Безумцы

Иорвет поёрзал, съёжился, пытаясь вырвать руки из плена. Достаточно высвободить одну: этого бы хватило, чтобы он обхватил себя, подёргал ладонью, кончил. Роше стоял в паре шагов — он бы не успел. Но верёвка держала запястья плотно.

Обездвижен. Верноном Роше.

Иорвет закряхтел. Не без упоения.

— Повернись. — Связывание. Как изобретательно. Значит, ты согласен, что не можешь сравняться со мной без подручных средств? — Повернись. Иорвет склонил голову к плечу. Сверкнул единственным глазом, оценивая. Роше перед ним не дрогнул. Словно конфронтация перед боем. — Если ты считаешь, что она тебе хоть чем-то поможет, — продолжил Иорвет с привычной ленцой, — тогда валяй. Он сделал шаг, развернулся. Выкрутил шею, чтоб держать Роше в поле зрения, и не без изящества сложил руки за спиной. Роше сократил дистанцию единым шагом. Немилостиво пихнул голову Иорвета, заставив смотреть вперёд. А затем пнул под колено — Иорвет рухнул на сложившийся сустав, и тогда Роше придавил его грудь к полу. — Аккуратнее, человечек, — предостерёг Иорвет. За спиной верёвка с чудовищной скоростью стягивала запястья. — А то что? Кончишь? — прошипел Роше, проверяя узел: дёрнул за него. Сильно.

Тщательно зачёсанные волосы Иорвета растрепались. Он опустил подбородок на плечо Роше, попытался придавить его головой, чтоб задержать.

Останься. Не отпускай. Дай мне кончить.

— Нет, — сказал Роше. — Не думаю, что тебе хоть немного хватило.

— Умеешь ты пытать.

— Я польщён.

Роше оттянул его за волосы, заставляя отодвинуться прочь.

Иорвет зарычал, когда Роше подтащил его за подмышку и швырнул к стене. Он споткнулся, ударился об неё, неспособный остановить себя руками. В волосы влезла хваткая пятерня, ногтями чиркнув по черепу, и подтянула наверх. Связанные за спиной руки заставили Иорвета выгнуться, чтоб избежать опасного натяжения сухожилий. Тело Роше придавило спереди. Вдруг ладонь влезла Иорвету между ног, сдавила мягкое мясо — с требованием, с угрозой. Иорвет издал возмущённый звук, и Роше за волосы оттянул его голову. Горячее дыхание натолкнулось на горло; зубы защемили кожу. Иорвет задышал, зарычал от ярости — попытался наступить Роше на ногу, пнуть коленом, чтоб тот сполна ощутил всё его недовольство.

Роше прижался ближе, соблазнившись возможностью потереться.

Иорвет крайне хотел бы, чтоб его укусили. Он бы даже попросил, если б это помогло ему кончить. Зубы Роше, эти жалкие клычки, держащие его на месте; его язык, его затягивающий поцелуй; отметины на нежной коже Иорвета, на крепкой шее...

Иорвет застонал — но заметил, как отчаянно это звучало, и закусил язык. Слишком поздно: Роше услышал. Иорвет пытался его удержать, пытался тереться сам, но Роше был чересчур наблюдателен. Поэтому отказал себе в удовольствии: вцепился пальцами в бока Иорвета и сумел остановиться, воспротивиться соблазну.

— Мне не нравится. — Мне плевать, что тебе там не нравится. У тебя на это стоит. Это главное. — Удачи довести меня до оргазма. С таким отношением она тебе понадобится. Роше ухмыльнулся — ухмылкой уродливой, знающей. Он явно что-то задумал. Иорвет присмирил свой гнев, чтоб пораскинуть мозгами. А пока Роше расстегнул его штаны и столкнул вниз. Всё, что Иорвет заполучил, — Роше бегло примял в ладони его мошонку. Затем вновь принялся за член. Попытался поцеловать, но Иорвет воспользовался преимуществом: задрал голову выше, не дался. Роше вцепился в его ухо — схватил большим и указательным пальцами и так притянул ближе.

— Целуешься ты всё так же скверно. — Этим Иорвет заработал себе тяжёлый, мрачный взгляд. — Ты что, не запомнил, как это делаю я?

— С чего ты взял, что ты хорошо целуешься?

— Я знаю, потому что тебе явно нравится. Судя по звукам.

— Мне не нужно тебя целовать, чтобы были звуки, — буркнул Роше. — Забыл, как я тебя прошлой ночью на четвереньках имел? Ты хорошо звучал.

— Там тебе тоже кой-чего недостаёт. — Иорвет перекатил затылок по стене, с вызовом ухмыльнулся. — Тебя едва хватает на два раза. Причём заметь: в лучшем случае.

Взгляд Роше стал убийственным.

— Ты всего лишь человек, — продолжил Иорвет. — Тебя попросту не хватит на большее. Зато я могу делать это снова и снова и снова...

— Капкан свой захлопни. Я понял.

— Тебе ни за что не удастся меня заездить, Вернон Роше.

