Хищник. Книга 0. "Прах и Кости"

      Пыль всё ещё висела в воздухе. Ка’тахур дышал тяжело, сквозь кровь и боль. Его рана пульсировала, плечо горело, как расплавленный камень. Люди стояли на склоне, обведённые бледным светом — чужие силуэты на фоне его боли.       Первая пошевелилась та самка, что упала. Она поднялась на ноги, шатаясь, вытирая кровь с лица. В её глазах не было страха — только то упорное, тихое решение, от которого дрожит воздух перед грозой.       Она сделала шаг вперёд. Потом ещё. — Сара, ты совсем спятила?! — рявкнул один из людей, целясь поверх её плеча.       Но Сара не ответила. Она достала из рюкзака маленький белый ящик, щёлкнула застёжкой — металлический звук отозвался в груди Ка’тахура. Медленно, не спеша, она достала бинт. Показала ему.       Он нахмурился, втянул воздух — в нём пахло кровью, потом и чем-то… чужим, но не враждебным.       Сара обмотала бинтом своё запястье, показывая — «это не оружие». Затем указала на его сломанное плечо.       Он понял, что она намеревалась сделать. Но не понял — зачем.       Грудь вздрогнула, и он попытался зарычать, но вместо рыка из горла вырвалось сдавленное шипение. Воздух в лёгких был тяжёл, и он не мог вдохнуть глубже.       Там, позади Сары, стояли двое самцов и ещё одна самка с крупным оружием. Та держала прицел прямо ему в грудь. Ка’тахур видел, как у неё дрожит палец на спуске.       Сара подняла руку. — Опустите оружие… — тихо, но твёрдо сказала она. — Ты с ума сошла, Сара — буркнул один из мужчин — Это же… — Опустите… оружие… — повторила она.       Её голос был низкий, усталый — но в нём звучало то, чему даже эти вооружённые люди не смогли противостоять. Они, нехотя, послушались.       Ка’тахур смотрел на неё, не понимая. Его разум кричал «беги», инстинкт шептал «убей», но… тело не слушалось.       Она медленно приблизилась, держа аптечку на виду. Когда Сара коснулась его руки, он дёрнулся, инстинктивно, но не отбросил её. Она действовала быстро и уверенно: наложила шину, обмотала бинтом, пропитанным антисептиком. Каждое движение — осторожное, почти ритуальное.       Ка’тахур молча наблюдал за её движениями, изредка бросая взгляд на людей поодаль. Он не понимал, почему не вырывается. Почему не бьёт, не убегает, не рычит. Просто… позволил ей помочь.       Когда она закончила, Сара выдохнула, устало и тихо. — Всё… — сказала она, глядя ему прямо в глаза.       Ка’тахур медленно поднялся.       Дыхание тяжёлое, грудь ходила ходуном. Несколько мгновений — он просто стоял, глядя на неё сверху вниз. И впервые за всё это время в его взгляде мелькнуло нечто иное. Не страх, не ярость. Скорее, непонимание.       Порыв ветра поднял пыль. Ка’тахур уже сделал шаг назад. Ещё один. Потом рванул в сторону, в туман, в бурый свет вечернего леса. Только листья шевельнулись вслед.       А Сара всё стояла, держа бинты в руках, и смотрела ему вслед, будто знала: это не конец.