Час Пик.

Ночь в Лос-Анджелесе дышала горячим асфальтом и звуками далёких сирен. Сан и Уен притаились за припаркованным фургоном напротив тёмного переулка, откуда доносился приглушённый мужской голос. — Вот он, — тихо сказал Сан, чуть кивнув. — Пак Сонхва. — А второй? — Уен прищурился. — Не твой двоюродный дядя случайно? — Это Юнхо, — Сан проигнорировал подкол. — Правая рука Чхве Чонхо. — Значит, у нас тут “два по цене одного”, — ухмыльнулся Уен. — Пошли. Они двинулись быстро, как волна, накатывающая на берег. Сан выскочил из-за угла первым: — Полиция Лос-Анджелеса! Руки вверх! Юнхо мгновенно рванул в тень переулка, а Сонхва остался стоять, будто его и не впечатлили ни значок, ни оружие. — Офицеры, вы, должно быть, ошиблись, — сказал он холодно, даже не поднимая голоса. — Ошиблись? — Уен уже вёл его к патрульной машине, защёлкивая наручники. — Дружок, мы вообще редко ошибаемся. Сан, скажи ему. — Мы иногда ошибаемся, — признал Сан. — Но ты явно не тот случай. Через двадцать минут Сонхва сидел в допросной. Его рубашка была идеально выглажена, будто он зашёл сюда по дороге на дипломатический приём. На столе перед ним — пустая папка, а за стеклом наблюдали Сан, Уен и капитан Минги. — Итак, — Сонхва чуть наклонил голову, — вы хотите обвинить помощника корейского консула в чём-то, кроме того, что он встретился со старым другом? — Старым другом, который работает на Чхве Чонхо, — вставил Сан. — У вас есть доказательства? — Сонхва посмотрел прямо на него, как будто проверяя, дрогнет ли взгляд. Минги в этот момент уже начинал закипать. Он резко толкнул дверь и ворвался в допросную. — Уен! — его голос был как выстрел. — Ты понимаешь, что только что притащил сюда помощника консула? Я получил звонок из мэрии через три минуты после того, как вы его задержали! — Ну… он подозрительно выглядел, — попытался оправдаться Уен. — Тут половина Лос-Анджелеса подозрительно выглядит! — взорвался Минги. — Если бы мы арестовывали всех, у нас не осталось бы свободных камер! Минги жестом показал охране: снять наручники. — Мистер Пак, приношу извинения, — его тон был уже сухо-официальный. — Свободны. Сонхва поднялся, но задержался на секунду у двери. Он бросил Сану короткий, почти незаметный взгляд, в котором скользнуло что-то вроде предупреждения… или вызова. Дверь за ним захлопнулась. — Отлично, — пробормотал Уен, садясь на край стола. — Теперь он ещё и в курсе, что мы на его хвосте. — Зато мы в курсе, что он что-то скрывает, — Сан скрестил руки. — И это только вопрос времени. Капитан Минги влетел в комнату, как ураган: — УЕН!!! Ты что, совсем с ума сошёл?! Ты схватил самого помощника консула, да ещё и без предупреждения! Ты знаешь, что за это можно угодить под уголовку?! Уен, пытаясь сохранить спокойствие, улыбался, но уже потел под напором: — Капитан, я думал, это часть операции... — Операция?! — Минги буквально кричал, размахивая руками. — Это не операция, это позор! Если ты ещё раз накосячишь, я лично отправлю тебя мыть туалеты в корейском квартале! Там, между прочим, такой ужас, что твоя жизнь покажется раем! — Эй, я всегда мечтал об экстремальных приключениях... — саркастически улыбнулся Уен. — Не смей шутить! — отрезал Минги. — Ты будешь сидеть и думать о своих ошибках, пока не научишься работать по правилам! Понял?! — Понял, капитан... — сдался Уен, а Сан тихо посмеивался в уголке. — И ещё! — Минги резко повернулся к Сану, — держи этого шалопая под контролем. Мне не нужен ещё один агент, который больше напоминает комика, чем полицейского! — Да, сэр! — ответил Сан, глядя на Уена с улыбкой. — Всё! — крикнул Минги, направляясь к выходу. — И чтобы завтра на работе ты не смел делать ещё одну такую «операцию», понял?! Уен вздохнул и потянулся к чашке с кофе: — Ну что ж, уборка в корейском квартале звучит всё более заманчиво... Комната постепенно