without words

«dirty rumors»

***

      Прошла уже неделя с начала учебного года. Я ожидал, что меня будут поджидать на каждом углу опасности. Точнее, я был уверен, что Ли Хисын отомстит мне. Но даже Сонхун ни слова не сказал. Всё шло так, будто я не облил водой бывшего при всей школе. Я его так сильно опозорил, но все об этом молчат. Вот только зря я расслабился. Опасность пришла оттуда, откуда я её не ждал.       — Оппа, ты слышал, о чём все сейчас шепчутся? — ко мне подошла староста, девочка чуть младше меня, с которой мы знакомы с детского сада. Он виновато взглянула мне в глаза, сжимая тонкими пальчиками рукава кофты, будто не хотела этого говорить, но была вынуждена.       — Нет, о чём ты говоришь? — я не мог назвать её своей подругой, хоть мы и изредка общались, даже пару раз гуляли, но я знал точно, что могу ей доверять.       Она немного покосилась по сторонам и подошла ближе, чтобы только я мог слышать её шёпот.       — Кто-то распускает о тебе слухи, — она покраснела, словно это событие было её виной. Ей явно неловко рассказывать это мне, но она всё равно осмелилась.       — Какие слухи? Приведи пример, — я говорил так, словно меня ни капли это не задевало, будто интерес мой был вызван целью понять, только ли это делал Хисын.       — Ну, там всякое разное.. не знаю, как тебе это сказать, — девушка вновь стала оборачиваться по сторонам, словно боялась, что нас подслушают.       По её поведению я сразу понял, что она не столько боялась рассказать мне, сколько её пугало, что нас заметят вместе и над ней будут издеваться. Было нетрудно догадаться, что кое-кто явно переборщил с местью.       — Давай сделаем так, ты мне чуть позже в личных сообщениях напиши, что именно говорят, — я осмотрелся и тяжело вздохнул. — И держись на расстоянии, не хочу, чтобы тебя коснулось.       Она поспешно закивала и стоило мне моргнуть, как староста исчезла из поля зрения. Я вновь остался один сидеть на скамейке за школьным двором. Оставалось ждать её сообщений, чтобы оценить масштаб проблемы, а пока я старался вести себя невозмутимо.       Весь урок я просидел рядом с Сонхуном, который вновь делал вид, что всё идёт своим чередом. В глубине души я пылал ненавистью к нему, ведь он стопроцентно замешан в этом, ведь с первого дня в этой школе лижет Хисыну зад. Как этот Пак не понимает, что Ли его просто использует как аксессуар.       Вновь и вновь я прокручивал в голове сценарий о том, как поворачиваюсь и со всей дури бью кулаком по идеальному носу соседа по парте. Мне хотелось схватить его за шею и всеми силами впечатать в стену. Но не на нём стоило вымещать агрессию.       А как я поступлю, если сплетни обо мне окажутся настолько ужасными, что может подорвать мою карьеру? Неужели я побегу к Хисыну и надеру ему зад? Как мне потом отмываться и от слухов и от публичного избиения школьника? Господи, за что мне всё это?       Я старался вести конспект, но вечно отвлекался на свои мысли. В тетрадь я лишь записывал формулы с доски, совершенно не слушая преподавателя. И вот, наконец-то, экран моего телефона загорелся. Она написала мне.       Даже не парясь по тому поводу, что около меня сидит прислужник моего врага, я открыл сообщение. Мир замер вокруг меня, как только я прочёл текст. Мои глаза округлились. Скорость того, как я ударял пальцем по столу от нервов, увеличилась, отчего звук стал невыносимым и громким.       Я не помню, как и досидел до звонка. Глядя пустым взглядом в стену, я не думал ни о чём. А как прозвенел звонок, я вышел последним из кабинета.       Проходя по коридору, где столпились ученики старших классов, я впервые слышал все их слова отчётливо. Словно на мой телефон из разных чатов прилетали сообщения, которые я читал, но не отвечал.       — Говорят, что наша звезда употребляет…       — Да, у него лютая зависимость, поэтому за дозу он готов продать своё тело!       — Вы вообще слышали, что его семья в кредитах из-за того, что он все деньги спускал на наркоту?       — Его мать не выдержала этого позора и покончила с собой. Ну и сыночка воспитала.       — Да она сама была проституткой по вызову! Вы не знали?       — Нет же, она скончалась от передозировки!       — До меня тут ещё одна информация дошла, что он пробился на роль в сериале через постель…       Я слышал каждое мать его слово. Каждую реплику, сказанную шёпотом. Моя голова кружилась с каждой секундой всё сильнее. Я мечтал сквозь землю провалиться. Откуда, ну откуда всё это взяли? Как можно было додуматься до этого?       Я не выдержал. Мягко сказано, я был сломлен. Ещё никогда в жизни я не чувствовал себя так хреново, как сейчас. Я знал, где найду Ли Хисына и просто шёл туда.       Как только я зашёл в мужскую раздевалку, распахнув дверь, тут же в помещении повисла тишина. Все люди были серой массой, расплывавшейся в моих глазах, но не он.       Он стоял около своего шкафчика, обернувшись на звук двери. Его лицо переменилось при виде меня. Тут же выползла гнилая улыбка, так и нарывающаяся на драку. Но я не поддался провокации.       — Это твоих рук дело? — мой голос даже не дрожал. В интонации не звучали эмоции, я был пуст внешне. Но внутри меня пылал огонь, даже пожар, который я старательно сдерживал.       — Ты уже в курсе, что о тебе говорят? Быстро же информация разлетается, — Хисын смеялся надо мной в каждом слове, манипулируя. Он пытался вывести меня на эмоции, показать всем присутствующим мой гнев. Но я сдерживался всё усерднее, понимая, как это может усугубить всё.       — Просто ответь. Это ты распускаешь сплетни? — чётко и холодно. Даже в тот момент, когда я сказал ему, что нам не по пути, я был более эмоционален, чем сейчас. Я просто стоял около входной двери, пока все взгляды были направлены то на меня, то на Ли Хисына.       — Разница то какая? Главное, что это работает, — зловещая ухмылка на лице моего бывшего напоминала злодеев из фильмов, либо психопатов. По-хорошему сейчас было бы ударить его хорошенько, чтобы зубы посыпались, но это не поможет.       — Значит, всё же ты… — я отцепил свой взгляд и перевёл на около сидящего него Сонхуна, презрительно на него посмотрев. — Ублюдок.       Оскорбление было адресовано Хисыну, который лишь посмеялся над этим. Но Пак был явно унижен этой ситуацией, опустив виновато глаза в пол. В я последний раз посмотрел на Ли и вышел из раздевалки.       Я больше был не намерен находиться здесь. Через несколько минут я уже был далеко от школы. Меня ждало увлекательное приключение, где я буду часами бродить по району, лишь бы дома не появляться, словно там уже всё знают.       Я не мог даже представить раньше, что Хисын способен на такое. Никогда бы не подумал, что он выберет такой подлый план мести. Распустить по всей округе слух о том, что я наркоман, которого стыдится семья? Я наверное сплю…

***

      Прошло уже часа три с момента, как я сбежал с уроков. Никто меня не искал и не звонил. А я наконец решил вернуться домой, чтобы взять с собой Лейлу и пойти с ней в парк.       Никто из моих одноклассников не живёт поблизости, поэтому и в парке неподалёку никто не появляется. Там я нахожу для себя уединение и спокойствие.       Всю дорогу пушистая четвероногая подруга виляла хвостом, надеясь меня развеселить. Но ничего не выходило, даже её искренняя радость и высунутый язык не могли поднять мне настроение. Я был опустошён, мне даже сказать нечего.       А вдруг об этом узнаю на съёмочной площадке? Меня ведь в ту же секунду выкинут. Я лишусь возможности построить карьеру, лишусь будущего. Но главное, что это приносит заработок, которого меня лишат лживые слухи обиженного на жизнь ребёнка.       