The moment to live and the moment to die

Низкая девушка с длинными русыми волосами осторожно выглянула из-за угла потрепанного студенческого общежития, быстро сканируя дворик на предмет одногруппников или других монстров. — Никого! — радостно кивнула она, после чего, все равно пригнувшись, медленно прошла вперед. — То, что здесь никого нет, не значит, что надо кричать на весь корпус, Окс… — прижав уши к голове, тихо говорит монстр-кот с серой шерстью, пытаясь не отставать от девушки. — Ну тут-то нас точно никто не прибьет, правда, Альфред? Просто нам не надо, чтобы кто-то знал, что мы с тобой сейчас не в комнате… Девушка сощурила глаза, из-за чего те стали едва различимы в призрачной дымке на фоне ее белоснежной кожи, выделяясь лишь слабым желтоватым свечением. А ноги, с помощью которых Окс быстро-быстро передвигалась по засушливой земле Хотленда, были почти прозрачными ближе к ступням. Как и руки ближе к пальцам, впрочем. Но, несмотря на это, конечности девушки были вполне осязаемы. Она не совсем человек, но и не совсем монстр. До начала гражданской войны, жители Подземелья с первого взгляда узнавали в ней полукровку, которых было много до запечатывания монстров внутри горы, но теперь — после начала раскола — ее внешний вид часто создавал путаницу. Особенно у тех, кто был на стороне армии Ториэль… Да уж, будь Окс настоящим солдатом Асгора, а не просто партизаном, то ее бы уже давно похитили ради экспериментов. Ведь люди Ториэль всей душой презирали людей и не желали выходить из Подземелья в их мир, в отличие от Асгора, который желал свободы монстрам и мирного сосуществования с людьми… К сожалению, мнения их подданных разделились. И разделились настолько, что началась гражданская война. И Подземелье раскололось напополам. Некоторые монстры четко принимали конкретную сторону и уходили в соответствующую армию, а кто-то, как Альфред и Окс, пытались совмещать остатки былой мирной жизни и новую реальность, оставаясь нейтральными. Ну, конкретно они нейтральными только казались… Вместе с одногруппниками, Окс и Альфред еще в самом начале войны решили стать партизанами на стороне Асгора. И в данный момент они совершали проникновение на одну из так называемых баз армии Ториэль, где, по наводкам товарищей, хранилась информация о расположении охраны, расписание их смен, планировки некоторых зданий и прочие полезные вещи, которые дали бы армии Асгора хорошее преимущество. Путь к этой базе пролегал через Ватерфолл, который можно было смело назвать руинами прошлой жизни Окс и Альфреда. Да, до гражданской здесь были их дома. Но пришлось переезжать, потому что теперь Ватерфолл считался пограничной зоной, где часто происходили стычки. И находиться здесь было все страшнее с каждым разом. Было просто невыносимо наблюдать, как место, в котором проходило их детство, медленно но верно становилось мертвой зоной. Даже идти далеко не приходилось — вот, в прошлый раз мост на границе с Хотлендом был целее. А на том заборе, отгораживавшем когда-то дом их старых друзей, росли светящиеся грибы… Сейчас же там не было ни забора, ни грибов, а дом был разрушен так сильно, что сквозь дыры в стенах были видны комнаты, в которых они когда-то сидели, часами играя в настольные игры. Те же дурацкие обои, на которые постоянно жаловалась хозяйка этой комнаты. Те же шкафы, столы. Тот же коврик, на котором никак не катался кубик… тот же кривой пол, из-за которого игровое поле постоянно падало… Все то же, каким это запомнилось с детства. Вот только теперь едва различимо в черном пепле. Окс бы еще долго смотрела туда, но Альфред, тяжело вздохнув, намеренно закрыл ей глаза, мягко отворачивая голову в другую сторону. И он был прав. На такое лучше не смотреть, если ночью планируешь спать, а не лежать пять часов кряду, погребенный воспоминаниями о мирной жизни, которую уже никак не вернуть, даже если война закончится… В голове промелькнуло