наполнилась тишиной после ухода капитана Минги. Сан вздохнул и облокотился на стол, глядя на Уена, который лениво вытянул ноги и потянулся. — Ну, что теперь? — спросил Уен с лёгкой улыбкой. — Мне кажется, меня отправили в отставку ещё до того, как я начал. — Отставка — это для слабаков, — ответил Сан, подтягивая папку с доказательствами. — Нам нужно выстроить план так, чтобы Сонхва не понял, что мы на него охотимся. — Так, а как же мои “маскировочные поцелуи”? — с лёгкой усмешкой напомнил Уен. — Без них операция скучная. — Я подумаю над этим, — Сан прищурился, — но не обещаю, что капитан Минги это одобрит. — Впрочем, — улыбнулся Уен, — если будем работать вместе, скучно точно не будет. Сан улыбнулся в ответ, заметив, как внутри него что-то теплеет. — Эй, — он слегка толкнул Уена локтем, — давай не будем забывать, что у нас работа, а не романтическая комедия. — Но мы ведь уже почти главные герои, — загадочно улыбнулся Уен. *** Сан и Уен только что вышли из маленького уличного ресторана, где ели острые тако и шутили над несвежими новостями. Сан потягивал кофе, когда внезапно его взгляд зацепился за фигуру, выходящую из тени дверей. — Юнхо! — выкрикнул Сан, узнавая высокого мужчину с холодным взглядом. Юнхо мгновенно обернулся, увидел Сана и без лишних слов рванул прочь, будто ветер сорвал с него шапку. — Окей, — улыбнулся Уен, подхватывая фразу, — сейчас у нас будет бесплатный фитнес: погоня за плохими парнями! — Тихо, — предупредил Сан, — он не просто так бежит. Юнхо метнулся в узкий переулок, а за ним — охрана в чёрном. — Ну, ребята, — усмехнулся Уен, — кажется, нам придётся доказать, кто тут самый быстрый. Сан и Уен бросились в погоню, перепрыгивая через мусорные баки и лавируя между припаркованными машинами. — Эй, Сан, — крикнул Уен, — если упаду, обещаешь подержать моё пиво? — Только если не забудешь про маскировочные поцелуи, — ответил Сан с улыбкой. Вскоре погоня вывела их на строительную площадку, где началась настоящая битва. Сан, ловко отбиваясь от охранников Юнхо, старался догнать главаря. Уен, подбегая на помощь, поддразнивал соперников: — Эй, вы что, на вечеринку опоздали? Давайте, давайте, я вас всех сейчас развлеку! Драка разгорелась на верхних этажах недостроенного здания. Сан и Юнхо обменивались ударами, каждый пытаясь перехитрить другого. — Ты же из Кореи? — бросил Сан, вжимая Юнхо в угол. — Слишком долго тебя не видел, — усмехнулся тот. — Слишком долго… и слишком много вопросов. Внезапно Сан поскользнулся на скользкой доске и свиснул над пропастью, крепко цепляясь за край. Внизу Уен, стоя под зданием, сжимал кулаки и пытался придумать, как спасти друга. — Ладно, Сан, — думал он, — если сейчас ты упадёшь, я точно буду отвечать за это… но не обещаю, что буду молчать. Доска под ладонью Сана треснула, и он с криком сорвался вниз. Ветер свистел в ушах, а внизу зияла зияющая пустота стройки. Но к счастью, прямо под ним оказался куча строительного мусора — доски, мешки с цементом и прочий хлам, смягчившие падение. Сан с силой приземлился на землю, почувствовав резкую боль в боку и ребрах, но, к счастью, без серьёзных травм. Он тяжело дышал, сидя среди щебня и пыли, и через боль хмыкнул: — Ну, я всегда говорил, что приземляться умею эффектно… Внизу Уен подбежал, широко раскрывая глаза и размахивая руками: — Сан! Ты в порядке?! — Почти, — ответил Сан, пытался подняться, но болезненно сжал бок. — Мне просто нужна минутка, чтобы почувствовать себя героем. — Герои обычно не падают с высоты и не хвастаются этим, — усмехнулся Уен. — Но если тебе нужна помощь, скажи, я тут рядом. Сан посмеялся, несмотря на боль: — Спасибо, напарник. Вот только если ты так будешь меня спасать, мне придётся учиться падать лучше. Они обменялись взглядами, в которых читалась усталость, но и крепкая связь, которую нельзя было сломать никакой