Вторая линия.

***

Утро и день были словно где-то на фоне. По крайней мере, Лене так показалось. Погода в начале октября значительно ухудшилась, и теперь за окном было прохладно и тускло. День выдался скучным и серым, как будто кто-то намеренно стёр все краски. Уроки шли нудно, но зато быстро. В начале 10 класса по программе предполагалась «раскачка», так как ребята только входили в темп старшей школы. Лена поглядывала в окно, сидя на уроке алгебры, но думала только о предстоящей вечерней тренировке. Она пыталась сразу себя настроить, что все будет вовсе не радужно. Конечно, ей хотелось бы верить, что и коллектив, и тренер - добродушно её примут. Но она догадывалась какой будет правда. После восьми уроков, половину из которых Лена почти не заметила, она уже бежала домой. Времени у неё хватало на то, чтобы переодеться, поесть и лететь в сторону остановки. В этот раз она твёрдо решила: поедет на автобусе до ДМ. Вчерашней прогулки ей хватило. Наспех закинув в себя небольшую порцию гречки и стакан чая, девушка влезла в джинсы и футболку и, крепко схватив лямку портфеля, выбежала из квартиры. За окном старого автобуса проносились пейзажи, Лена уставилась на блеклые улицы, задумалась. Девочка только заметила, с какой силой сжимала лямку рюкзака с формой, тихонько выдохнула. Она не хотела переживать и нагружаться, это все и так стрессово. От нового метода тренировок до совершенно новых людей и тренера. Хочешь-не хочешь, все равно стрессанешь, потому что новая обстановка. Мозгу не объяснишь, что вот, так - надо. Девушка ахнула, понимая, что чуть не прозевала свою остановку. Она пулей выбежала, и за пару минут оказалась возле серого здания, уже знакомого ей. В здании тепло, как и вчера. В голове так и хочет проскользнуть мысль, «тепло, почти как дома.» Но для неё это всё ещё чужое, отрешённое серое здание в три этажа. Вахтёрша так же, как и вчера, делает вид увлеченной газетой. Лена поднимается по крупной лестнице и смотрит на часы в коридоре, которые чётко показывают ей «16:19». Она мнётся, не совсем понимая, куда должна идти и что делать. К её счастью, из 306 кабинета выходит девушка. Невысокая, с русым каре, наверное, лет 27. Рыжая сразу понимает, что эта девушка - не участник коллектива, но кем-то точно приходится. Это видно по её уверенному взгляду, который пробегает по Лене. — А ты?.. — красиво улыбаясь, спрашивает девушка, наклоняя голову в сторону. — Я… Лена. Катина. На испытательный вчера взяли, — она чуть жмётся, надеясь, что не ошиблась, и девушка правда связана с коллективом. Девушка ещё шире улыбается, и Лена почти завидует её харизме. — Так, ну меня тоже Леной зовут! Я — Елена Владимировна, я тут хореограф, — русая берёт новенькую под руку и ведёт её в сторону раздевалки. — Приятно познакомиться, надеюсь, освоишься у нас. Вон там раздевалка. Она поднимает глаза и впереди по коридору видит дверь раздевалки «Контура». Кабинет 307, находился за тяжёлой серой дверью с облупившейся табличкой. “Раздевалка” там не было написано, а только номер, полустёртый маркером. До того, как Лена успела войти внутрь, хореограф громко проговорила ей вслед: — Шкафчика у тебя нет. Пока что. Завтра сообщу, какой ты можешь занять. — девушка поправила и без того идеальное каре, и криво улыбнулась. Наверняка она подумала что-то типа - «если ты продержишься тут хотя бы до завтра.» Катина кивнула и вошла. Комната была совсем небольшая, почти квадратная, с низким потолком и тяжёлым воздухом, таким как будто здесь никогда не проветривали. Хотя почти сразу ей в глаза бросилось приоткрытое окно, вызывая противоречие. Вдоль одной стены был ряд металлических шкафчиков, каждый разного цвета, хотя поначалу, наверное, были