Брак по расчёту

Ягызу не редко доводилось знакомиться через видеоконференции. В деловых кругах такое сплошь и рядом. — Здравствуйте, очень приятно, — первым произнёс он. — Здравствуйте, — кивнула коротко Хазан. Хазан вообще не любила новые знакомства, плохо умела знакомиться, а как себя вести с незнакомой говорящей головой в телефоне и вовсе не имела понятия. — Наверное нам надо возвращаться? — обратилсь она к Селин. — Да, нас могут уже ждать, — согласилась девушка. Они вышли из библиотеки. Селин еще не простилась с братом. Рядом с дверью в библиотеку, косяк к косяку была еще одна дверь. — Аа, Хазан, тут рядом еще одна комната, мы ее не видели, давай зайдём! — И не дожидаясь ответа, держа телефон перед собой так, чтобы собеседнику на том конце было видно, она толкнула вторую дверь. Девушки вошли внутрь. Перед Хазан предстала просторная, минимально обставленная комната. Посреди комнаты стояла большая кровать застеленная строгим темно-серым покрывалом. У окна был письменный стол. Поодаль стоял шкаф, а у противоположной стены небольшой комод. В отличие от других помещений в доме, поверхности мебели и полок в этой комнате были пусты — ни статуэток, ни фотографий, ни каких-либо других личных принадлежностей. — Ягыз, ты давно не видел свою комнату, не соскучился?.. Хазан, это комната Ягыза. — не дожидаясь его ответа повернулась она к Хазан. Хазан молчала. — Правда когда брат здесь не живет, а остаётся в особняке он мало, еще меньше времени, чем проводит в Стамбуле, эта комната служит комнатой для гостей. Все личные вещи Ягыза упрятаны в шкаф. Но к его приезду мы все достаём и расставляем по местам. — тут она сделала паузу, а затем продолжала, — Так что Хазан, если ты приедешь к нам погостить, ты будешь занимать эту комнату. На этом слове Селин сделала жест рукой, будто невзначай указав в направлении кровати. Взгляд Хазан, которая машинально следила за рукой Селин, упал на подушки, что лежали поверх покрывала. Волна смущения поднялась в груди Хазан, когда она поймала себя на том, что пялится на постель постороннего мужчины, а он при этом наблюдает за ней прямо из Америки. Ей на секунду показалось, что Селин это сделала специально. Но уже следующую секунду она упрекала саму Себя. Ведь Селин же пояснила, что эта комната служит гостевой. Так почему же Хазан смущается. Это ее собственные мысли работают в неправильном направлении. — Селин, — чуть кашлянув, прочищая горло начал Ягыз. Видимо его мысли тоже работали неправильно. — Я должен попрощаться, у меня дела. — А может он видел смущение девушки, ведь младшая сестра ни на секунду не упускала Хазан из фокуса видеозвонка. — Да, Ягыз, мы тоже очень задержались, нам надо идти. — Согласилась Селин и взглянув на Хазан добавила: — Комнату Ягыза я тебе показала, а свою комнату Синан тебе покажет сам. — На этих словах Селин подмигнула и хитро улыбнулась. Ягыз поморщился. Первым порывом было сразу отключится, но моргающая, не знающая как реагировать на выходки его сестры, Хазан приковала его к экрану. Он в бессилии слегка развёл рукой, но так ничего и не сказал. Любое слово сделало бы причину ее смущения еще более навязчивой. — Селин, я отключаюсь, — Чуть помедлив, произнес он, — Еще поговорим. На этом связь прервалась. «Избалованная девчонка» — с досадой думала Хазан. — «Кто бы занялся твоим воспитанием». Девушки спускались по лестнице, когда в дом вошел Гекхан. — Видимо у меня сегодня миссия — знакомить тебя с членами моей семьи — иронично хихикнула Селин. — Братец, привет! Знакомься это Хазан, девушка Синана. Гекхан выглядел немного обескураженным. Знакомство находу, почти в прихожей и сенсация в виде «девушки Синана в особняке Эгеменов» вызывали некий ступор. Хазан первая поприветствовала его. Он вежливо поздоровался в ответ, но тут же отвлёкся на входящий звонок. — Извините… Да. Да, Ягыз. Да, да сделал как ты советовал, все сработало, ты гений. Нет, с Джаном встречаемся завтра, но думаю, что и тут не будет проблем. Я тебе сообщу… Да, только пришел… Вот имел честь