Living dead Romance 18+

Дарлен стояла у двери кабинета, держа в руках поднос с едой. Аромат свежего супа и тёплого хлеба заполнил комнату, но Стивен, склонившийся над бумагами, казалось, ничего не замечал. Его перо черкало по листу, а глаза были прикованы к тексту, который он составлял с усердием, достойным святого. — Стив, ты опять ничего не ешь? — её голос прозвучал мягко, но с ноткой беспокойства. Он вздрогнул, словно пробудившись ото сна, и поднял глаза. — Извини, Дарлен, я тут с бумагами работаю, — он проговорил, улыбнувшись с лёгкой виной в голосе. Она поставила поднос на край стола, не обращая внимания на его слова. Её шаги были неслышны, но он почувствовал её приближение, прежде чем её руки обняли его сзади. Она склонилась, её губы оказались рядом с его ухом, а дыхание — тёплым шепотом. — Стивен, иногда есть что-то надо, ты хоть отдыхаешь? — её голос был ласковым, но в нём чувствовалось напряжение, которое она долго сдерживала. Он замер, его сердце забилось быстрее. Он знал, что она права, но… — Дарлен… не в церкви… божий дом всё-таки, — он проговорил, его голос дрогнул, но в глазах читалась не только набожность, но и тоска, которую он давно скрывал. Она мягко прижалась к нему, её губы коснулись его шеи. — Иногда можно и погрешить, хоть иногда, — её слова были шёпотом, но они звучали как молитва, которая перевернула его мир. Он закрыл глаза, чувствуя, как её руки скользят по его груди, а её дыхание становится горячее. Его мысли смешались, но он больше не мог сопротивляться. — Дарлен… — его голос был низким, почти хриплым, но в нём уже не было запрета, только желание, которое он долго прятал. Она улыбнулась, чувствуя, как он расслабляется в её объятиях, и её губы нашли его. В этот момент он понял, что даже в божьем доме можно найти искупление. Дарлен чувствовала, как Стивен дрожит под её прикосновениями. Его руки, обычно такие уверенные, теперь нерешительно сжались на краю стола, а дыхание стало учащённым. Она знала, что играет с огнём, но запретное всегда манило её сильнее. Её губы скользнули по его шее, оставляя лёгкий след тепла, и она услышала его сдавленный стон. — Ты ведь знаешь, что это неправильно, — прошептал он, но его голос звучал не как протест, а как приглашение. — Неправильно? — она усмехнулась, её пальцы медленно расстёгивали верхние пуговицы его рубашки. — А что, если это и есть наше искупление? Стивен закрыл глаза, чувствуя, как её ладонь скользит по его груди. Он хотел остановить её, но его тело уже отвечало на её прикосновения. Его мысли путались, смешиваясь с давно подавляемым желанием. — Дарлен, мы… мы не можем… — он начал, но её губы нашли его рот, прерывая слова. — Перестань думать, — прошептала она, её голос звучал как музыка, которую он не мог игнорировать. Её руки опустились ниже, и он почувствовал, как его тело воспламеняется. Он знал, что это грех, но в этот момент это не имело значения. Её прикосновения были его спасением, её поцелуи — его молитвой. — Дай мне это, — она прошептала, её дыхание горячим шёпотом касалось его кожи. Стивен не мог больше сопротивляться. Его руки обхватили её, притягивая ближе, и он погрузился в её объятия, забыв обо всём, кроме неё. В этот момент он понял, что иногда грех может быть сладким, а искупление — в её глазах. — Дарлен… — его голос был хриплым, но в нём звучала капитуляция. Она улыбнулась, чувствуя, как он отдаётся ей полностью. Её пальцы скользнули по его коже, а губы снова нашли его. — Моя святыня, — прошептала она, и он понял, что больше не сможет жить без неё. Дарлен чувствовала, как мышцы Стивена напрягаются под её ладонью, словно сталь, готовая сломаться. Её дыхание было горячим на его коже, а губы — настойчивыми, как прилив, который нельзя остановить. Она знала, что делает. Каждое движение её пальцев, каждый вздох были продуманы, как шахматная