опасностью. — Ладно, — сказал Сан, опираясь на Уена, — пора возвращаться к делу. Юнхо ещё не закончил игру. — А я уже готов к следующему раунду, — подмигнул Уен, помогая встать. — Только на этот раз я хочу, чтобы ты падал поаккуратнее. *** Квартира Уена выглядела так, будто он в ней только ночует — пара кружек на кухне, стопка пицц в углу и диван, который явно видел всё. Сан сидел на краю этого самого дивана, хмуро рассматривая свой локоть, на котором уже начал проступать синяк. — Серьёзно, Сан? — недовольно протянул Уен, открывая аптечку. — Ты умудрился получить синяки даже там, где тебя никто не бил. — Это называется “контактная акробатика”, — сухо заметил Сан, вспоминая падение через деревяшки. — И вообще, я поймал бы Юнхо, если бы ты помог. — А я, между прочим, стоял внизу и стратегически обдумывал, как спасти твою жизнь, — парировал Уен, выдавливая на палец немного мази. — Ну-ка, не дёргайся. Он аккуратно намазал синяк на плече Сана, а тот поморщился. — Ай, холодно! — Потерпи, герой. Это тебе не гонки по стройке, — с усмешкой сказал Уен, мягко растирая мазь. — И вообще, тебе повезло, что ты цел. Сан фыркнул, но, заметив, с какой внимательностью Уен осматривает каждую царапину, чуть смягчился. — Ты так обо мне заботишься, что начинаю подозревать, — сказал он с лёгкой ухмылкой. — Не льсти себе, — хмыкнул Уен. — Просто не хочу, чтобы мой напарник выглядел как побитый манекен на следующей операции. — Побитый манекен? — Сан прищурился. — Ты явно в своих шутках становишься дерзким. — Это потому, что я провёл полдня в компании тебя, мистер “Я всё сам”. — Уен закатил глаза, закрывая баночку с мазью. — И, между прочим, твой локоть теперь блестит, как у фигуриста на показательных. Сан фыркнул. — Отлично. Теперь останется только выучить “Лебединое озеро” и выступить в Корейском квартале. — Ха! — Уен рассмеялся и хлопнул его по плечу, но тут же услышал от Сана недовольное: — Ай, полегче! Это же тот самый синяк! — Прости-прости, — всё ещё смеясь, сказал Уен, но глаза у него всё-таки чуть потеплели. — Ладно, сиди тут. Я чай сделаю. — Чай? — Сан приподнял бровь. — А я думал, ты мне виски предложишь. — Виски? После того, как ты чуть не свалился с 20-го этажа? Да ты, напарник, либо бессмертный, либо ненормальный. — Ладно, чёрт с тобой, — Уен махнул рукой. — Один стакан. Только чтобы ты потом не говорил, что я тебя спаиваю. — Ты меня? — Сан ухмыльнулся. — Напарник, если я выпью, то максимум, что случится, — это твои уши устанут от моих историй. — Да, это-то меня и пугает, — фыркнул Уен, доставая бутылку янтарного цвета из шкафа. — После первой рюмки ты обычно начинаешь лекцию про “как мы в Корее работаем”, а после второй — танцуешь под любую мелодию. — Слушай, в прошлый раз я танцевал, потому что ты включил K-pop, — напомнил Сан, принимая стакан. — Я просто вжился в роль. — Вжился… — Уен налил себе. — Ладно, за то, что мы оба ещё живы. Они чокнулись, и Сан, отпив, довольно кивнул. — Вот. Это другое дело. Чувствую, как синяки перестают болеть. — Это не виски, а твоё воображение, — сказал Уен, но сам отпил с удовольствием. — И вообще, не расслабляйся, завтра у нас наверняка снова будут проблемы. — У нас всегда проблемы, — пожал плечами Сан. — Но именно это делает жизнь интересной. Уен усмехнулся и налил ещё по чуть-чуть. — Ну, тогда за проблемы. Чтобы они всегда были зрелищными… и чтобы ты перестал сваливаться с высоты. — Я же не специально, — обиженно протянул Сан, но уголки губ дрогнули. — Ладно. За проблемы. Они выпили ещё по паре глотков, разговор стал ленивее, а паузы — длиннее. Сан, развалившись на диване, полулежал, держа стакан в руке и лениво вращая жидкость в стекле. — Слушай, ты всё-таки странный, — сказал он, прищурившись на Уена. — То мажешь меня мазью, как заботливая бабушка, то наливаешь виски, как старый приятель… Ты кто