Пламя в цепях.

Всматриваясь в темноту, что окружала их небольшой островок света, они долгие часы ехали в тишине. Раздумывая над тактикой, эльф нервно стучал сапогом по дереву, отбивая чёткий ритм. Иногда он разочарованно качал головой, и тогда доставал очередную сигарету, от запаха которой Лим становилось от чего-то спокойно. Скрип телеги, пыхтение коня, что тянул её, и то и дело возникающие рядом звуки дикого леса, настораживали Лимею, однако это был её дом, владения её отца. Девушка решила для себя, что во чтобы то ни было будет сражаться, во имя его памяти. -Стойте. - вдруг сказала Лим и встала, придерживаясь за опору повозки. Крам остановил коня и затих, смотря как девушка всматривается в темноту леса и водит носом, по-звериному принюхиваясь к запахам. -Нам туда, господин Крам... - сказала девушка, указывая пальцем в сторону едва заметного съезда с тракта, что был чуть впереди. -Значит здесь?.. - многозначно проговорил эльф и, поддёрнув поводья, заставил коня развернуться. Несколько минут он поворачивал повозку так, что бы она преградила дорогу. Сунувшись в повозку, эльф достал свой клинок и, цепляя его к поясу, строго сказал: -Слушай меня внимательно, Лимея. Ели дело дойдёт до сражения, не важно, кто будет там, Первосветы или звери, не лезь на рожон. -Но я могу!.. - хотела было возразить девушка, но тут же встретилась со строгим взглядом Крама. -Ты будет слушать меня, тебе ясно! - перебил её эльф, слегка повысив тон и поправляя ножны клинка. -Не хватало, что бы ты подставлялась под удар. Не забывай, что эти люди убили твоего отца! Нимрес Чёрное Бедствие долгие столетия был грозой всего континента! Не думаешь ли ты, что люди, убившие его, слабые? От его грубых слов, что били по самым больным точкам сознания девушки, она просто молча опустила голову и кивнула, сжимая кулаки, скрытые под рукавами плаща. «Но его рана всё ещё болит, наверное… - подумала девушка, смотря как он сжато двигает правым плечом. -Почему он не хочет, что бы я тоже сражалась?». Тяжело вздохнув, эльф пошёл по тропе первым, и Лим двинулась за ним чуть погодя. Они долго шли в темноте густого леса, и лишь изредка лучи солнца пробивались сквозь ветви сосен, что шевелились от ветра. Лимея хорошо знала эти места, она выросла здесь и с каждым шагом она чувствовала всё больший страх и отчаяние, ведь больше над всем этим местом она не ощущала покровительства Нимреса. Углубившись в свои мысли, драконид долго шла за Крамом, что тщательно вглядывался в темноту. Сверху вновь начал идти дождь, и мелкие капли то и дело долетали до земли. Вскоре эльф остановился и, выставив руку назад, хотел было просто дать сигнал Лим, но девушка, засмотревшись под ноги, ударилась лбом о его латную перчатку и, схватившись за ушибленное место, моментально села. Подняв глаза на эльфа, она заметила что и он, пригнувшись, старался спрятаться за стволом дерева, что было перед ними. Он, смотря на Лимею, поднял один палец и прижал его к губам, а потом указал вперёд. Приподняв голову, девушка едва заметила проблески костров, а затаив дыхание, смогла уловить голоса в шуме ветра и жалобный вой животных в клетках. Распознав один из голосов, девушка широко раскрыла глаза, и сжала когти на коре дерева, узнавая голос сияющего паладина. «Они ещё здесь?» - подумала Лим, оскалив клыки. Она боялась, нечто глубоко в её подсознании говорило бежать из этого места, спрятаться и никогда более не возвращаться сюда. Однако эту дрожь в ногах, ей помог усмирить Крам. Эльф положил свою правую руку на её голову, ощущая её рожки сквозь перчатку, и решительно кивнул. В его холодных серых глазах девушка видела только решимость, злость, и толику ярости. -Жди здесь. - прошептал он, после чего, выпрямившись, поднял тонкую тканную маску, что была спрятана в воротнике его брони, и пошёл прямо на огонь костров. Коротко кивнув ему, Лимея