партия, где она всегда была королевой. — Ты дрожишь, — прошептала она, её голос был как тёплый ветер, который раздувает пламя. — Ты хочешь этого больше, чем готов признать. Стивен почувствовал, как его сердце бьётся в такт её словам, будто барабан, который отбивает ритм его падения. Его руки, ещё мгновение назад пытавшиеся держать дистанцию, теперь обхватили её талию, впиваясь пальцами в ткань её платья. Он хотел сказать что-то, но слова застряли в горле, как камни, которые он не мог выплюнуть. — Дарлен, мы… — он начал, но она прервала его, прижавшись к нему так близко, что он почувствовал тепло её тела сквозь одежду. — Ты слишком много думаешь, — сказала она, её губы коснулись его уха, и он вздрогнул. — Позволь мне показать тебе, как это должно быть. Её пальцы медленно скользнули по его спине, оставляя на коже следы, которые он будет чувствовать даже завтра. Она чувствовала, как он теряет контроль, как его дыхание становится прерывистым, а тело — податливым. Она была его болезнью и его лекарством, и он знал, что никогда не сможет вылечиться. — Ты мой, — прошептала она, и её слова были как приговор, который он принял безоговорочно. Его губы нашли её шею, а руки опустились ниже, чтобы развязать узел, который он так долго затягивал. Дарлен почувствовала, как Стивен сдаётся, словно корабль, который она мягко, но неумолимо направляла в бурю. Его дыхание смешалось с её, и она улыбнулась, зная, что он уже не может сопротивляться. Её пальцы, скользящие по его спине, будто рисовали узоры на холсте, который становился всё горячее под её прикосновениями. Она чувствовала, как он напрягается, как будто пытается сдержать последние остатки контроля, но она уже знала, что это бесполезно. — Ты всё ещё боишься, — прошептала она, её губы скользнули по его щеке к уголку рта, — но это только сделает всё слаще. Стивен закрыл глаза, пытаясь заглушить голос в голове, который кричал остановиться, но её прикосновения были как огонь, который сжигал все его мысли. Его руки, всё ещё дрожащие, начали исследовать её тело, двигаясь вверх по её бокам, ощущая каждый изгиб под тонкой тканью её платья. Он был как путник в пустыне, наконец нашедший оазис, и не мог удержаться, чтобы не напиться. — Дарлен, я… — его голос был прерывистым, но она прервала его, прижавшись губами к его. Его мир сузился до неё, до её тепла, её вкуса, её дыхания. Она вела его, как танцор, который знает каждый шаг, каждый поворот. Её пальцы нашли пуговицы его рубашки, медленно расстегивая одну за другой, и он почувствовал, как холодный воздух коснулся его кожи, но тут же был заменён жаром её ладони. — Доверься мне, — прошептала она, и её голос был как обещание, которое он не смог бы нарушить, даже если бы захотел. Она опустилась на колени перед ним, её взгляд, полный власти и желания, заставил его сердце биться ещё быстрее. Её руки скользнули по его бёдрам, и он почувствовал, как его тело отвечает ей, как будто оно уже давно ждало этого момента. Дарлен усмехнулась, чувствуя, как дрожь пробегает по его телу под её пальцами. Её ногти слегка впились в его кожу, оставляя едва заметные следы — метки, которые он будет ощущать даже завтра. — Ты так красив, когда борешься с собой, — её голос был густым, как мёд, и таким же сладким. Она наклонилась ближе, её дыхание обожгло его шею, прежде чем зубы легонько сомкнулись на чувствительной коже. Стивен вскрикнул, его пальцы вцепились в её волосы, не в силах решить — оттолкнуть или притянуть ближе. Его рубашка уже соскользнула с плеч, обнажая грудь, по которой Дарлен провела ладонью, наслаждаясь тем, как его мышцы напрягаются под её прикосновением. — Я хочу слышать, как ты сдаёшься, — прошептала она, целуя его грудь, чуть выше сердца. — Хочу, чтобы ты стонал мое имя. Её рука скользнула ниже, пальцы ловко расстегнули ремень, затем — пуговицу на