Малыш гонок 2.

Глава 7 POV Бэйб – Бэйб, поешь. Я едва слышал голос Чарли, доносящийся из кухни, но игра, в которую я играл, была на критическом моменте, и я просто не мог отвлечься ни на что другое, даже если "другое" – это мой любимый парень. – Бэйб. Его голос стал громче, но ничего страшного. Чарли понимал, как это бывает, когда я играю. – Бэйб. Это всё, что Чарли может сказать. Максимум, на что он способен, – это пройти из кухни к спинке дивана в гостиной, где я сижу, сражаясь с экраном и джойстиком в руках. Мне даже не нужно оборачиваться, чтобы понять, что у него на лице обречённое выражение. Но подожди, Чарли. Я вот-вот выиграю. – Ты хотя бы ответь, – спокойно сказал Чарли, садясь на пустое место рядом со мной. – Или ты не слышал? – Да, да, что ты сказал, дорогой? – ответил я, не отрывая глаз от экшн-RPG на экране. – Поешь. – Ладно, ладно, минутку. – Сколько минут? – Не знаю, но уже близко. – Тогда я оставлю еду на столе. – Ты не будешь есть вместе со мной? – Если ты будешь медлить, будет уже поздно. У меня встреча с преподавателем. – Почему ты так торопишься? Осталось всего... Черт! Идиот! Какой я неловкий! Пытаясь думать о двух вещах одновременно, в итоге я с позором проиграл. Моё раздражение взлетело так высоко, что мне захотелось бросить контроллер, но мой умный мозг остановил меня. Если я это сделаю, вещи сломаются, а Чарли разозлится, потому что я не умею контролировать свой темперамент. Поэтому я просто аккуратно положил его на диван и обессиленно откинулся на спинку, потеряв всякую энергию. – Ты расстроен? – спокойно спросил Чарли, его лицо было таким же равнодушным. Думаю, он немного устал от меня, просто не говорил это вслух. – У меня больше нет сил жить, Чарли. Я так подавлен. – Просто проиграв игру? – А что еще может предложить жизнь Бэйба? – я уставился в потолок в отчаянии. Но в то же время я был довольно горд собой за то, что смог превратить своё апокалиптическое кричание в образ безнадёжного человека. Раньше я бы просто устроил скандал, и Чарли, который испортил мою победу, понес бы за это ответственность. – Остаюсь я и еда, которую я приготовил, – молодой шеф-повар протянул руку и сжал мои губы до состояния цыплячьего клюва, прежде чем крепко поцеловать. – Наказание за то, что ты сказал грубость несколько минут назад. – Наказание было таким страшным. – Не могу поверить, что моё раздражение исчезло мгновенно, только из-за ужасного наказания от этого пса по имени Чарли. – Ты настоящий ублюдок. – Ещё раз. – Идиот, твой отец... Чарли быстро наказал меня тем же способом, прежде чем я смог произнести каждое ругательство в своей голове вслух. Его мягкие губы снова и снова прикасались к моим. Он не заходил дальше, просто касался моих губ и отстранялся, повторяя три раза – за каждое сказанное мной ругательство. – Говори красиво. Тогда ты выглядишь мило, – равнодушно пожаловался Чарли. Думаю, он уже потерял надежду заставить меня отказаться от ругательств. Чтобы защитить себя от обвинений, я пытался говорить красиво, но это было слишком сложно. К тому же все смеялись надо мной. – Даже не пытайся. Ты не боишься, что я стану слишком идеальным? – Ты и так идеальный. – Очень сладкий рот. – Если ты перестанешь ругаться, станешь ангелом. – Позволь мне быть обычным человеком. Чарли рассмеялся. Я медленно прислонился к его груди. Чарли немного подвинулся, чтобы мне было удобнее, автоматически подняв руку, чтобы погладить меня по голове. Я уловил слабый запах еды на его одежде. Обычно это должно раздражать, но с Чарли мне это совсем не мешало. Напротив, это вызывало странное чувство комфорта. Возможно, потому что я знал, что это запах еды, которую он приготовил для меня. – Ты флиртуешь? – спросил Чарли, когда я уткнулся лицом в его грудь. – Догадайся. – Ты просто играешь, я полагаю. Ты проиграл и расстроен. – Это часть причины, – честно ответил я. – Но ещё я хочу вести себя мило. – Почему? – Я не хочу, чтобы ты ходил в университет. – Это не сработает – Чарли тихо рассмеялся, думая, что мои слова – полная чушь. И да, это действительно звучало нелепо, когда я сам это услышал. Именно поэтому я не решился сказать ему, что мои слова – самое искреннее желание. – Мне потребовалось много времени, чтобы договориться о встрече с профессором. Мне нужно обсудить с ним много важных вещей. Если я не потороплюсь, всё затянется ещё больше. – Разве нельзя поговорить онлайн? – Лучше встретиться лично. Так удобнее. – Почему? – я понял, что придираюсь, но, начав, остановиться было сложно. – Это ведь одно и то же. Мы просто сидим и разговариваем. – Но ты здесь. – И что в этом плохого? Я не буду мешать. – Если так, то какая разница между тем, чтобы остаться здесь или пойти в университет? – Конечно, есть разница, мы не вместе. Чарли замолчал. Не уверен, что именно выдало мои эмоции – выражение лица или повышенный тон, – но я клянусь, что вовсе не хотел вымещать своё раздражение на нём. Просто Чарли, казалось, не понимал, и мне хотелось объяснить ему всё предельно ясно, чтобы он наконец осознал, как важно для меня его присутствие. – Я просто хочу, чтобы ты был рядом. Нам необязательно разговаривать, – сказал я, крепче обнимая его, надеясь, что это поможет ему увидеть меня с другой стороны и немного смягчиться. – У тебя всегда находятся дела, из-за которых ты уходишь. – Эм... В последнее время я действительно занят, – мягко ответил Чарли. Я почувствовал, что он испытывает чувство вины, и тут же ощутил собственное – за то, что заставил его чувствовать себя неудобно, хотя обещал поддерживать его во всём, что он хочет делать. – Ты чувствуешь себя одиноким, Бэйб? – Ну... немного. – Бэйб, ты хочешь, чтобы я проводил с тобой больше времени? – Если бы это было возможно, было бы здорово. – Чем чаще я слышал, как Чарли говорит это, тем сильнее я чувствовал вину. Раньше я мог жаловаться сколько угодно, но теперь начал ненавидеть себя за то, что думаю только о себе и не