Я опустился на свою любимую скамейку, погладив впервые за всю дорогу собаку по голове. Лейла с любовь завиляла хвостом.       В этот же момент впервые зазвонил мой телефон. На экране высветилось: «продюсер». И я понимал, что это конец.       Дрожащим пальцем я провёл по экрану, принимая звонок. Сердце ушло в пятки. Даже ветер перестал дуть в лицо. Настала кромешная тишина, а я слышал лишь своё тяжёлое дыхание и голос на другом конце трубки.       — Добрый вечер, Шим Джеюн, — мужской голос звучал огорчённо. — До нас дошла некая информация о Вас и Вашей семье. К сожалению, мы вынуждены расторгнуть контракт и отказать Вам в съёмках в новом проекте. Наша компания больше не будет с Вами работать, приносим глубочайшие извинения.       По моей щеке скатилась горькая слеза, символизирующая всю боль и несправедливость. Сердце закололо в груди, ломая рёбра. Мне казалось, я разучился дышать в этот момент.       — Я понял, до свидания, — я повесил трубку, сжимая зубами нижнюю губу до крови.       Я упал на колени, не имея сил подняться вновь. Лейла громко завыла, наворачивая круги около меня. А мои руки медленно опускались. Кажется, в моей жизни чёрная полоса только началась, я то думал, она подходит к концу.       Мой взгляд был направлен в темноту, куда уходила дорожка парка. Сам же я сидел под фонарём. Казалось, словно на меня направлен луч софита, а всё за его пределами - пустота. Не то, чтобы время, целая жизнь остановилась в одно мгновение. И в ту же секунду, небо всполыхнуло и заплакало вместе со мной. Капли дождя падал на кирпичную кладку тропинки, мою одежду и шерсть четвероногой подруги, которая не переставала лезть ко мне, дабы успокоить. Но её попытки были тщетны, мне нужно было время, чтобы смириться.       Несложно представить то, о чём я думал в тот момент. Мне хотелось уничтожить Ли Хисына и закопать его глубоко под землю, втоптать его лицо в грязь. Жажда мести накрыла меня, но это не помогло бы мне вернуть репутацию. Как только все эти слухи смогли дойти до агентства?

***

      Я захлопнул входную дверь дома, снимая параллельно промокшие кроссовки. Бросив обувь на пороге, как никогда не поступал, я поднял на руки собаку и потащил в ванную комнату. Увидев, в каком виде я вернулся домой, отец просто молча кивнул, не спрашивая, что произошло или как я себя чувствую.       Тёплая вода в душе быстро согрела помещение, оставив зеркало запотевшим. Чуть намочив шерсть, я выключил кран и достал с полки баночку с шампунем. Лейла терпеливо стояла, ожидая, когда её помоют.       Я наблюдал, как пена стекает в слив вместе с частицами песка. Я потратил примерно полчаса на то, чтобы помыть собаку, вытереть и высушить феном. Обычно она прыгает и машет хвостом, сопровождая радостным лаем. Но сегодня она смиренно молчала, чувствуя моё горе.       Когда я вышел из ванны вместе с Лейлой, я подошёл к отцу и кратко произнёс: «Меня уволили».       Он ничего мне не ответил, лишь прижал к себе, заточив в крепких объятиях. Может, он хотел меня поддержать, чтобы я не расстраивался, но у него это не вышло. Мне хотелось рыдать ему в плечо от того, как же тошно. Мне казалось, что весь мир меня покинул, но не отец. Он всегда был тем, на кого можно положиться, но я никогда ещё не доверял ему свои переживания.       За кружкой горячего чая, я смог выложить ему всё, что успело произойти за этот день. Отец слушал внимательно, тяжело вздыхая от каждого упоминания Ли Хисына среди моих слов.       — Послушай, сынок, — начал отец, глядя мне в глаза. — Если ты хочешь, чтобы он получил по заслугам, то у тебя есть вариант только попробовать подать заявление в полицию, но для этого нужно найти свидетеля. А решить эту проблему по-другому всё равно не выйдет.       — Ты думаешь полиции есть дело до каких-то лживых слухов? — я предвзято отнёсся к этому совету, ведь мне казалось, что какое-то заявление ничего не решит. — Я думаю, что раз доказательств нет, то и проблемы тоже. Нет трупа - нет дела.       