Друг из теней.

Элис падала. Долго, бесконечно, будто воздух сам стал вязким и держал её, не давая долететь до конца. Тьма вокруг была плотной, но не мёртвой — она шептала. Шептала тысячи голосов, похожих на дыхание. Иногда ей казалось, что она плывёт в воде, иногда — что летит между звёзд. А потом всё кончилось. И она встала. Под ногами была не земля. Что-то похожее на пол, но мягкий, будто из ткани. Воздух пах пылью, сном и железом. Света не было — только мутный полумрак, где всё казалось нереальным. Пространство вокруг пульсировало, как будто дышало. Это и есть мир снов. Закулисье. Она шла, не зная, куда. Стены то сжимались, то отдалялись. Иногда из пола вырастали двери — ведущие в никуда. Иногда — зеркала, в которых отражались чужие лица. Каждое отражение шевелилось. Каждое шептало что-то неслышное. В одном из зеркал она увидела себя — но с чёрными глазами. Отражение улыбнулось и показало клыки. Элис отпрянула, и стекло треснуло, выпустив изнутри густой дым. Она бежала. Сквозь бесконечные комнаты, туннели, коридоры. Иногда они напоминали школу — пустую, покинутую, где из классов доносился шорох бумаги. Иногда — лес, где деревья шептали её имя. Иногда — ничто. Первые монстры появились не сразу. Сначала просто движения на периферии. Потом — силуэты. Тёмные, вытянутые, без лиц. Только пустые глазницы, как отверстия. Они двигались рывками. Сначала наблюдали, потом приближались. Один из них наклонился к Элис — запахло ржавчиной и пеплом. Она бросилась бежать. Тени шипели, сливаясь со стенами. Иногда казалось, что они сами становятся частью пространства. Они не говорили, не думали — только жаждали. Элис нашла дверь — странную, деревянную, посреди бетонной стены. Толкнула — и оказалась… в каком-то совсем другом месте. Комната была наполнена светом. На полу лежали разбросанные рисунки. И среди них — Десс. Она сидела, обнимая гитару, напевая едва слышно. Когда Элис вошла, она подняла голову — и глаза расширились. — Элис?.. — Десс! — Элис бросилась к ней, почти падая на колени. — Я думала, ты… — Мертва? — Десс улыбнулась грустно. — Я тоже думала. Сначала казалось, что тут… лучше. Никто не орёт, не запрещает, не заставляет быть кем-то. Просто — тишина. И сны. Она посмотрела вокруг. — А потом поняла — тут нет солнца. Нет запаха кофе, нет сестры,музыки, даже школа уже кажется не такой ужасной! Тут нет… тебя. Всё тихо, но пусто. Элис молчала. Они сидели рядом, держась за руки. Всё вокруг пульсировало, как будто сам мир слушал их дыхание. — Мир там жестокий, — сказала наконец Элис. — Он давит. Делает больно. Но если есть хоть кто-то рядом… хоть один человек, ради кого стоит идти дальше — это уже свет. — Даже если тьма всё равно настигает? — Даже тогда. Десс посмотрела на неё — и улыбнулась так, как улыбалась раньше, у старого моста. — Знаешь, — тихо сказала она, — я скучала. По тебе. — Я тоже, — ответила Элис. — Слишком. Они долго молчали, просто сидя рядом, чувствуя, как пространство вокруг успокаивается. Словно само Закулисье давало им передышку. Девушки крепко обнялись, так, как никогда. Будто больше никогда не увидятся. Будто никого и никогда рядом больше не будет. Их губы слились в поцелуй. Неуверенный и быстрый, после чего тут же отпрянули друг от друга. — Извини! — хихикнула Десс с ноткой нервозности. Элис в ответ лишь смущенно улыбнулась. Но тишина не длится вечно. Нужно было идти дальше, пространство начало меняться. Коридоры сворачивались в спирали, потолки становились полами. Иногда они шли по воде, иногда — по стеклу. Силуэты возвращались. С каждым шагом ближе. — Я скучаю даже по матери. По её крикам. По Ноэлль, когда она ворчала. Даже по дурацким урокам. — Десс сказала. Элис улыбнулась. — Значит, мы всё ещё живые. Когда они добрались до зала — огромного, как собор, — там уже кто-то ждал. Он стоял в центре, словно вырос из тени. — Вы нашли друг друга, — сказал «Друг». — Прекрасно. Десс шагнула вперёд. — Ты... Я видела, что ты сделал с детьми! — Они просили. — Замолчи. — заткнула Элис. Он прищурился. — Что