Кинктобер 2025

Находясь на пляже, было трудно понять, виной всепоглощающего жара было горячее солнце или не менее горячий парень, резвящийся в воде вместе с подругами. Вместо просмотра матча Джереми, Кэт и Лайла вытащили Жана на пляж, чтобы развеяться и всё-таки помочь французу не выглядеть таким бледным, словно мертвец. Только это вызвало немного другой эффект. Вместо того чтобы загорать или играть с ними в волейбол, Жан неотрывно наблюдал за Джереми. Когда-то холодные и безжизненные серые глаза сейчас были полны заинтересованности, огонёк зажёгся, а способность моргать и вовсе была почти утеряна. Жан смотрел. Он пожирал взглядом эти подтянутые бёдра, рельеф мышц торса, сильные руки и безумно красивое лицо. Чёлка капитана была собрана в небрежный хвостик, связанный яркой резинкой. Он напоминал пальму. Однако мысли были направлены далеко не на схожесть прядей с листьями пальмы. Жан боролся с собственной фантазией, которая разыгралась настолько, что он почти видел перед глазами, как покрывает поцелуями эти ключицы и грудь, как проводит пальцами по бёдрам и аккуратно сжимает, выбивая с уст блондина неровный выдох. Джереми счастливо улыбался, а Жан перед собой видел сведённые брови, дрожащие ресницы и прикусанную нижнюю губу. Одна сторона так и кричала: «Перестань, это неприлично! Он не объект для любования!», на что вторая твердила: «Он чертовски красив, невозможно просто сидеть и смотреть в песок». Жан понимает, что сам себе сейчас напоминает чертового пубертатного подростка, но не может сделать с этим абсолютно ничего. Он больше не ворон, он знает, что Джереми его любит, он может его разглядывать, так почему не воспользоваться этой возможностью? Все сомнения улетучиваются, как только Джереми замечает на себе эти глаза, полные тёмного интереса и желания, и игриво подмигивает. Он знает, что Жан смотрит. И ведь только подогревает интерес, становясь спиной к нему и подпрыгивая, чтобы отбить подачу Лайлы. А вот и новый горизонт для мыслей Моро. Как бы он усадил капитана к себе на колени и чувствовал их близость, жар тела и всепоглощающее желание. Как бы он целовал эту спину, покрытую веснушками, и крепко обнимал за талию. Создавалось ощущение, будто Жан рано или поздно просто прожжёт дыру в спине блондина. Нет, капитан точно сведёт его с ума. Почему нельзя было просто оставить Жана дома и не трогать, чтобы он занимался своими делами, а не представлял, как раскладывает на кровати Джереми. Поток мыслей прервался, когда рядом на шезлонге расположился блондин. Неожиданно для Жана, он повернулся на бок и посмотрел на него таким же голодным взглядом, как и сам Моро. Они словно оказались в одной фантазии, где Жан так нежно и грубо одновременно держал руки Джереми в своих и прижимался своим возбуждением к его. Утонуть в этих карих глазах казалось почти реальным, когда взгляд дополнился хитрой улыбкой и облизыванием пересохших губ. Взгляд Жана так и кричал о желании завладеть этими губами и прижаться как можно ближе. Сколько времени он так наблюдал? Неизвестно, но точно не настолько долго, чтобы им пришлось уходить. Джереми испытывал безграничное удовольствие от того, что Жан так пристально на него смотрит, а по телу так и разливался трепет. Он знает, о чём думает Моро, и полностью это поддерживает. Ему самому безумно хочется сделать тому приятно, хочется смотреть в эти светлые глаза и кричать от наслаждения. Хочется изучать его, открывать новые возможности и быть первым во всех непристойных начинаниях Жана. Стыдно? Возможно, но не когда они пожирают друг друга взглядами и вместе представляют то, как приятно было бы оказаться в квартире, а не на пляже, и в кровати, а не на шезлонге. Взгляд капитана охватывал всё тело Жана, то и дело скользя от расстёгнутой рубашки к рукам, покрытым красивыми венками и редкими родинками. На пляже Моро выглядел иначе, как что-то инородное, но слишком притягательное, чтобы отвести взгляд. Джереми горел желанием утонуть в этой ласке, которую может дать Жан, в его аккуратности и нежности, которую не может подарить никто, кроме него. Каждый воображаемый поцелуй, передающийся взглядом, каждый намёк и каждая фантазия соединялась с фантазиями защитника, делая его лицо более хмурым. Он не испытывает недовольства, просто хочет пялиться не настолько открыто, насколько это делает Джереми. Взгляд тёмных глаз завораживает, подчиняет себе и указывает на всё, что можно представить. А как бы эти пухлые от поцелуев губы смотрелись на члене Жана? Ох, как же это выбивает землю из-под ног. Джереми постоянно дразнит его в постели, а минет доводит до предела, и только после этого они переходят к большему. Но сейчас это всё лишь общая фантазия двух парней, что без стеснения смотрят друг другу в глаза и не смеют двинуться. Насколько же они ушли в себя, что не замечают ничего вокруг. Только Джереми и Жан, опьянённые глазами друг друга и мыслями о том, как проведут потом время вместе. Как неприлично будет хлюпать смазка, как Джереми будет прикрывать глаза и кусать губы, чтобы не разбудить девочек за стенкой, и как ладони защитника будут придерживать бёдра нападающего, чтобы он не упал. — Джереми! Мы накачали мяч, продолжаем! — крикнул кто-то из девочек, из-за чего зрительный контакт прервался. — Да, иду! — чуть запоздало ответил капитан и встал с шезлонга. На последок он адресовал Жану нежную и невинную улыбку, которая ни разу не клеилась с тем, что происходило в его глазах секунду назад. Моро промолчал, но не смог так же быстро переключиться. Эти постыдные фантазии мелькали перед глазами, пока он пытался их остановить, смотря не на объект собственного обожания, а на песок. Может, и вправду отвлечься детским развлечением по типу строительства песчаных замков? Эта идея уже кажется не такой глупой после осознания того, что Кэт и Лайла, вероятно, видели эти взгляды, видели то напряжение между ними и явно всё поняли с их-то опытом в данном деле. Стыд постепенно накрыл с головой, заставляя бледные щёки покрыться розоватым цветом, а уши начинали гореть. Чёртов Джереми, при одном взгляде на него происходит неприличная цепочка мыслей, которую потом сложно затолкать назад, чтобы не видеть перед глазами всё самое красивое. Капитан же, если со стороны выглядел спокойным и весёлым, как обычно, то в голове всё ещё происходил полный беспорядок. Он понимает, о чём думал Жан, потому что думал о том же самом. Ему тоже стыдно, тоже приходит осознание того, что оба так откровенно смотрели друг на друга. Это всё подкрепляется ещё и хитрыми улыбочками со стороны девушек, а то и смешками. Но они не осуждают, они рады, что немного облегчает задачу, но смущение всё равно заставляет чувствовать себя неловко. Кинув взгляд на Жана, он увидел, что тот сидит, опустив взгляд на землю, но этот румянец выглядел безумно мило. Боже, такой Жан невероятно красив, хотя он в любом виде такой, но смущение, вырвавшееся наружу, говорит только о том, что его волнует мнение Джереми, мнение других и он не будет вести себя как зверь. Это и есть одна из причин, почему Моро особенный, почему именно ему Джереми готов отдавать своё сердце до конца.