забочусь о чувствах своего парня. – Но ничего страшного. Я могу быть капризным, но не думай об этом слишком много. Это скоро пройдет. – Не говори так. Мне жаль тебя. – Если тебе жаль меня, тогда бросай учебу. – Ты серьезно? – Шучу, – резко ответил я, категорически отрицая это, так как тон Чарли звучал так, будто он действительно собирался бросить учебу из-за моих нелепых требований. – Ты с ума сошел? – Я просто пошутил, – засмеялся Чарли. Он легонько похлопал меня по голове, как будто был действительно впечатлен тем, как легко я стал таким доверчивым. – Бэйб, ты отправил меня учится, так что я должен закончить это дело. – Ты как мой сын. – Бэйб, ты видишь меня как своего сына? – Только в этом случае, но как я могу видеть тебя как сына? Тогда мир бы рухнул. – Хорошо, что ты так думаешь. Чарли снова похлопал меня по голове. Чем дольше мы были вместе, тем моложе я себя чувствовал. По крайней мере, когда я был с Чарли. На протяжении наших отношений я понял, что он более доминирующий человек, чем я. Он был спокойным, умным и зрелым, несмотря на то, что был на несколько лет моложе меня. Иногда я не мог не думать, что только Чарли заботился обо мне. Он научил меня быть лучшим взрослым, что оказалось гораздо сложнее, чем учить его быть гонщиком. Вот почему я хотел заботиться о нем так, как мог, например, оплачивая его обучение, даже несмотря на то, что Чарли теперь легко мог оплатить его сам. Помимо денег, наверное, только понимание – это то, что я могу ему дать. Есть много вещей, которые Чарли делает, а я не могу быть их частью. Однажды мне было жаль себя за то, что я не понимаю, о чем он говорит, за то, что не понимаю полностью и за то, что не одержим его великими целями. Я чувствовал себя плохим партнером, который не может быть частью мира другого человека. Пока Чарли не сказал: "Бэйб, ты всегда был в моем мире. Тебе не нужно ни в чем стараться". Эти чувства неполноценности исчезли. Я должен поблагодарить его за то, что он заставил меня почувствовать, что просто наблюдать со стороны – уже достаточно. У Чарли есть свой мир, который я не обязан понимать или помогать во всем. – Но сегодня я не могу отменить встречу с профессором, потому что это слишком срочно, – с сожалением сказал Чарли. – Завтра я останусь с тобой, но сегодня я должен пойти, хорошо? – Хорошо. – Несмотря на то, что это было против моего истинного желания, я все же согласился. Видеть, как Чарли страдает, было так же плохо, как не видеть его вообще. Так что если мне нужно было выбрать лучшее чувство, я выбирал сначала сделать счастливым Чарли. – Завтра подойдет. Обещай. – Обещаю. – Так во сколько ты закончишь разговор с учителем? – спросил я. Чарли сделал вид, что думает, а затем прошептал, что должен закончить в четыре или пять. – О, если так... – Но мне, наверное, нужно будет сходить в лабораторию. – Всего за секунду увядшее поле цветов в моем сердце словно ожило вновь, но Чарли тут же вернул его в прежнее состояние следующей фразой. Он говорил скромно, с таким виноватым видом, что я не решился показать разочарование на лице. – Если я закончу все сегодня, то завтра смогу провести весь день с Бэйбом. Как тебе такое? – Ну, ладно, – лишь протянул я. – Я скоро вернусь, – уверенно сказал Чарли. – "Скоро" это во сколько? – Не позже восьми вечера. – Эх... – На случай пробок, – он крепче обнял меня, поцеловав в лоб вместо того, чтобы окончательно заверить. Мне оставалось только надеяться, что Чарли сдержит обещание. – Я скоро вернусь, чтобы снова поиграть с Бэйбом. – А во что ты собираешься играть? – я с недоверием прищурился. – Угадай. – О… – игривое выражение лица Чарли заставило меня почувствовать внутренний восторг. Этот настрой был определенно правильным. – Играть в то, что нравится Пит Бэйбу? – У тебя глаза заблестели, – поддразнил он. – Ты сам это сказал, Чарли, – я указал на него серьезным тоном. – Если ты вернешься и снова начнешь жаловаться на усталость, я действительно рассержусь, парень. – Да, да, я не буду усталым, – Чарли слегка кивнул. – Прими душ и жди меня. – Хорошо. Как только я закончил говорить, тут же вскочил, а Чарли посмотрел на меня с недоумением. – Ты собираешься принять душ сейчас? – спросил Чарли. – Я собираюсь поесть. Я голоден. – Когда я об этом заговорил, ты сразу оживился, да? Я не почувствовала никакой боли от сарказма Чарли, потому что он был прав. Для такого жадного человека, как я, просто терпеть, когда мой парень говорит: "Можем отложить это на потом?" больше трех раз – это уже считается терпением уровня святого. По сравнению с тем временем, когда мы только познакомились, мне никогда раньше не приходилось испытывать такой голод. И я говорю это серьезно. ******* POV Алан – Дядя, можно мне сменить машину? Голос Кима не звучал как шутка, поэтому я отложил список деталей, которые нужно было заказать, и посмотрел на своего младшего, внезапно заговорившего о новой машине. – Ты так вдруг решил сменить? – Не то чтобы вдруг, – вздохнул Ким, словно ему самому было неловко говорить об этом. Обычно гонщики из команды X редко меняют свои машины, если только это не абсолютно необходимо (за исключением Бэйба, который однажды находил массу предлогов для смены машины). Для них автомобиль – это как партнер. Нужно много времени и усилий, чтобы изучить его, понять его особенности и приспособиться друг к другу. Как только ты освоишь ее, трудно потом отказаться. Ким прекрасно это понимал. – Но в последнее время я чувствую, что нахожусь не в лучшей форме. – Это из-за тебя? Машина тут ни при чем. – Я знаю, но я всё равно не могу найти причину. Ощущение, будто всё просто движется по инерции. – Ты думаешь, смена машины поможет? – Может быть, – пожал плечами Ким. – Не узнаешь, пока не попробуешь. Возможно, мне просто хочется попробовать что-то новое, чтобы снова стало интересно. – Как будто ты собираешься завести любовника. – Что-то в этом роде, но я уже поговорил с законной женой, и