Цель - спасти, но не влюбиться.

      Мария покинула комнату женщины с рассветом, чтобы мать ненароком не заметила ее. Только вот спать больше не хотелось. Девушка спустилась на первый этаж и стала готовить завтрак. Она умела готовить, но большую часть предпочитала просто кушать приготовленную кем-то. В голове промелькнули блинчики. Заглянув в холодильник, обнаружила все необходимые ингредиенты. Точнее яйца и молоко. Мука стояла в нижней полке столешнице. Но, почему блины должны быть однотипными? Из холодильника такж были вытащены котлеты, которые блондинка размельчила для начинки.       Запах раздался на все помещение. Мария ловко перевернула кружок, чтобы он пожарился с другой стороны. На кухню зашла шатенка, прихрамывая на одну сторону. Она подошла сзади к девушке, обнимая за талию, от чего та дернулась.       — Напугала… — выдохнула, затем улыбнулась.       — Тебе помочь? — поцеловав ее щеку, отстранилась после.       — Ммм… заправишь в трубочку? — Лаура взяла тарелки и, поставив на стол, стала начинять и закручивать блинчики. — Как себя чувствуешь?       — Тело ломит, рана болит, голова такая же. А так все нормально.       — Сейчас таблетку дам.       Маша выключила комфорку и отошла к дальнему шкафчику, где лежала небольшая аптечка. Налив в стакан воду из фильтра, поставила все перед женщиной. Но, из-за того, что ее руки были испачканы, блондинка помогла ей, положив белый круглишок на язык, и поднесла воду.       — Спасибо, — улыбнулась женщина.       — Спасибо в карман не положишь, — усмехнулась блондинка, убирая всю грязную посуду в посудомойку.       — Ммм, а чем так вкусно пахнет? — спросила сонно хозяйка дома. — Всем доброе утро.       — Доброе, — поцеловала в щеку мать. — Решила вас порадовать домашнятиной.       — Так, — положила свою ладонь ко лбу дочери, — вроде температуры нет.       — Просто выспалась.       — Чтобы Маша готовила, это не просто «выспалась». Я сегодняшний день красным в календаре отмечу.       Лаура умилялась над их отношением друг к другу. Особенно, когда блондинка взяла из пачки немного муки и бросила в сторону Дарьи. Женщина не разозлилась, наоборот, рассмеялась и бросила в нее смятую в руках салфетку, которая попала той в плечо.       — Чай или кофе? — спросила девушка, убирая все с пола.       — Я сделаю, — поднялась со стула Дарья. — Лаур, что будешь?       — Лучше чай, спасибо.       — Как себя чувствуешь? — интонация была схожа с Марией.       — Намного лучше.       — Ждём ответа от моего знакомого. Все последующие вопросы будем решать через него.       — Понадобятся же еще документы, да?       — Вообще да. Но, как я понимаю, ты буквально бежала, — шатенка кивнула. — Тогда, оставим это на потом… Без обсуждений, останешься у нас. Сейчас главное твоя безопасность.       — А если он приедет сюда?       — Охрана предупреждена, а мужу я сейчас позвоню. Думаю, что на этом наше с ним сотрудничество и остановится… Если внимательнее прочитать наш контракт, то там четко есть пункты, связанные с судимостью и домашнем насилием, — она взяла телефон и вышла из комнаты.       — Если Александр спросит, то не стоит говорить, что Лаура у нас, — крикнула матери блондинка, на что та кивнула. — А с документами можно поступить проще. Можно попробовать через Таню. Она что-то говорила про сегодняшний вечер у вас дома.       — Точно… сегодня ужин с ее родителями… Но он скажет, что мне не здороваться, если не отменит встречу.       — Зная теть Олю, нет. Эта женщина занятая, всегда все запланировано. Я сейчас…       Мария поднялась в свою комнату и взяла телефон. Подруга долго не брала трубку. Оно не удивительно, время слишком раннее. И в выходной день заставь только проснуться рано. Но, все же удача была на стороне блондинки.       — Алло… — сонно произносит девушка.       — Привет, соня, хватит спать!       — Дурная? Ты время видела вообще? — бурчала она.       — Видела. У меня к тебе будет просьба одна, только постарайся привести сейчас свой разум в бодрое состояние, чтобы запомнить.       — Третьякова, я и бодрое состояние в 8 утра несовместимые вещи. Чего надо то? — было слышно, как тяжело поднималась с кровати девушка, направляясь, видимо, в ванную.       — Ты же с родителями сегодня собиралась к Мурочкиным?       — Ну да… вечером. Хочешь с нами посидеть? — усмехнулась Таня.       — Нет. С дуба рухнула? Мне и той поездки хватило.       — Так… можно конкретнее…       — Если ничего не отмениться, сможешь кое-что оттуда мне передать?       — В смысле? Почему должно что-то отмениться?       — Я говорю если… — выдохнула Маша.       — Ладно… Так что забрать надо?       — Одни документы…       — Зачем тебе они?       — Тань, слишком много вопросов.       — И слишком мало ответов!       — Я тебе все расскажу, но позже, ладно? Это не телефонный разговор.       — Боже… хорошо. И где эти документы лежат? И что вообще за документы?       — Это я тебе уже точно скажу, когда будешь на месте.       — Не знаю, что ты задумала, но мне это не очень нравится. Чего сама не заберешь?       — Не могу потому что. Так что?       — А куда я денусь?       — Ты лучшая, подруга, люблю тебя!       — Должна будешь, Третьякова.       — Без проблем. До вечера!       — Давай.       Маша выдохнула. На одну проблему меньше. Тем более, зная, как умело Полякова могла стащить что угодно, не было и доли сомнения, что у нее не получится. Спустившись обратно, женщины уже переместились в гостиную, обсуждая дальнейшие действия и встречу с адвокатом. Девушка поделилась своей затеей, на что мать отреагировала скептически.       — Если ее поймают, сразу все поймут. И к воровству припишут.       — По факту, это не кража. Документы принадлежат Лауре, Таня просто по ее просьбе их заберет и передаст. И не поймают ее, раз на то пошло. Знаешь, сколько раз она незаметно стаскивала контрольные в школе. Да и в универе также.       — Ой боже… Хорошо, значит пускай будет так. Я поехала встречать отца в аэропорту, после мы поедем в офис. Буду на связи.       Мария только сейчас заметила, что ее мама была в костюме. Она проводила ее до двери, затем вернулась обратно к Лауре Альбертовне. Женщина сидела в позе лотоса, облокотив спину о диван. Ее глаза были закрыты, грудь поднималась часто, а руки, что лежали на бедрах, потряхивались. Блондинка присаживается рядом и берет в свои теплые ладони холодную чужую руку.       — Все будет хорошо.       — Надеюсь… — выдыхает женщина и поворачивается в сторону младшей, открывая на нее свой взгляд. — Может, зря я это все затеяла… Не сказав бы ему вчера, что хочу развода, ничего бы и не было.       — Единственная твоя ошибка была в том, что ты сказала это, будучи одна, — Лаура убрала из-под себя ноги и легла на бедра младшей, поджимая их обратно. Она взяла руку девушки в свою, крепко сжав ее. — Не хочу спрашивать, но…       — Толкнул. Я неудачно влетела в угол стола…       Они продолжили сидеть в этой позе, засыпая. Первая глаза открыла блондинка, тело ныло из-за неудобства. Лаура же была повернута к ее животу, утыкаясь в него лбом. Не хотелось ее будить, но позу менять надо было. Пытаясь осторожно сместить тело повыше, все же будит женщину.       — Спи дальше…       — Нет, боже, прости, тебе, наверное, неудобно.       — Просто сделаю так, — чуть повернувшись боком, девушка вернула голову шатенки в прежнее положение. — Все, можно спать дальше.       Прикрывает глаза Мария, как чувствует прохладу там, где должна лежать старшая. В недоумении открывает глаза и видит ее лицо прямо перед собой. Лаура пересаживается ей на бедра, заставляя сесть прямее. Ее рука проводит по очертанию лица, спускаясь к шее, затем к волосам, кончик которых закручивает на свой палец. Было слышно, как сердце блондинки забилось чаще. Ее руки, что лежали на свободной области бедер, поднялись к чужим, медленно ведя вверх. Из-за пижамных свободных штанов, чувствовалось тепло тела женщины и мягкость кожи. Вторая рука шатенки убирает с левой стороны прядки волос, перемещая руку на шею и к открытым ключицам. Теперь стук сердца был еще быстрее.       