Les rois du monde

Ольга с первых дней работы в ФЭС задаёт себе, казалось бы, простой, но такой неразрешимый в своей абсурдности вопрос. Ольге кажется, именно этот вопрос, звучащий почему-то в голове голосом Амели, не даёт ей спокойно жить даже больше, чем факт существования капитана Гранина. И на него хочется либо уже найти, наконец, ответ, либо вытеснить его хоть чем угодно из дурной больной перегруженной кофеином головы раз и навсегда. -Почему ты так не выносишь Риту? Самой бы знать, почему… Казалось бы, ответ очевиден. Рита встречалась с Граниным и была в то время у всех на слуху. Павел расстался с ней как раз незадолго до появления Дунаевой в ФЭС, но версии об их возможном скором воссоединении ходили по всей конторе не неделю и не две после этого. Каково было всё это слышать Ольге, которую совершенно неуместная влюблённость настигла буквально на пороге нового места работы – вопрос риторический. Да и сама Власова первое время масла в огонь подливала – впрочем, причины были у неё на это свои, никак с бывшим ухажёром не связанные. Старлей, понятное дело, догадываться об этом не могла, поэтому, сталкиваясь со старшей по званию коллегой, всячески держала дистанцию, подавляя раздражение. Только вот на поверку оказывается, что дело-то вовсе не в банальном любовном соперничестве. Первые месяцы Дунаевой в ФЭС откровенно паршиво. Тяжело на новом месте, когда тебе почти двадцать семь, ты всего лишь старлей, а большинство старших, набравшихся уже опыта сослуживцев на тебя как на дитё малое смотрят. В следственном комитете хотя бы честно игнорировали, а здесь вроде как семью изображать пытаются. Видимо, такую семью, в которой она – нелюбимая падчерица, годная только для «принеси-подай». А ведь она не стажёрка какая-нибудь, между прочим! Маргарита Власова, как Ольге кажется, в этом её бесконечном затирании преуспевает больше всех. Комментарии Галине Николаевне в духе «ну куда Дунаевой в это дело, давайте кого-нибудь поопытнее пошлём» в девяти случаев из десяти исходят именно от неё. И это ещё больше рвёт душу отчаянной и отчаявшейся девушке, которой хочется хоть раз в жизни почувствовать себя нужной, ценной и значимой, раз уж в следственном нарвалась на… в общем, на то, на что нарвалась. Но видимо, и в ФЭС ей уготована роль вечной девочки на побегушках. Видимо, она действительно не годится никуда. А тут ещё и Паша, которого любой бы ценой из головы выкинуть – да не выходит… Оля думает, что попала в маленький, приготовленный специально для неё филиал ада на Земле. А главная по пыткам здесь – капитан Власова, с особой жестокостью стирающая её психику в пыль. Сдаваться не хочется. Разве ради этого она поступала в академию МВД? Разве ради этого до хрипоты объясняла родителям, как ей важно идти именно по правоохранительной стезе и никакой иной? Разве ради этого плюнула в лицо беспринципному негодяю из следственного и ушла – сама, с гордо поднятой головой, хотя думала, что уходит в никуда? К счастью, и на её прежнем месте работы нашёлся порядочный человек, порекомендовавший «юную кандидатуру с горячим сердцем и неиссякаемой энергией» на должность оперативника своей знакомой полковнику Рогозиной. И вот теперь она здесь. Только её сердце, кажется, скоро истлеет до основания, а насчёт энергии её бывший начальник ей очень сильно льстил. Её уровень энергии стремительно движется к отметке «нуль». Не исключительно, но в том числе по вине Риты Власовой. Если бы не один-единственный человек здесь, в ФЭС – Ольга задумалась бы о рапорте через два месяца, честно. Но, видимо, что-то хорошее она в этой или прошлых жизнях всё-таки сделала, раз судьба послала ей на пути Оксану Амелину. Оксана такая светлая, искренняя и спокойная, что лезть к ней со своей тараканьей стаей в голове кажется просто свинством. Оксана находит её сама. И как-то сразу всё понимает – и про желание продвинуться, и про Гранина, и про Риту, и про чувство какой-то безысходной отчаянной нелюбимости, ещё со времён работы в следственном её сопровождающее. Оксана рассказывает ей о своей жизни – и Ольге ещё больше хочется надавать самой себе пощёчин за нытьё. Тут человек с юных лет в насилии и сталкинге варится – а она со своим детским садом! Амелина вовсе не считает боль новой