ты хочешь, Элис? — Хочу, чтобы ты не трогал никого. Ни Мию, ни Ноэлль, ни Десс. — А если они сами придут ко мне? — Не смей. — Элис смотрела прямо в его разноцветные глаза. — Хочешь — убивай других, но не их. Мне всеравно на других людей. Он долго молчал, потом усмехнулся. — Вот теперь ты говоришь как я. — Мы разные. — Нет. Мы — друзья. А друзья всегда стоят на одной стороне. Она вздрогнула. — Значит, если настоящие друзья, тогда помоги мне выбраться.. — тихо произнесла она. Он склонил голову. — Тогда я дам тебе совет, мой светлый зверёк. Хочешь уйти — ты должна сделать это сама. Я не могу. — Почему? — Потому что ты — дверь. Ты ведь думала, что эти уши просто «гены»? Нет. Это знаки. Ты — не кошка. Ты — мост. Между снами и реальным миром. Ангел. Элис не верила. Но глубоко внутри знала — он не врёт. Она чувствовала это всегда. Это странное ощущение чужой памяти, снов, которые не её. — Значит, я сама выберусь, — сказала она. — Сможешь. Но только если поверишь. Закулисье подчиняется тебе, должно. Здесь всё строится из мыслей. Попробуй. Она закрыла глаза. Представила — не лес, не мост, не тьму. А утро. Запах кофе. Капли дождя на стекле. Голос Мии. Смех Десс. Воздух начал дрожать. Мир вокруг зашелестел, рассыпаясь на куски. Тени зашипели, пытаясь удержать. — Быстрее! — крикнула Десс. — Я с тобой! — Держись! — Элис схватила её за руку. И в следующий миг — свет. Резкий, тёплый, настоящий. Они лежали у бункера. Рядом валялся фонарь. Над головой — небо. Настоящее. Голубое. Десс дышала часто, задыхаясь от света. Элис — тоже. Они смеялись и плакали одновременно. — Мы выбрались, — прошептала Десс. — Да, — ответила Элис. — Но никому — ни слова. — Почему? — Он… свидетелей убьет. Я уверена. Нам повезло, что нас помиловал.... Они молчали. И где-то вдалеке послышалось тихое мурчание. Дом Десс встретил их шумом, криками, слезами. Отец не мог поверить, что дочь вернулась. Мать просто стояла, не находя слов, на её вечно хмуром лице, кажется, появилась милая улыбка. Ноэлль плакала, обнимая сестру. После долгих разговоров, уставшие, семья легла спать. От Десс никаких ответов не дождались — говорит, хотела сбежать из дома. Но как и куда, больше ничего. Позже, ночью, младшая тихо вошла в комнату Десс. — Сестра, — прошептала она, — расскажи мне. Что там было? Десс вздохнула. — Это был мир… другой. Там живут сны. И… кое-кто ещё. Ты всёравно не поверишь.. — Кот? Десс замерла. — Откуда ты знаешь? Ноэлль понизила голос. — Я когда-то… играла в интернете. Нашла игру про котов. И там было заклинание, я думала это часть игры... И тут — появился он! Кот из мира снов. Друг. Я не знала, что он настоящий, думала, это как воображаемый друг, или призрак, мы общались, играли...Когда мы поругались..Я просто… хотела, чтобы ты исчезла. Она закрыла лицо руками. — Это я. Я призвала его, получается.. Десс не сказала ни слова. Просто обняла сестру. — Всё кончено, — шепнула она. — Главное, мы вместе. Элис ничего не рассказывала Мии. Сказала, что ходила к друзьям , что она ничего не помнит. Мия не поверила, знала, что Элис врёт. Плакала, ругалась, потом снова плакала. Но больше не спрашивала. Знала — бесполезно. Знала, что в этом замешан кот. Но она ничего не может сделать. Полиция ничего не может. Школа. Снова звонки, шум, учителя, задания. Десс и Элис сидели рядом, как раньше. Смеялись, слушали музыку, рисовали. Жизнь будто вернулась в привычное русло. Но где-то, на краю сознания, Элис чувствовала — мир тонок. Как стекло. И за этим стеклом кто-то шевелится. Иногда, ночью, за окном мелькал хвост. Сделанный из шариков. Иногда в отражении зеркала — два глаза. Жёлтый и розовый. И каждый раз, перед тем как они исчезали, она слышала тихий голос: — Не бойся, Элис. Я всегда рядом. Мы же друзья. Дети всё так же пропадали. Полиция ничего не могла сделать. Мия приходила поздно, усталая, раздражённая. Элис молчала. Она знала, что это не остановить. И что-то подсказывало — всё только начинается. Ей снилось Закулисье. И где-то вдалеке она слышала тихое мяуканье — зов.