовали вдоль стены. Даже ветер стих, словно сама природа пыталась подарить людям минутку передышки. И тут — небо разорвал синий раскат грома. БААААМ! Яркая молния ударила в левую часть города. Дома затряслись, с крыш посыпалась черепица. Через секунду раздался ещё один удар — и ещё один. Казалось, сами небеса решили уничтожить это место. Через несколько мгновений по улицам разнесся вой сирены. — В АТАКУ! В АТАКУ! ВСЕМ, ПРИГОТОВИТЬСЯ! Мои глаза широко распахнулись, сердце колотилось так, будто вот-вот выпрыгнет. — Что? — раздался сонный голос с другого конца комнаты. — Вставай, Генма, скорее! — крикнул я, вскакивая на ноги. Я подбежал к двери, распахнул её — и на меня тут же обрушился хаос. По улицам метались синоби: одни вытаскивали детей из домов, другие выбегали из зданий. Молнии сыпались с неба, удар за ударом, разрушая каменные крыши и поджигая деревянные балки. В воздухе витал запах дыма и озона. — Протокол 18! — раздался издалека чей-то голос. Я замер. «Какой протокол? Их было всего шестнадцать…» — пронеслось у меня в голове. Гай и Генма уже были на ногах, вооруженные, их лица были напряжены. — Ты знаешь, что это значит? — спросил я, пытаясь перекричать шум. — 18-й означает сходиться в точке соприкосновения! — раздался голос сверху. Я поднял глаза и заметил силуэт на крыше ближайшего дома. Высокий мужчина в плаще городского стражника, в руке у него блестел меч. — Марубоши! — Я узнал его. — Я пойду первым! — сказал он, не раздумывая. — Ты — разбуди всех, кто ещё в домах, и направляй их на левый фланг! Понятно? Мы успели только кивнуть, прежде чем он исчез, перепрыгнув на следующую крышу. — Ты его знаешь? — спросил Генма, когда мы бросились вперед. — Да. Он из городской стражи. — Тогда поторопимся! — подгонял Гай. Мы рассеялись по близлежащим улицам. Большинство синоби уже проснулись и вышли на улицу, но дома всё равно были погружены в тишину. Я ворвался в один из них, распахнув дверь ногой: — Вверх! Вон! На левый фланг! В полумраке мелькали сонные лица синоби: одни на бегу хватались за оружие, другие пытались натянуть доспехи прямо у двери. В другом доме я нашла женщину-медика, спящую за столом, обмотанную бинтами. Я потрясла её за плечо: — Просыпайся, ты нам нужен! Шевелись! Она вздрогнула, побледнела, но при виде меня схватила сумку и, не говоря ни слова, выбежала из комнаты. Генма тоже справлялся — я видел, как он вышибал двери, силой вытаскивал на улицу полубессознательных товарищей. Гай, конечно, поступил по-своему. — ЭЙ! ПОРА ПРОСЫПАТЬСЯ! — Голос Гая прогремел по улицам, словно очередная сирена. Он прокатился по стенам и крышам, прорезая раскаты грома и крики внизу, громче любого барабана. Люди вздрогнули, словно от удара молнии. Некоторые вскочили на ноги, всё ещё протирая глаза; другие, полуодетые, босиком выбежали на улицу. Окна распахнулись, двери захлопали, и в тенях мелькнули лица синоби — на мгновение заснувшие, но тут же обретшие сосредоточенность. Гай не просто будил людей — он вырывал их из страха, заставляя действовать. Даже дети, услышав его голос, переставали плакать и прижимались к матерям, чувствуя настойчивость его зова. Через несколько минут улицы закипели. Оружие сверкало в темноте, ремни доспехов затягивались, свитки мелькали в торопливых руках. Десятки синоби, вооружённых и готовых к бою, разделились на отряды и устремились к левой стене. Грохот их шагов слился с бурей наверху, слившись в единый, неумолимый рёв. Через десять минут прибыли и мы. И то, что нас ждало, застыло в моих жилах. Перед стенами, у самого подножия холма, тьма разверзлась. И из неё возникло нечто… огромное. Огромный восьмихвостый зверь. Я застыл, не веря своим глазам. Гигантский монстр возвышался над склоном, его массивное тело сверкало в свете молний. Восемь длинных хвостов хлестали воздух, круша деревья и поднимая клубы пыли и грязи. Каждое движение было словно удар стихии — неудержимый, разрушительный. — Э-это… — голос Генмы дрогнул, сломался, словно он сам не мог поверить словам. — …это биджу. Для обычного человека биджу — это конец света. Стихийное бедствие, принявшее облик зверя, живое воплощение разрушения. Для синоби низших рангов разницы почти нет. Ни клинок, ни огонь, ни вода не остановят их. Любая техника просто тонет в их подавляющей мощи… Лишь немногие в этом мире могут по-настоящему противостоять им — или даже выжить. И теперь, наблюдая, я начинаю понимать, почему... Гай лишь стиснул зубы. В его глазах мелькнул непрошеный, непрошеный проблеск страха, но тут же уступил место яростной решимости. — Ого… — выдохнула я, и моя грудь сжалась. «В аниме он выглядел меньше… гораздо менее устрашающим», — подумал я, инстинктивно отступая назад, словно сам воздух давил мне на грудь под тяжестью его присутствия. На стенах уже заняли позиции десятки синоби Конохи. Команды барьеров сложил ручные печати, а специалисты по оружию подготовили свитки. Медики вытащили раненых, уже пораженных молнией. — ОСТАТЬСЯ НА ПОЗИЦИЯХ! — крикнул командир джонинов, размахивая руками. — Орочимару-сама уже вступает в схватку с биджу! Будьте готовы поддержать! Город ожил на моих глазах. Но я знал: против такой силы одной решимости будет недостаточно. — Что же нам делать? — спросил Генма, повернувшись ко мне и лихорадочно ища план. — Ждём приказов, — сказал я, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё было напряжено. Мой взгляд был прикован к монстру впереди. Всего в ста метрах от меня Гьюки, восьмихвостый биджу, словно стихия, пронёсся сквозь леса и холмы, превращая землю в месиво из камней и грязи. Нам не пришлось долго ждать. Треск! Треск! Гром снова расколол небо, и десятки молний обрушились вниз. Они ударили прямо в скопления синоби на стенах и барьерах. Воздух наполнился криками и смрадом горелой плоти. Некоторые мгновенно упали замертво, другие попытались подняться, но не смогли. — Вперёд! Найди того, кто использует эту технику, и уничтожь его! — раздался резкий голос сквозь хаос. Я поднял взгляд. На крыше разрушенного дома стоял джонин. Его силуэт был едва различим в отблесках света, но он излучал уверенность и силу. Я не знал его имени, но по реакции синоби вокруг сразу стало ясно: он здесь главный, и его приказы — закон. «Он сильный», — подумал я. Странно, как легко он сохранял контроль, когда всё рушилось. — Пошли! — выдохнул я, не мешкая, рванувшись к лесу. Генма и Гай молча последовали за мной.