она сказала, что не против, – пошутил он. Я расхохотался. Не знаю, правда ли то, что сказал Ким, потому что раньше ни один гонщик не просил сменить машину из-за скуки. Но если он этого хочет и это не создаст проблем для остальных членов команды, думаю, ничего страшного. Как сказал Ким, в прошлом сезоне он действительно выступал не так хорошо, как должен был. Раньше он был номером один в – Red Racing, но теперь, находясь в – X-Hunter, ему приходится справляться с Пит Бэйбом и Чарли, который улучшил свои навыки в геометрической прогрессии, словно получил волшебный предмет, увеличивающий мастерство в каждой гонке. Ким, должно быть, чувствует давление, как человек, который питается амбициями. – Так какую машину ты присмотрел? – спросил я. – Пока никакую. Дядя, ты можешь помочь мне выбрать? – Ладно, – кивнул я, мысленно представляя каталог шикарных машин, которые подошли бы Киму. – Но сначала я поговорю с Джеффом. – Тебе обязательно спрашивать у мальчишки разрешения на новую машину? – Ким прищурился. Он явно насмехался надо мной взглядом. С тех пор как Джефф стал больше участвовать в работе гаража, эти ребята начали относиться ко мне как к трусу, который не может принимать решения самостоятельно. Я просто сказал, что проконсультируюсь с Джеффом. Почему они начали меня меньше уважать? – Я не прошу разрешения, но это и гараж Джеффа. Разве ты не хочешь, чтобы я проконсультировался? – быстро оправдался я, хотя понимал, что это вряд ли изменит мнение корейца. – К тому же у Джеффа хороший вкус. Было бы неплохо, если он поможет тебе выбрать тачку. – Ты ему чересчур льстишь. – Эй! – О, если ты хочешь, чтобы Джефф выбрал, тогда, дядя, пусть Джефф поможет мне заглянуть в будущее, – с горящими глазами сказал Ким. – Пусть он посмотрит, на какой машине я буду побеждать в будущем. Я тогда точно не ошибусь, верно? – Никак нет, – сразу отказался я. Я знал, что Джефф никогда на это не согласится. Не было смысла тратить время на вопросы. – Джефф не смотрит будущее для кого-либо. – Эй! Почему? – воскликнул Ким, нахмурив брови. – У тебя есть что-то хорошее, почему ты не умеешь этим пользоваться? Он что глупый? – Будущее не так прекрасно, как ты думаешь. – Хорошо или плохо – зависит от того, кто использует, не так ли? – Да, но не все Джефф может контролировать, – попытался объяснить я. Конечно, мысли Кима не были неверными. Я понимал, почему он так думает, ведь такие мысли возникали и у меня много раз. Честно говоря, я тоже хотел использовать способности Джеффа в своих интересах. С его помощью можно было бы все контролировать гораздо больше. Но если взглянуть глубже, это было бы несправедливо по отношению к Джеффу. Если бы я думал о том, чтобы использовать его способности, зная, как сильно он их ненавидит, я ничем бы не отличался от его бывшего отчима и многих других, которые просто хотят забрать то, что им не принадлежит. – Иногда Джефф не может контролировать то, что он хочет видеть или не видеть. Он впадает в панику, не может спать и настолько напряжен, что ему приходится постоянно принимать лекарства. Это не так просто, как у гадалки, Ким. Его способности работают иначе. Я тоже эгоист, но я стараюсь изо всех сил, чтобы не превратить Джеффа в рабочую машину, как это сделал Тони, потому что я не такой, как этот грязный старик. Я люблю Джеффа всем сердцем, и даже если он не более особенный, чем кто-либо другой, это никак не меняет моих чувств к нему. – Я понимаю, почему ты так думаешь, но, пожалуйста, не проси Джеффа заглядывать в твое будущее. Не позволяй ему слышать такие вещи. Ты понимаешь? Ким отвел взгляд и тихо вздохнул. Я знал, что он понял мои слова, но ему трудно было с этим согласиться, потому что он не совсем разделял мое мнение. Это было понятно. По крайней мере, я верил, что Ким не из тех, кто пользуется другими. Он был более принципиальным. – Слушай, если бы это была моя сила, я бы точно помог тебе. Даже не сомневайся. Но это сила Джеффа. Он вправе решать, использовать ее или нет. Потому что последствия будет испытывать Джефф, а не мы. – Я понимаю, – медленно кивнул Ким, показывая, что не хочет усложнять мне жизнь. – Просто жаль. – Ты талантливый человек. Возможно, ты устал в последнее время, но я знаю, что ты восстановишься. Тебе не нужно полагаться на чужие силы. – Надеюсь, что так. – Конечно, – уверенно сказал я Киму, надеясь, что он поверит в искренность моих слов. Я говорил это не только потому, что был капитаном, который должен поддерживать гонщиков команды, но и потому, что был его старшим, верящим в способности своего младшего больше, чем кто-либо другой. – Я никогда не нанимаю посредственностей. Я в этом абсолютно уверен. – Рад это слышать, – Ким слабо улыбнулся. Его лицо выглядело более радостным, чем раньше, и это принесло мне облегчение. – Джеффу повезло, что у него есть ты дядя. Не каждый может это понять. – Мне повезло больше, чем просто повезло. – Джеффа здесь нет, не нужно все время его хвалить. – Я серьезно, – рассмеялся я. Было забавно, как все думали, что я так боюсь Джеффа, что даже не осмеливаюсь что-то сказать, хотя на самом деле Джефф вовсе не был страшным. Наоборот, он был очень добрым. Просто его прямолинейность часто неправильно понимали. – Джеффу пришлось многое пережить со мной. Я так благодарен, что мы прошли через все это. С Джеффом моя жизнь намного проще. – Ух ты... это любовь. – Ты ревнуешь? – Немного, – Ким поджал губы, будто не хотел признавать это, но не мог отрицать, что любовь окружающих часто заставляла его чувствовать себя немного одиноким. – Здесь у всех есть пары. У тебя есть Джефф, не говорю уже о Бэйбе и Чарли. Я никогда не чувствовал себя подавленным из-за одиночества, пока не встретил их. – Иногда эти двое перебарщивают, – я попытался пошутить, чтоб снять напряжение. – Слишком, – подчеркнул Ким, его лицо и глаза стали серьезными, как у чихуахуа с выпученными глазами. – Иногда я думаю, найдется ли кто-то, кто