брюках. Стивен застонал, когда её ладонь легла на него через тонкую ткань белья, сжимая с обещанием того, что будет дальше. — Дарлен… — его голос сорвался, когда её пальцы проникли под ткань, обхватив его уже без преград. Она медленно провела большим пальцем по чувствительной головке, наблюдая, как его глаза темнеют от желания. — Ты мой, — заявила она, не оставляя места для возражений. — И я не отпущу тебя, пока не добьюсь всего, чего хочу. Её губы снова нашли его, в то время как её рука начала неторопливое движение, заставляя его терять остатки контроля. Дарлен почувствовала, как его тело затрепетало под её ладонью, словно струна, готовая сорваться в вибрации. Её пальцы, будто живые змейки, скользнули по его животу, оставляя за собой следы огня. Она слышала, как его дыхание сбивается, как он пытается удержать себя, но её прикосновения были слишком искусны, чтобы сопротивляться. — Ты думаешь, что сможешь устоять? — её голос звучал как змеиное шипение, обволакивая его сознание. — Ты ошибаешься. Её ногти впились в его бедра, когда она опустилась на колени перед ним. Стивен замер, его глаза расширились, когда он увидел, как она медленно снимает с него брюки, обнажая его полностью. Её взгляд был голодным, как у хищницы, готовой поглотить свою добычу. — Ты мой, — повторила она, её губы уже касались его кожи, оставляя горячие поцелуи на внутренней стороне бедра. — И я сделаю так, чтобы ты никогда не забыл этого. Её язык скользнул по его члену, заставляя его вскрикнуть. Она медленно обхватила его губами, наслаждаясь тем, как он теряет контроль. Её руки сжимали его бёдра, удерживая его на месте, пока она погружалась глубже, выжимая из него всё больше стонов. Стивен зарычал, его пальцы вцепились в её волосы, пытаясь контролировать её движения, но она только ускорила темп, вызывая у него волны удовольствия, которые он едва мог выдержать. — Дарлен, я… — он не смог закончить фразу, его тело напряглось, готовое взорваться. Она подняла на него взгляд, её глаза блестели от торжества. — Нет, не сейчас. Я хочу больше. Хочу, чтобы ты был на грани, чтобы ты умолял меня. Её губы снова обхватили его, её движения стали ещё более настойчивыми, заставляя его терять остатки рассудка. Дарлен чувствовала, как его тело дрожит под её прикосновениями, будто натянутый трос перед обрывом. Её пальцы скользили по его торсу, оставляя за собой следы, горящие, как раскалённый металл. Она знала, что он пытается сдержаться, но каждый её жест был рассчитан до мелочей — словно яд, проникающий в кровь. — Ты так красив, когда борешься, — прошептала она, её губы почти касались его уха, а дыхание обжигало кожу. — Но зачем сопротивляться? Стивен стиснул зубы, его руки сжали подлокотники кресла, но она уже опустилась перед ним, её ногти впились в его бёдра, словно когти. Одежда медленно соскользнула, обнажая его, а её взгляд загорелся хищным огнём. — Ты мой, — повторила она, целуя внутреннюю часть его бедра, чувствуя, как его мускулы напрягаются. — И я не позволю тебе забыть это. Её язык лизнул его, заставив резко вдохнуть, а затем её губы сжались вокруг него, медленно, мучительно, вытягивая из него каждый стон. Она наслаждалась его дрожью, тем, как его пальцы впиваются в её волосы, пытаясь направлять её, но она лишь ускорила темп, заставляя его выгибаться. — Дарлен… — его голос сорвался, тело напряглось, но она тут же отстранилась, оставив его на краю. — Нет-нет, — её улыбка была опасной, как лезвие. — Ты не кончишь, пока я не скажу. Она снова взяла его в рот, уже безжалостно, её движения стали резкими, властными, и он застонал, теряя контроль. — Умоляй, — приказала она, отрываясь на секунду. — Чёрт… Дарлен, пожалуйста… Её смех был низким, довольным. — Вот так лучше. Она стояла, опершись локтями на полированный деревянный стол, её тело напряжено, как струна, готовая сорваться