Папа взглянул на меня бессильно, словно больше нет выхода. Он сделал последний глоток чая, глядя на дно кружки.       — Твоя мама всегда считала, что всё происходящее всегда ведёт к лучшему исходу, — сглотнув ком в горле произнёс отец, ведь до этого разговора мы старались не вспоминать о маме. — Думаю, она права. Нужно найти плюсы в произошедшем.       — И что ты предлагаешь делать? Я пока не виду ничего позитивного в том, что меня смешали с грязью вот так и обломали всю карьеру, — я локтём опёрся о стол, подпирая подбородок ладонью. В голове крутилась надежда, что отец поможет мне сейчас каким-нибудь советом.       — Завтра мы попробуем подать заявление на него, ты найдёшь человека, который сможет подтвердить то, что это был именно Ли Хисын. Даже если мы не добьёмся наказания для него, то мы хотя бы постараемся добиться его отчисления, — отец говорил уверенно, но всё же без сил, видимо, он очень устал после работы.       — А потом? Со мной разорвали контракт. Как мне теперь вернуться на съёмочную площадку? — я сильно переживал по поводу выбранной профессии. Мне не хотелось бы работать в иной сфере, ведь я чувствовал себя комфортно только в объективе камер. Вживаться в каждую свою роль для меня было лучшим занятием в жизни, которое я мог только придумать. И, конечно же, я не хотел прощаться с любимым делом.       — Я могу попытаться связаться со своей старой командой. Думаю, они помогут отснять для тебя кое-какой ролик, — отец говорил загадочно, словно задумал что-то. А я хмурился, не понимая, о чём идёт речь.       — Какой ролик? — я выпрямился, подняв голову прямо, и безудержно моргал, глядя, как отец устало улыбнулся.       — Просто конкурс на креативный ролик, где нужно рассказать о себе. Обычно, там участвуют ребята, которые хотят получить пиар, — отец смотрел на меня так, словно я совсем отстал от жизни, раз не знаю об этом мероприятии. — За три призовых места там денежное вознаграждение. Если выиграешь, сможешь поступить в университет или куда там поступают начинающие актёры. Или сможешь отложить эти деньги на самостоятельную жизнь, на будущее. Может, вложишь их в обучение на водительские права или машину. Всё зависит от тебя. Но это неплохой шанс рассказать правду на всю страну. Ты можешь хотя бы попробовать.       — Звучит сомнительно, честно говоря, — я было хотел отказаться, так как идея действительно звучала подозрительно. Ну правда, кто в здравом уме станет за видеоролик о себе дарить крупные суммы денег?       — Слушай, я знаю, что трудно поверить в такое, но главное ведь отснять ролик и отправить, а дальше уже его покажут по телевизору, есть же шанс, — отец положил свою увесистую руку мне на плечо и пригнулся, заглядывая в глаза. — Мама бы поддержала тебя. Я уверен, что тебе хватит фантазии и креативности, чтобы пройти отборочный этап. Твой ролик бы точно взяли на участие. Я всё организую, а ты реализуешь.       — Пап, мне хочется тебе верить, но я не могу поверить в себя и в то, что это правда, — мои глаза налились слезами, которые вот-вот снова хлынут ручьём.       — Зато я в тебя буду верить, — он нежно улыбнулся, вкладывая в свою улыбку глубокую надежду на то, что я соглашусь. — Твоя мама в своё время тоже участвовала в этом конкурсе. Думаешь, как она смогла поступить в довольно престижный университет в столице?       — Ну, я думал, она закончила с красным дипломом. Разве не так? — мои глаза округлились, словно весь мир перевернулся на сто восемьдесят градусов.       — Да, но бюджетных мест было мало. Она поступила платно, оплатив половину своим выигрышем. Тогда она заняла второе место, а это тоже неплохо, — отец мне подмигнул, отпуская моё плечо. — Поэтому я и хочу, чтобы ты поучаствовал.

