Час Пик.

Порт Южного Лос-Анджелеса оживал с наступлением сумерек. Медленно, как вспотевшее горло зверя, он затягивался густым индустриальным воздухом: контейнеры громоздились в башни, прожекторы выхватывали обрывки пыли, охранники лениво курсировали по периметру. Где-то вдалеке раздавался стук металла, и крики рабочих, переговаривающихся на смеси испанского, корейского и английского. Это было место, где грузы исчезали, деньги отмывались, а девочки, дети и оружие уходили без следа. Внутри тёмного фургона с тонированными стёклами Сан и Уен сидели в полной тишине. Третий наушник — у Кан Есана, что координировал наблюдение из офиса ФБР. На передней панели мерцал ноутбук с камерами наружного наблюдения, подключёнными к скрытым антеннам в районе терминала «B-7». Именно там, по данным Есана, должен был появиться один из курьеров Чхве Чонхо — некий мистер Вон, бывший связной из Гонконга. — Он опаздывает, — пробурчал Уен, откинувшись на спинку сиденья. — В азиатской мафии что, все пунктуальные как швейцарские часы? Или это только у тебя? — Ты отвлекаешь. — Сан не оторвал взгляда от монитора. Его лицо было сфокусированным, глаза следили за каждым движением в кадре. — Слушай, я не понял. Ты вообще человек? Или ты вот так родился — с костюмом и взглядом, как у терминатора? — Уен посмотрел на него с недоверием. — Когда ты в последний раз спал? Или улыбался? Или… хрен с ним, просто ел бургер? Сан молчал. Пауза зависла между ними, как дым. Затем он ровно ответил: — Когда я ем — я ем. Когда улыбаюсь — я в отпуске. Когда работаю — я не болтаю. Уен скривился. — Охрененно. Ты бы на военном заводе взрывал людей только за то, что они слишком громко чихнули. Сан проигнорировал выпад. Он медленно перемотал запись камеры №4 назад на пару секунд и замер. — Вот. Контейнер номер 344-B. Его открыли — но никого не впустили. Пять минут назад. Уен взглянул на экран. — Ты уверен, что это не просто охрана? — Они не носят одежду с вышивкой "White Flower Logistics". Это старое прикрытие. Им пользовался Чонхо раньше. Я видел такое в Сеуле. В наушнике зазвучал спокойный голос Есана: — Сан прав. Я проверил название. Компания числится закрытой с 2018 года. А вот недавно зарегистрированный сайт и новые отгрузки. Кто-то работает под старым брендом. — Чхве Чонхо? — спросил Уен. — Скорее всего. И если он там — вы не должны входить. Пока. Нам нужно понять, что именно они перевозят. Сан прищурился, проследив, как к складу подходит ещё один человек. Короткая стрижка, серый костюм, папка под мышкой. Не курьер, но явно не портовый рабочий. — Он из числа офицеров связи. У него дипломатический пропуск. Они готовят что-то серьёзное. Уен тихо выругался. — Мне уже начинает это не нравиться. Ребёнка, может, и нет, но запах грязной сделки чувствуется за милю. — Это не сделка. Это показ. — Сан приподнялся в кресле. — Они проверяют, кто за ними наблюдает. Это ловушка. — Ты хочешь сказать — они знают, что мы здесь? — Уен резко обернулся. — Чёрт. Тогда мы должны… — Замереть. Не двигаться. — Сан схватил его за плечо, резко и крепко. Их взгляды встретились — глаза Сана ледяные, голос — сталь. — Одно движение, и они будут знать точно. Уен затих. Рука Сана всё ещё лежала на его плече. Сильная, сухая, уверенная. Их лица были ближе, чем за всё время. Уен смотрел на него с долей раздражения, но под поверхностью — лёгкое замешательство. Этот человек — как гранит. Но за этим гранитом… что-то было. Чуждое, но завораживающее. Сан убрал руку так же быстро, как положил. Как будто ничего не было. С экрана доносились голоса — неразборчивые, глухие, но в кадре вдруг появился новый человек. — Подожди… — прошептал Уен. — Это что, Юнхо?! — Да. — Сан выпрямился. — Он был в розыске под другим именем. Правая рука Чхве Чонхо. — Твою мать. Они действительно здесь. Голос Есана снова зазвучал в наушнике. — Я отправлю вам расшифровку их разговоров через систему. Но главное — оставайтесь в тени. Я попытаюсь подключиться к их рации. Вам нужно отъехать. Сейчас. Уен схватился за руль, завёл мотор. — Окей, шеф. Уезжаем. И это всё? Без взрывов, без погони? Без… Сан спокойно сказал: — Лучше один раз выжить без драмы, чем умереть красиво. Уен хмыкнул. — Ты чертовски скучный. Но, чёрт… почему мне вдруг хочется тебя послушать? Сан не ответил. Он снова смотрел в монитор. На серые контейнеры, красные огни камер и фигуру Юнхо, исчезающего за дверью склада. Завеса опускалась. И начиналась игра, в которую они оба ещё не умели играть — но которую уже начали.