Убить шефа Ву

      Тишины в полутемной гостиной Ву Джин-Чоля можно коснуться пальцами — густая, осязаемая, искрящая напряжением. Гроза начнется через четыре, три… Джин-Ву чувствует вибрацию — от кинжала к ладони, по венам и позвоночнику. Ему всего-то нужно отпустить себя, сделать одно единственное движение. Все закончится через два, один… Но Джин-Ву не может отвести взгляда от металла, сияющего на руках Ву Джин-Чоля холодным светом. Он и не думал, что сталь может так — обнимать, дополнять…       Еще при первой встрече в госпитале Джин-Ву невольно отметил, как идет этому сотруднику Ассоциации узкий черный костюм. На самом Джин-Ву такое смотрелось смешно — серьезные, «взрослые» вещи только подчеркивали угловатые плечи и острые коленки. На Ву Джин-Чоле костюм сидел как влитой — красиво. Но эта строгая сдержанная красота и близко не стояла с этой, новой — мощной и опасной.       Усилием воли Сон Джин-Ву поднимает взгляд — по сильным плечам к шее, четкой линии подбородка, тонкой бледной полоске губ, длинному носу с легкой горбинкой и замирает. Выясняется, что комнату освещает не настольная лампа, а глаза Ву Джин-Чоля. Мир вокруг ставят на паузу: Джин-Ву не чувствует потоков мощной маны и накаленного воздуха. Он в пустоте, где есть только Ву Джин-Чоль, взглядом которого можно подстанции запитывать, и еще останется.       А потом тишина рушится тяжелым занавесом.       Джин-Ву вздрагивает. Требуется добрая пара секунд, чтобы понять, откуда раздается неприятный, совершенно неуместный звук.       Ву Джин-Чоль же ничуть не удивляется. Спокойно склоняется к своему креслу, берет телефон и выставляет указательный палец. Джин-Ву едва не кашляет от возмущения — ему буквально велят подождать, пока взрослые Шефы «Надзора» решают вопросы, которые явно важнее боя насмерть.       — Да. Где? Категория? — Ву Джин-Чоль хмурится, прижимает телефон к плечу и ловко сбрасывает массивные перчатки. — Кто свободен? Смена? Нет. Да. Да.       Джин-Ву слушает спокойный голос и чувствует себя все глупее: он ворвался в квартиру к шефу «Надзора» с четким планом и твердым намерением закончить все одним ударом. Но прошло не меньше пятнадцати минут, а Ву Джин-Чоль все еще дышит, говорит — не с Джин-Ву, смотрит — не на Джин-Ву. Пожалуй, Сон Джин-Ву не испытывал такой неловкости, даже когда слышал «Слабейшее оружие человечества» за своей спиной.       — И его спас звонок… — на губах Джин-Чоля мелькает ироничная улыбка.       Когда Шеф Ву вновь смотрит на Джин-Ву, в его глазах уже нет и намека на ту завораживающую бурю — только усталость и какая-то совершенно неуместная вина.       — Что там? — не выдерживает Джин-Ву, с удивлением слыша в своем голосе ноты странного, граничащего с обидой, недовольства.       — Инцидент пятого уровня, — вздыхает Джин-Чоль. — Боюсь, мне нужно ехать, охотник Сон.       Охотник Сон вновь застывает: это не укладывается ни в какие рамки.       — Куда?       — На работу, — графичная бровь насмешливо изгибается. — Куда же еще? В получасе езды отсюда вот-вот прорвутся врата «С»-ранга.       — И? — у Джин-Ву начинает складываться впечатление, что Ву Джин-Чоль не просто живет в каком-то особенном мире, но и говорит на другом, недоступном его пониманию языке.       — И их надо закрыть, охотник Сон, — терпеливо, как несмышленому ребенку, поясняет Джин-Чоль. — Так вышло, что сделать это проще всего мне. Собрать команду на подземелье «С»-ранга быстро не выйдет, а я живу ближе всех. Как думаете, получится отложить мое наверняка впечатляющее убийство на два часа?       Джин-Ву никогда не отличался многословностью, но говорить все-таки умел. До этого момента. Ему остается только дернуть головой в подобии кивка.       — Охотник Сон… — во взгляде Ву Джин-Чоля неожиданно проскальзывает та самая искра. — Может, хотите со мной? В подземелье «С»-ранга?       