***

      Все выходные и последующую неделю я работал над сценарием, зарисовывая каждую сцену на листах бумаги. Мне нужно было подготовить всё, чтобы сразу приступить к съёмкам. На уроках, особенно математики, я надевал наушники и доставал папку с листами, продолжая свой «комикс». Часто замечал, как Пак Сонзун оглядывается на меня, ведь для него наверное это был шок. Этот парень всегда писал конспекты, а сейчас даже учителя не слушает?       Да, я знал, как это скажется на моей успеваемости, но цель моя и достижение её для меня были гораздо приоритетнее. Так как заявление в полицию не помогло, Ли Хисын не признал свою вину, мне жизненно необходимо было выйти в массы, чтобы очистить себя от грязи.       Параллельно с этим отец собрал маленькую группу, состоящую из оператора, визажиста, постановщика и монтажёра, которые были готовы работать за идею, услышав мою историю. Эти люди когда-то были сотрудниками одного агентства, среди которых был и мой отец. Папа был великим сценаристом своего времени, но в какой-то момент директор уволил его, так как решил, что это место должен занять другой человек. И после ухода отца из этой группы фирма обанкротилась, не добившись большего успеха, чем с ним. А моего отца уже никуда не брали. Кому нужен сценарист, уволенный по неизвестной причине?       Так вот именно папа помог мне доработать сценарий. Его талант был выше гор, он мог бы создавать шедевры, но, увы, видели это только единицы.       К пятнице мы принялись за работу. И самым трудным испытанием было отснять пару дублей, которые я хотел видеть в классе математики. Поэтому мне пришлось пойти к директору школы вместе с отцом, который взял для этого выходной на работе, чтобы получить разрешение на съёмку.       — Господин директор, позвольте нам отснять пару дублей. Я клянусь, это займёт минут десять от силы! — я состроил щенячьи глазки, выпрашивая кусочек бумаги с подтверждающей подписью директора.       — Это сорвёт урок математики. Разве я могу такое одобрить? — мужчина в возрасте сидел в кожаном кресле, за стопками бумаг на столе его было еле видно. — Для чего это вообще? Это какой-то клип?       — Нет, это конкурс. Если получится, то видео покажут по первому каналу, — твёрдо ответил ему мой отец, словно объяснял ребёнку, почему нельзя пальцы в розетку пихать.       — Скажите мне на милость, мистер Шим, почему я должен согласиться? — директор привстал со стула, опираясь на свой переполненный документами стол. — В нашей школе очень строгий распорядок. Есть нормы поведения и приличия. Если ученики увидят подобное, они подумают, что это нормально. Вот так снимать какие-то ролики, как вы говорите, во время учебных занятий. Начнётся балаган!       — Я предоставлю преподавателю Ваше согласие и попрошу предупредить, чтобы никто не обращал на это внимание, — я почти уже готов был встать на колени, лишь бы получить одобрение. — Мне как раз и нужно, чтобы никто не смотрел в камеру, а слушали учителя и смотрели на доску. Скажем, что это съёмка не для моего ролика, а, например, видео о том, как проходят учебные занятия. Никто и не поймёт.       — Ваша школа получит сопутственно пиар, если мы попадём на конкурс. Заметьте, это будет бесплатная скрытая реклама, — отец добавил к моим словам свои факты, после чего директор, кажется, наконец задумался, что это может привести к маленькой выгоде.       — Для меня это очень важно, — я сложил ладони, умоляя его согласиться.       Тяжело вздохнув, директор опустился на кресло и открыл ящик стола, вытащив оттуда листочек и ручку.       — Я дам вам добро на съёмку, — добавил он сначала, написав несколько слов на листке. — Но без официального документа. Напишу записку твоему преподавателю математики, что съёмка будет для школы, ну, и чтобы предупредила всех. Одну секунду.       — Спасибо Вам огромное! — мне хотелось прыгать от счастья, ведь я уже не думал, что получится, и придётся переписывать часть сценария.       Директор протянул мне листок, на что я благодарно кивнул ему, и мы с отцом покинули кабинет. Теперь осталось предупредить учителя и дело в шляпе. Сам я уже был полностью готов к съёмке, а оператор всё это время ждал нас в коридоре.       По моему сценарию оператор должен будет сделать кадр с преподавателем у доски, затем смена кадра на класс, где ученики внимательно слушают и конспектируют, а потом оператор плавно придёт к моей парте, захватывая стол передо мной и меня в объектив. Последний кадр будет завершающим, где нужно будет уместить то, как я снимаю наушники и кладу карандаш на стол, после чего камера из-за моей спины приближает листы на столе с расписанными и нарисованными сценами. Грубо говоря, нужно показать то, как я готовился к съёмкам. И до момента, пока я не сниму наушники, на видео будет наложена дорожка музыки. Но когда наушник окажется на столе, звук будет живым, словно зритель слышит то же, что и я. Но мы решили весь звук добавить на монтаже, так как на уроке это будет неуместно.       