отошла в сторонку и тени заволокли её тело. Обернувшись дракончиком, она спряталась у корней большой сосны и только вытянула шею, что бы видеть то, что будет происходить. Она смотрела на плащ Крама, что решительно и тихо шёл вперёд, однако она чувствовала в нём толику неуверенности. Эльф сжимал кулаки, пытаясь сдержать эмоции, но его острый взгляд уже примечал все пути отхода, в случае опасности. Стоило ему выйти на небольшую поляну, что служила пристанищем Первосветов, как его тут же заметил авантюрист в длинном плаще и рапирой за поясом. Вскочив с края телеги, на которой он нёс свой дозор, колдун тут же громко свистнул своим товарищам. -А ну ка стой! - громко сказал он, обнажив тонкий клинок рапиры и, сконцентрировав на её конце алый заряд магии, направил его на Крама. -Ты ещё кто такой? Подняв ладони, Крам улыбнулся ему глазами и медленно потянулся к цепочке на шее, сказав: -Всего-лишь такой же путник, как и вы, товарищи! - он потянул за цепочку и показал свой платиновый жетон. -Слегка заблудился в этом проклятом лесу. На голос Минтера первой прибежала целительница, сжимая двумя руками свой посох. Как и описывала её Лим, она была в зелёном одеянии и в апостольнике, что скрывал её волосы. Её холодный настороженный взгляд, нервное подёргивание век и даже лёгкий оскал говорили о том, что она явно давно отошла от учения своей церкви. -Кто это, Минтер? - спросила она, концентрируя свою магию в кристалле, который начал слегка светиться. Девушка стояла за спиной колдуна, и Крам тут же приметил её тактику, находится за спинами своих товарищей: «Она не полезет в бой, но будет усиливать их магией поддержки.» -Да чёрт его знает. - буркнул колдун, и слегка прищурил глаза. -Вроде из гильдии. Ты Платиновый? -Именно так. - сказал Крам, всё ещё держа цепочку на виду, поддерживая её большим пальцем правой руки. -Моё имя Крам Белл. Платиновый ранг. -Платиновый? - раздался голос, словно скованный металлом. За спиной целительницы показались золотые доспехи, и паладин собственной персоной вышел встретить чужака. Он был безоружен, однако, как и заведено у паладинов, он не снимал своих лат, и уж тем более шлема. -Я слышал о тебе, «Одиночка», что достиг такого высокого ранга в гильдии без помощи отряда. Ты легенда среди Платиновых авантюристов. Крам опустил руки и сделал изящный поклон, сказав: -Такая похвала для меня великая честь, сир Сайрен. - выпрямившись, он положил левую ладонь на рукоять своего меча. -Вы, своего рода, тоже окружены ореолом известности, прямо таки легенда среди всех авантюристов… Да и среди паладинов, тоже. - Крам остановился, когда краем глаза заметил шевеление в тенях. Не сводя взгляда с прорезей в шлеме паладина, он разглядел в темноте плута, что таился среди клеток с пленёнными животными. -Мне так повезло, что я встретил Вас! - продолжил Крам, сделав пару шагов вперёд, в круг света, что испускал ближайший костёр. -Подожди-ка! - вдруг выпалил Минтер, опуская рапиру и рассеивая заклинание. -Хочешь сказать, что это тот самый Платиновый авантюрист?! -Верно. - сухо отозвался паладин и Крам, продолжая смотреть в его шлем, остановился, в нескольких шагах от колдуна. -Платиновый ранг невозможно получить, путешествуя в одиночку, но этот человек смог. - Сайрен поставил руки на свой пояс, и смотрел на Крама, не отводя глаз. -И слухов о том, как он это сделал, столько же как звёзд на небе. А ещё, ходят слухи, что он принёс клятву верности Богине Адского Пламени… Это так? -Вы мне льстите, мастер Сайрен! - ехидно сказал эльф, поднимая ладони. -До вашего мастерства, мне ещё очень далеко. Особенно, если считать мастерство лжи. - глаза эльфа сверкнули в свете огня и он, сквозь маску, усмехнулся: -Я действительно восхищён тем, сколько лет Вы скрываетесь от правосудия Милтары. И сколь многое вы смогли пронести мимо её взора. Паладин тут же насторожился, подняв