Кинктобер 2025

— Они меня доконают, — раздражённо говорит Жан в телефон и устало вздыхает, откидываясь на подушку, — такое ощущение, что клюшку держат впервые. Джереми опять оказался заперт дома... Учёба в университете, тренировки, а потом опять домой, откуда дороги нет. Он уже сбился со счёта, сколько дней приходится жить в таком режиме и скучать по своим друзьям и парню, которые так же сильно хотят быть рядом, но просто не могут. Это тот самый момент, когда собственный дом и комнату, где ты вырос, не воспринимаешь как дом. Он где-то там далеко, откуда сейчас Жан так завораживающе вещает о том, как несколько первокурсников пытаются совладать с упражнениями Воронов. — Я объясняю на английском, не на французском и не на японском, а они совершенно ничего не понимают, — он настолько раздражён, будто ещё мгновение и начнёт лепетать на французском, лишь бы не сдерживаться и выдать эмоции полностью на родном языке. — Джереми, ну вот что с ними делать... Как ты умудряешься с ними справляться? «Джереми»... Это произношение добивает и вызывает уйму мурашек, бегущих по всему телу и направляющихся в одну общую точку. Голос Жана пьянит и будоражит, а расстояние и вынужденная изоляция дома делают свою работу. Ему не хватает ласки Жана, его присутствия и уютных вечеров вместе, как это происходит, когда Джереми спокойно ночует у девушек и Жана дома. Моро продолжал рассказывать о том, как Таннер приставал настолько, что было желание запихнуть клюшку ему в одно место и отправить так играть, лишь бы он перестал тупить и подлизываться к Жану, словно он еще один тренер троянцев, который знает больше. Но сейчас Джереми, если честно, было так плевать на Таннера и других... Его больше интересовал Жан, находящийся далеко, но и так близко к его уху. Его бархатный голос, сводящий с ума акцент и фантазии капитана Троянцев просто добивали, образовывая плотный узел напряжения внизу живота Джереми. Под возмущенный голос защитника, иногда перетекающий в непонятные пока что для блондина слова на французском, сознание рисовало настолько восхитительную картинку, что рука сама собой скользнула под резинку домашних шорт, сжимая собственный пах через ткань белья. Он представлял, как Жан нависает сверху, упираясь своими сильными и такими изящными руками по бокам от головы Джереми, покрывает его шею поцелуями и спускается все ниже, разводя ноги капитана в стороны. Как же хочется оказаться сейчас рядом, но единственное, что он может себе позволить – это увлеченно поглаживать собственный член под шортами, слушая этот прекрасный голос. — Джереми, ты меня вообще слушаешь? — капитан как-то странно затих, поэтому Жану показалось, что тот его вообще не слушает, а после он услышал странные шорохи и звуки словно сбитого дыхания, — чем ты занят? Блондину стоило огромного труда не простонать в голос, когда Жан назвал его имя ровно в момент ласкания головки. Он аккуратно проводил по члену сверху вниз, оттягивая крайнюю плоть и как раз в этот момент размазывая естественную смазку по головке. Этот голос не даёт расслабиться, вызывает только новые волны возбуждения по телу Джереми. Хочется ощутить на себе его руки, ощутить тепло смешанное с холодом и поцеловать. Прижать ближе к себе и не отпускать, умоляя, чтобы Жан ещё разок произнёс имя капитана. — Жан... — на грани скулежа позвал Джереми и, не сдержавшись, судорожно выдохнул прямо в трубку, — можешь... Еще раз позвать меня по имени? Я хочу слышать твой голос. По телу Моро прошлась волна жара, когда из трубки раздался настолько просящий, нежный голос его парня. Резко стало абсолютно плевать на всех раздражающих первокурсников, теперь центром вселенной стал Джереми, ласкающий себя прямо под его голос. Осознание пришло довольно быстро, как и представление того, как это выглядит. Наверняка он кусает губы или держит зубами кончик футболки, а рука нетерпеливо сжимает и скользит, пытаясь приблизиться к пику удовольствия. Может, это странно, но так заводит... Тем более никто не видит, можно, наверное, попробовать так же. Это ведь то же самое, что представлять эти подкаченные бедра и ласкать себя, только сейчас с ним на связи этот искуситель, который заставил Жана коснуться себя одним лишь своим вздохом по другую сторону разговора. — Жан, ну ты где... — чуть расстроенно спросил Джереми, пока через трубку можно было услышать очень тихое хлюпанье, похоже, что член капитана уже довольно сильно истекает от желания. — Я... здесь, — сбивчиво ответил Жан, прикасаясь к себе. Сначала движения рукой были неловкими, осторожными, но потом стали более размашистыми, а дыхание становилось сбивчивым и иногда переходило в тихое мычание, когда пальцы проходились по венкам. — Скажи, пожалуйста, что ты делаешь, — Джереми всё представлял эти непристойные сцены у себя в голове, но когда услышал звуки удовольствия у Моро, крышу сорвало окончательно. Рука ускорилась, а спина выгнулась, пока бёдра отчаянно дрожали и толкались в руку. — Я... Делаю так, как ты учил, — смущаясь собственных слов, ответил Жан, надавливая на низ своего живота и крепко сжимая вставший орган. Они явно сегодня не протянут долго, ведь как можно сдерживаться, когда у тебя над ухом постанывает любимый парень, изнывая от желания увидеть тебя и приласкать? — Молодец, продолжай, — рука легла ладонью на головку, аккуратно поглаживая, пока Джереми пришла прекрасная идея, — погладь себя по груди и задержись на сосках, так должно стать приятнее. Неожиданно было получить такую просьбу, но Жан её выполнил и абсолютно не пожалел. Его тело словно пробило электричеством от этого действия. Он аккуратно надавливал и оттягивал вставшую горошину соска и параллельно с этим быстро двигал рукой вверх и вниз на члене, пока не почувствовал, что совсем скоро больше не сможет держать себя в руках. Перед глазами только образ изнывающего от удовольствия Джереми, а в телефоне его голос, который полон страсти и нежности. Его тихие стоны просто выталкивают весь разум куда подальше, оставляя только желание. — Жан... Я скоро кончу... — словно задыхаясь оповестил его капитан и кое-как выговорил последнее: — Произнеси моё имя, прошу... Жан и сам был на грани. Он был готов провалиться в эту пропасть наслаждения и утонуть там с головой, представляя рядом с собой такого шикарного парня, коим был блондин. Чувствуя приближающийся оргазм, он чуть сжал основание, чтобы не излиться раньше времени, и всё-таки исполнил просьбу. — Ну же, Джереми, — специально усиливая акцент, позвал он нападающего, — я хочу, чтобы мы кончили вместе. Боже... Этого хватило, чтобы добить чувствительность блондина. Он довольно громко и выразительно промычал на грани стона и почувствовал долгожданную пульсацию снизу. Низ живота сводило, а член весь пульсировал, пока из него с каждым новым импульсом вытекало все больше семени. Жан же тоже не смог себя сдержать. Услышав этот звук, парень сделал пару резких и быстрых движений по стволу и тот выстрелил белёсой жидкостью прямо на футболку. Стук сердца отдавался у обоих в ушах, а мир снова начинал по кусочкам вырисовываться вокруг них, напоминая, что партнёра нет рядом. — Ты как? Всё в порядке? — чуть взволнованно поинтересовался Джереми, кусая губы и последние разы проводя рукой по падающему члену. — В норме, только футболку жалко... — над последним капитан немного посмеялся, но был рад, что с Жаном всё в полном порядке. Главное, что оба довольны и избавлены от недавнего стресса.