в полёт. Огненные волосы рассыпались по спине, создавая живую завесу, сквозь которую пробивался слабый свет свечей. Стив замер за ней, его дыхание горячим шквалом касалось её кожи. Он смотрел на её изгибы, на то, как её спина выгибалась в немом вызове, как будто сама природа создала её, чтобы сводить с ума. «Давай, Стив, сделай это», — её голос был низким, почти шёпотом, но в нём звучала непоколебимая уверенность. Её слова ударили в него, как огненная стрела, и он не смог сопротивляться. Его руки скользнули по её бёдрам, ощущая мягкость кожи, прежде чем он крепко схватил её за талию. «К чёрту», — прошептал он, его голос был хриплым от желания. Он вошёл в неё медленно, наслаждаясь каждым моментом, каждым её стоном, который эхом разносился по кабинету. Её тело откликалось на каждое его движение, её стоны становились громче, настойчивее. «Грубее», — она выдохнула, и её слова стали приказом. Он подчинился, его движения стали резче, глубже, каждый толчок заставлял её вскрикивать. Его пальцы нашли её клитор, и он начал играть с ним, заставляя её тело вздрагивать от наслаждения. «Моя святыня», — прошептал он, целуя её шею, его губы жгли, как огонь. Он убрал прядь её волос с лица, чтобы видеть, как её глаза расширяются от удовольствия. Её стоны заполнили комнату, смешиваясь с звуком их тел. Каждый её вскрик, каждый его толчок — всё это было музыкой, которая вела их к пику. Дарлен чувствовала, как Стивен содрогается под её ладонью, его тело — натянутая струна, готовая лопнуть. Её губы скользнули по его животу, оставляя влажные следы, а пальцы впились в бёдра, не давая ему отстраниться. — Ты так долго сопротивлялся, — прошептала она, облизывая кончик его члена, — но теперь ты мой. Он застонал, когда она взяла его в рот полностью, её язык обвил его, выжимая каждый звук, каждый вздох. Его пальцы спутались в её волосах, то ли пытаясь оттолкнуть, то ли притянуть глубже. Дарлен ускорила ритм, её ногти впились в его кожу, оставляя красные полумесяцы. Она знала, что доводит его до края, но не останавливалась — хотела, чтобы он взмолился. — Я… не могу… — его голос сорвался, когда она резко отстранилась, оставив его на грани. — Проси, — приказала она, её глаза горели, как угли. Стивен выдохнул её имя, и она снова опустилась к нему, уже без пощады. Его тело вздрогнуло, когда волна накрыла его, а её имя сорвалось с губ хриплым стоном. Дарлен медленно поднялась, её губы блестели, а взгляд говорил: Это только начало. — Теперь, — она потянула его за руку к алтарю, — моя очередь. Дарлен притянула Стивена к алтарю, её пальцы скользнули по его запястью, оставляя на коже едва заметные следы. Она чувствовала, как его сердце бьётся, словно барабан, отдаваясь в её ладони. Её взгляд скользнул по его напряжённому телу, и уголок её губ дрогнул в едва заметной усмешке. — Ты думал, что сможешь сбежать, — прошептала она, её голос был густым, как мёд, но с нотками стали. — Но я знаю, чего ты хочешь. Стивен попытался что-то сказать, но слова застряли в горле, когда её руки опустились на его плечи, а затем медленно, слишком медленно, скользнули вниз. Её ногти оставляли на его коже лёгкие царапины, будто метки, которые говорили: «Ты принадлежишь мне». Она прижала его спиной к холодному камню алтаря, её тело прильнуло к нему, как пламя, готовое поглотить всё на своём пути. Её губы нашли его шею, оставляя влажные поцелуи, которые заставляли его вздрагивать. — Ты так красиво стонешь, — пробормотала она, её голос был почти шёпотом, но каждый слог отпечатывался в его сознании. — Но я хочу услышать, как ты кричишь. Её руки скользнули ниже, и она почувствовала, как он напрягся под её прикосновением. Она знала, что играет с огнём, но ей нравилось видеть, как он горит. — Дарлен… — его голос был прерывистым, но она прервала его, прижав палец к его губам. — Молчи, — приказала