только познакомиться… Нет, для меня полнейший сюрприз… Гекхан беседуя, двигался в сторону гостиной. У входа изнутри закатывая глаза слушала его разговор Ясемин. Хазан прошла внутрь следом за Гекханом, и услышала, как в момент когда он отключил звонок, Ясемин зашипела: — Ты совсем без него ничего не можешь? Вместо того, чтобы взять все в свои руки, ты посвящаешь его во все дела. Где твои амбиции? — Мои амбиции? Мои амбиции, — уже раздражаясь повторил он, — в том, что бы фирма устояла вопреки скандалам и финансовым потерям. Вот в чем моя амбиция… Тут они заметили Хазан и прервавшись, проследовали обратно в столовую. — Прошу вас, Хазан, проходите к столу. Тетя Гюзиде нас заждалась. — С этими словами он поприветсвовал тетку и справился об отце с Синаном. Их еще не было. — Гмм. — хмыкнула Селин — мы с тобой не так уж и опоздали, Хазан! … Гекхан, ты так поздно пришел. Кстати, буквально за пару минут до звонка Ягыза мы кучу времени болтали с ним через видеоколл, правда, Хазан?.. брат, зачем Ягыз звонил? — Дела фирмы Селин, как обычно. И снова Ясемин закатила глаза, да так глубоко, будто пыталась разглядеть свой мозг. «Если Хазым найдёт отношения Синана с этой девушкой убедительными, надо будет немедля рассказать все Ягызу.» — думала про себя Гюзиде и тут добавила вслух: — Гекхан, как дела у Ягыза? Ты бываешь в курсе его дел. Он очень загружен работой? Было бы неплохо, если бы он мог приехать на какое-то время. — Я бы и сам этого хотел, тетя. Само появление Ягыза в Турции уже бы повернуло конъюнктуру в нашу пользу. Присутствие Ягыза будет с радостью принято инвесторами вместо имущественного или денежного залога, — хохотнул Гекхан на собственную шутку. — Но у него нарисовалась парочка очень крупных клиентов. Его компания в самом разгаре спринта. Не думаю, что есть что-то, что заставит его сейчас приехать. — Я позвоню поговорю с Ягызом. Важно будет узнать его мнение и спросить когда ему будет удобно приехать домой — послышался приближающийся голос Хазыма. Они с Синаном зашли внутрь. Все были заняты приветсвиями. А Хазан сидела и думала — Ягыз, Ягыз, Ягыз — все они говорят о нем. Все считают нужным спросить его мнение. И все так ждут его приезда. Ей было все равно. Просто очень удивляло как все члены семьи полагались на этого человека. До сих пор из семьи Эгемен Хазан была знакома с одним Синаном. И судила о семействе по нему. Но как оказалось, все четверо детей Хазыма Эгемена были предельно разные. Синан приземлился на стул возле Хазан. Настроение у него было приподнятое, он задумчиво улыбаясь, положил свою ладонь поверх руки Хазан и глядя ей в глаза слегка подмигнул. Хазан показалось, что что-то важное произошло в стенах мастерской. *** Около 10 вечера спортивный автомобиль Синана остановился у дома Хазан. Она уже собралась приоткрыть дверь, как Синан остановил ее. — Хазан, постой. Мне есть что сказать. Девушка повернулась к нему. — У нас с отцом был важный разговор. Давно мы так с ним не общались. По душам. Он спрашивал чего я хочу в жизни. Куда иду и… — он взял руку Хазан в свои — кого возьму за руку и пойду по жизни вперед. — Синан, здесь нет зрителей. — освобождая руку напомнила Хазан. Парень чуть осекся. Романтическое настроение прочно засело в его душе после разговора с отцом. Ему в этот момент очень хотелось, чтобы все было взаправду. Чтобы он правда был тем, в кого верит отец. Хотелось очиститься и начать сначала. Слова Хазан вернули его к реальности. — Извини. Ты очень понравилась моему отцу. Это придало мне смелости. Папа говорит, что нам нужно начать планировать помолвку. Глаза Хазан расширились. Она схватилась за шею, словно что-то душило ее. Петли ловушки, в которую девушка влезла по собственной воле, сжимались. — Не слишком ли быстро? — Это помолвка. Всего лишь, — попытался успокоить ее Синан. — Хотя отец сказал, что с женитьбой тоже не стоит сильно затягивать. — Когда они хотят помолвку? — Хоть завтра, — видя ее лицо, Синан расхохотался. — Не, не. Не все так просто. Отец хочет чтобы Ягыз присутствовал. Его