подруги детским садом. Выслушивает, приободряет, успокаивает, даже пытается вселить в неё надежду относительно Гранина… Только это всё дохлый номер, что уж там. Да у старлея, откровенно говоря, и без Гранина проблем хватает. Ритины комментарии по поводу и без относительно её профпригодности ранят куда больше. А уж прибавьте к этому якобы отцовское ворчание Круглова, Майского и Шустова – вот вам и полная картина. Ну и зачем она, скажите на милость, в ФЭС устраивалась? Чтобы на выездах то в машине сидеть, то из-за широких спин этих бесчисленных капитанов и майоров носа сунуть не сметь? Слава богу, она хотя бы не дежурит вместе с Власовой. Ей Гранина с Котовым хватает. Один ей как хроническая соль на раны действует, от другого она сама не знает, куда себя деть. Оксана советует не рубить сплеча. Оксана – которой, кстати, каким-то образом её дурная голова выдумала дурацкое, но забавное прозвище «Амели» – вообще непонятно как терпит её хроническую злость, кофеиновые передозировки после выездов и особенно её отрешённое состояние, когда от безысходности она всё-таки сходится с Котовым. -Я просто хочу почувствовать, что меня тоже можно любить, понимаешь? Даже если я не ношу звание капитана и меня зовут не Рита Власова, - вырывается у неё на простой короткий вопрос Амелиной «зачем?». И опять Рита. Ольга и сама понимает, что это попахивает чем-то нездоровым. Честно, как по учебнику, задаёт себе целый перечень вопросов, но на все получает отрицательные ответы. Нет, у неё не было в детстве конфликтов ни с кем, похожим на Маргариту. Нет, родители ни с кем похожим её не сравнивали – они у неё вообще замечательные, всегда заботились, даже в таком непростом решении её поддержали, это она их подвела: при трёх братьях умудрилась вырасти не принцессой, а какой-то пародией на супергероиню. Нет, она не видит в Рите лучшую версию себя, которую по каким-то причинам считает недоступной. Просто ей хочется почувствовать себя значимой после пережитого в следственном комитете кошмара. Но с такими коллегами, как Рита и Павел, здешний кошмар будет ещё фатальнее и хорошо если не до психоневрологического диспансера её доведёт. К счастью, до последнего всё же не доходит, потому что психотерапевт у Дунаевой появляется свой. Совершенно неожиданный, до этого незнакомый, но почему-то почти сразу вызвавший доверие. Как и Амели. Ну как, скажите, можно не доверять Артёму Тукаеву? Если девушка и дичится нового судмедэксперта – то лишь первые пару недель. И то скорее не из-за предвзятого к нему отношения, а потому что собственные моральные дилеммы покоя не дают. Необходимость расстаться с Костей Котовым становится всё очевиднее, а нарываться на очередной сочувствующий взгляд Амели, зовущей её в компанию к ним с Артёмом, как-то совсем не хочется. Всё решает служебная необходимость. А точнее, полное нежелание распоясавшегося Сергея Белозёрова идти в морг за промежуточными результатами экспертизы. Действовать приходится ей. А заодно – правда, об этом она предпочитает молчать – просто выдохнуть в почти безлюдном морге, куда не суют свои неуместные носы Гранин с Власовой, и почувствовать облегчение хоть ненадолго. Стучит в дверь (никогда не понимала Дунаева привычку коллег входить в морг без спроса, как к себе домой). Даже к Вале постучалась бы, а тут – новый человек. -Артём, привет, я по делу. Что скажешь о следах ножевых ранений на трупе? Тукаев, обернувшись, усмехается – вроде и немного ехидно, но не зло совсем. У них с Амели точно какая-то энергетика общая – светлая, тёплая и спокойная. Никогда Ольга не верила во всякую эзотерическую чушь, но здесь это буквально физически ощущается. Артём спокойно поясняет ей возможное происхождение ножевых ранений на теле убитого мужчины. Интересуется, почему сегодня у него в морге она, а не кто-то из лаборатории. И, кажется, то ли врождённым, то ли профессиональным врачебным чутьём улавливает исходящее от неё беспокойство и смертельную усталость. Не обращает внимания на её спонтанный срыв. Усаживает за стол для экспертиз почти силой, уговаривая посидеть ещё минут пять. Ему она многое могла бы рассказать. Даже об отравляющем её душу фантоме Власовой. И, может быть, когда-нибудь расскажет – но сейчас пора, дела зовут, служба не