будет любить меня так же, как Чарли любит Бэйба. – Ты слишком строг к себе. Когда-нибудь это случится, если ты этого захочешь, – я сочувственно похлопал Кима по плечу. Меня удивляло, что кто-то вроде него может беспокоиться о любви. Обычно его заботили только гонки. Казалось, что его настоящая страсть – это скорость и трек. – Серьезно, если даже кто-то с таким ужасным характером, как Бэйб, нашел Чарли, то ты, обладая куда лучшими качествами, точно найдешь кого-то. – Когда ты так говоришь, я чувствую себя вдохновленным. – Поверь мне, ты обязательно найдешь, – заверил я его с уверенностью. – Возможно, тебе придется самому искать свою судьбу, но о машине можешь не переживать – я позабочусь. Гарантирую, твоя новая любовь будет даже лучше, чем старая. – Тогда вперед. – Я даже схожу в автосалон Вэя для тебя. – Точно, – Ким широко раскрыл глаза, словно только что вспомнил, что кроме гаража команды у нас есть еще один склад, который может быть полезен. За это стоит поблагодарить Вэя, который всегда был щедрым и внимательным. После смерти Вэя все его имущество по завещанию перешло Бэйбу, кроме машины в автосалоне, которая досталась мне. Я узнал об этом только от его адвоката – сам Вэй никогда не упоминал об этом ни мне, ни Бэйбу. Даже сам факт, что он составил завещание, был неожиданным. Хотя я старше Вэя на несколько лет, никогда не думал о подобном. Но он, кажется, всегда был готов ко всему, будто предчувствовал, что его жизнь может оборваться в любой момент. Возможно, Вэй с самого начала знал, что его судьба будет трагичной. Разве это… не слишком грустно? – Ты снова об этом думаешь, – заметил Ким, вероятно, увидев, как я замолчал. – Ты его очень любил, да? – У меня нет любимчиков. Вы все равны. – Нет, все знают, что ты больше всего любишь Бэйба и Вэя. – Мы просто давно вместе, – лениво ответил я, вспоминая времена, когда Бэйб и Вэй были детьми, которые ни о чем не заботились, кроме гонок. Те дни были наполнены мечтами и упорным трудом. Они не были простыми, но в них была искренность и огонь. Теперь, когда у нас есть все, единственное, что кажется ускользающим, – это наша некогда яркая мечта, которая горела пламенем. Это не сожаление, просто иногда жаль осознавать, что мы не можем быть детьми вечно. – Не странно, что я привязан к этим двоим, но каждый, кто присоединяется к команде, становится моим младшим, без исключений. – Точно? – Ну… кроме Джеффа. – Ладно. Иногда я задаюсь вопросом, хорошая ли цель – мечта. Если она сбудется, останется ли у нас что-то? Что мы будем преследовать дальше? Или нам придется придумывать новые мечты? А сейчас… какая мечта у Алана? ***** POV Бэйб Когда Чарли приходится заниматься миллиардной миссией, быть дома одному вдруг становится сложно. Сегодня я быстро сдалась скуке и написал Чарли, что хочу выйти и погулять, надеясь, что он поймёт, как мне одиноко без него. Но этот идиот ответил: "В гараж?" и "Веселись". Смотрите, он всё знал. Я даже не сказал ему, что собираюсь в гараж, хотя действительно намеревался туда пойти. Разве ты не беспокоишься, что я пойду куда-то ещё и буду веселиться? Нет, это смешно. Я должен быть рад, что Чарли хорошо меня знает и доверяет мне, что я буду вести себя прилично и не отклонюсь от пути, даже если он не всегда рядом, чтобы контролировать моё поведение. И честно говоря, мне вообще не нужен Чарли, чтобы меня контролировать. Я ВЗРОСЛЫЙ. Я могу позаботиться о себе. – Что ты делаешь? – позади раздался ленивый голос. В гараже было всего несколько человек, которые могли говорить со мной так резко, и один из них – новый владелец гаража, который, казалось, ничего не боялся (или, скорее, никого не уважал). – Полирую колёса, – ответил я, не прерывая работы руками. Прошло много времени с тех пор, как я сам занимался чем-то подобным. С тех пор как я стал профессиональным гонщиком, я почти не касался инструментов в гараже. Раньше это место было почти как моя игровая площадка, особенно полировка колёс. Когда я впервые пришел в гараж, я почти зарезервировал эту работу для себя. – Ты владелец гаража. Как ты можешь этого не знать? – Я знаю, что ты делаешь, просто не понимаю, зачем ты это делаешь, – Джефф скрестил руки и посмотрел на меня с недоумением. – Это даже не твоя работа. – Мне скучно, и мне нечем заняться. – Ты не собираешься тренироваться? – Я и так достаточно хорош, мне лень. – Кажется, в следующем сезоне у нас будет новый король. – Этот саркастический тон был довольно раздражающим, но меня он особо не задел. Конечно, в таких вещах важна уверенность, которой у меня больше, чем у большинства. – Чарли, наверное, уже готов наступить тебе на спину тебя, да? – На самом деле, он уже наступает на меня каждый день. Если честно, твой брат... – Пи Бэйб, пожалуйста… – Джефф сделал лицо, будто случайно наступил на что-то отвратительное. Его забавное выражение лица развеселило меня больше, чем сам факт того, что я полировал шины гоночной машины. Думаю, мне нужно будет найти время, чтобы чаще дразнить этого парня. – Это мой брат. Не заставляй меня представлять что-то странное, ладно? – Что странного в том, чтобы просто наступить на спину? – Ха, очень смешно. – Ха, я умираю со смеху. Фырканье Джеффа ясно давало понять, что он меня уже достаточно натерпелся, но я это и так понимал. Мне нравится выводить его из себя, нет, на самом деле я люблю дразнить всех, но с Джеффом это особенное удовольствие, потому что он один из немногих, кто мне противостоит. И я много раз проигрывал этому маленькому парню. Думаю, проблема в том, что я не такой жестокий и наглый, как этот владелец гаража. Мне нужно тренироваться больше. – Я так понимаю Чарли нет, поэтому ты подрабатываешь здесь, – Джефф опёрся бедром о капот ближайшей гоночной машины. Редко этот парень начинал разговор с кем-то, и я признаю, что был рад быть одним из тех немногих, с кем он общался. – Как обычно. У твоего брата много дел, – я перевернул другое колесо, распылил