приезд может занять время. Все зависит от того, как у него сейчас обстоят свои дела. Хазан испытывала смешанные чувства. Ее будущее, ее замужество, пресловутые даты в календаре, которые так лелеют любящие пары, в случае Хазан будут зависеть от некоего Ягыза, старшего брата Синана, с которым она имела сегодня весьма конфузное знакомство через интернет. Видя замешательство на ее лице Синан спохватился: — Ягыз мой старший брат. Он живет в ЮэС. В 12 лет отец отправил его в частную школу. Окончив университет он вернулся на какое-то время, но после смерти мамы уехал опять. С тех пор в Турции он только наездами. Его жизнь и бизнес там. Хотя папа и Гекхан, тетя… да все дома из кожи вон лезут, пытаясь убедить его вернуться. — тут он прервал свое повествование. — Короче, мистер Совершенство должен дать добро на наш брак и подтвердить твою кандидатуру. — Нервный смех дёрнул его губы, словно кто-то щипал волоски его густой щетины. — Ты что, ревнуешь? — Хазан вздернула бровь, но тут же почувствовала, что залезла в слишком личную тему. И не важно был ли Синан готов пустить ее в свои семейные отношения, она сама предпочла бы держаться от всего на расстоянии. — Я, вообще, то есть я хочу сказать с какой стати кто-то другой решает за тебя и за меня? Почему всем так важно, что скажет Ягыз? Тем более что он уехал и неплохо себе живет заграницей. — Когда познакомишься с ним, то поймёшь. Маньяк контроля. Ягыз лезет во все, что касается семьи и бизнеса. Хазан отвернулась. Она не стала рассказывать про уже свершившееся знакомство по интернету и про то, что уже успела побывать в спальне Ягыза. Тут она вспомнила всю ту неловкость, которую испытала из-за выходок Селин, а единственным зрителем устроенного ею представления был Ягыз Эгемен. Волна протеста медленно поднималась в душе Хазан. Она упрямо не хотела, чтобы судьбу ее замужества, пусть даже фиктивного, решал кто-то другой. Словно у нее отнимали саму себя. Да с какой стати?! Она сама всегда принимала решения. Даже мать не могла принудить ее к чему-либо. Разве не за право решать все в своей жизни самой все эти годы боролась с матерью Хазан? А теперь это право на блюдечке с голубой каёмочкой отдаётся неизвестному Ягызу. Не успела она войти в дом Эгеменов, как этот человек уже вошел в ее жизнь. Она переступила порог этого дома как девушка Синана только с той целью, чтобы снискать благосклонность его отца. Других членов жюри она терпеть не намерена. Хазан вновь повернулась к Синану. Ее глаза гневно горели, а щеки пылали. Безмятежная улыбка Синана еще больше вывела ее из себя. «Разве можно быть таким тюфяком!» — В сердцах подумала она. На какое-то мгновение ей показалось, что она понимает Ясемин. Сколько можно пресмыкаться и угождать Ягызу Эгемену? — Что ж, дашь знать, когда получишь одобрение… или не получишь. — Язвительно бросила Хазан и выскочив из машины, с силой хлопнула дверь. — Эй, полегче, боксер-ханым! — Помотал головой Синан не совсем понимая причину ее раздражения. Заходя в дом, Хазан была близка к тому, чтобы самой отказаться от этой брачной затеи, а главное самой поспешить сообщить Эгеменам, что ни они сами, ни брак с членом их семьи ей не нужны. Пусть катятся ко всем чертям. Перспектива быть отвергнутой очень ее ранила. Сценарий был до боли знаком и ожидаем в первую очередь. Несчастный заклеванный утенок в страхе повторял словно мантру, что именно так оно и будет. — Хазан, ты пришла! Ну как все прошло? Рассказывай! — прервал ее мысли взволнованный тон матери. — Все нормально, мама. — Когда помолвка, что сказали? Хазан с отвращением поморщилась. — Тебя только это интересует? Фазилет только сейчас поняла, что залезла голыми пятками на тлеющие угли. Лишнее слово и быть пожару. Интересно, что там такое произошло? Кто посмел обидеть ее лебедя? Но от греха подальше она поспешила сменить тему: — Я весь день была с Эдже. Состояние сказали стабильное, но она очень слаба. Беременность тяжело проходит. Бедный мой ребенок очень мучается. Ай-Ай! — Фазилет молитвенно приподняла