неуместное сравнение с нахождением на кладбище, но, к счастью, хозяева этого дома уже давным-давно уехали отсюда. И даже жили по соседству с общежитием Альфреда и Окс! Вот только эта мысль слабо утешала, если давать ей развитие. Да, эти монстры живы, что уже радовало… Но все могло быть еще лучше. Этой войны просто могло не быть. И тогда Альфред и Окс не радовались бы тому, что ее друзей не было во время разрушения их дома… Они бы вообще не задумывались о таких страшных вещах! Девушка взглянула на задумчивого Альфреда. Судя по его нахмуренному лицу, думал он примерно о том же… — А ну-ка, давай не думать! — выскочив вперед парня, сказала она, всматриваясь в его глаза. Он повернул голову в искреннем недоумении. Спустя пару секунд, когда до Альфреда дошло, о чем шла речь, он отвел взгляд и неохотно кивнул, продолжая идти вперед. — Угада- — Угадала, — опередив энергичную девушку, кивнул Альфред с легкой улыбкой. — Спасибо. — Хорошо, — кивнула она. — А то я знаю тебя. Как начнешь думать… так все, на всю дорогу из реальности выпадаешь… — Только потише, — Альфред прижал палец к своим губам, — мы еще, конечно, далеко, но все же… Окс послушно замолчала, но продолжила смотреть на друга с невысказанными словами, которые теперь пришлось говорить выразительным взглядом. Альфред косился на нее, едва сдерживая смешок. Было крайне очевидно, что Окс еще многое хотела сказать о его «выпадении из реальности» и, видимо, не совсем позитивно. Может, он бы и хотел послушать. Может, даже очень сильно хотел… Но сейчас они входили в не совсем спокойную часть Ватерфолла, так что для них обоих безопаснее было бы пересекать ее в тишине. Здесь уже начиналась неофициальная часть территории, которую забрали себе монстры стороны Ториэль, и другим здесь было нежелательно находиться. Но Альфред, разумеется, заранее придумал несколько отговорок в случае обнаружения (до самого проникновения на базу, конечно). Например, можно соврать о том, что ты просто местный, отказавшийся уезжать, ведь официального приказа покинуть дома не было. Правда, после использования этой отговорки придется надолго забыть о шпионских вылазках, но зато точно останешься жив… Только бы им не встретились монстры, жившие по соседству до войны. Они-то точно знали, что Альфред и Окс давно переехали в Хотленд, и их родные дома в Ватерфолле давно разрушены… Черт, придется придумать отговорку и на этот случай. Альфред скосил взгляд на Окс, напряженно всматривающуюся в темноту. Они дошли до места, где раньше была поляна люминесцентных цветов, от которых ныне остались лишь пожухлые стебли и гнетущая тьма, и, кажется, девушка до сих пор привыкла к их отсутствию. Но да ладно, Альфред хорошо видел в темноте, так что их дальнейшее продвижение проблемой не будет. Вот только то, как силы покинули подругу в момент, когда они зашли в этот район, не заметить было невозможно. Впрочем, Альфред ее понимал. Сами собой вспомнились многочисленные дни, когда они — еще будучи совсем малышами — проводили на этой поляне большую часть своего свободного времени, играя и делая венки друг для друга. На голове Окс, тело которой всегда светилось и без этих цветов, венки смотрелись особенно чарующе. Альфред помнил, как сильно старался над венками для нее, часами подбирая самые лучшие, самые красивые и яркие цветы. Помнил и то, как друзья подшучивали над ним из-за его очевиднейшей симпатии к Окс, которую она до сих пор не замечала… Жаль, что из той детской компании в настоящий момент живы остались только они двое. Полянку они пересекли в тишине. Как только безжизненные стебли закончились, Окс медленно обернулась, задерживая взгляд на некогда любимом месте. И теперь у Альфреда не осталось сил, чтобы остановить ее от этого. Что ж… кажется, если их вылазка закончится удачно, сегодня ночью из-за воспоминаний об отнятой счастливой жизни спать не будут они оба. Ну, по крайней мере, они есть у друг друга...