Розовокровный

      Еще шесть часов назад в ее жизни был полный порядок.       Шесть часов назад они с Арти побывали на долгожданном открытии Бруклинского моста. Президент Грант — технически, бывший президент Грант, но они отказывались называть его как-то иначе, — составил им компанию. Ему, подсдавшему на фоне стольких неудач, пожалуй, это было куда нужнее, чем им. Церемония его приободрила, а путь домой так и вовсе развеселил — тем более что Арти уступил ему место водителя. Грант, всю жизнь любивший быструю езду, пришел в восторг от их парового механоида: еще бы, целых 60 км/ч!       Ей тоже было чему радоваться: Ричард Джарвис прислал весточку, что заказ уже готов и будет доставлен в ближайшие сроки. Она едва не расцеловала письмо от счастья. Уж с теперь-то она точно станет полноправным агентом!       На неделе к ним должен был заскочить Томас Эдисон. В субботу их ждали на званом ужине у президента Артура. В следующем месяце она собиралась посетить несколько лекций Марка Твена. Погода обещала остаться приятно-теплой, а ее память — вновь воскресить песню, слова которой совсем замылились за давностью лет.       Шесть часов назад будущее смотрело на нее с широкой улыбкой.       Но сейчас на нее смотрела Тарья, а вместе с ней — вся парадоксальная, нестабильная и мало поддающаяся объяснениям сторона ее жизни.       Сайя Каролиина Пенттиля входила в число особей К — не по праву рождения или собственной воле, а потому что так распорядилась судьба. Существовали ли попутно особи О или, допустим, особи Д, история умалчивала. Сама Сайя знала обо всём этом не так уж и много: например, что она — девятнадцатая и пока что последняя, что все они — женского пола и потому зовут друг друга сестрами, а еще — что каждая способна играть со временем. Скажем, ускорять его или замедлять, отматывать назад или перемещать себя в будущее.       Сайя никогда этим не гордилась. Более того — ее пугала эта сила. Но случилась так, что в какой-то момент ее отыскали, оценили и отдали на поруки Тарье — вот только Тарье ну не то чтобы хотелось перестраивать образ жизни под пятилетнего ребенка.       Так в картине возник Арти. Интеллигент, изобретатель, один из первых агентов Секретной службы США и, как неоднократно выражался президент Грант, «влюбленный дурак, крепко прижатый стальным каблуком». Сайя сомневалась, что Арти был прям уж без ума от Тарьи, но она его очаровывала — а Арти очаровывал остальных особей К. Они почти никогда не вступали в браки, но для него сделали исключение — лишь бы не упустить человека его талантов. Помимо всего прочего, Арти на пятом десятке по-прежнему отличался широтой души и детским энтузиазмом, поэтому, едва увидев на пороге Сайю, он уже не захотел с ней расставаться.       Можно сказать, все остались в выигрыше. Тарья была избавлена от роли няньки. Арти обзавелся своей мини-копией, разделявшей все его интересы. А Сайя получила билет в обычный мир, который, казалось, должен был навсегда ее покинуть.       И который, похоже, стремительно от нее ускользал. Всякий раз, когда Тарья возвращалась в их время, она говорила о ее, Сайи, долге перед особями К. Случалось это так часто и неотвратимо, что Сайю бросал в дрожь уже один вид Тарьи. Сегодня же она выглядела настолько мрачной и напряженной, что вызывала лютое желание запереться в погребе и не покидать его до рассвета.       Вечерняя трапеза проходила в напряженном молчании. Вилки и ножи стучали по тарелкам, металлически шуршал крохотный поезд, развозивший по столу блюда, за спинами жужжали и потрескивали слуги-механикусы. У Сайи кусок не лез в горло, но она упорно резала, жевала и глотала — словом, шла на всё, лишь бы Тарья не почувствовала ее волнения.       — Тебе пора приниматься за поиски новых особей К.       Сайя уронила приборы и закашлялась.       — Тарья, — ответил за нее Арти, отставляя бокал с вином. — Вы же договаривались не торопить события! Смилуйся ты хоть немного — девочке всего неделю как исполнилось восемнадцать!       — Я бы рада. Но обстоятельства изменились, — бесцветным голосом откликнулась Тарья, пытаясь оттереть невидимые пятна с пальцев. Когда это у нее не вышло, она шумно выдохнула, отбросила салфетку и подняла руку, громко щелкнув пальцами. Механикус, стоявший рядом, с готовностью поднес ей чашу с водой. Растирая ладони мылом, она добавила: — Мы отправляемся сразу после ужина. Если поиски пройдут успешно, завтра нас будет уже четверо, а, может, и пятеро. Я буду очень благодарна, если механикусы к тому времени приведут в порядок гостевую спальню.       