ладони, и сказал, слегка встревоженным тоном: -Ну ка притормози! Не стоит упоминать имя моей Богини так просто! - он поднял ладонь, словно призывая Крама к миру. -Я верен своим Клятвам! И ты, последователь Демонической Богини, не сможешь оболгать меня! -Сайрен! - тут же отозвалась Тали, обернувшись на своего командира. -Не слушай его, Сайрен! Крам усмехнулся и спросил: -Ты так в этом уверен? Или тебе внушили, что ты чист и непорочен? - громче сказал он. -Работорговля, является тяжелейшим грехом в твоей вере, так почему же ты так просто это делаешь? - он провёл рукой по его лагерю, показывая на клетки с животными, за его спиной. -Или эти звери нужны вам, не для того, что бы увести их в питомники? -А ну ка прикрой свою пасть! - огрызнулся колдун и, вновь подняв острие рапиры, призвал своё заклинание. Лезвие его клинка засияло алым светом и через мгновение в сторону эльфа метнулась магическая стрела. Вот только Крам, сделав лишь шаг в сторону, ловко увернулся от раскалённого заряда магии, и продолжил: -Я уже молчу о твоих бесконечных похождениях в Дома Утех, и издевательства над рабынями. Если я правильно помню, одну ты извёл практически до смерти… Бедная её сестрёнка, что смотрела на весь этот ужас... Вспоминая всё, что говорил эльф, Сайрен слегка пошатнулся и приложил латную перчатку к шлему, чувствуя каким тяжким грузом на его плечи ложатся эти грехи против Богини Милтары. Тали, подойдя к нему ближе, приложила кристалл посоха к его голове, вновь накладывая «Забвение». Паладин, прекрасная зная, что за такие деяния его ждёт неминуемая Кара небес, приказал девушке всё время накладывать на него это заклинание, но сейчас, по прошествии времени, вспоминания свои злодеяния, паладин сам ввергал себя в немилость Богини. -Или может вспомнить, как ты отдал пару своих спутников из гильдии в услужение в уплату долга, проигравшись в казино? - наиграно сказал Крам, призадумавшись. -Или это были твои заказчицы, которых ты отдал работорговцам на утехи? Что-то я смутно помню детали этого дела... -Заставьте его замолчать! - крикнула Тали, чувствуя, что её заклинание не имеет результата, и паладин возле её начинает дрожать. Справа от Крама, в темноте леса, нечто отбросило блики и он машинально отпрыгнул назад. Мимо него метнулось несколько ножей, покрытых зеленоватой жидкостью и врезались в ствол дерева, тут же начиная расплавлять его ядом. -Сайрен, не слушай его, ничего из этого не было! Это ложь! - твердила целительница, вновь и вновь пытаясь наложить на паладина «Забвение». -О, кстати о лжи! Как гильдия вообще смогла поверить в то, что ты сразил Князя Тьмы Клеймана, если он до сих пор жив и здоров? - громко проговорил Крам, усмехаясь. -Ты же до сих пор получаешь от него своё золото, разве нет? Колдун, услышав странный треск за спиной, обернулся, а Тали, боязненно отойдя на шаг, прекратила попытки наложения заклинания. По золотым доспехам паладина начала расползаться ржавчина, а он, держась за шлем, уже начинал рычать, словно зверь. Такова была Кара Богини, что отвернулась от своего паладина. В соответствии с тяжестью его грехов, она не просто лишала его сил, но сводила с ума, заполняя разум образами преисподней. Сделав пару шагов назад, Сайрен упал на колени и, когда ржавчина заполнила его латы, расставил руки и закричал, смотря в небо. Его охватила тёмная энергия, проникая между лат, и она же начала менять его тело. Его доспехи, некогда благословлённые Богиней, начали сливаться с его плотью, преображая некогда Святого рыцаря, в ужасное чудовище. -Тали, назад! - крикнул колдун, уже совершенно позабыв о эльфе, который медленно доставал свой клинок и уходил в темноту леса. Вот только стоило целительнице отвернуться, как Сайрен рывком, выгнув спину назад, поднялся на ноги, а забрало его шлема опустилось вниз. Теперь это была не часть его доспеха, а его плоть, и за