ждёт. Артём как-то неожиданно становится её вторым настоящим другом. И её даже не удивляет, что каких-то несколько месяцев спустя, когда Кости в её жизни и след простыл, а уже её (с ума сойти, её!) Паша уезжает в командировку с Власовой и не выходит на связь, причинив ей невыносимо жуткий кошмар – Амели волоком притаскивает её в морг. Не удивляет, но ей всё равно невыносимо стыдно. Тёма ей хоть и друг, но не отец и не один из братьев. Тёма не обязан отвечать ни за одну из её зависимостей. Но почему-то берётся отвечать. Берёт у неё кровь на анализ, чуть не сносит в шоке стол для экспертиз, вычислив концентрацию кофеина в этой самой крови, полчаса читает ей лекцию, а потом в срочном порядке вызывает Пашу по телефону в ФЭС. Ольга отчаянно надеется провалиться сквозь землю. Но – даже в таком состоянии – подсознательно ревнует к Рите, уже, кажется, и Тукаева этим доконав. Гранин появляется в морге слишком скоро, явно примчавшись на всех парах. Выслушивает её тихую истерику и клятвенно обещает всегда-всегда отвечать на звонки. А ещё сообщает по большому секрету, что Маргарите сделал предложение Боря Селиванов. Вот теперь Ольге бы выдохнуть – да, к сожалению, всё никак не получается. Потому что шестое чувство подсказывает: проблема не в ревности к любимому. В чём проблема – она уже отчаивается понять. Отчаивается всякий раз, когда ссорится со своим обожаемым, но таким порой невыносимым капитаном и нет-нет – да поминает всуе бывшую соперницу. Срывается, провоцирует очередное расставание, отправляется играть в опасный квест, с которого потом сама похожей на зомби возвращается, встретив там главный ужас её следкомовского прошлого. Потом вроде как приходит в себя, снова возвращается к Паше, извиняется перед друзьями, которым пришлось из-за её импульсивности дело расследовать, но Рита так и остаётся её личным триггером. Истинная причина собственной абсурдной неприязни к бывшей сопернице, успевшей к тому времени сменить фамилию, открывается Дунаевой лишь через два года, когда очередной конфликт у них с Пашей происходит, казалось бы, посреди идиллии. Её не злит, что её любимый человек встречался когда-то с Маргаритой теперь уже Селивановой. Но до ужаса злит, что этот самый любимый человек всегда считал Селиванову равной себе, а её, всего-то старшего лейтенанта с покорёженной нервной системой и кофеиновой зависимостью, может лишь опекать снисходительно. И даже в мечтах о совместной жизни указывает ей «место», пусть случайно, но высмеяв её мечту добиться капитанского звания самой. Вот теперь до девушки медленно, но верно начинает доходить, что созданный её воображением враг – не более чем соломенное чучело. Настоящая Рита никакого отношения не имеет ни к её амбициям, ни к гранинскому ими пренебрежению. Ольга снова идёт к Тукаеву. Тёма беседует с ней долго, обстоятельно и без осуждения, как настоящий психотерапевт. А потом – обнимает, как настоящий друг (или даже старший брат), и говорит, что гордится ею. -Мной? Зацикленной истеричкой, кофе как воду хлещущей? – вырывается у неё тогда. -Без понятия, о ком ты говоришь, - без тени улыбки отвечает Артём, - Я такой не знаю. Я знаю Олю Дунаеву, которая прошла через кучу и чужого обесценивания, и собственных ошибок, но оказалась достаточно сильной, чтобы понять, куда идти дальше. Оля понимает. И расстаётся с Павлом – в этот раз окончательно. Потому что своя психика ей внезапно оказывается дороже болезненной привязанности, из-за которой оба уже столько дров наломали. Гранин в шоке. Пытается её переубедить, но в ответ слышит, что и он рано или поздно придёт к этим же выводам. Ему ничего не остаётся, кроме как смириться. Старлей выдыхает с облегчением, которое явно не ожидала ощутить после столь болезненного расставания. Поначалу ей скверно спится по ночам, конечно. Прошлое их с Пашей снится, сменяясь жуткими суррогатами – то Котовым, то вообще… не хочется поминать всуе всякую нечистую силу в следовательских погонах. Но потом всё-таки начинает выкарабкиваться. Потому что она у себя – как ни крути, единственная и самая главная. А ещё потому что у неё есть Оксана, Тёма, любимая работа и мечта, от которой она отказываться не собирается, кто бы ни пытался её обесценить. Спустя ещё месяц с небольшим