жидкость и тщательно протирая каждый уголок, так как сегодня, похоже, не было много колес для полировки. Если я закончу быстро, мне больше нечего будет делать. – Скоро у меня, вероятно, будет парень-доктор. – А это плохо? Быть парнем доктора, я имею в виду, – заметил Джефф. – Я не хочу быть парнем врача. Я просто хочу быть с ним каждый день, – ответил я, задумавшись. Честно говоря, мне все равно, что изучает Чарли, где работает или какую должность занимает. Даже если бы он всю жизнь был посредственным редактором, я бы не видел в этом проблемы. – Но если он хочет этим заниматься, что я могу сказать? Я должен его отпустить, не так ли? – Конечно, ты никогда не сможешь остановить Чарли, — спокойно кивнул Джефф, прежде чем сделать паузу, как будто ему вдруг что-то пришло в голову. – Хм... хотя, на самом деле, я не так уверен – Серьёзно? – я рассмеялся. Я не ожидал, что у Джеффа будет такая нелепая идея, хотя он должен знать Чарли лучше всех. – Он настолько упрям? – Если ты его попросишь, я думаю, Чарли тебя послушает, – сказал он. – Он не послушает, я уже пробовал, — ответил я. – Правда? Серьёзно? – Ну… не совсем. –Я с безразличием пожал плечами. В конце концов, то, что Чарли занят учебой и проектом, не было для меня большой проблемой. В лучшем случае, я был немного разочарован тем, что мы проводим меньше времени вместе, чем мне хотелось бы. Но, честно говоря, если бы всё зависело от меня, Чарли вообще ничего бы не делал в этой жизни. – Это не так серьезно. Я не хочу, чтобы Чарли бросал все ради меня. – Но ты выглядишь одиноким. – Попробуй пожить отдельно от своего дяди хотя бы день, тогда поймёшь. – У меня нет с этим проблем. – Расслабленное выражение лица Джеффа было крайне раздражающим. И ещё больше раздражало то, что я верил, что он говорит это искренне, а не просто для того, чтобы спорить со мной. – Я могу с этим справиться. Тот, кто не сможет, вероятно, Пи Алан. – Если бы Дядя услышал это, он, наверное, подавился бы кровью и умер. – Нет, Пи Алан знает. – Ты невероятно сильный, Джефф, – признал я. – Люди должны уметь жить самостоятельно. Я уверен, что могу жить один, но это не значит, что я хочу так жить. Если бы я мог выбирать, я бы хотел остаться с Пи Аланом навсегда. – Хм… Понимаю, – я медленно кивнул. Мой разум рисовал будущее, которого я не хотел. Но если Чарли и я действительно однажды должны будем расстаться, я думаю, Чарли справится с этим лучше. И, конечно, я буду тем, кто умрёт без него. Кто бы мог подумать, что Пит Бэйб дойдет до такого. – Наверное, как и Чарли. По крайней мере, он сможет жить без меня. – А без Чарли ты не смог бы? — спросил Джефф. Это вопрос, который я задаю себе каждый день, потому что никогда раньше не был так привязан к кому-либо. Я не знаю, как справлюсь, если действительно потеряю его. Вспоминая то время, когда я думал, что Чарли умер, я чувствовал такую боль, что одна лишь мысль об этом вызывала тяжесть в груди. Я боюсь этого воспоминания, боюсь тех дней, когда считал свои вдохи, надеясь, что наступит момент, когда я перестану считать. Я хотел умереть, но не знал, как это сделать. Каждый раз, когда думал, что смерть была бы легче, чем жизнь с мыслью о потере Чарли, его лицо становилось яснее. Его голос и улыбка возникали передо мной так четко, словно он действительно находился рядом. Он касался моей щеки, нежно улыбался и говорил: "Не приходи. Это место не подходит для жизни". Эти слова всегда останавливали меня, разрушая мои попытки. Но если бы это произошло сейчас, смог бы я решиться? – Если ты спросишь меня сейчас… кажется, что нет. – Я горько рассмеялся, осознавая свою слабость. Убеждение, которое я носил в себе столько лет, теперь стало очевидным. Любовь делает людей слабыми – это правда, которую я не могу отрицать. – Твой брат избаловал меня. Я не могу жить без него. – Это совсем нехорошо. – Я знаю, но это ничего не меняет. – Ты должен попробовать. Ты не можешь жить так, чтобы Чарли был всем для тебя. Если Чарли больше не будет рядом, что ты будешь делать? Слова Джеффа заставили меня задуматься. Я поднял взгляд на него. Его лицо оставалось равнодушным, но я чувствовал, что он говорил серьёзно. Это заставило меня почувствовать себя плохо. – Почему ты так беспокоишься? – спросил я. – Ты что-то увидел? – Нет, я ничего не видел. – Но когда ты это говоришь, мне становится не по себе. – Все так реагируют на мои слова, – глаза Джеффа потемнели, словно я случайно задел болевую точку в его сердце. – Что бы я ни сказал, это звучит так, будто это правда, хотя это всего лишь возможность. Любой может сказать такое, но когда говорю я, всё кажется пугающим. – Я не хотел тебя расстроить, но это правда, – признал я. – Ничего страшного, я понимаю. – Но ты ведь ничего не видел, – этот вопрос не давал мне покоя. – Я тебя не трогал, откуда мне знать? – Может ты дотрагивался до Чарли. – Ты живешь с ним и почти не прикасаешься к нему. Когда бы я успел это сделать? – Несмотря на то, что я был подавлен, этот парень все равно умудрился меня поддеть. До сих пор я не уверен, сочувствовал ли мне Джефф или просто радовался. – Расслабься. Я ничего не видел. Я просто сказал это, потому что волнуюсь. – Ты? Беспокоишься обо мне? — удивился я. – Чарли не о чем беспокоиться. В конце концов, я стал "причиной беспокойства" для этих двух братьев. Несмотря на то, что я старше обоих, мне все равно приходилось выслушивать их постоянные предупреждения и заботы. Это было довольно неловко. Похоже, мне нужно было срочно вернуть старую версию Пит Бэйба. Пока я размышлял о том, как оживить сильного Пит Бэйба, неподалеку внезапно раздались голоса, мгновенно отвлекшие мои мысли. – Пришли нарушители спокойствия, – пробормотал Джефф, прежде чем сбежать, как только увидел Норта, Соника, Дина и еще кого-то, входящих в гараж. Парни громко разговаривали. У Норта в руках была GoPro, как всегда, будто он снимал какой-то контент. Именно поэтому миролюбивый