Грязные танцы

      Утро началось с солнца — ленивого, мягкого, как прикосновение к щекам после сна. Гермиона прищурилась, глядя в окно. Сквозь занавески пробивались полосы света, ложась на простыни и пол. Лёгкий ветер колыхал тонкую ткань, принося с собой запах моря и солёной свежести. Она потянулась, чувствуя приятную ломоту в теле. Вчерашняя ночь казалась сном, но слишком ярким, чтобы быть забытым. Музыка, огни, смех, танцы, этот вихрь тел, где она вдруг ощутила себя живой. Не мисс Грейнджер, которая знает ответы на все вопросы. Не боец, не спаситель, не пример. Просто женщина, у которой есть пульс. И ещё — глаза. Те самые глаза. Серые, как штормовое море. В них было что-то, от чего внутри становилось жарко и тревожно. Они не отпускали. Что-то напоминали.       — Проснулась? — голос Джинни ворвался в её тишину.       — Едва, — Гермиона улыбнулась, обернувшись. — Джинни стояла у зеркала, уже нарядная, свежая, в коротких шортах и белой блузе. Рыжие волосы блистали на солнце.       — Ну что, танцовщица, — дразнила она, — вчера ты устроила шоу. Даже я, твоя лучшая подруга, не ожидала.       — Я просто отдыхала, — пожала плечами Гермиона.       — Отдыхала? — Джинни засмеялась. — Если бы ты видела себя! Там все парни смотрели только на тебя, а ты будто не замечала никого. Хотя нет, одного-то точно заметила. — Гермиона отвела взгляд.       — Я не помню, кто он.       — Конечно, — протянула Джинни с видом, что ей всё ясно. — Просто танец с неизвестным красавцем под луной, и всё. — Гермиона не ответила. Может, и правда, просто танец. А может — что-то другое. Что-то, что тронуло глубоко внутри.       К вечеру жара спала, воздух стал густым от аромата цветов и соли. Они с Джинни шли по мощёной дорожке, ведущей к ресторану курорта. Фонари зажигались один за другим, отражаясь в стёклах, словно зажигались маленькие солнца. Гермиона надела лёгкое платье цвета шампанского, открытое на плечах, с тонкими лямками. Её волосы, обычно собранные в пучок, сегодня мягко спадали волнами. В этом образе было что-то непривычное — женственное, свободное. Джинни же выглядела ярко, как огонь — коралловое платье, крупные серьги, блеск в глазах. Они шли рядом, две подруги, две противоположности, и обе — по-своему прекрасны. Ресторан был залит мягким светом. За окнами шумело море, оркестр тихо играл джаз. Гермиона и Джинни заняли столик у балюстрады, заказали ужин и вино.       — Обожаю такие вечера, — сказала Джинни, глядя на закат. — Всё кажется возможным.       — Даже невозможное, — улыбнулась Гермиона.       И в этот момент к ним почти вбежал парень.       — Вот ты где! — воскликнул он.       Гермиона вздрогнула. Она сразу узнала его. Те самые серые глаза, тёплая улыбка, лёгкий беспорядок в волосах. Сердце почему-то подпрыгнуло. Он искал меня. На миг мелькнула наивная, почти детская мысль — что это судьба. Что, может, вчерашний танец не закончился. Но парень заговорил.       — У нас просто ужасная ситуация! — выпалил он на одном дыхании. — Настоящее ЧП! Наша танцовщица упала, сломала ногу, и через неделю — самое важное выступление сезона! Ты не представляешь, сколько гостей приедет, даже владельцы курорта! А никто не может заменить её. Никто! — Гермиона моргнула, не веря ушам.       — Простите… что?       — Я подумал, — продолжал он, не слушая, — что ты могла бы помочь! Я видел, как ты танцевала вчера, ты невероятна! У тебя пластика, чувство ритма, харизма! Я уже пообещал начальству, что приведу тебя! Пожалуйста, хотя бы попробуй! — Он говорил быстро, перескакивая с фраз на фразу, и казался человеком на грани паники. Гермиона подняла ладонь.       — Стоп. Подождите. Вы искали меня, чтобы… пригласить танцевать вместо вашей коллеги?       — Именно! — он кивнул. — Она медленно моргнула.       — Вы… сумасшедший.       — Возможно, — с лёгкой улыбкой сказал он. — Но я видел, как ты движешься. Это редкий талант.       — Я приехала сюда отдыхать, — холодно ответила Гермиона. — А не устраиваться на работу.       — Ну, не навсегда же, — мягко сказал он. — Всего неделя. Только одна неделя.       — Вы даже имени моего не знаете.       — Исправим, — парень улыбнулся, шагнул ближе и протянул руку. — Мэтт. Мэтт Роуан. Очень рад знакомству. — Гермиона не успела ответить, как он взял её руку и — к её ужасу и смущению — коснулся губами её кожи. Джинни изумлённо пискнула, чуть не уронив бокал.       — О, Мерлин, — прошептала она, — он действительно это сделал.       — Джинни! — шикнула Гермиона.       — Что? — та подняла руки. — Я просто наблюдаю за чудом в прямом эфире. — Гермиона выдернула руку и строго посмотрела на Мэтта.       — Это… неуместно.       — Простите, — виновато сказал он, но глаза его всё равно светились. — Просто я в отчаянии. — Он действительно выглядел так, будто держится из последних сил. И это сбило её с толку. Он напомнил ей Рона, хотя вчера она готова была поклясться, что таких страстных мужчин в жизни она ещё не встречала.       — Герми, — тихо сказала Джинни, — может, попробуешь?       — С ума сошла?       — Ну а почему нет? Я просто сказала, что... если уж судьба буквально подбросила тебе мужчину под ноги.... К тому же… — она хитро прищурилась, — он симпатичный.       — Это не аргумент, — отрезала Гермиона.       — Для меня — вполне, — хмыкнула Джинни. — Мэтт стоял, переминаясь с ноги на ногу, и выглядел так жалко и мило, что Гермиона вдруг почувствовала, как раздражение уступает место усталому смирению.       — Я… не знаю, — сказала она. — Я никогда не танцевала на публике.       — Зато у тебя природное чувство ритма, — уверенно ответил он. — Я сам помогу тебе. Завтра утром начнём. Пожалуйста. — Он смотрел так искренне, что отказать было трудно.       — Ладно, — выдохнула она. — Только попробовать. — Мэтт засветился, как рождественская ёлка.       — Спасибо! Ты не пожалеешь! — Он почти подскочил от радости и галантно подал ей руку, помогая подняться. Джинни прыснула со смехом.       — Надеюсь, ты вернёшь её целой, — сказала она, глядя им вслед.       — Постараюсь, — отозвался Мэтт.       Они шли по дорожке вдоль пальм. Воздух был влажный, напоённый ароматами моря и цветов. Фонари освещали их шаги.       — Я не понимаю, как я позволила себя уговорить, — сказала Гермиона.       — Это судьба, — ответил он. — Иногда она настаивает. — Она усмехнулась.       — Судьба? Или твоя безумная уверенность?       — Возможно, и то, и другое. — Он говорил легко, с каким-то светом внутри. Его энергия была заразительна — искренняя, игривая. Гермиона поймала себя на мысли, что давно не чувствовала себя частью чего-то живого. Они дошли до большого зала с зеркалами и колоннами. Свет пробивался сквозь витражи, создавая узоры на полу.       — Вот здесь и проходит магия, — сказал Мэтт, открывая дверь. — Наши репетиции.       Гермиона вошла — и замерла. В зеркалах отражались люди, шум, движение. Несколько танцоров остановились, глядя на неё с интересом. Но она уже никого не видела. У зеркала стоял мужчина. Высокий, в чёрной рубашке, рука в кармане, волосы чуть растрёпаны, взгляд холодный, выверенный. Их глаза встретились. Секунда. Другая. Мир сжался до этой точки. Сердце пропустило удар. Она знала этот взгляд. Знала слишком хорошо.       — Вот она, — радостно произнёс Мэтт. — Та, о которой я говорил. — Гермиона ощутила, как пересохло во рту. Он чуть приподнял бровь, медленно повернув голову. Драко Малфой.       — Грейнджер, — холодно произнёс он, словно пробуя вкус имени на языке. — Невероятно.       — Малфой. Поверь, я удивлена не меньше. — Мэтт замер между ними, озадаченно глядя то на одного, то на другую.       — Вы… знакомы?       — Можно и так сказать, — ответила Гермиона.       — Ох, так это же замечательно! Вам не придется притираться и всё такое, дело пойдет куда быстрее и результат... Я уверен.. — Мэтт, очень довольный собой и сложившейся ситуацией не замолкал ни на секунду, всплескивая руками он носился вдоль зеркал и причитал о том, какого удачное совпадение. Судьба - не иначе, всё как он и говорил!       Судьба...