Ты не первый, кто смотрит сквозь меня

Утро началось с того же будильника, который Нил проигнорировал три раза подряд. Когда он наконец проснулся, то потянулся и, как обычно, медленно двинулся на кухню. Там Ваймак уже завтракал, перекидываясь парой фраз с Кевином. Нил вошёл в кухню и сразу же в нос ударил крепкий запах кофе. Отец без слов протянул ему кружку с чаем и тарелку с чем-то горячим. Нил сонно кивнул и сел за стол, косо поглядывая на Кевина. Тот откровенно пятился, словно пытался убежать глазами. — М-м? — пробормотал Нил, ощущая взгляд брата. — Спишь как убитый, надо раньше ложиться, — тихо сказал Кевин, прищурившись. — Или хотя бы не до трёх ночи сидеть за компом. — Хотелось бы, — пожал плечами Нил. — Уж, к сожалению, я доделывал презентацию по физике. — Лжёшь, — фыркнул Кевин, словно понял всю ложь мира. Пока братья спорили, Ваймак исчез в коридоре. Один щелчок двери — и его уже не было. Дорога до школы прошла удивительно тихо. Ни слова, только быстрые взгляды друг на друга. Пока не раздался чей-то крик. — Кевин! — кто-то выкрикнул сзади. Кевин мгновенно обернулся. За ними бежал Аарон, взъерошенный, запыхавшийся, явно поспешал. — Аарон?.. — осторожно спросил Кевин. — Пошли, отойдем. Они отошли в сторону, а Нил остался стоять, будто вкопанный, не понимая, что только что произошло. Миньярд, похоже, бежал за ними чуть ли не с утра. Зачем — он так и не узнал. *** Уроки начались, и Нил с утра прошёл по всем коридорам, словно искал что-то, чего давно не видел. Возле кабинета химии болтали Элисон с Рене — живо жестикулировали, как будто спорили. Рядом Мэтт и Дэн стояли в обнимку, уютно и спокойно. В раздевалке Нил заметил Джереми и Жана, целующихся так, будто никто их не видит. У входа в школу Эрик и Ники отмахивались от ворчливой уборщицы. Всё было как всегда. Только вот его самого словно не было. *** Первый урок — литература. Учительница уверенно написала на доске большую тему: «Наше будущее». — Сегодня у вас задание — написать сочинение на тему «Наше будущее», — начала она спокойным, но твёрдым голосом. — Сдаём к концу недели. Можете начать прямо сейчас, чем быстрее сделаете, тем скорее освободитесь. Нил сидел, глядя в окно, слушая, как учительница болтает о своих планах. Вдруг кто-то пнул его в бок. — Ну ты куда уставился? — услышал он шепот рядом. Он повернулся и увидел Эндрю, который сквозь зубы усмехался. — Какое будущее? — тихо спросил тот, наклоняясь ближе. — Не знаю, — ответил Нил, не отводя глаз. — Вроде как будто меня и нет. — Ты не пустой, — прошептал Эндрю, голос чуть ниже обычного. — Просто никто раньше не смотрел. Нил чуть улыбнулся и скрыл взгляд. Их глаза встретились, и в этой молчаливой искре было больше, чем слова. *** Дальше уроки прошли в туманном полусне. Химия, история, география — предметы мелькали перед глазами, но мысли всё ускользали к Эндрю и той странной сделке, что завязалась вчера. В коридорах между уроками Нил ловил взгляды знакомых. Кто-то приветливо кивал, кто-то смеялся в компании. Он чувствовал себя на грани между двумя мирами — одним, где он просто прозрачный, и другим, где он может быть кем-то. *** После школы путь домой был длиннее, чем обычно. Они шли с Кевином молча, только ноги цокали по асфальту. — Что с ним? — вдруг спросил Кевин, глядя на брата. — Кто? — Нил прищурился. — Эндрю. Ты с ним... типа как? — Кевин замялся. — Он просто идиот, — сказал Нил, но в голосе сквозила усталость и что-то более глубокое. — Хм, — только и ответил Кевин. У своих комнат братья распрощались. Нил шагал к двери, вспоминая все сегодняшние взгляды, слова и прикосновения. *** Дома его ждала привычная рутина: лёгкий ужин, душ, однообразные движения. В ванной тепло струилась вода, смывая остатки недосказанности и боли. Он стоял под душем, обняв себя, пытаясь понять, что за чувства гудят внутри. Каждый вздох был будто тяжелее предыдущего. Лёжа в постели, он открыл страницу Эндрю в телефоне — пусто. Черный аватар, две фотографии и ни одной записи. Он листал страницу и думал: «Что в нём такого?» Он задумался, не про время ли это, а про то, как далеко они уже зашли. Перед сном в темноте комнаты он проворачивал разговоры, взгляды, прикосновения. Думал о том, что впервые кто-то действительно смотрит на него. И это было страшно и одновременно чертовски важно.