вообще? — Универсальный солдат, — усмехнулся Уен, отпивая. — Могу и спасать, и лечить, и… развлекать. Сан приподнял бровь. — Развлекать? Это ты намекаешь, что умеешь? — Намекать? — Уен встал и подошёл ближе, поставив свой стакан на стол. — Нет. Я могу показать. Сан хмыкнул, но не отстранился, когда Уен опёрся рукой о спинку дивана, нависая. Лёгкий запах виски и его одеколона смешался с остатками ночного адреналина. — Осторожно, напарник, — тихо сказал Сан, глядя снизу вверх. — Мы же только что обсуждали, что у нас завтра проблемы… — Так давай хоть сегодня без них, — ответил Уен, и, не дав Сану ответить, наклонился и коснулся его губ. Поцелуй был сначала медленным, пробующим, но уже через пару секунд Сан подался вперёд, прихватив Уена за рубашку. Стакан из руки он даже не успел поставить — просто аккуратно опустил его на пол, чтобы не мешал. — Ты опасен, — пробормотал Сан, когда губы на мгновение разошлись. — Я предупреждал, — усмехнулся Уен, скользя ладонью по его груди, а потом ниже. — Универсальный солдат. Смех Сана утонул в следующем поцелуе. Движения стали резче, дыхание горячее. Одежда мешала, и они почти одновременно начали её срывать друг с друга, неловко задеваясь локтями и смеясь между поцелуями. Диван, кажется, пережил не одну драку в жизни, но сейчас он тихо скрипел под их весом, пока они двигались всё ближе друг к другу, стирая границы между шуткой и желанием. Ткань рубашки Сана хрустнула под пальцами Уена, когда тот одним движением стянул её с плеч. Ладони скользнули по обнажённой коже, задерживаясь на линии ключиц, потом на рёбрах — словно он запоминал каждую неровность, каждое движение грудной клетки. Сан в ответ цапнул его за ремень, притянул ближе, и их колени упёрлись друг в друга. От виски внутри всё казалось чуть медленнее, но при этом каждое касание обжигало сильнее. — Ты… чертовски наглый, — выдохнул Сан, когда Уен, не торопясь, прошёлся губами от его шеи к ключице, оставляя влажные тёплые следы. — И тебе это нравится, — прозвучало почти хрипло у самого уха. Пальцы Сана забрались под футболку Уена, нетерпеливо сдвигая её вверх. Когда ткань оказалась на полу, он сразу притянул его за талию и впился поцелуем в губы, глубже, жаднее. Диван стал тесным, поэтому Уен, ухватив Сана за запястье, потянул его, и уже через пару шагов они оказались у стены. Горячая спина Сана прижалась к холодной поверхности, контраст только усилил желание. — Думаешь, мы остановимся? — спросил Сан с вызовом, хватая его за затылок. — Даже не пытайся, — усмехнулся Уен и, опускаясь ниже, прокусил кожу на груди, а потом языком успокоил след. Дыхание стало тяжёлым. Пальцы раз за разом находили пряжки, застёжки, и одежда падала на пол. Их тела соприкоснулись — тёплые, горячие, в движении, которое уже не остановить. Сан запрокинул голову, позволив Уену спуститься ещё ниже, и тихий выдох сорвался с губ, когда ладони и губы оказались там, где нужно. — Уен… — это имя прозвучало почти как стон, приглушённый укусом губ. Тот только усмехнулся, не поднимая глаз, и продолжил — медленно, но с такой уверенностью, что у Сана подогнулись ноги. Он прижал его к стене, поддерживая одной рукой, а второй задавая темп, от которого невозможно было оторваться. Вкус, тепло, давление — всё смешалось, пока Сан не сорвался, сжимая плечи Уена, будто боясь, что тот отстранится. Но Уен довёл его до конца, и только тогда поднялся, с ленивой, почти победной улыбкой. — Универсальный солдат, помнишь? — тихо сказал он, глядя прямо в глаза. Сан, ещё не успевший полностью прийти в себя, фыркнул и потянул его обратно, на этот раз меняя роли. — Теперь моя очередь показать, что я умею. Сан перехватил его за запястья, прижимая к стене так, что плечи Уена чуть ударились о неё. В глазах мелькнул тот же хищный блеск, что во время погони, только теперь он был направлен совсем