она, её глаза пылали. — Твой голос мне сейчас не нужен. Её руки продолжили своё исследование, а её тело прижалось к нему ещё сильнее, словно она хотела стереть границы между ними. На алтаре было темно, но это не мешало ей видеть, как его тело реагирует на каждое её движение. Она знала, что доводит его до предела, и ей это нравилось. — Теперь, — прошептала она, её губы скользнули к его уху, — ты будешь просить. Дарлен чувствовала, как Стивен содрогается под её ладонью, его тело — натянутая струна, готовая лопнуть. Её губы скользнули по его животу, оставляя влажные следы, а пальцы впились в бёдра, не давая ему отстраниться. — Ты так долго сопротивлялся, — прошептала она, облизывая кончик его члена, — но теперь ты мой. Он застонал, когда она взяла его в рот полностью, её язык обвил его, выжимая каждый звук, каждый вздох. Его пальцы спутались в её волосах, то ли пытаясь оттолкнуть, то ли притянуть глубже. Дарлен ускорила ритм, её ногти впились в его кожу, оставляя красные полумесяцы. Она знала, что доводит его до края, но не останавливалась — хотела, чтобы он взмолился. — Я… не могу… — его голос сорвался, когда она резко отстранилась, оставив его на грани. — Проси, — приказала она, её глаза горели, как угли. Стивен выдохнул её имя, и она снова опустилась к нему, уже без пощады. Его тело вздрогнуло, когда волна накрыла его, а её имя сорвалось с губ хриплым стоном. Дарлен медленно поднялась, её губы блестели, а взгляд говорил: Это только начало. Дарлен притянула Стивена к алтарю, её пальцы скользнули по его запястью, оставляя на коже едва заметные следы. Она чувствовала, как его сердце бьётся, словно барабан, отдаваясь в её ладони. Её взгляд скользнул по его напряжённому телу, и уголок её губ дрогнул в едва заметной усмешке. — Ты думал, что сможешь сбежать, — прошептала она, её голос был густым, как мёд, но с нотками стали. — Но я знаю, чего ты хочешь. Стивен попытался что-то сказать, но слова застряли в горле, когда её руки опустились на его плечи, а затем медленно, слишком медленно, скользнули вниз. Её ногти оставляли на его коже лёгкие царапины, будто метки, которые говорили: «Ты принадлежишь мне». Она прижала его спиной к холодному камню алтаря, её тело прильнуло к нему, как пламя, готовое поглотить всё на своём пути. Её губы нашли его шею, оставляя влажные поцелуи, которые заставляли его вздрагивать. — Ты так красиво стонешь, — пробормотала она, её голос был почти шёпотом, но каждый слог отпечатывался в его сознании. — Но я хочу услышать, как ты кричишь. Её руки скользнули ниже, и она почувствовала, как он напрягся под её прикосновением. Она знала, что играет с огнём, но ей нравилось видеть, как он горит. — Дарлен… — его голос был прерывистым, но она прервала его, прижав палец к его губам. — Молчи, — приказала она, её глаза пылали. — Твой голос мне сейчас не нужен. Её руки продолжили своё исследование, а её тело прижалось к нему ещё сильнее, словно она хотела стереть границы между ними. На алтаре было темно, но это не мешало ей видеть, как его тело реагирует на каждое её движение. Она знала, что доводит его до предела, и ей это нравилось. — Теперь, — прошептала она, её губы скользнули к его уху, — ты будешь просить. Дарлен прижала Стивена к алтарю, каменная поверхность леденила его спину, но её тело жгло, как раскалённый металл. Её пальцы впились в его бёдра, оставляя багровые отпечатки. — Играть в святого? — её смех был густым, тёплым, как виски перед долгой ночью. — Корчащийся подо мной грешник — вот кто ты на самом деле. Его дыхание участилось, когда её зубы сомкнулись на соске, а ладонь скользнула вниз, сжимая его так, что в висках ударила кровь. — Так… близко… — хрипло прошептал он, но Дарлен только ухмыльнулась. — О, нет. — Она резко отвела руку, заставив его тело выгнуться в немом отчаянии. — Ты кончишь, когда я