руки. — А что с беременностью? — Врачи говорят, что надо подождать еще 10-14 дней и тогда по ее состоянию они окончательно примут решение. … Аллах даже в этом вопросе не повзоляет нам вмешаться. А то я бы давно уже взяла грех на душу, да простит меня Аллах. — По щекам Фазилет катились слезы. Хазан почувствовала, как у нее зашевелились волосы у корней, а кожа покрылась гусиными пупырышками. Если бы не эта самая воля Аллаха, Хазан бы тоже лишилась жизни до того, как успела подать первый голос в защиту своего права на жизнь. " — Убейте меня! — сказал гадкий утенок и опустил голову, ожидая смерти». Хазан молча ушла, сбросила каблуки, одежду и завалилась на постель. Даже в спортзале она не уставала так, как устала за сегодняшний свой выходной. Пока Хазан погружалась в объятия Морфея, в Западном полушарии планеты кипела жизнь. Ягыз с Волканом добили документацию с финансовой аналитикой фирмы Уолша. — Отлично поработали, бро, — добродушно воскликнул ходячий позитив — Волкан. — Ты не перестаёшь меня удивлять, — искренне сказал в ответ Ягыз. — Волкан был скор в работе и точен в прогнозировании. Профессиональные качества своих работников Ягыз ценил превыше всего. — Вечером надо будет еще посидеть, рассчитать цифры трехгодичной экстраполяции «Галлерс». Но с ними легко, цифры стабильны, минимум отклонений от тренда. Не терпится съездить на место и самому все проверить. Масштабный проект! — потирая руки заулыбался Волкан. — Проект твой, можешь не сомневаться. — подбодрил его Ягыз. Волкан сделал победоносный жест. — В пятницу оттянемся как следует? — Да, с удовольствием. Когда Волкан вышел, лицо Ягыза обрамила привычная серьёзность. Волкан славный малый. Хорошо что он есть и умеет встряхнуть своего босса. Принимая Волкана на работу, Ягыз нисколько не брал в расчёт, что он турок. Парень прошёл серию сложнейших тестов, интервью и был принят в качестве интерна. Он быстро завоевал всеобщую симпатию. И даже сумел подружиться с боссом, перед которым весь коллектив испытывал благоговейный трепет. Между ними с Ягызом было более 5 лет разницы. Но это не мешало мужчинам завязать крепкую дружбу. Но что греха таить, факт того, что Волкан был условным соотечественником сколняло Ягыза внимательнее присмотреться к молодому человеку и легче впустить его в свой личный круг. Правда турком Волкан действительно был условно. Сын родителей-эмигрантов, он в Турции бывал всего раз в жизни. Путешествуя по Старому Свету он так запланировал маршрут, что благодаря стыковочным рейсам через турецкий аэрохаб, сумел наведаться в некоторые города исторической Родины. Путешествуя с турецким именем и синим паспортом, парень тем больше чувствовал себя иностранцем, чем больше от него ожидали привычного для турецкого мужчины поведения. Особенно это бросалось в глаза в провинции. На протяжении всей жизни Волкана его не оставлял экзистенциальный поиск самого себя. По этой причине от природы стопроцентная натура сангвиника приобретала некоторую поэтичность, свойственную созерцающим людям. Он неизменно становился центром притяжения в любой компании. Вокруг всегда были девушки и с ними их тотальный краш в парня. Высокий, смуглый, с глазами цвета горячего шоколада — смесь восточного обаяния с американским простодушием и широкой улыбкой срабатывали безотказно. Вишенкой на торте был его недюжий интеллект и прекрасное образование в университете Лиги Плюща. Ягыз был щедр, доверяя ему новые проекты, а в будущем он планировал сделать Волкана партнёром. Кто знает, возможно самому Ягызу придётся на какое-то время вернуться в Турцию, чтобы заняться бизнесом отца и делами семьи. В таком случае Волкан будет надёжным кандидатом в партнёры, ему без страха можно будет доверить дела американского офиса. В раздумьях Ягыз машинально активировал экран телефона. В мессенджере засветились десятки непрочитанных сообщений от Селин. Открыв переписку он только сейчас увидел кучу скринов с видеоколла, которые нащелкала Селин. Ягыз коснулся первого снимка, выводя его на весь экран.