Маша поднимается руками выше, проводя по талии, но старается не задеть больную сторону. Эта небольшая близость убрала еще один осколок брони на сердце. Лаура приближается ближе к лицу, дотрагиваясь носом чуть выше уголков губ, медленно ведя его выше. Но, когда только уста прикасаются к мягким юной девушки, их прерывает входящий звонок. Телефон лежал на подлокотнике дивана. Третьякова потянулась за ним, отвечая, тогда, шатенка немного отстраняется, но не уходит.       — Я на месте, чего там тебе надо? Кстати говоря, Александр Николаевич странный такой, а Лауры Альбертовны нет. Говорит, что нездоровиться, — Маша включила изначально громкую связь, поэтому шатенка все слышала.       — Не удивительно, — усмехнулась блондинка.       — Так что? Куда мне топать? — девушка посмотрела на старшую. Все равно им придется рассказать об этом Татьяне.       — Надо пойти на второй этаж…       — Лаура Альбертовна? — было слышно, что подруга нахмурилась.       — Полякова, без вопросов, все потом, — резко отвечает Мария.       — Ладно… Но вы обе мне все расскажите!       — Обязательно!       — Так, я на втором этаже, куда дальше?       — Иди в противоположную сторону от комнаты Егора. Там металлическая дверь с кодовым замком. Код 1605.       — Ага, так… я зашла.       — Слева от стола стоит полка с книгами. Тебе нужна самая нижняя. Там в ряд стоят книги с красной обложкой. Убери их.       — Как же у вас тут все сложно… пара секунд, — было слышно, как Таня ругается, но убирает книги со стеллажа. — Что дальше?       — Видишь в углу крючок?       — Допустим.       — Просто потяни на себя.       — Скрытый сейф? Прикольно.       — Нажми решетку, 177890 и звездочка.       — Угу… открылось.       — Зеленая папка там лежит?       — Да…       — Просто забери ее и все.       — Хорошо. Это все?       — Нет. Надо зайти в мою комнату и забрать сумку.       — Так… если с папкой вопрос проще, то сумка…       — Просто вытащи оттуда паспорт, права и кошелек.       — Дайте я сейчас уберу это в рюкзак. Он как раз в комнате Егора… — Таня быстро убрала все на свои места и, убедившись, что все еще находятся внизу, услышав у лестницы споры мужчин, отправилась в комнату парня, чтобы убрать документы. — А ваша комната где?       — На первом этаже. Придется пройти через гостиную.       — Так… Значит мимо всех… Слишком палево…       — И что делать?       — Маш, а позвони мне где-то через полчасика, а?       — Ты что задумала?       — Ну, во-первых, я и так слишком долго отошла в туалет. Хотя скажу, что месячные пошли, за прокладкой ходила.       — А во-вторых?       — А во-вторых, во второй раз я так уже не пойду, тем более в другую сторону. Там уже не парься.       — Ладно. Пол часа, я засекла.       — Давайте.       Полякова сбросила звонок. Маша положила телефон обратно, включая таймер, затем повернулась обратно на Лауру Альбертовну. Было видно, что она сильно волновалась, что девушку могут поймать. Блондинка взяла ее трясущиеся руки и крепко сжала их.       — Не волнуйся, Таня профи в этом деле.       — Так говоришь, будто она заядлая воровка.       — Ну… воровать, не воровала ничего, но беспалевность ее конек. И, если бы не ее умение, навряд ли она вообще закончила хорошо школу. Даже ЕГЭ умудрилась ответы найти.       — Даже так?       — Даже так. Она не особо любит учиться, точнее учить то, что ей не нравится.       — А ты?       — А я с золотой медалью, и иду на красный диплом. Своими мозгами и силой.       — Молодец.       Шатенка продолжила смотреть на нее, улыбаясь. Этот взгляд очень даже смущал Марию. Она выдохнула и закусила нижнюю губу, стараясь не смотреть в глаза Лауры Альбертовны. Та положила свою ладонь на скулу девушки и все же повернула на себя. Губы медленно приближались к сладким напротив. Третьякова буквально вжалась в диван, но и сбежать не получится. От количества ударов, сердце могло и остановиться. Лаура спустила руку в эту область, ощущая бешеный ритм.       — Тебе страшно? Каждый раз, когда я приближаюсь так близко, твое сердце…       — Мне не страшно, просто… — опустила свою голову ко лбу шатенки. — Это неправильно.       — Ты мне не просто нравишься, Маш.       — Даже не говори, неа, не хочу это слышать! — закрыла свои уши руками. Это дало возможность приподнять чуть голову девушки и, наконец-то, дотронуться до ее манящих губ. — Пожалуйста, я не хочу снова испытывать это чувство.       — Ты боишься полюбить?       — Я говорила, что у меня были абьюзивные отношения, но не добавила про одностороннюю любовь. Я пообещала себе, что больше не утону в человеке и буду видеть всего его полностью, без розовых очков. Не делай этого, пожалуйста. Не делай так, чтобы я в тебя тоже влюбилась. Я буду твоей поддержкой, буду хорошей подругой, не оставлю в беде и прибегу по первому зову помощи. Но прошу, не надо любить меня больше, чем друга.       — Хорошо… — выдохнула Лаура и слезла с бедер младшей, садясь рядом и опрокидываясь спиной о спинку дивана. — Я, правда, постараюсь. Спасибо, что поделилась этим, а не дала какую-то надежду.       Маша взглянула на нее, закусив внутри щеки. Лучше это сделать сразу, чем и правда давать ложные надежды человеку, играя с чувствами. Телефон издал звук таймера, и девушка набрала подругу.       — Тань, срочно, ты не занята? — специально громко сказала она, чтобы сидящие рядом услышали ее взволнованный голос.       — Не совсем, что-то случилось? — также играла подруга.       — Нет, да, я не…       — Так, спокойно, минутку, отойду, а то мы в гостях у Егора… — было слышно, как Таня выходит из-за стола, направляясь в нужную сторону. — Какая дверь? — чуть тише произнесла она.       — Сейчас, — включила громкую девушка. — Серая дверь, почти в конце коридора.       — Ага, поняла, — Полякова дошла до нее, потянув за ручку. Дверь поддалась с легкостью. — Где сумка?       — Она должна висеть на спинке стула возле зеркала.       — Вау, крутая сумка, — взяла ее девушка. — Так… паспорт, права… и… кошелек… нашла. У вас другая фамилия? Права на имя Лаура Альбертовна Лукина.       — Ты взяла? Я сейчас подъеду, вынесешь? — резко перебивает вопрос подруги. Понимая, что лишние вопросы ни к чему.       — Да, сейчас только за сумкой поднимусь.       — Хорошо, минут пятнадцать и я буду.       Девушка сбросила вызов и поднялась с дивана. Лаура хотела пойти с ней, но получила отказ. Накинув сверху куртку, Маша вышла к гаражу и поехала к главным воротам. Полякова быстро отдала ей все, что достала из дома Мурочкиных, пока не задавая снова вопросы. Поблагодарив, девушка уехала обратно, а Таня вернулась в дом.       — Чего там у Машки случилось? — спросила Полякова старшая.       — Да ее на свидание позвали, а я ее духи не отдала. А она без них, как без рук, — привирала девушка.       — Неужели она решила снова попробовать?       — Не знаю, — пожала плечами Таня. — Говорит, посмотрит. Может что и получится.       — Ее прошлый парень оказался полным подонком. Мало того, что манипулировал и пользовался, так и позволял руку на нее поднять, представляете. Господи, хоть бы этот парень оказался хорошим, — отпивая напиток, проговорила женщина.       — Угу. Так что я тут сама на иголках. А то придется еще одного посадить.       — Посадить? — удивился Александр.       — Ну да. Побои сняли, потом оказалось, что он еще и наркотики употреблял. Все таки теть Даша хоть и юрист, но раньше работала адвокатом, так что получилось все быстро.       Александр поменялся в лице. В его голове промелькнуло, что его жена могла обратить и вообще поехать к ней. Но с этим он разберется завтра с утра. Сейчас он держал маску, чтобы никто ничего не заподозрил. Особенно сын, которому он наплел про мать, что та хотела бросить их всех ради какого-то другого мужчины. И то, что сделал Лаура, было из-за его с отцом, не хотела больше иметь с ними ничего общего. Но с этим завтра. С этим завтра.