Любовь с горьким привкусом

Организаторы конференции, видимо, сочли, что хирургам нужно улучшить не только профессиональные, но и «тактильные» навыки командной работы. Второй день начался с командных тренингов в современном симуляционном центре. Участников разбили на пары случайным образом, и Олег с Мариной, к их обоюдному ужасу, снова оказались вместе.

Первый этап назывался «Слепое доверие». Одному участнику завязывали глаза, второй должен был провести его через «полосу препятствий» — лабиринт из стульев, тумб и натянутых на разной высоте лент — используя только вербальные команды и… физические подсказки. Олег оказался с завязанными глазами. Марина стояла перед ним, ее лицо было каменной маской. –Шаг вперед, – скомандовала она безразличным тоном. – Теперь остановитесь. Олег послушно шагнул и замер. Внезапно он почувствовал, как ее руки легли ему на плечи, разворачивая его. –Направо. На сорок пять градусов. Ее прикосновение было холодным и безличным, как у медсестры, поправляющей больного. Но для него, лишенного зрения, оно стало единственной точкой опоры. Он шел, послушный ее тихим, четким командам, и ее пальцы то и дело скользили по его спине, направляя, поправляя. Каждое такое прикосновение было для него как удар током. Он чувствовал тепло ее ладоней сквозь ткань рубашки, и это сводило его с ума. – Пригнитесь, – сказала она. – Низко. Олег наклонился, и в этот момент ее рука легла ему на затылок, мягко, но настойчиво направляя его вниз. Он замер, чувствуя, как по его спине пробежали мурашки. Она, почувствовав его заминку, резко одернула руку. –Не останавливайтесь. Продолжайте движение. Они прошли полосу, но к финишу Олег пришел с учащенным пульсом и странным ощущением, что все его тело теперь помнит карту ее прикосновений. Второе задание оказалось еще более пыткой. Оно называлось «Хирургический тандем». Паре нужно было вместе, стоя спиной к спине, провести «операцию» — с помощью длинных щипцов перенести хрупкие предметы (имитировавшие органы) из одной корзины в другую, не уронив их. Для этого им пришлось сцепить руки на уровне поясницы, чтобы чувствовать движения друг друга. Они встали спинами. Олег почувствовал, как ее позвоночник уперся в его спину. Она вся напряглась. –Это унизительно, – прошипела она так, чтобы слышал только он. – Согласен, – пробормотал он в ответ, беря ее руки в свои. Ее пальцы были холодными и нежесткими. Он сжал их, и она инстинктивно попыталась вырваться. –Не двигайтесь, – его голос прозвучал у нее над ухом. – Или мы все уроним. Они начали движение. Это был кошмар. Каждый его шаг отзывался в ее теле, каждое ее движение он чувствовал спиной. Их сцепленные руки стали полем битвы – он тянул в одну сторону, она сопротивлялась, пытаясь контролировать процесс. Щипцы в их свободных руках дрожали, предметы чуть не падали. – Легче, – сквозь зубы сказал Олег, чувствуя, как ее ногти впиваются ему в ладони. – Вы слишком сильно тянете. – А вы слишком медленно двигаетесь! – парировала она, ее спина была напряжена как струна. – Мы не на прогулке! Их «операция» больше напоминала борьбу. Они спорили, ругались шепотом, их тела вынужденно терлись друг о друга. Олег чувствовал каждый изгиб ее спины, каждый вздох. Адреналин от соревнования смешивался с чем-то другим, более острым и запретным. Он ловил себя на том, что его бесит не столько ее упрямство, сколько то, как его тело реагирует на эту вынужденную близость. Но самое ужасное ждало их впереди. Финальное задание — «Транспортировка в ограниченном пространстве». Нужно было вдвоем перенести «пострадавшего» (тяжелый манекен) через узкий «тоннель», имитированный натянутыми брезентовыми полотнищами. Пространство было таким тесным, что продвигаться можно было только на корточках, практически в обнимку. Олег взял манекен за плечи, Марина — за ноги. Им пришлось присесть и, по сути, вползти в этот тоннель вплотную друг к другу. В ограниченном пространстве их ноги спутались, плечи сталкивались. Он чувствовал ее дыхание на своей шее, запах ее духов смешался с запахом пота. – Двигайтесь же! – прошипела она, ее колено случайно уперлось ему в бедро. – Куда двигаться? – огрызнулся он, пытаясь протащить неповоротливый манекен. – Здесь места нет! В какой-то момент он поскользнулся на разложенном на полу брезенте и не удержал равновесие. Рухнув на колени, он по инерции потянул ее за собой. Марина с глухим стоном упала прямо на него, ее спина прижалась к его груди, а его руки инстинктивно обхватили ее за талию, чтобы удержать манекен и ее саму. Они замерли в этой нелепой позе, задыхаясь. Он чувствовал каждый сантиметр ее тела, прижатого к нему. Ее сердцебиение отдавалось в его груди. Она вся застыла, и он почувствовал, как по ее спине пробежала дрожь. Не от страха. От чего-то другого. – Уберите руки, – ее голос прозвучал хрипло и неестественно тихо. Олег не двигался. Его пальцы непроизвольно сжали ее тонкую талию сквозь ткань блузки. –Не можем уронить «пациента», – пробормотал он, и его губы почти коснулись ее уха. Она резко дернулась, пытаясь высвободиться, но в тесноте это только сильнее прижало ее к нему. –Брагин, я вас предупреждаю... – Молчи, – прошептал он, и в его голосе внезапно прозвучала не привычная ярость, а какая-то новая, опасная интонация. – Просто молчи и двигайся. Она замерла, шокированная. И, к своему собственному удивлению, послушалась. Они, молча, пыхтя и спотыкаясь, проползли оставшуюся часть тоннеля. Когда они выбрались на свободу, оба были красные, взъерошенные и абсолютно сбитые с толку. Физическая близость, навязанная упражнениями, сделала свое дело — стена между ними дала серьезную трещину. Они заняли последнее место. Но Олег, глядя на Марину, которая старательно избегала его взгляда, но не могла скрыть дрожь в руках, понял — сегодняшнее поражение могло оказаться самой важной победой в их затянувшейся войне.