Ольга становится свидетельницей событий, пробуждающих в ней мерзкое и скользкое ощущение дежавю. Анатолий Ломов появляется в ФЭС с уже заранее заготовленным для него ярлыком «копия Тихонова». Хотя чем бедный программист такое заслужил – нормальному (ну почти – за исключением кофеиновой аддикции) человеку не понять. К счастью, нормальные люди в их коллективе – не такое уж единичное явление. Оксана, которой самой больно Ванину фамилию лишний раз слышать, ругается из-за Толи с Андреем, с которым лишь недавно и очень осторожно сошлась. Артём, встретив второго после Оли человека, уважающего его личное пространство и никогда не сующегося в морг без спроса, проникается признательностью и благодарностью. Сама же Оля просто каким-то естественным образом оказывается рядом, а что там по этому поводу думает Гранин со своим запоздалым инстинктом собственника – ей давно и благополучно плевать. В общем, новый эксперт как-то быстро вливается в их компанию. Но – кому как не Дунаевой такое понимать – всё равно не может избавиться от мысли, что его здесь только терпят. А ещё вздрагивает всякий раз, когда кто-то упоминает всуе Тихонова. Ольге ничего не остаётся, как понимающе и с сочувствием кивать. Сама ещё не забыла, как лишь недавно избавилась от призрака Риты в голове. А ещё снова выходит из себя, когда Паша всё-таки устраивает ей сцену давно уже неуместной ревности. И – впервые за месяц с лишним – вновь бросает ему в лицо Ритину фамилию. Как понимает позже, это даже к лучшему. Потому что Селиванова, как оказалось, их ссору случайно слышала. А ещё не имеет привычки таить ни старых обид, ни камней за пазухой и просит Ольгу встретиться. Дунаева – хоть убей – не понимает, зачем бывшей сопернице это надо, но на встречу приходит. Огрызается сначала опять же по привычке, но потом вдруг берёт и выкладывает всё как на духу. Про безысходное ощущение нелюбимости, про Котова, про Пашу с его дурацкими фразочками про свадьбу… Рита внезапно кивает и признаётся, что понятия не имела, кем стала в Ольгиных глазах, когда всего-то хотела помочь. Рассказывает, что в её жизни был такой же роковой мужчина, как у самой старлея – Гранин. Имени, правда, не раскрывает. Девушка и подумала бы, что старшая коллега просто сочиняет на ходу, но не в селивановском это характере. Поэтому просто предпочитает поверить на слово. А ещё соглашается на совершенно авантюрное пари. Потому что её бывший главный враг отчего-то не сомневается, что у неё есть все шансы за год дослужиться-таки до капитана. Ольга усмехается невесело, но руку протягивает в ответ – всё равно вряд ли Маргарита выиграет, а значит, что она теряет? Глупое, бессмысленное, откровенно детское пари ставит всё на свои места. Психика Дунаевой больше не видит в коллеге триггера. Но пару недель спустя, когда они с Толей спасают подкинутого ему кота и возвращаются из ветлечебницы почти заполночь, она, уже успокоившаяся и счастливая этим умиротворённым вечером, чуть не теряет с перепугу из рук руль от неожиданного вопроса: -Оль, а кто такой Иван Тихонов? Будучи лучшей подругой Амели, она не имеет права отвечать на такие вопросы. Но приходится. Толя ведь теперь – тоже её друг. А ещё, честно говоря, в ней просыпается желание надавать чем-нибудь тяжёлым по головам Андрею Холодову и Тане Белой за постоянное упоминание Вани к месту и не к месту. Мало того, что Оксане боль причиняют, о пережитом предательстве пусть и ненароком напоминая, так теперь ещё и Ломов по их вине может пройти через то же, что и она когда-то. А об этом ей даже подумать больно... Толя не должен два года сражаться с призраком врага в собственной голове. Ей самой этого хватило, чтобы теперь ещё и наблюдать, как через эту же эмоциональную мясорубку проходит её друг. Причём если Риту в своё время она сама в собственном сознании демонизировала, то здесь совсем другой случай. …Несколько дней спустя Андрей виновато прячет глаза и от неё, и от Толи, и даже от своей Оксаны. Но перед последними двумя всё же извиняется, собрав в кулак мужество. А в обеденный перерыв украдкой шепчет Белой: -Слушай, Тань, больше Ваню здесь всуе вообще не поминаем, ладно? Я предпочту неделю в лаборатории по ночам дежурить, чем ещё раз попасться под руку психованной Дунаевой.