Весь мир Сайи превратился в бесконечный туннель, где эхом разносились слова «гостевая», «пятеро» и «поиски». Она бессознательно сжимала ткань кремового платья, которое еще утром казалось таким прекрасным — сейчас же ей хотелось сжечь его, чтобы больше никогда не вспоминать. Было ощущение, что она вот-вот упадет в обморок. Как?.. Почему?.. У них же ведь был уговор! Не могла же сестра забыть о нем?       — Ты обещала, что я хотя бы успею поработать до того, как примусь за поиски, — упавшим голосом сказала Сайя. Тарья обернулась к ней.       — Я дала тебе отсрочку в два года, — голос ее теперь был строг и непреклонен. — Если за такой срок целых четыре президента не наняли тебя в Секретную службу, значит, там тебя не ждут.       — А вдруг они просто щадили ее? — заметил Арти и энергично взмахнул вилкой в ее сторону. — Вдруг это приглашение на званый ужин — не более чем повод собрать всех и прилюдно вручить ей значок?       Сайе тоже хотелось бы верить в это. Но, увы, слова Тарьи вторили ее собственным страхам и наблюдениям. Как бы она ни выкладывалась, как ни привлекала к себе внимание — президенты оставались единодушны. Все они — Грант, Хейс, погибший Гарфилд и взошедший Артур — видели в ней всего лишь забавную дочурку Арти Гордона, его верную помощницу и усладу для их глаз. Ее называли то «Санни», то «Салли», но никогда — «Сайей». Она прибегала с докладом, а ее трепали по голове или щипали за щеку, предлагая позвать отца.       В их планы никогда не входило дать ей работу.       — Кроме того, — продолжил Арти, замечая ее молчание, но иначе его толкуя, — к чему такая срочность? В последний раз, когда я навещал ваших сестер, никто никуда не торопился. Ты сама была куда старше, когда привела Сайю!       Тарья, намылив и вытерев руки где-то раз в пятнадцатый, пожала плечами.       — Тем не менее, поиски должны начаться немедленно.       Отстраненность, непреклонность ее голоса звучали до того невыносимо, что Сайя не выдержала и вскочила со стула.       — Но я не хочу! — воскликнула она. — Я даже не знаю, как это делать! И вообще я… — она было занесла кулак, чтобы ударить по столу, но так и не решилась этого сделать. Вместо этого она крикнула: — Я к этому не готова!       — Ты — особь К, — отозвалась Тарья, медленно поворачиваясь к ней. — В тебе это заложено.       — Нет! — взвизгнула Сайя, выбегая из-за стола. — Я отказываюсь!       — Сайя! — Тарья вскочила, и время замедлило свой ход. Не успела Сайя и шага сделать, как сестра уже цепко держала ее за запястье. Дыхание ее участилось; она едва осознавала, что делает. В ушах прозвенел ее собственный крик:       — Нет!       И следом грянул выстрел. Тарью закрыло облаком белого дыма. Складной револьвер хоть и выглядел игрушечным, но пули в нем были вполне настоящими, и из рукава он вылетел с отточенной быстротой. Даже видеть не желая, попал ли он в цель, Сайя сделала ровно то, чему ее научили особи К: пронеслась сквозь время.

***

      Анн-Лор представляла собой гремучую смесь из клерка, спешно уничтожающего компромат, и рыжего кота, посреди ночи обнаружившего у себя хвост. Хвост у неё действительно был — пушистый, жёлтый, с парой кошачьих ушей в качестве бонуса. Все движения её были хаотичными, решения — молниеносными, а логика даже в лучшие дни с трудом поддавалась объяснению. И, тем не менее, Сайя перенеслась именно в её вневременную приёмную, чтобы заключить в объятья и на одной ноте запричитать:       — Пожалуйста, спрячь меня у себя, Анн-Лор! Мне нельзя теперь возвращаться! Я не знаю, что со мной сделают, когда узнают! Нельзя пожить — пусти хотя бы переночевать! Всего на одну ночь, только не выдавай меня!       — Сайя! — с изумленным смешком отозвалась Анн-Лор, мягко отодвигая ее от себя. Тщетно: сестра вцепилась в нее еще крепче. — Что случилось? С Арти всё в порядке?       Речь Сайи нарушилась безудержными всхлипами. Вычленить из нее можно было ровным счетом ничего — только бесконечное повторение «пусти переночевать», «пусти переночевать», «пусти переночевать». Кое-как высвободившись, Анн-Лор приобняла сестру за плечи и подвела к креслу.       — Ну тише, тише, — шептала она, усаживая Сайю в гнездо из подушек, — я с тобой, — время на миг остановилось, а следом в руках Анн-Лор появилась кружка горячего чая. — Вот, возьми, — сказала она, протягивая ее сестре. Ласково погладив ее по волосам, Анн-Лор тихо спросила: — Скажи честно: с Арти что-то произошло? Кого мне позвать — Сардаану? Джиллиан? Или вдарим по ним сразу Шейлой?       Сайя помотала головой, вытаскивая из рукава платок.       — Нет, не нужно… — ответила она, вытирая им слезы. — С ним всё хорошо, но… Я… — она громко всхлипнула. — Я выстрелила в Тарью! Из пистолета!       Анн-Лор неожиданно запрокинула голову и расхохоталась.       — Милая, — с улыбкой заявила она, похлопав сестру по ладони, — тут не о чем переживать! Тарья не была бы особью К, если бы одна пуля могла как-то ей помешать!       — Она, наверное, вне себя от ярости… — прошелестела Сайя, не в силах остановить взгляд на чем-либо. Кошмарная уверенность закрадывалась в ее сердце, и она приняла решение. — Мне надо спрятаться. Затаиться. Возможно, со временем она найдет силы простить меня… Или, во всяком случае, не отдавать на суд Первейшей.       Анн-Лор сочувственно поморщилась.       — Да, это было бы крайне неприятно, — она склонила голову набок и дернула пушистыми желтыми ушами. — Но мне кажется, что ты заблуждаешься насчет Тарьи. Скорее всего, она уже ищет тебя, но…       — Ищет? — испуганно переспросила Сайя и вцепилась в куртку сестры. Чашка свалилась на пол, расплескав чай по ковру. — Это плохо! Очень плохо! Она же убьет меня! Пустит на опыты! Сольет всю кровь до оста…       — Так, — вмешалась Анн-Лор. — Для начала успокойся. Никто никого не убивает, ясно? Даже если те саботируют поиски новых особей К, — когда Сайя изумлённо распахнула рот, она лишь развела руками. — Через меня проходит вся наша корреспонденция; естественно, я в курсе, из-за чего вы поцапались! — она выпрямилась, подхватив с пола чашку, и взмахнула пушистым хвостом. — Если ты так настаиваешь, я помогу тебе улизнуть. Даже больше: мы с тобой можем убить двух зайцев разом, — она дёрнула за шнурок, и с потолка спустилась карта, на которой светящиеся точки отмечали местонахождение каждой особи К. Анн-Лор ткнула в восемнадцатую. — Где Тарья меньше всего будет тебя ожидать? Конечно же, в своём времени! — она заметалась по приёмной, распахивая шкафы и раскрывая бесчисленные досье. — Нам очень на руку то, что вы обе решили пожить в Вашингтоне — это ещё больше собьёт её с толку. Тебе надо всего-то переместиться лет на сто пятьдесят вперёд. Для наших радаров создастся впечатление, будто ты никуда и не уходила, — Анн-Лор потерла ладони и злодейски захихикала. — Какую же неразбериху это вызовет! Тарья точно на какое-то время потеряет тебя из виду, а ты пока поучишься жить в иной обстановке. Пообвыкаешься, поработаешь…       — Поработаю? — с надеждой переспросила Сайя.       — Ну да, — кивнула Анн-Лор, открывая старинное бюро и зарываясь в него по плечи. Бумаги так и полетели во все стороны. — У меня тут как раз есть пара подходящих заготовок. Ты ведь умеешь водить?       — Естественно! — с гордостью отозвалась Сайя.       — Вот и отлично! — Анн-Лор пристукнула каблуком по полу. — Значит, сможешь работать в такси, — спиной ощутив растерянность сестры, она рассеяно помахала рукой. — Возить людей по городу за деньги.       Сайя облегченно выдохнула. В целом, звучало не так уж и плохо. Она расплылась в улыбке, стирая платком остатки слез.       — Звучит чудесно, Анн-Лор.       — Я знаю, — сестра вылезла из бюро и стрельнула в неё серьёзным взглядом. — Но ты точно в этом уверена? Ты ведь не сможешь видеться не только ни с кем из нас, но и с Арти тоже.       — Да? — удивилась Сайя, и уголки её губ сразу же поползли вниз. — Но почему?       — Этим ты сразу выдашь себя, — Анн-Лор вздохнула и постучала кипой бумаг по ладони. — И сбежать во второй раз будет куда сложнее.       — И даже напоследок… — расстроенно протянула Сайя.       Анн-Лор покачала головой.       — Давай поступим так, — сказала она, опускаясь перед сестрой на корточки. — Переспи с этой мыслью, а утром, на свежую голову, реши, готова ли ты к такому.       Не видеться с Арти, с которым не расставалась последние тринадцать лет? Разумеется, к такому Сайя готова не была, и это наполняло её сердце невыразимой тоской. Но сестра предлагала ей идеальный план побега. Глупо было отказываться от такого.       — Если что, ты передашь ему моё письмо? — тихо спросила она.       — Разумеется, — тепло улыбнулась ей Анн-Лор, потрепав по колену. — Прилетит прямо в руки.