не на то, чтобы поймать беглеца — а чтобы сломать последние остатки контроля. — Ты думаешь, только ты умеешь сводить с ума? — Сан говорил низко, почти рыча, и уже коленом раздвигал ноги Уена, приближаясь вплотную. Он скользнул ладонью от груди вниз, намеренно задержавшись на животе, а потом ещё ниже. Пальцы легко, но с давлением прошлись по выпуклости, чувствуя, как тот мгновенно напрягся. — С-с… — выдохнул Уен, но закончить не успел — Сан накрыл его рот жёстким, глубоким поцелуем, лишая воздуха и мысли. Разорвав контакт, Сан опустился на колени, глядя на него снизу — взгляд был наглый, властный, и от него по спине Уена прошёл электрический разряд. Он стянул с него оставшуюся одежду, двигаясь не спеша, как будто растягивал момент. — Держись, — предупредил он, обхватывая его бёдра, и в следующий миг тёплые губы сомкнулись, а язык заскользил в ритме, от которого мышцы на животе невольно сокращались. Уен застонал, запрокидывая голову и упираясь ладонями в стену. Но Сан, не давая ему отойти слишком далеко, держал крепко, задавая темп, то ускоряясь, то замедляясь, пока дыхание Уена не стало рваным, а пальцы не впились в волосы. — Чёрт… — сорвалось с его губ, но Сан резко отстранился, поднялся и, схватив его за затылок, развернул, толкнув к дивану. — Я не собираюсь заканчивать так быстро, — прошептал он в самое ухо, обжигая дыханием. Он навалился сверху, прижимая к мягким подушкам, и уже рукой скользнул по внутренней стороне бедра, ощущая, как всё внутри дрожит от предвкушения. — Сан… — в голосе Уена уже не было насмешки, только голая, неприкрытая потребность. И тогда Сан вошёл — медленно, но без колебаний, ощущая, как тело под ним выгибается, принимая его полностью. Первый толчок был глубоким, второй — жёстче, третий — уже выбил из Уена хриплый, сдавленный стон. Темп нарастал. Каждый толчок отдавался в обоих — глухо, тяжело, с влажным хлопком кожи о кожу. Сан держал его за бёдра так, что наверняка останутся синяки, но отпускать не собирался. — Громче, — потребовал он, усиливая давление, и Уен подчинился, не в силах больше сдерживаться. Их тела двигались в едином ритме, пока мир вокруг не сузился до жара, звуков и бешеного стука сердец. Сан усилил хватку, вбиваясь глубже и быстрее, пока дыхание обоих не превратилось в рваные, хриплые вдохи. Уен цеплялся за него, будто боялся, что тот отступит, но Сан, наоборот, только прибавлял, загоняя его всё выше к краю. — С-сан… я… — голос сорвался, и тело под ним затряслось, выгибаясь в последнем, отчаянном рывке. Волна накрыла его полностью — горячая, острая, беспощадная. Сан почувствовал, как пальцы Уена сжались до боли, и сам позволил себе сорваться, глубоко, до конца, будто запечатывая в нём этот момент. Ещё несколько тяжёлых толчков, и он, выдохнув глухое: — Чёрт… — рухнул на него, чувствуя, как оба ещё долго остаются в этом пьяном от адреналина и близости состоянии. Их кожа была влажной, дыхание — тяжёлым, но Сан не спешил отдаляться. Он прижался лбом к его шее, чувствуя, как под кожей бешено колотится пульс. — Ты ненормальный… — прохрипел Уен, всё ещё не в силах открыть глаза. — Зато тебе это понравилось , — лениво усмехнулся Сан, проведя ладонью по его боку и оставляя лёгкий след от ногтей. Они лежали так ещё какое-то время, в тишине, нарушаемой только приглушёнными звуками города за окном. Виски на столике давно остыл, а их тела ещё горели. Сан поднялся первым, чтобы вернуться с полотенцем и бутылкой воды. Уен, всё ещё растянувшийся на диване, лениво приоткрыл один глаз: — Ты мне завтра принесёшь кофе в постель. — Посмотрим, — ответил Сан, бросив ему полотенце и, проходя мимо, шлёпнув по бедру так, что тот только фыркнул в ответ. А где-то в глубине, за этой спокойной передышкой, оба понимали — впереди ещё будет слишком много опасности, чтобы позволять себе расслабляться надолго.