Джефф сразу же эвакуировался, как только услышал этиъ ребят. – О! Бэйб! Что касается меня, я не успел убежать. Норт громко выкрикнул мое имя, широко раскрыв глаза, и побежал ко мне с камерой в руках, радуясь возможности снова использовать мое лицо для привлечения просмотров на своем канале… впрочем, как обычно. – Всем, смотрите, даже у Пит Бэйба есть подработка, – болтал Норт, направляя камеру прямо на мое лицо с такого расстояния, будто хотел, чтобы все зрители рассмотрели мои поры. – Кто сказал, что быть знаменитостью легко? Даже топовые звезды вынуждены работать и полировать колеса. Что уж говорить о таких, как я? – Посмотри сначала на его лицо, – шепнул Соник, стоявший рядом со мной, будто предупреждая друга, но весело хихикнул, глядя на мое скучающее выражение. – Выражение привязанности. – Норт ущипнул меня за щеку, будто действительно хотел выдавить из меня эмоции. Дин и Соник хлопали в ладоши от удовольствия. – Большой брат, скажи что-нибудь. Все так скучают по тебе. Они спрашивают в каждом ролике. – Хорошо. – Я посмотрел в камеру и заговорил ровным тоном, потому что не знал, что сказать. На самом деле, я даже не понимаю, чего от меня ждут люди, которые хотят видеть меня чаще на канале Норта в YouTube. Если бы вы знали меня лучше, то поняли бы, как далеко я от того, чтобы быть шоуменом. – Это Бэйб, у меня сегодня нет особых дел, поэтому я пришел в гараж, чтобы отполировать колеса. – Идеальное занятие для пилота в свободное время, – смеется Норт. – Где твой парень, Пи Бэйб? Почему ты здесь один? – Дин выступал в роли соведущего. Все трое выглядели так, будто им очень весело, когда они объединяются против меня. Но в тот же момент я заметил, что снаружи стоял еще один человек, скрестив руки, и смотрел внутрь. Он улыбался, будто ему просто нравилось стоять там и наблюдать. Возможно, это было не так уж важно, но его лицо меня немного раздражало. Почему он так улыбается? – Чарли учится, — сказала я, уклоняясь от взгляда этого парня, который мне не нравился, и сосредоточившись на импровизированной программе Норта. – Он в последнее время очень занят, так что вы его не часто будете видеть. – Вау... мы и так его почти не видим, — пожаловался Дин, притворяясь грустным. – Чего ты ожидал? Его парень такой красивый. Он не позволит ему часто появляться на камере, – поддразнил Соник. Услышав это, я вдруг вспомнил, что мне действительно не нравится, когда Чарли оказывается на камере слишком часто. Конечно, приятно видеть, как люди восхищаются его красивым лицом. Кто бы не гордился тем, что люди хвалят его парня? Но это были не только хорошие комментарии, и это раздражало. Хотя я верю, что Чарли достаточно силен, чтобы не принимать близко к сердцу эти глупости, но как его возлюбленный, я чувствую себя неуютно, видя эти сообщения полные ненависти. – Красивое лицо должно быть только для меня. – Сначала красивый, потом еще красивее, а? – я подозрительно посмотрел на него, прищурившись на модника, который не переставал хвалить Чарли. – Ты пытаешься увезти моего парня? – Сумасшедший! – громко крикнул Соник, притворяясь, что машет руками в панике, легко вызывая смех у всех, включая меня. Неважно, когда, это место всегда кажется домом. Может быть, потому, что у меня нет семьи, как у других людей, поэтому X-Hunter – единственная семья, которая у меня есть, единственный дом, куда я могу вернуться. Будь то как Пит Бэйб или просто Бэйб, это не имеет значения. Потому что это единственное место, которое принимает меня целиком и без условий. YouTube-команда продолжала приставать ко мне еще минут пять, прежде чем все поспешили выйти из гаража, услышав, что Пи Алан собирается протестировать свою недавно настроенную машину на треке. Теперь остались только я и парень, с которым я действительно не хотел разговаривать. – Ты все еще злишься на меня? Даже его голос раздражает. – Не будь таким. Я уже извинился. Несмотря на то, что он видел, как я намеренно его игнорирую, Вилли все равно не сдавался. Этот иностранный мальчишка присел рядом, наклонил голову, чтобы посмотреть на меня, стараясь втянуть свое раздражающее лицо в мое поле зрения, вместе с улыбкой, которую трудно было расшифровать. – Я больше не буду плохо говорить о твоем парне, поговори со мной. – Что ты здесь делаешь? – наконец пришлось ответить. Казалось, что Вилли не из тех, кто легко сдается, и его невозможно поколебать игнорированием. Поэтому, даже если я обращался с ним, как с пустым местом, он упорно продолжал говорить. – Мы не пускаем сюда посторонних. – Я спросил Пи Алана, – Вилли довольно улыбнулся, когда я наконец заговорил. – Я хотел прийти и поиграть с Пи Нортом, поэтому попросил разрешения зайти. – У тебя нет друзей где-нибудь еще? – У меня много друзей, но не так уж много тех, с кем можно весело проводить время. – Я не знал, что эти сопляки такие веселые. – Веселые они или нет, но они заставили тебя улыбнуться, разве нет? – Вилли наклонил голову, задавая вопрос. Мне показалось, что его улыбка немного насмешливая. – Сначала у тебя было кислое лицо. – Я сижу здесь один, натирая колеса. От чего мне улыбаться? Улыбаться колесам? Я же не принцесса из Диснея. – О, разве нет? – Вилли широко раскрыл глаза, прикрыл рот рукой, притворяясь удивленным. – Я видел, как ты сидел здесь, такой милый и одинокий. Я подумал, что ты именно она. Я не знал, как ответить на это отвратительное предположение, поэтому просто посмотрел на свое отражение в зеркале у столба. Я увидел мужчину в старых джинсах и белой футболке с черными пятнами на подоле. Его руки, шея и лицо тоже были в пятнах, вероятно, потому что я случайно испачкал себя грязными руками. Я выглядел как бездомная собака в картонной коробке, что делало слова Вилли еще более нелепыми. – А? Оценив свое состояние, я снова посмотрел на этого маленького лжеца. Вилли громко рассмеялся и упал на пол от моей реакции, хотя я даже не сказал ничего смешного. – Ты смешной. – Что