одинаковыми. Кто-то обклеил свой выцветшими наклейками с “Бритни”, кто-то написал фразочки или нарисовал маленькие рисунки. На некоторых были написаны чьи-то инициалы, что-то вроде: «А+В» или «Ю+…», «Т+С+…». Многие подстёрлись, должно быть, они тут красовались уже давно. Шкафчики тут были не просто как место, куда можно сложить вещи, чтобы не таскать каждый день. Они тут были как паспорта. У каждого свой, личный, и все знали где и чей. От этого Лене стало чуть тоскливо. Постоянно чувствуя отчуждение было не прям плохо, лишь слегка некомфортно. У другой стены стояли лавочки, не низкие и не высокие, они были хорошо покрашены голубой краской. Над ними висело зеркало, совсем небольшое и мутное, но лучше, чем ничего. Только сейчас девочка обратила внимание на дверь возле лавочек. Обычная деревянная, с облезлой синей краской, она была не до конца закрыта. За дверью оказалась душевая, кабинки даже были разделены шторками, почти роскошь. В её прошлом коллективе такого не было. И шкафчиков, и душевой. И пахло там иначе. У них в зале всегда пахло чистящем средством для пола, а здесь по-другому. Пылью, деревом, чем-то свежим - мятным, а ещё стараниями, упорством и терпением. Практически кровью с потом. Из размышлений Лену вывел щёлк. Дверь комнатушки легко открылась и внутрь вошла девушка. Длинные, каштановые волосы струились вдоль по её плечам. Она не сразу поняла, что перед ней - незнакомый человек. Поправив свою отчего-то тяжелую спортивную сумку, она прошла вглубь к своему шкафчику. Лена снова замялась, подумав, что находиться наедине с незнакомым человеком ей неловко. Девушка скинув свою сумку, устало выдохнула, как если бы несла на плечах мешок песка. Повернувшись на Лену, она выразительно похлопала большими карими глазками, и села на скамью. — Новенькая? — с недоверием прищурилась девушка. Лена приложила все усилия, чтобы не сжаться, и кивнула. — Ты откуда? — девушка принялась собирать длинные волосы в аккуратную дульку, достала кучу шпилек, села обратно. — Из «Импульса», небольшой студии на западе, — Лена протараторила быстро и тоже села. — А, ясно. У нас по-другому. Тут по-серьёзке. Лена лишь кивнула. Как будто ей об этом не сказал уже каждый второй. — Как зовут? — Шатенка кивнула в сторону Лены, делая акцент, что вопрос задан ей, хотя в раздевалке больше не было никого. — Лена…Катина, —она хотела спросить в ответ, но девушка её перебила, искренне улыбаясь. — Я — Таня. Мельникова, если вдруг, — Таня пожала плечами, держа шпильку губами, она закручивала жгут из копны волос. Лена тоже ей улыбнулась, совсем аккуратно, по-другому не смогла, и села переодеваться. Рыжая легко напялила не слишком свободную чёрную футболку, без какого-либо рисунка или надписи - так было написано в листке, который дал Иван. Натянула такие же чёрные лосины и затянула потуже чешки. Ей стало неуютно в раздевалке, поэтому она вышла и села в коридоре на пол у стены. В зал заходить так сразу она тоже не хотела. Постепенно пришли все, из раздевалки были слышны весёлые разговоры и девичий смех. Лена снова вспомнила прошлый коллектив, который всегда до тренировки и после - сидел в раздевалке до талого. Они всегда болтали и делились новостями. Часы показывают 16:28, очевидно уже надо заходить в зал, но Лена была не уверена. — Че стоим? — неожиданно звонко, произносит кто-то справа от неё. Девушка вздрагивает. Перед ней стоит девчонка, чуть ниже её самой, с короткими тёмными волосами, которые торчали по-своему - ни аккуратно, ни растрёпано. Просто… так, как ей удобно. Передние пряди были заколоты невидимкой, но казалось, что и это - не ради красоты, а просто чтобы не мешали. У неё были сине-голубые глаза, слишком