И, не дожидаясь ответа, шеф Ву быстрым шагом покидает гостиную, а затем и квартиру. Ву Джин-Чоль не оглядывается, прекрасно понимая, что охотник Сон идет следом.       — Прошу прощения, — смущенно поджимает губы Ву Джин-Чоль, перебрасывая с пассажирского сиденья документы и какие-то мелочи.       Ву Джин-Чоль оказывается одним из тех странных людей, которые любят белый шоколад. Джин-Ву к сладкому совершенно равнодушен, но покорно соглашается разделить с шефом Ву батончик.       — Некрасиво вышло, — виртуозно выруливая с забитой к ночи парковки, улыбается Ву Джин-Чоль: — Вы были моим гостем, а я даже не предложил вам чай. Извините, охотник Сон.       Охотник Сон давится приторной глазурью и ошарашенно смотрит на Шефа «Надзора».       — Вы надо мной смеетесь? — сжимая в кулаке шуршащую обертку, с плохо скрываемой злостью спрашивает он.       — Я похож на шутника? — Шеф Ву ничуть не меняется в лице, разве только едва заметно щурится от яркого света фар.       Джин-Ву отворачивается: ситуация перешла все допустимые уровни абсурда. Для полноты картины не хватает только парочки акробатов и клоуна на велосипеде.       — Я действительно сожалею, что не проявил должного гостеприимства, — ровно продолжает Ву Джин-Чоль. — Хотя, признаюсь, ваша реакция меня немного… забавляет.       — Забавляет?       Джин-Ву точно его убьет: плевать на «С»-ранговые врата, чувство вины и прочие последствия. Сожмет мертвой хваткой эту длинную, отливающую мраморной белизной шею, и придушит — прямо в машине. На дорожную аварию Джин-Ву тоже плевать.       — Охотник Сон… Неужели вы думаете, что стали первым, кто решил расправиться с главой отдела «Надзора» Ассоциации? — Ву Джин-Чоль устало вздыхает и сбрасывает скорость.       В красном свете мягкие черты заостряются, привычное спокойствие исчезает, и Джин-Ву чувствует себя запертым в клетке со львом. Диких животных он уже давно не боится, но по коже проходит волна мурашек. Светофор мигает зеленым и секундное наваждение отпускает.       — Не все охотники рады надзору Ассоциации, — спокойно продолжает Ву Джин-Чоль, плавно трогаясь с места. — Вы удивитесь, но история Хван Дон-Сока — не единичный случай. Хотя, пожалуй, выделяется: ублюдок оказался слишком хитер и вполне успешно заметал следы… пока не встретился с вами, конечно.       По позвоночнику вновь проходит электрический разряд: в голосе Ву Джин-Чоля отчетливо звучит удовлетворение.       — Так или иначе, охотник Сон, вы не первый. На удачу или на беду, я довольно внимательнен.       Джин-Ву нервно сглатывает, представляя, сколько человек открывали на Ву Джин-Чоля охоту за последние годы. Сколько таких же, как он, дураков, подставились под острый испытующий взгляд Шефа Ву?       — Сколько?       — Я бы хотел сказать, что не веду счет таким инцидентам, но, разумеется, это не так, — Ву Джин-Чоль одаривает еще одной обманчиво мягкой улыбкой. — Это закрытая информация, охотник Сон. Но можете попробовать угадать. Скажем, с трех попыток?       Джин-Ву смотрит на манжеты рубашки Ву Джин-Чоля и понимает — под кипенно-белым красным-красно.       — Прекрасно, — Джин-Ву сжимает кулак и возвращает улыбку. — Попробуем.       — Уверен, это будет весьма занимательно, — Джин-Чоль тормозит у сигнальной ленты и кивает на искрящие маной врата. — Мы на месте.       Джин-Ву выбирается из машины и, натянув капюшон, следует за Ву Джин-Чолем. Шеф надзора бросает скептический взгляд на стоящих у врат инспекторов. Эти люди чертовски похожи на Ву Джин-Чоля: черные костюмы с иголочки, значки Ассоциации на лацканах, темные очки. Они в подметки не годятся Шефу Ву.       — Ждите здесь, — коротко бросает Ву Джин-Чоль. — Мы справимся сами.       — Н-но Шеф?.. — осторожно начинает недоделанный «D»-ранговый помощник, но тут же замолкает, и Джин-Ву его понимает.       