решу. Её юбка шуршала, поднимаясь по бедрам, когда она перекинула ногу через него, прижимаясь влажным теплом к его животу. Стивен застонал, её имя на губах превратившись в мольбу. — Проси. — Она наклонилась, её волосы скользили по его груди, как удавы. — Попроси, как тот голодный пёс, что прячется под твоей кожей. Его пальцы вцепились в её бёдра, но она лишь медленно, мучительно проехала по нему ещё раз, чувствуя, как дрожь проходит по его телу. — Да всё равно!.. — Стивен рывком перевернул её, впиваясь зубами в шею. Дарлен рассмеялась, её ногти вонзились ему в спину. Наконец-то. — Ломай меня, — прошипела она. — Но помни — утро всё равно будет моим. Их тела слились в яростном ритме, камень алтаря крошился под её спиной, но Дарлен лишь закинула голову, обнажая горло. Пусть пытается. Скрип кожи, хриплые стоны — всё, что осталось от его сопротивления. Камни алтаря впивались ей в лопатки, но боль лишь растравляла её плоть, превращая каждый вздох в свистящее пламя. Стивен двигался в ней с яростью затравленного зверя, его зубы оставляли тёмные вихри на её шее, а пальцы прогибали рёбра, будто прутья клетки. — Ты… так отчаянно пытаешься доказать, что главный, — Дарлен выдохнула хриплый смешок, цепляясь ногтями за его напряжённые плечи, — но твоё тело врёт. Оно дрожит. Её слова ударили, как плеть. Он зарычал, вбивая её глубже в камень, но она лишь обвила его бёдра ногами, принимая каждый толчок с наслаждением кошки, разрывающей добычу. — Прекрати! — Стивен рванул её за волосы, обнажая горло. — Или что? — Дарлен оскалилась, её губы блестели от слюны. — Прикончишь? Наполнишь? Её голос был ядом, медленно просачивающимся в разум. Он не ответил — не мог. Только глотнул её вопль, когда вонзил в неё пальцы, раздвигая плоть, упиваясь её судорогами. — Видишь? — она закусила губу, сводя бёдра, заставляя его застонать. — Ты мой. Даже когда вламываешься — это я делаю тебя. Она заставила его взглянуть вниз — туда, где его тело исчезало в ней, где её ногти впивались ему в заднюю часть бедра, оставляя кровавые лунки. — Чёртова сука… — он вырвал её с алтаря, уронив на колени, но Дарлен уже обернулась, её спина изгибалась, как тетива, а рука потянулась к его животу, к тому месту, где пульсировало желание. — Ты же не кончишь без разрешения? — её шепот оледенил плоть, даже когда её пальцы обхватили его. — Или снова подведешь? Его руки сомкнулись на её талии, но Дарлен лишь засмеялась, зная — он уже не уйдёт. Стивен выдохнул резко, как будто её слова выбили воздух из лёгких. Его пальцы впились в её бёдра, оставляя синяки, которые завтра будут цвести фиолетовыми разводами. — Ты играешь с огнём, — прошипел он, но голос дрогнул, выдавая слабость. Дарлен усмехнулась, чувствуя, как его член пульсирует внутри неё, предательски отзываясь на каждый её вздох. Она провела языком по зубам, медленно, как змея, готовящаяся к укусу. — Огонь? — Она выгнулась, заставляя его глубже войти, и застонала, нарочито громко. — Нет, дорогой. Это ты горишь. Его пальцы вцепились в её волосы, держа, но не тянули — не решались. Она знала эту игру. Он хотел контроля, но её тело было лабиринтом, в котором он терялся снова и снова. — Заткнись, — прохрипел он, но Дарлен лишь закинула голову, обнажая шею. — Сделай это сам. Его губы прижались к её коже, но это не был поцелуй — это был укус, яростный и неровный. Она засмеялась, чувствуя, как его дыхание срывается. — Ты дрожишь, — прошептала она, цепляясь за него ногтями. — Дрожишь, потому что знаешь — я могу остановиться. А ты нет. Стивен рычал, его движения стали резкими, отчаянными, будто он пытался заставить её замолчать силой. Но Дарлен лишь прикусила губу, наслаждаясь тем, как его тело предаёт его снова и снова. — Кончай, — приказала она внезапно, и его стон вырвался против воли. Он попытался сопротивляться, но её бёдра сжались, выжимая