светлые и прямые. Лене стало интересно, почему для всех правила насчет внешности были одни, а этой девочке можно было иметь такую необычную причёску? — Я… я просто жду, — чуть тише, чем хотелось бы. Она захотела проваливаться сквозь пол от нелепости. Как же глупо она прозвучала…лишь бы хоть щёки не залило румянцем. В силу её бледной кожи и яркой россыпи веснушек, она постоянно краснела. Необязательно от стыда, конечно. Когда жарко, когда холодно, когда смущена или когда устала. Эту свою особенность рыжеволосая крайне не любила. Темненькая девушка лишь хмыкнула, и прищурилась, но долго взгляд не задержала, проходя в зал. Лена потрогала аккуратную дульку, убедившись, что та хорошо заплетена, сделала тихий вдох, тоже заходя. Сегодня зал был другим, светлым. Светло-серый ламинат, белые стены, шторы и потолок. Но на психушку на самом деле не похоже. Катина решила действовать по ситуации, и просто повторять. В зале уже были, как ей показалось, все. По одному взгляду, человек 10-15. Ивана ещё не было, но ребята уже сами расселись на «своих» местах и понемногу разогревали мышцы, непринужденно болтая. Рыжая повторила за всеми, хотя своего места у неё и не было, она нашла свободное в конце. — Кто это? Очередная с колледжа, что ли? — довольно тихо спросил Влад, кивая головой в сторону Лены. Рома шнуровал джазовки, кинул короткий взгляд на девочку в конце зала и даже ничего не ответил. Мельникова пододвинулась к парням, и наклонив голову, почти прошептала по слогам. — Н-о-в-е-нь-к-а-я, разве не ясно сразу? — Таня улыбнулась, хотела добавить что-то ещё, но не успела. — Хорош языками молоть, встали! — Иван Николаевич почти вбежал в кабинет, и голос его разнесся эхом, от чего у Лены пошли мурашки. Разговоры быстро прекратились и ребята построились, Лена встала в конец. Тренер даже не оглядел присутствующих, уселся на стул, и смотря только в лист а4, отмечал посещаемость, выкрикивая фамилии. — Волкова! — Здесь. — Осипова? — Есть. Белов, Алексеенко, Смирнова, Цой. Все громко отмечали свое присутствие. Иван прищурился в лист, сделав паузу. — Лена…Катина? — он впервые поднял глаза, вспомнив, что только вчера записал девчонку. — Я… — Иван нахохлился и Лена не поняла в чем её ошибка. — Отвечаем громко и чётко! Никаких «я»! Отвечай нормально: «здесь!» — Здесь. — уже громче повторила девушка, и порадовалась, что никто над ней не посмеялся. Но наверное в этом была явно не её заслуга, просто Иван наверняка выгнал бы из зала за смех, или наказал бы, или ещё что-нибудь. Лена пока не знала как тут все устроено. — Волкова! Вперёд, начинай разминку, — голос тренера снова шумно прозвучал. Девочка с торчащими волосами вышла вперёд, как и велел тренер. Елена Владимировна поставила музыку, но совсем не громко, и сама подошла к Ивану, видимо что-то обсудить. Хореограф наклонилась к сидящему на стуле тренеру, который под её диктовку записывал что-то в лист. — Разогреваем плечи. Потом локти. Потом запястья. Всё по порядку, как учили, — Волкова мельком оглянулась на всех, начиная движения. Лена удивилась насколько синхронными были ребята даже на обычном разогреве, где это необязательно. — Руки в стороны - и не раскачиваем корпус, Соня, это не лодка. — Волкова закатила глаза, зная, что все увидели это в зеркале. Катина просто пыталась быть с ними в одном темпе, прекрасно чувствуя, что её пока что, просто не замечают. — Ну всё, теперь точно вспотеем. Юля без жёсткой разминки не работает. — донеслось до ушей Лены и она призадумалась. Судя по всему, эта Юля была тут кем-то, кто заслужил репутацию. Не только у тренера, но и у ребят. Значит всё таки не просто выскочка, как показалось Лене, когда та вальяжно вышла вперёд. Ей