Иорвет знал, что делает, когда втянул язык Вернона в рот. Тот выдохнул и недолгий миг позволил собой помыкать. Хватка его дрогнула: если б Иорвет хотел улизнуть, ему бы этого хватило. Даже жаль, что Вернон выдыхался так быстро. Но всякий раз это было упоительно. Поняв свою ошибку, Роше зарычал и куснул Иорвета за губу. Тот улыбнулся боли. Роше отпустил его и задёргал кулаком быстрее, торопя оргазм. Всё только начиналось. Ещё ухмыляясь, Иорвет улёгся затылком на стену. Двинулся вперёд, в чужую хватку: наслаждался тем, как Роше выполнял за него всю работу. Внутри распирало самодовольство от плана, разыгранного по нотам. Он заполучил, что хотел. Волна нарастала. Иорвет дал об этом знать: вытянулся ещё сильнее навстречу крепкой ладони. Изогнул спину, подставил взгляду своё гибкое тело. — Ещё немного, — прошелестел он. И задрожал. Роше заметил: поцеловал его в шею, в воспалённо-красное пятно. Рука его задвигалась иначе. Иорвет одобрительно заурчал. — Вернон... И Роше отпустил его. Испарился. Иорвет шарахнулся вперёд. Рука исчезла. В плечах остро дёрнуло, когда он попытался вырваться. Когда до него дошло. В глотке застрял звук. Почти как оргазм в хуе. Обман. Ловушка. Теряя самообладание, в глубоком и очевидном смятении Иорвет уставился на него. Забыв закрыть рот. Роше наслаждался видом.

Тихие вздохи. Проглоченные стоны. Хватка Роше на члене. Такая, блядь, методичная. Иорвет заставил себя замереть: Роше слишком хорошо его знал.

Но тот прочитал его.

И отпустил.

Иорвет пытался двинуться следом, но Роше держал за горло крепко. Иорвет сцепил зубы, сражаясь с собой, чтоб наконец заткнуться. Попытался сбежать в безразличие. Задышал глубже, чтоб успокоиться — утешить свою дрожь, и сосущее чувство в брюхе, и напирающую изнутри тяжесть.

Изо всех сил он старался это не выдать, но казалось: облегчение, на которое он так молился, разорвёт его на чёртов флаг.

Роше опять взялся за дело. Иорвет зашипел: трением уже натёрло чувствительно. Хватит. Он больше не мог выдержать ни этой тяжести, ни напряжения. В связанных руках и в паху. Его тело и рассудок были на грани. Как натянутая тетива, которую слишком долго держали. Лук, пошедший трещинами. Он жаждал наконец кончить. И снова кончить, и ещё разок. Как он привык. Роше тоже начинал уставать. Пыхтел не один только Иорвет. Чисто внешне Роше держался, но он наверняка тоже вымотался. Его всегда иссушало быстрее, чем эльфа. Касания Роше были легче пёрышка. Иорвет содрогнулся. Сжал губы, чтобы не выдать: он вот-вот кончит. Попытался расслабить всё тело. Каждую мышцу. Конец был так близок. Вернону нужно ошибиться лишь раз, всего один раз. Иорвет не собирался даровать ему удовольствие от своих изнурённых стонов. Много ему не требовалолось. Всего ничего. Он бы спустил и от дуновения ветерка. Роше его поцеловал. Пригладил бока, чтоб утешить загнанное, рваное дыхание. Иорвет так и не попросил, но слова мольбы вертелись в мыслях. Он удержал губы Роше своими. Последовал за ними, когда тот шагнул прочь. Ещё. Иорвет заскулил: потеря была неминуема. Он заскулил — и колени столкнулись с полом. Тело слишком устало — он не мог держаться на ногах. Мышцы слишком долго были в напряжении. Всё это было слишком. Он не мог унять пробивший его тремор. Не мог выровнять дыхание. Так и стоял — скрутившись над полом с поникшей головой; сырые от пота волосы прилипли к вискам. Повисли в воздухе. Связанный. Руки стянуты за спиной. Боль в них — тупая и утомительная. На полу. Колени врозь. Твёрдый, пульсирующий. Ненасытный, жаркий, раздутый. Он подтекал. Капало прямо с конца. Застрял где-то посередине. Роше смотрел на него. Шумно дышащий, потный. В закатанных рукавах. А затем опустился рядом на колени. — Вернон. Рука в волосах. Пальцы мягко скользнули сквозь пряди, прося поднять голову. Губы на лбу, затем на щеке. Затем на губах. Мягкие, тёплые. Иорвет понял: Роше и не думал остановиться. Или оставить его. Измученный звук вырвался из груди. Второй раз это было трудно назвать оргазмом. После того, как волна схлынула, из него всё текло и текло. Всё равно что выпустить вдох, который слишком долго задерживал. И не перестать выдыхать. Чувствительность никуда не ушла. Будто и не кончал. Роше даже руку не вытер — просто вновь принялся за дело. Иорвет попытался отстраниться. Не смог. Узлы впивались в запястья. Ничего не способно было остановить руки Роше на его теле. Он не прекращал. Мольба. Отпусти меня. Уйди. — Не думаю, что с тебя хватит, — с мрачным упоением ответил Роше.