забралом виднелась чудовищная пасть, со множеством острых клыков. Он накинулся на Тали, вгрызаясь в её плечо, а она даже не успела вскрикнуть, когда он, пронзив глаза левой когтистой перчаткой, рывком оторвал ей голову. -Призыв квазира! - крикнул колдун и, проведя по рапире ладонью, окропил кровью землю. Когда Сайрен отбросил тело Тали в сторону, он шагнул в сторону Минтера. Его движения были расплывчатыми и тяжёлыми, словно его доспехи стали давить на него. Из его чудовищной пасти лилась кровь целительницы, а руки, по локоть в крови, дрожали. Сайрен, ещё не до конца обратившийся, всеми силами пытался противостоять скверне, однако тяжесть его грехов была неумолима. Во время этой суматохи Крам тихо скрылся в темноте леса, следя за всеми, кто оставался в пределах лагеря. Правая рука ещё саднила, да и клинок свой он вряд ли смог бы поднять, однако он должен был довести это дело до конца. «В крайнем случае прибегну к Чёрному пламени. - подумал эльф. -осматривая лагерь. -Но после прошлого раза мне нужно ещё время...». Стоило Сайрену наступить на кровь колдуна, что он оставил на земле, его ногу обхватили тонкие когтистые лапы и из теней по нему взобрался квазир: мелкий демон, с тёмно-серой чешуёй. Пока Падший паладин пытался оторвать от себя квазира, вцепившись в его тонкие крылья когтями, колдун закрыл глаза и начал читать длинное сложное заклинание, требующее не малой концентрации от начала до конца. Под его ногами медленно вырисовывался магический круг, а воздух, казалось, начинал дрожать. В тот момент Крам тихонько опрокинул ведро с водой на костёр, и от его шипения и резкой темноты, что нависла вокруг, Минтер потерял концентрацию. В полумраке поляны Сайрен чувствовал себя гораздо лучше, впитывая тени, и резко оторвал крыло демона, что пытался удержать его на месте. Под визг мелкой твари, что тут же обратилась в прах, Сайрен поднял голову в сторону колдуна и из-под его шлема начали светиться алые глаза. Колдун не мог пошевелиться от сковавшего его страха, а паладин, подойдя ближе, взревел демоническим голосом и занëс свою когтистую руку вверх. Вот только короткий клинок плута, что внезапно появился между ними, остановил его когти и тот, не оборачиваясь на колдуна, проговорил: -Уходи... Найди этого болтуна... - откинув клинок, он заставил Сайрена сделать пару шагов назад. -Уймись, Сайрен! - крикнул он в сторону чудовища, тщетно пытаясь воззвать к его разуму. Вот только в ответ он получил чудовищный рык, и Сайрен бросился уже на него. Колдун отбежал в сторону, вот только следовать совету своего напарника он не собирался, а бросился в темноту леса. Минтер, не помня себя от страха, бежал по той же тропе, вот только не ожидал встретить здесь ещё кого-то. Появившись из ниоткуда, перед ним зарычала Лимея, сверкая в темноте алыми от гнева глазами. «Это он! - думала про себя дракончик, смотря на застывший ужас на лице колдуна. -Он тот, кто схватил меня. Не прощу!». Крам уже хотел было броситься за ним, зная что позади осталась ждать Лим, но по лесу раздался крик страха, боли и отчаяния, а затем резко стих, с едва слышным бульканьем. Понимая своё бедственное положение, плут старался отбивать нападки чудовища своим клинком, но в какой-то момент его силы иссякли и когти паладина пронзили его грудь. Вырвав свою когтистую лапу из его тела, Сайрен отбросил его к телу Тали, а затем, расставив когти, взревел, обращаясь к небу. В этом крике была вся боль и обида паладина, он был в гневе на Богиню, что оставила его без своего света и ввергла его душу и плоть во тьму, сделав чудовищем. Однако услышав треск валежника, он обернулся в сторону лагеря. Крам, подготовив свой клинок, откинул свой капюшон и снял маску, смотря на проржавевшие доспехи Падшего паладина с презрением. -Ты стал таким уже давно, Сайрен. - тихо сказал Крам, смотря в алые глаза чудовища. -Только скрывал