было интересно, как тут все устроено, и почему у Юли были преимущества? Рыжая глянула на прическу Юлю, а потом через зеркало оглядела других девочек, снова подмечая, что только она одна была с такой. Разминка закончилась, Иван Николаевич погнал их по диагонали, что тоже было своеобразной разминкой, только уже для народного танца. — Начали с подскока. Потом притоп, приставной и кружение направо. Следите за осью! — Иван внимательно смотрел на лица учеников, увидев полное понимание он хотел бы улыбнуться, но конечно, не стал. Ребята стояли в углу зала «в очереди», так как по диагонали шли вперёд по одному, присоединяясь, когда человек впереди немного прошёл дальше. Лена чуть дёрнулась, услышав уже знакомый голос, обратившийся к ней — Главное — не врежься ни в кого. Мы кусаемся, — Юля прошептала где-то сзади, но её голос был такой звонкий, что Лена всё равно услышала. — А я аккуратная, — уже разогретая, Лена почувствовала уверенность, хоть и ответила тихо. Юля снова хмыкнула, как сегодня в коридоре. — Посмотрим. — Волкова усмехнулась, и деловито обошла Лену и Таню, вставая первой из девочек. Никто не сказал ни слова против, и Лена опустила взгляд. Значит, тут так надо. Спустя время, когда дышать уже было почти что больно, Лена молилась услышать про перерыв, но не было ничего подобного. — Влад, плечи опусти, а то ты будто в бронежилете пляшешь. — Елена Владимировна активно жестикулировала, и вскинула вверх подбородок, когда парень исправился. Лена услышала, как ребята между собой называли хореографа просто - «Владовна», а тренера «Иваныч». И ей это показалось чем-то таким теплым, потому что это не звучало неуважительно, а наоборот. По-домашнему. Владовна была в легкой кофте с горлом, хотя в зале объективно было жарко, несмотря на открытые окна. Русое каре было необычно собрано сзади, когда девушка повернулась, рыжая заметила вместо резинки или заколки - обычный карандаш. — Катина, не бойся прыгнуть! Ты не фарфор! — замечание хореографа быстро выдернуло Лену из размышлений. Она резво кивнула и в этот раз сильнее поджала колени, на что увидела улыбку хореографа. Чуть позже Иван помучал их двумя небольшими связками болгарской хоры. Когда все запомнили, но ноги уже поднимались ниже от усталости, тренер отпустил их. Лена намерено не торопилась в раздевалку, ошиваясь в коридоре, она случайно подслушала разговор внутри. — Я думал, Юля её сожрёт! А она вроде ничего так. — мягко сказал кто-то из парней, их Лена пока особо не знала, от того и отличить по голосу не могла. — Не мешайте мне быть стервой. Это мой час релакса. — по звуку Юля лениво потянулась, ответив парню. — Да ты всегда стерва… — вставила свои 5 копеек какая-то девочка. Все захихикали, но когда Юля начала говорить - притихли. — Она пока в танце как в новой обуви. Неловко, но вроде хочет шагать. Лена тихо усмехнулась. Хочет, это уже звучит лучше, чем «никакая». Значит пока её и не приняли, но и не гонят прочь. — А что, если она реально встанет в основу? У нас состав итак поджимает. - снова голос кого-то из парней, но теперь кажется другой. — Если вытянет — пусть. Только мне потом не плачь, что тебе партнёрша попалась с глазами на ботинках. — Юля отвечала так спокойно и чётко, что Лене захотелось убежать, но вместо этого она наоборот шагнула в раздевалку. Рыжая по-быстрому собрала вещи, и лишь кивнув ребятам, вышла. Уже находясь в коридоре, она хорошо слышала чьи-то слова, но не сразу поняла, что они обращенны к ней. — Тут никто не любит ползающих. У нас — прыгают! До завтра, Катина! Лена замерла всего на секунду и двинулась по коридору дальше. Она не знала, кто именно это сказал — да и дела ей до этого не было. Ползать нельзя – прыгать…