смешного? Я же еще ничего не сделал. – Твое лицо смешное. – Вилли держась за живот, поднял тыльную сторону руки, чтобы вытереть слезы, и открыл рот, чтобы глубоко вдохнуть, будто умирал от смеха. – Когда ты делаешь это "А? лицо", это так смешно. Это как тот мем с котом. Ты видел его? – Конечно, я помню, — сказал я, игнорируя его и вернулся к колесам. Я не знал, когда закончу их полировать, потому что всякий раз, когда я пытался это сделать, кто-то подходил поговорить со мной. Какой сегодня день? – Эй... Пи Бэйб, – после того как вдоволь посмеялся, Вилли снова заговорил со мной. – Я знаю, что первое впечатление о мне могло быть не самым лучшим, но я не хочу, чтобы ты меня ненавидел. – Я не ненавижу. – Правда? – Оу, я просто не хочу видеть твоё лицо. Когда я вижу тебя, меня это раздражает. Чем больше я с тобой разговариваю, тем сильнее чешутся ноги, – пояснил я. – Хорошо, ясно, что ты меня не ненавидишь. – Вилли медленно кивнул, стараясь не интерпретировать мои слова дальше, хотя всё было настолько очевидно, что не требовало дополнительных объяснений. – Но я говорю правду. Если бы ты действительно ненавидел меня, я был бы очень расстроен. – Настолько? – я нахмурился, потому что его слова казались всё более и более преувеличенными. – Да, ты мне очень нравишься. Ты мой идол. Я стал гонщиком благодаря тебе. – Разве ты не говорил, что увлёкся гоночными машинами из-за своего отца? – Да, я увлёкся гоночными машинами из-за отца. Но сначала я просто считал вождение хобби. Человеком, который заставил меня серьёзно задуматься о гонках, был ты, Пи Бэйб. Тон и взгляд Вилли были слишком искренними, чтобы это могло быть шуткой или лестью. Возможно, впервые я почувствовал, что разговариваю с настоящим Вилли, а не с притворным роботом с раздражающей ухмылкой, как у глупца. – Я хочу быть номером один, как ты Пи. Хочу, чтобы все меня признали. Чтобы, когда они думают о гонках, они думали обо мне, как сейчас все думают о Пит Бэйбе, – продолжал он. – Кто тебя нанял, чтобы хвалить меня? – пошутил я. – Пи Норт дал мне двадцать, прежде чем зайти сюда. – Двадцать, и ты можешь так играть? Вилли весело рассмеялся, довольный тем, что я хорошо воспринял его шутку. Его улыбка выглядела более приятной, когда он не пытался быть саркастичным, более детской, более соответствующей его возрасту и ограниченному опыту. Я подумал, что это, вероятно, лучшее, что он может сохранить, потому что со временем всем приходится взрослеть, так или иначе. Это неприятная правда, но поверьте, никто не может её избежать. – Как ты стал таким хорошим? – спросил Вилли. Он пересел, скрестив ноги на полу, и смотрел на меня с таким интересом, что, кажется, забыл, что грязный пол вот-вот испортит его дорогие джинсы. – Какие-нибудь секреты? – Никаких, просто практика, – небрежно ответил я, прежде чем покатить очищенное колесо к столбу и взять новое грязное, чтобы продолжить полировку. – Ты всегда тренировался сам? – Сначала меня тренировал Пи Алан. Когда я начал хорошо справляться, я начал наблюдать за другими участниками соревнований и подражать им. – Ух ты... Пи Алан тоже твой учитель? – Конечно. Ты только что узнал? – я был немного удивлён, что Вилли, похоже, не знал о репутации команды X, хотя сам был в этой индустрии. – Когда он был гонщиком, он никогда не проигрывал. Пи Алан намного лучше меня. – Лучше тебя? – Вилли широко раскрыл глаза. – Да, но, вероятно, ты еще не родился, когда он был на пике. – Ты правда любишь Пи Алана, да? – Нет причин не любить его, – я пожал плечами. Сказать, что я люблю Алана, звучало немного странно. Я никогда не задумывалась о своих чувствах к нему. Любовь, уважение, благодарность или признательность – я не был уверена, как это описать. Все, что я знал, – для меня он был незаменимым Пи. Нет, не незаменимым. – Он моя семья. – Я так завидую, – Вилли улыбнулся, как ребенок, мечтающий о будущем. – Это поэтому команда X так долго держится вместе? Наверное, так нас видят со стороны. Думают, что это красивая картина. Единство и любовь семьи делают X-Hunter известной сильной командой, потому что у всех одна цель. Но внутри большой цели есть множество маленьких. Новички хотят перейти в гонщики, юниоры стремятся попасть в старшую группу, третьи хотят подняться на второе место, вторые на первое, а первые хотят остаться на вершине и не опуститься ниже. В конце концов, у каждого есть своя полоса и свой финиш. Сильный и сплоченный X-Hunter чуть не распался два года назад. Молодой новичок-гонщик напал на члена команды и оказался в тюрьме. Талантливый гонщик ушел и больше не вернулся. Гонщик, которого собирались обучать, нашел свой путь и бросил гонки. Внутри царил хаос. Гонщики оказались вовлечены в дела, выходящие за рамки трэка. Ничто не гарантировало, что команда X-Hunter будет существовать до сегодняшнего дня. Но это уже в прошлом. Это было трудное время, но оно прошло. – Ты пытаешься шпионить за моей командой? – в процессе разговора я начала понимать, что мы не в той ситуации, чтобы вести такие глубокие беседы. Хотя дружба с командой соперников не была запрещена, осторожность в том, чтобы не выдать секреты, оставалась обязательной. После тех событий это был важный урок, доказывающий, что беспечность – это путь к гибели. – Вовсе нет, – рассмеялся Вилли. Его выражение не казалось скрывающим какие-то намерения. – Мне просто любопытно, и ты мне нравишься. Слушай, если бы у тебя была возможность поговорить со своим любимым кумиром, разве ты бы ничего не спросил? – Ты очень настаиваешь на том, что я тебе нравлюсь, да? – Это правда. Ты мне нравишься. Я повернулся, чтобы встретить взгляд Вилли, прищурившись и оглядывая его с головы до ног с чувством раздражения в сердце, потому что мне казалось, что этот парень снова начинает вести себя так, как той ночью. – Не смотри так. Я имею в виду, как айдола, как знаменитость. – Так лучше. – Если бы не моя подозрительность, я бы подумал, что слова