ото всех свою гнилую душу. Ты мнил себя героем, вот только твоя излишняя самоуверенность ввергла тебя в пучину греха. - смотря как Падший готовиться к атаке, он поднял клинок. Молниеносная атака паладина слегка подкосила самоуверенность эльфа, однако его реакции и силы хватило, чтобы сдерживать его удары. Напитавшись тьмой леса, Сайрен становился сильнее и быстрее, превращаясь в грозного противника, вот только Крам, мало по малу, отступал назад, чтобы вывести его к свету костров. Удар за ударом Сайрен теснил его, и эльф начал было сомневаться в своей тактике. Однако, за этой битвой, Падший паладин не заметил маленькую тень, что метнулась к за его спиной. -Лим, стой! - выкрикнул Крам, но дракончик, с яростью в глазах, с окровавленной мордочкой и алым блеском зрачков, вскочила на спину паладина и вонзила когти в его плечи. Чудовище взревело, пока дракончик рвала на нём доспехи, что стали его плотью, разрывая спину задними лапами, и вгрызаясь в его шею клыками, расставив крылья в стороны, и изредка помахивая ими. Его чёрная, пропитанная проклятьем кровь, окатила её с головы до хвоста, а её рык, что был больше похожим на вой отчаяния, заглушал его предсмертный вой. Когда всё затихло, Сайрен накренился назад, и дракончик успела спрыгнуть с его спины, слегка взмахнув крыльями и отскочив назад. Смотря как Лимея рычит на труп, эльф медленно убрал свой клинок и протянул ей руку. Вот только дракончик, опьянённая кровью, тут же подняла на него глаза и прошипела, обнажив свои клыки. -Вот уж нет. - вздохнул Крам и тут же в его руке появилась алая цепь, что сжала её ошейник, что был глубоко под её чешуёй. Он нахмурил брови, смотря как она задыхается, но дикий огонь в её глазах угасал. -Успокойся. Совсем не видишь различия между Хозяином и врагом? - после чего расслабил ладонь и цепь медленно рассеялась. Он отпустил руку и дракончик, резко выдохнув большое облако чёрного дыма, пыталась отдышаться. Она подняла глаза, полные слëз и виновато посмотрела на Крама. Он же, подойдя к гротескному телу паладина, присел рядом с его головой и поддел латной перчаткой тонкую цепочку с его платиновым жетоном. Взяв его, он содрал цепочку с его шеи и тяжело вздохнул. «Надо будет передать их жетоны гильдии.» - подумал Крам, вставая и направляясь к телам целительницы и плута. Когда Лим, с тяжёлым дыханием и недоумением в глазах, села на земле, Крам спросил: -Пришла в себя? - подняв на него испуганный взгляд, дракончик быстро опустила глаза и отрицательно помотала головой. -Ты убила того колдуна в лесу? - эльф смотрел на неё сверху вниз со злостью в глазах, и Лимея коротко утвердительно кивнула. -Принеси мне его жетон. И прекращай зажиматься, ты спасла мне жизнь. - он, проходя мимо неё, коснулся её мордочки, и оставил её одну. Смотря на чудовищную пасть паладина, Лимея смогла лишь отчасти вспомнить происходящее. Кровь человека, причастного к смерти её отца сейчас была на её лапах. Подняв когти, Лим подумала: «Ярость захлестнула мой рассудок. Отец предупреждал меня... - зажмурив глаза, Лим тяжело вздохнула. -Я могла напасть на Крама... - повернув голову в сторону эльфа, что присел перед трупами, она вдруг почувствовала, что эта кровавая ярость подступает снова, но резко зажмурилась и опустила мордочку к земле. -Нет! Я не стану его убивать! » - успокоив сердце, что бешено билось в груди, дракончик поднялась на ноги и, встрепенувшись крыльями, пошла в сторону леса, где бросила тело колдуна. Она пошла в обход, чтобы не встречаться с Крамом лишний раз. И вскоре, когда тьма леса полностью поглотила её, она наткнулась на труп. Его грудь была разорвана, рёбра вывернуты и сердце лежало где-то в стороне. Горло колдуна было разорвано клыками Лим и она, смотря на это, почувствовала тошноту: её язык до сих пор чувствовал вкус его крови. Наклонившись над телом, дракончик нашла его жетон