Ву Джин-Чоль уже успел снять пиджак и надеть свои боевые перчатки. Спорить с таким Шефом Ву может только «S»-ранг или самоубийца. Сон Джин-Ву ждет, что его пропустят вперед, но Ву Джин-Чоль спокойно ступает во врата первым, без страха подставляя беззащитную спину. И Джин-Ву буквально замирает с поднятой ногой, потому что понимает: Ву Джин-Чоль его не боится.       — Итак, охотник Сон, — в темном подземелье аура Ву Джин-Чоля сияет еще ярче: мощная, опасная. И Джин-Ву не может не признать, что это… чертовски красиво.       Аура «А»-рангового Ким Чхоля в сравнении с этой кажется невзрачной и тусклой. Конкуренцию Ву Джин-Чолю может составить разве только Бэк Юн-Хо: Джин-Ву прекрасно помнит, как искрило рядом с Белым Тигром — весь Гильдмастер Бэк был охвачен буйным пламенем. Ву Джин-Чоль просто сияет — ровно, спокойно. Джин-Ву невольно задумывается, как выглядит его собственная аура и приходит к неутешительному выводу: человек, от которого разит смертью, сиять не способен. Соседство Бэк Юн-Хо и Ву Джин-Чоля даже в мыслях Джин-Ву тоже не нравится, и он отгоняет от себя эти воспоминания.       — Удобно, да? — Ву Джин-Чоль склоняет голову набок, разминая суставы. — Можете убить меня здесь. Никто ничего не узнает.       Джин-Ву чувствует, как лицо вытягивается против воли. Видела бы его сейчас Джин-А: ни за что бы не стала дразнить «вечно каменной рожей». От каменного в Джин-Ву только позорно приросшие к полу ноги.       — Как вы можете так говорить? — с трудом сдерживая злость в голосе, решается Джин-Ву.       — Это же очевидный выход из вашей ситуации, охотник Сон, — Джин-Чоль только приподнимает бровь. — Уж точно лучше опрометчивого нападения на парковке или в моем собственном доме.       Джин-Ву готов поклясться, что ненавидит Шефа Ву в эту секунду. Системная табличка утверждает, что Сон Джин-Ву не кто-нибудь, а Владыка Теней. Но разве с Владыками разговаривают так — насмешливо? Разве на них смотрят так — без страха? Система, очевидно, ошиблась, потому что Джин-Ву не чувствует себя Владыкой.       — У нас меньше часа на зачистку подземелья, — как ни в чем не бывало, Ву Джин-Чоль сверяется с часами. — Пора торопиться.       Джин-Ву глубоко вдыхает и мрачно кивает. Ву Джин-Чоль совершенно прав. Для его целей нет места лучше подземелья. Эта странная история закончится меньше, чем через час. Джин-Ву раскидывает по сторонам гоблинов и мелких ликанов — обитатели «С»-ранговых подземелий для него все равно, что букашки. Сон Джин-Ву сносит головы монстрам не глядя: смотреть на Ву Джин-Чоля оказывается куда интереснее.       До встречи с Шефом Ву он частенько задумывался, а сражаются ли представители Ассоциации вообще. Что ж, этой ночью он получает ответ на свой вопрос.       Ву Джин-Чоль бьется невероятно. Джин-Ву не замечает ни одного лишнего движения — Шеф Ву дерется спокойно, вдумчиво, экономно. Чертовски… рационально. В каждом действии — четкий расчет. Глаза Ву Джин-Чоля сверкают под темными сводами, магическая сталь поет, и предсмертные вопли гоблинов звучат ей в унисон. Раньше Джин-Ву думал, что сражение — это выживание, потом — способ прокачки. Теперь он понимает, как ошибался. Бой Ву Джин-Чоля — искусство. И Джин-Ву даже не замечает острых зубов ликана на своем предплечье: просто стоит, восхищаясь и любуясь.       — Что-то не так, охотник Сон? — Джин-Чоль даже не запыхался: голос звучит все так же ровно и спокойно, отражаясь слабым эхом. — Я вас задерживаю?       — Нет, — Джин-Ву отмирает и стряхивает ошметки плоти с кулаков. — Здесь все. Остался только босс.       — Звучит отлично, — Джин-Чоль внимательно смотрит на часы. — Опережаем график на двадцать минут. Все благодаря вам.       К горлу Джин-Ву подступает нездоровый, обжигающий смех. Он — убийца. Но разве с убийцами говорят так — мягко и доброжелательно? Разве на убийц смотрят так — спокойно и внимательно? Джин-Ву досадливо морщится: не нужно было сносить всех монстров так быстро.       — Что делать с мана-камнями и рудой, когда мы закончим? — собственный голос кажется бесцветным, под стать будущему.       — Я надеялся, что вы вызовете кого-то из своих помощников, — Ву Джин-Чоль задумчиво чешет подбородок. — И поделите добытое пополам с Ассоциацией. Это возможно?       Остатки самообладания бессильно рассыпаются: Джин-Ву заливается до тошноты высоким смехом.       — Вы предлагаете мне половину добычи?       Последний раз он смеялся два дня назад, в забегаловке: Ю Джин-Хо перебрал, подавился пивом, и пена пошла из носа. Джин-Ву тихонько посмеивался в кулак, протягивая напившемуся приятелю салфетку. Хотел бы Джин-Ву отмотать время в тот вечер… вечер накануне глупой вылазки в подземелье «Охотников» под видом шахтера.       — Почему вас это удивляет? Мне кажется это вполне справедливым. Или вы хотите две трети?       Ву Джин-Чоль задумчиво оглядывает трупы: на счету Джин-Ву, пожалуй, действительно больше половины.       — Я собирался вас убить, Шеф Ву, — переходя на звенящий шепот, цедит Джин-Ву. — Здесь. В этом самом подземелье. И за это я получу половину добычи?       — Но вы же уничтожили всех этих монстров. И через пару минут поможете мне расправиться с боссом, — Ву Джин-Чоль только пожимает плечами. — Наши… личные вопросы не относятся к этому делу. Такие вещи крайне важно… разграничивать.       — Замечательный подход, — сжав челюсти, отвечает Джин-Ву. — Чего ждем?       В комнату босса он входит первым, оставляя за спиной и Ву Джин-Чоля, наверняка все еще смотрящего с удивлением, и три отряда теней, быстро занявшихся сбором.       Джин-Ву не помнит, как месит в кровавую кашу огромного волкоподобного монстра с шестью лапами: просто рвет на части и потрошит кинжалом. Шеф Ву наверняка сражается так же изящно и бескомпромиссно, но смотреть больше не тянет. Поэтому Джин-Ву смотрит в налитые предсмертной яростью глаза босса и видит себя: бледного, со сжатыми губами, злого и совершенно потерянного.       Джин-Ву не помнит, как мгновенно перемещается за спину Ву Джин-Чолю и заносит руку. Все должно закончиться прямо сейчас. Сердце замирает, а вместе с ним и время. Сон Джин-Ву просто стоит за спиной Джин-Чоля, готовясь сделать то, что спланировал: одно быстрое точное движение. Пока не стало слишком поздно. Но неожиданно взгляд смещается с шеи на поясницу. На разорванной белой рубашке расплывается уродливое бурое пятно.       — Досадно, — не оборачиваясь, тихо смеется Джин-Чоль. — Уже и не помню, когда меня последний раз ранили в подземелье. Тем более такой низкоуровневый босс. Видимо, друзья были правы, говоря, что сидячая бумажная работа меня погубит. Я преступно расслабился, охотник Сон, прошу прощения.       Он все-таки поворачивает голову и глядит прямо в глаза, мягко и виновато:       — Какое разочарование, не так ли?       И в следующую секунду уже лежит на руках Джин-Ву. В свете кристаллов светлая кожа кажется мертвенно-бледной, а медно-золотые волосы — тусклыми.       Джин-Ву смотрит на этого невероятно опасного и совершенно безумного человека, не в силах отвести взгляд. И все нутро затапливает бесконтрольная ярость: Ву Джин-Чоль умрет от его руки, а не от когтей какой-то падали из жалкого «С»-рангового подземелья. В конце концов, Шеф Ву задолжал ему ответ на вопрос о количестве покушений на свою жизнь. В ладони тут же появляется склянка с эликсиром, затем еще одна, и еще — чтобы наверняка.       Ву Джин-Чоль больше не умирает, но и не поднимается — так и лежит, закрыв глаза, пока Джин-Ву несется сквозь длинный темный тоннель к выходу.       — Вы крайне непоследовательный человек, охотник Сон, — до уха доносится слабый шепот, шею опаляет рваное горячее дыхание.       Охотник Сон не отвечает: у него есть дела поважнее — вспомнить, когда в последний раз он бегал с такой скоростью.       Впереди вспыхивают врата.       Так быстро он не бегал никогда в жизни.