Оператор, имеющий полное представление картины, смог записать всё с первых дублей. У этого мужчины точно есть талант. Он шепнул мне на ухо, что всё готово, и мы пожали руки, после чего он взял аппаратуру и вышел из кабинета, попрощавшись с преподавателем.       Я был вне себя от радости, ведь самое сложное, это было отснять эти дубли. Впервые за неделю я с интересом и улыбкой слушал лекцию преподавательницы, конспектируя абсолютно всё. Никто, кроме Сонхуна, не мог заметить нашего взаимодействия с оператором и того, как резко изменилось моё настроение в лучшую сторону. Только вот я об этом не думал.       — Я так понимаю, это не была съёмка для школы? — не оборачиваясь ко мне, Пак произнёс свою догадку вслух.       — Не твоё дело, — я холодно ответил ему, так как прекрасно помнил, что он водится с Хисыном.       — Не надо так реагировать резко, я просто поинтересовался, — Сонхун всё так же не смотрел в мою сторону, продолжая записывать пример с доски.       — А как я ещё должен реагировать? Твой друг уничтожил мою репутацию, и я даже молчу о том, что из-за него я лишился карьеры, — во мне нарастал гнев, который я уже давно не чувствовал. Всю неделю я забывал о существовании Пака, даже о том, что Хисын учится со мной в одной школе. Вот зачем он решил о себе напомнить?       — Он сделал это за моей спиной, я пытался его остановить, — внезапно стал оправдываться Сонхун, хотя его никто об этом не просил. — Наоборот, я хочу тебе помочь.       — Прости, но как ты можешь помочь мне теперь? Я подавал на него заявление, но оно ничего не весит без существенных доказательств, — я впервые за всё время наконец обернулся на Сонхуна, желая посмотреть на его бесстыжее лицо.       — А если я скажу, что у меня есть эти доказательства? Тогда ты перестанешь так со мной разговаривать? — Пак обернулся в ответ с очень серьёзным выражением на лице, словно он уже стоял в зале суда, будучи адвокатом, защищающим жертву преступления.       — Пусть у тебя и правда есть доказательства. Но разве ты готов предать своего друга? — теперь мне самому стало интересно то, по какой причине этот парень вообще завёл такой разговор. Тут два варианта: либо Сонхун и правда хочет помочь, что подозрительно, ведь он везде хвостиком бегает за Ли Хисыном, либо они оба что-то задумали, решив ещё подпортить мне жизнь.       — Он мне не друг, и я хочу лишь добиться справедливости. Я готов дать свои показания, если Хисын получит по заслугам, — к моему удивлению, Пак звучал убедительно и искренне. Трудно даже поверить было в его слова, но я пошёл на риск.       — Хуже точно не станет, поэтому после уроков приглашаю к себе, — я протянул руку, которую тут же не задумываясь пожал Сонхун.       Оставшиеся учебные часы я только и думал о том, как вообще мог на это согласиться. Неужели меня ничему жизнь не учит? Я согласился сотрудничать с другом своего врага? Нет, я просто идиот, раз решился на это. А если он просто лжёт и хочет меня обмануть? Поматросит и бросит. Хочет втереться в доверие, чтобы сделать больно, кинув меня потом? Или Ли Хисын и ему насолил когда-то, и поэтому Сонхун ищет способ отомстить мерзавцу? Мне трудно будет довериться такому, как он.

***

      Я смиренно ждал Пака за школой. Он попросил встретиться именно там, чтобы не пересечься с Ли, дабы тот не понял, что его шестёрка переметнулась на другую сторону. Но я ожидал, что сейчас придёт шайка Хисына, чтобы поиздеваться надо мной. К моему удивлению, Сонхун пришёл один.       — Я думал, ты не придёшь, — я встал со своей любимой скамейки, закидывая портфель на левое плечо.       — Давай быстрее, не хочу проблем раньше времени, — Пак оглядывался по сторонам, чтобы убедиться в том, что никто из учеников его не увидит рядом со мной.       — Как скажешь, — я повернулся и направился по привычному маршруту к своему дому.       Всю дорогу Сонхун держался чуть позади, не произнося ни слова. Я же не оборачивался, так как мне всё ещё было неприятно с ним находится рядом. Но в какой-то момент я сбавил темп, оказывая бок о бок с ним, так как знал, что в этом районе никто не живёт из учеников нашей школы, кто мог бы донести Хисыну о том, что нас с Паком видели вместе.       — Почему ты мне помогаешь? — мой интерес к этому вопросу был очень велик, поэтому я не мог дождаться, когда мы придём домой.       — Потому что ты хороший человек, — невозмутимый прямолинейный тон Сонхуна меня поразил, как и всегда.       — Разве тебя этот придурок не убедил в обратном? — я произнёс это с насмешкой, ведь сказанные им слова действительно звучали забавно.       — Да, но он сразу попался на лжи, — продолжал так же холодно Пак, не глядя на меня.       — О, Ватсон, позвольте узнать, как де Вы пришли к истине? — мне хотелось подшучивать над Сонхуном, ведь тот был слишком серьёзен, произнося подобные громкие заявления.       — Прекрати вести себя так, — впервые за весь путь Пак окинул меня недовольным взглядом, намекая на то, что я перебарщиваю. — В тот день, когда ты его опозорил в столовой при всех. Ещё в тот момент я понял, что он врал о тебе. Не трудно было сложить пазл. А закопал он свою клевету, когда жаловался на эту ситуацию мне в раздевалке, путаясь в показаниях. Да и ты не был похож на того, кого он мне описывал. Забей, сложно объяснить, как я понял, что он мне пытался мозги промыть. Ты прости, если сможешь.       — Я искренне хотел с тобой пообщаться тогда. У меня нет друзей в школе, поэтому наверное и подумал, что общение с тобой хоть как-то скрасит последний год моего обучения. Но теперь об этом можно забыть, — я впервые с кем-то был искренен. Вот только меня смущало, что открылся я именно Сонхуну. У него что, аура какая-то особенная? После признания я тут же опустил голову, глядя на то, как перебираю собственные ноги.       — Почему «забыть»? — Пак приостановился, словно этот разговор нельзя было продолжать на ходу, и посмотрел мне прямо в глаза, наконец расслабив мышцы лица.       — Потому что общение со мной доставит тебе одни проблемы. Разве ты хочешь, чтобы и о тебе слухи по школе разлетались? — я тоже остановился, обернувшись на собеседника. Не знаю, что на меня нашло, но я больше не испытывал неприязни к Паку. Один его взгляд сейчас заставил меня сожалеть о том, что я разрушаю крохотную возможность подружиться с ним, о которой он скорее всего и думал.       — Когда все узнают, что Ли Хисын был тем, кто распространил слухи, чтобы навредить тебе, все перестанут шептаться об этом и приползут извиняться за то, что думали о тебе плохо, — Сонхун говорил это с такой уверенностью, что так всё и будет, но мне слабо верилось в его слова. — Как только всё это прекратится, всем будет плевать кто с тобой общается. Это забудется как страшный сон. Так что скажи, почему мне стоит забыть об общении с тобой?       — Если бы ты хотел, ты бы и раньше стал общаться. Но все вы одинаковые, боитесь, что на вас косо посмотрят. Конечно, проще держаться ближе к тем, у кого всё в порядке с репутацией, — я поставил на место Пака, указывая ему на то, что он не прав. Действительно, если бы он горел интересом узнать меня хоть немного по-лучше, то не таскался бы за Хисыном всё это время, и его бы не смущало то, что о нём будут думать так же плохо, как и обо мне. Тогда я думал, что он глупо размышляет, но ошибался.       — Меня и правда волнует чистота моей репутации, так как если слухи о употреблении наркотических веществ затронут и меня, то я могу позабыть о спортивной карьере, — честное признание Сонхуна ввело меня в ступор. Я ожидал, что он начнёт оправдываться как угодно, но не честно признается. — Если бы не это, мне было бы плевать на слухи.       Я смотрел на него с приоткрытым ртом, наверное, впервые видел настолько искреннего человека. Точнее, для меня он сейчас открылся с иной стороны. Я уже не видел в нём высокомерного мальчишку, который думает только о себе и о взаимовыгодных отношениях, например, общение с Хисыном поднимало ему социальный статус за счёт известности Ли среди старших классов. Теперь в Сонхуне я видел простого парня, который действительно хотел мне помочь.       — Допустим это так. Но неужели тебе настолько я интересен, что ты из кожи вон лезешь, чтобы очистить мою репутацию? — я прищурился, наблюдая за тем, как изменится его выражение лица.       — Может и так, — сухой краткий ответ только больше поразил меня, но Пак по всей видимости не желал развивать тему дальше и подошёл ко мне ближе. — Идём, у меня мало времени осталось.       Я послушно шагал около него, всё ближе подводя к своему дому. Слова этого парня заставили меня переосмыслить последние две недели. Теперь меня мучил интерес, что он делал всю эту учебную неделю, раз не подошёл ко мне раньше. Почему он только сейчас решил сказать мне, что у него есть доказательства против Ли?