и, поддев его когтями и схватив жетон клыками, содрала его с шеи. Дракончик, медленно таща за собой хвост, побрела обратно, постоянно думая о том, как будет смотреть в глаза Хозяина. Подходя к поляне, она вдруг вспомнила, как обучалась здесь перевоплощению в человека, под грозным взглядом отца. Ей было лет пять, когда она перевоплотилась впервые. Это случилось зимой, и совершенно случайно, а пока она вернулась к пещере её тело полностью окоченело и отец ещё долго отогревал её своим пламенем. Вспоминая это, Лимея подняла глаза к тёмной тропе и, улыбнувшись, поняла что вновь плачет. «Я же решила что больше не буду проливать слез.» - подумала она, встряхнув мордочкой и звякнув цепочкой в пасти. Подойдя к Краму, она протянула ему жетон, что был медным и, дождавшись, когда он возьмёт его, неловко склонила голову. -Ты молодец. - сказал эльф, разворачиваясь к дракончику спиной и продолжая тащить тело целительницы в сторону. -Не думал, что ты... - он приложил усилие, что бы бросить тело в сторону, где уже лежало тело плута. -Что ты придёшь в ярость. - он посмотрел на голову Лимеи, которая отчаянно пыталась спрятать он него свои глаза. Сняв перчатку и вздохнув, он подошёл к ней, поднял её за подбородок, и взглянул на её перепачканную кровью мордочку. -Ты молодец, Лим, но тебе нужно контролировать зверя внутри себя. Ещё раз попробуешь на меня зарычать, и наказание не заставит себя ждать, ясно? - дракончик вновь хотела только кивнуть головой, но пальцы эльфа крепко держали её. Отпустив её, Крам вздохнул и, вернув перчатку на место, тихонько похлопал Лим по голове и повёл за собой. Он давно приметил телегу, что стояла у самого края этого маленького освещённого огнём островка. Остановив дракончика в нескольких десятках метров от повозки, он медленно поднял брезент, которым была укрыта телега и печально покачал головой. Взглянув на дракончика, он слегка откинул брезент. Глаза Лимеи вновь заполнили слезы, а дыхание перехватило и она припала к земле и опустила крылья, смотря в чёрные стеклянные глаза Нимреса. Её захлестнула паника и она, запрокинув мордочку не могла сдержать воя боли и отчаяния. Первосветы, как и намеревались, разделали тело Чёрного Бедствия, и даже отсекли его голову от тела, прихватив его словно трофей. Оставив Лимею оплакивать отца, Крам тихо ушёл, заканчивать дела с телами мятежных авантюристов. Однако, оставшись одна, дракончик почувствовала тепло, что буквально льëтся в её тело, и впитывается внутрь через чешую. Открыв глаза, она увидела тонкие струйки огненно-красной энергии, что тихонько струились из останков дракона. «Дочь моя... - раздалось в голове Лимеи и она, вскочив, тут же подбежала к голове, коснувшись своим носом его уже холодной чешуи. -Ты кровь и плоть дракона. Не зачем тебе проливать свои слёзы. - дракончик хотела бы ему что-либо ответить, но колючий ком сковал её горло, и она только издала тихий и скорбный рык. -Прими мою силу. Стань воплощением ярости. - энергия, что постепенно вливалась в тело Лимеи, постепенно сходила на нет. -Я же вернусь к предкам-Богам, и наконец увижу твою мать. -слова Нимреса стали таять. -Но и ты не останешься в этом мире одна... Доверься ему...». После его последних слов энергия затухала, а Лим почувствовала странное жжение во всём своём теле. В центре живота, чуть ниже рёбер, вдруг появилась острая боль и она, болезненно оскалившись и опустив мордочку к земле, сделала пару шагов назад. Упав на землю, Лимея пыталась сдержать боль и нечто, что вырывалось, казалось, прямо из её нутра. Но не прошло и минуты, как она, сжавшись в комок и уперевшись лбом в землю, полностью покрылась пламенем. Крам тут же вернулся, но подходить к дракончику сейчас было слишком опасно. В вихре алого пламени, что сотрясало воздух и раскаляло пространство вокруг, он видел языки и чёрного пламени, которым некогда владел Нимрес.