Вилли достаточно искренни, чтобы поверить в них. Казалось, он не пытался подкатить ко мне, как в прошлый раз. Похоже, парень, который все еще носит брекеты, собирался отступить. – Я бы не осмелился. Чем я могу соперничать с Пи Чарли? – Конечно. Ты не можешь сравниться с Чарли, – ответил я без колебаний. Это правда, что Вилли совершенно не мог сравниться с Чарли, если не считать внешности, которая могла бы понравиться тому Бэйбу много лет назад. Но кроме этого, не было ничего, что могло бы сделать его конкурентом для Чарли. Ни его личность, ни характер, ни интеллект (и, конечно, ни его сексуальная привлекательность). И я думаю, Чарли прекрасно это понимал. – Никто не может сравниться с ним. – Думаю, тебе благоволил Бог, – сказал Вилли с улыбкой, его рука потянулась в карман рубашки с короткими рукавами. Я почувствовал, как что-то мягкое коснулось моей щеки. – Везёт в игре, везёт в любви. Я сразу же отвернул лицо. И только сейчас понял, что, когда кто-то, кроме Чарли, прикасается ко мне таким образом, это вызывает странное неприятное ощущение. – Эй, просто вытираю лицо, оно такое грязное, – рассмеялся парень с Запада, увидев моё паническое выражение, вызванное одним лишь носовым платком. – Если оставить грязь слишком на долго, твоя кожа испортится. – Неважно. Всё нормально. – Я отмахнулся от руки парня. Хотя его взгляд не казался вызывающим беспокойство, то, как он это сделал, заставило меня почувствовать себя так, будто я совершаю что-то действительно греховное. – Ладно, ладно. Если ты не хочешь, чтобы я это делал, иди и вытирай сам. – Вилли протянул мне свой кремовый носовой платок и кивнул, говоря, чтобы я вытерся сам. – Это раздражает. Иди, вытри. – Почему ты так недоволен моим лицом? – Хотя я и жаловался, всё же принял носовой платок Вилли. Сначала я не думал, что грязное лицо – это проблема, но когда меня назвали грязным и протянули носовой платок вот так, я не мог не подумать, что сейчас выгляжу действительно ужасно. – Ты не похож на человека, который носит носовые платки. – Верно? Мой друг тоже так сказал, – иностранец кивнул в знак согласия. – Но я всегда его ношу. Снаружи я выгляжу так, но на самом деле я довольно модный. – Так ты не можешь терпеть видеть грязных людей? – Что-то вроде этого. Сейчас мне хочется бросить тебя в таз и хорошенько отмыть. – Я не собака. – Тогда скорее вытирайся. Я мог только надуть губы, чувствуя раздражение от того, что какой-то парень из ниоткуда отдаёт мне приказы. Раньше, кроме Чарли, никто не осмеливался давать мне указания. Если бы не чистый вид тела Вилли, из-за которого я чувствовал себя слишком грязным, я бы этого не сделал. – На висках тоже, – Вилли кивнул и бросил на меня раздражённый взгляд, будто был недоволен тем, что я недостаточно хорошо вытер лицо. – Нет, с левой стороны. – Это левая сторона, – сказал я, сильно натирая тканью кожу рядом с левым виском, пока она не начала немного болеть. – Ай, брат, извини. Вилли, наконец, не выдержал. Он резко выхватил платок из моих рук и сам принялся вытирать грязное пятно. Его брови нахмурились, рот немного приоткрылся – он явно был раздражен тем, что я не справился с задачей так, как ему хотелось. В глубине души мне хотелось отстраниться, ведь мне не нравилось, когда кто-то так сильно вмешивается в мое пространство. Но, учитывая, что Вилли был сосредоточен на пятне на своем лбу, а не на наших отношениях, я решил, что не стоит придавать этому большого значения. – Ты так сильно тер, но ничего не очистил, – проворчал Вилли. – Все красное. – Кто там увидит? — сказал я. – Здесь есть зеркало, – напомнил он. В тот миг я вдруг вспомнил о большом зеркале неподалеку. Только что смотрел в него, но уже успел забыть. Мне стало немного неловко. – Ладно, хватит, – я прочистил горло, чтобы избавиться от смущения, прежде чем оттолкнуть Вилли. – Хватит, уже чисто, – тот рассмеялся. Он отстранился от меня и положил платок обратно в нагрудный карман. – Теперь выглядит намного лучше. – Где платок? – я протянул руку к нему. – Дай мне. Я сначала постираю, а потом верну тебе. – Неважно, это мелочь... – Мелочь? Он весь черный, – настаивал я. – У меня есть еще много. – Тогда просто выбрось его. – Э-э, я оставлю. – Вилли рассеянно кивнул, а я не мог перестать смотреть на него. Тщеславный мальчик начал нервничать. – Что? Ты же не собираешься делать с этим платком что-то странное, правда? – спросил я. – Ты с ума сошел? – Глаза Вилли широко раскрылись, словно он увидел призрака. Его щеки слегка покраснели, что было довольно странным зрелищем. Я не думал, что такой ребенок мог бы смутиться. – Хотя ты мне и нравишься, я не извращенец. – Ну, это было похоже. – Я выброшу его прямо здесь, ладно? – Ладно, – я покачала головой, убедившись, что Вилли не из тех странных людей, которые хранят грязные вещи ради собственного удовольствия. Хотя его поведение выглядело именно так. – В следующий раз, когда мы встретимся, я куплю тебе новый. – Все нормально, серьезно, это просто кусок ткани. Меня это не беспокоит. – Неважно, серьезно ты или нет. Мне просто не нравится быть кому-то обязанным. – Из-за носового платка? – удивился он. – Кто знает, в будущем ты можешь заявить, что я должен тебе денег. – Ты меня за идиота принимаешь? — спросил он. – Вроде того, — признал я. Вилли ничего не ответил, он просто рассмеялся и слегка покачал головой, словно был поражен моей логикой. Затем вбежал Норт и громко закричал ему, что Пи Алан собирается купить им закуски. Услышав это, самоуверенный мальчик вскочил и тут же побежал за толпой других детей. В конце концов, ты все еще просто ребенок. Говоря о детях, я вспомнил еще одного. Чем он сейчас занимается? Если я скажу: "Я куплю тебе вкусняшек", Чарли побежит ко мне, как это сделал Вилли? Или Чарли уже слишком взрослый, чтобы заботиться о таких вещах? Если бы это было сейчас, что мне нужно использовать в качестве приманки, чтобы Чарли бросил все и прибежал ко мне?