из него каждую каплю. — Чёрт! — Его тело напряглось, и она почувствовала, как он наполняет её, горячий и беспомощный. Дарлен ухмыльнулась, гладя его по щеке. — Хороший мальчик. Дарлен медленно провела пальцами по его груди, ощущая, как его сердце бьётся под её ладонью, часто и неровно. Он всё ещё тяжело дышал, его тело обмякло, но напряжение в мышцах говорило о том, что он далеко не закончил. Она знала это. Знала его. — Ты думал, это конец? — её голос был шепотом, но каждый слог словно обжигал его кожу. Стивен открыл глаза, его взгляд был туманным, но в глубине зрачков горел огонь. Он хотел что-то сказать, но она приложила палец к его губам, останавливая. — Не говори. Ты всегда слишком много говоришь. Она приподнялась, чувствуя, как его член, всё ещё твёрдый, скользит внутри неё. Её движения были медленными, намеренно дразнящими. Она знала, как это сводит его с ума. — Дарлен… — его голос был хриплым, почти умоляющим. Она усмехнулась, наклоняясь так близко, что её губы почти касались его. — Что, дорогой? Ты хочешь меня остановить? Его руки схватили её за бёдра, но она почувствовала, как его пальцы дрожат. Он хотел контроля, но она никогда не давала ему этого. Никогда. — Ты… — он попытался закончить фразу, но она прервала его, резко опустившись вниз, заставляя его стонеть. — Я? — она наклонилась ещё ближе, её дыхание смешалось с его. — Я твоя пытка. Твоя награда. Твоё наказание. Его пальцы впились в её кожу, оставляя следы, которые она с гордостью носила. Она двигалась быстрее, чувствуя, как его тело напрягается, готовое снова сорваться. — Кончай, — прошептала она, и он послушался, как всегда. Его стон вырвался, глубокий и отчаянный, и она почувствовала, как он наполняет её снова. Она улыбнулась, гладя его по волосам. — Хороший мальчик. Стивен чувствовал, как её слова вгрызаются в него, как лезвие, оставляющее шрамы не на коже, а на душе. Его пальцы впились в её бёдра, словно пытаясь удержать хоть что-то в этом хаосе, но он знал — она уже забрала всё, что было можно. — Ты играешь с огнём, — прошипел он, но голос дрогнул, предательски выдавая слабость, которую он так тщательно скрывал. Дарлен усмехнулась, чувствуя, как его тело реагирует на каждый её вздох, на каждый изгиб её тела. Она медленно провела языком по губам, словно змея, готовящаяся нанести удар. — Огонь? — её голос был сладким, как яд. — Нет, дорогой. Это ты горишь. Она выгнулась, заставив его глубже войти, и застонала, нарочито громко, словно наслаждаясь тем, как он теряет контроль. Его пальцы вцепились в её волосы, но он не решался тянуть, лишь держал, будто пытаясь удержать что-то, что уже ускользало. — Заткнись, — прохрипел он, но Дарлен лишь закинула голову, обнажая шею, как будто приглашая его к продолжению. — Сделай это сам. Его губы прижались к её коже, но это не был поцелуй — это был укус, яростный, неровный. Она засмеялась, чувствуя, как его дыхание срывается, как его тело дрожит под её руками. — Ты дрожишь, — прошептала она, цепляясь за него ногтями. — Дрожишь, потому что знаешь — я могу остановиться. А ты нет. Стивен рычал, его движения стали резкими, отчаянными, будто он пытался заставить её замолчать силой. Но Дарлен лишь прикусила губу, наслаждаясь тем, как его тело предаёт его снова и снова. — Кончай, — приказала она внезапно, и его стон вырвался против воли. Он попытался сопротивляться, но её бёдра сжались, выжимая из него каждую каплю. — Чёрт! — Его тело напряглось, и она почувствовала, как он наполняет её, горячий и беспомощный. Дарлен ухмыльнулась, гладя его по щеке мягко, почти нежно. — Хороший мальчик. Её голос был тихим, но в глазах горел огонь, который он не мог погасить. Стивен попытался отстраниться, но её руки обвились вокруг его шеи, держа его близко. — Не думай, что это конец, — она прошептала, целуя его в уголок рта. — Мы только начали.