Кровавая ярость

Драко Малфой стоял у высокого арочного окна в библиотеке Особняка Малфоев. За свинцовыми стеклами тянулись мрачные, ухоженные газоны, подернутые вечерним туманом. Белые павлины, когда-то символ безупречного статуса, давно исчезли. Теперь по территории бесшумно скользили Тени — его личная гвардия, закутанные в черное, с лицами, скрытыми масками-личинами из полированного черного дерева. Это место, его дом, превратилось в штаб-квартиру его личного проклятия. Ирония была настолько горькой, что он иногда чувствовал ее вкус на языке, как привкус крови. Тот мальчик, дрожащей рукой чинивший Исчезающий Шкаф в Выручай-комнате, был глупым, наивным щенком. Он думал, что быть Пожирателем — это почетная обязанность, привилегия. Он не понимал, что, принимая Темную Метку, автоматически подписывает контракт на продажу своей души.  Первое задание — убить Дамблдора — сломало ему хребет. Не физически. Морально. Он увидел истинную цену чести — это гнетущий, парализующий страх. Это холодный пот по ночам и невозможность встретиться с собственным отражением в зеркале. Война, которую он когда-то представлял себе как триумфальное шествие, оказалась грязной бойней. Он видел, как Беллатриса пытала людей до неузнаваемости. Видел, как Волан-де-Морт в приступе ярости стирал с лица земли целые семьи, включая детей с чистой кровью, которые «не проявили достаточной преданности». В мире, где правят страх и сила, не существует неприкосновенных. Ни для кого. Он видел, как его отец, некогда гордый Люциус, стал дрожащей, жалкой тенью, прислуживающей у трона. Родовое гнездо Малфоев осквернили, превратили в базу для того, кто уничтожал все, что они ценили. А мама… мама стала призраком тех самых коридоров, где ее и убили. И в тот самый момент, когда ненависть к Поттеру и его друзьям должна была достичь пика, произошло возгорание. Мозговой штурм изменивший его взгляды. Он внезапно с поразительной ясностью понял: Волан-де-Морт не ведет их к величию. Он — раковая опухоль, пожирающая все вокруг. И если его не остановить, от мира Малфоев не останется ничего. Даже воспоминаний. Его первая передача информации Ордену была актом холодного, эгоистичного расчета. Выжить. Сохранить себя и остатки своей семьи как последний оплот угасающей породы. Он использовал ресурсы, данные ему Тёмным Лордом, чтобы строить свою собственную империю внутри империи ужаса. Его Черная Армия, тени Малфоя была не даром, а законной добычей, вырванной когтями и хитростью. Он отбирал в нее самых сильных, самых амбициозных и самых безжалостных, тех, кто видел в нем не просто сына Люциуса, а истинную силу. Он жертвовал теми, кто был верен старому режиму, отправляя их на верную смерть в миссиях для Ордена, информацию о которых он же и передавал. Он стал незаменимым генералом. И все это время он был гнилой ветвью в самом сердце вражеского древа. Его размышления прервало тихое покалывание на левом предплечье. Не жгучая боль Призыва, а тупой, ноющий сигнал. Сигнал тревоги, который он сам и зачаровал на одном из объектов. На складе. Он не шелохнулся, лишь его глаза сузились. Значит, случилось. Грейнджер и Поттер нашли досье, узнали об экспериментах. В этот момент в камин с тихим всполохом зеленого пламени прилетела свитая в трубку записка. Он медленно подошел, поднял ее. Тот же нервный почерок. «Склад. Компрометированы.» Драко медленно, почти ритуально, поднес записку к пламени одной из свечей в тяжелом канделябре. Бумага обуглилась и рассыпалась пеплом, упав на идеально отполированный темный паркет его библиотеки. Он знал, что сейчас последует. Волан-де-Морт потребует ответа. Потребует голов виновных. И ему, Генералу Теней, будет поручено возглавить охоту. Охоту на отряд, совершивший вылазку. Охоту на Поттера. И на нее. На ту, что была для него не просто «грязнокровкой» Грейнджер, а орудием, идеально отточенным его собственными манипуляциями. На проклятую собственной теткой самым страшным заклятием, которое он только мог видеть. Драко повернулся к окну, спиной к комнате, где когда-то его отец хвастался перед гостями. Его отражение в темном стекле было бледным призраком, парящим над мраком поместья. Игра в кошки-мышки продолжалась. И он, хозяин этого разваливающегося особняка, был и котом, и мышью в одном лице. И чтобы выжить, ему предстояло снова натравить их друг на друга. Малфой прошел к креслу возле библиотечной стены. Плащ сдавливал тело так же сильно, как и положение в темном обществе.  — Тинки, — холодно прошипел тот, сбрасывая с себя верхнюю одежду. — Да, Хозяин? — возле кресла появился эльф, поклонившись, — Что угодно? — Огневиски со льдом, — не обращая внимания на домовика, Драко достал из кармана плаща палочку. — Будет сделано, — Тинки поклонилась и тут же исчезла. Сейчас ему как никогда нужна тишина и алкоголь. Только он поможет пережить головную боль, преследующую его уже столько времени. Пепел от первой записки еще лежал на полу, как тонкая струйка дыма, когда Драко налил себе второй бокал огненного виски. Золотистая жидкость обжигала горло, но не могла прогнать ледяную тяжесть в груди. Он только что отправил отчет Волан-де-Морту — сухой, лаконичный, с предложением возглавить операцию возмездия за дерзкую вылазку отребья Ордена. Теперь ему предстояло ждать. Он смотрел на портрет предка, высокомерно взиравшего на него с стены.  «До чего ты докатился, мальчик? — словно говорил тот безмолвный взгляд. — Пьешь в одиночестве, пока твой дом оккупирован». Внезапно воздух в камине снова заколебался. Но это был не привычный зеленый всполох, а короткое, яростное белое пламя, которое выплюнуло на ковер не записку, а маленький, горячий кусочек пергамента, свернутый в тугую трубочку и опечатанный воском с оттиском феникса. Сердце Драко пропустило удар. Это был не его канал. Это был прямой вызов. Он резко огляделся, но в библиотеке, кроме него, никого не было. Магия, пересылающая послание, была невероятно мощной и точечной, словно выжидали его присутствие. Сжав бокал так, что стекло затрещало, он палочкой поднял послание с пола и сломал печать. Почерк был размашистым, властным, ему незнакомым. Но слова впивались в сознание как отравленные иглы. Малфой. Обнаруженные на складе документы о «субъектах» и экспериментах не оставляют сомнений в масштабах чудовищности Тёмного Лорда. Орден более не намерен довольствоваться анонимными подачками. Ты предоставишь нам полную информацию о локациях лабораторий, методах безопасности и списках всех пропавших. Лично. Явка обязательна. Время и координаты последуют. Отказ или попытка предать будут расценены как объявление войны лично тебе и твоему дому. У нас достаточно доказательств, чтобы обнародовать твое предательство перед Волан-де-Мортом. Выбор за тобой. Подписи не было. В ней не было нужды. Это был ультиматум от всего Ордена Феникса. Драко сжал бокал со всей силы. Хурсталь треснул, осыпавшись на идеально выглаженные брюки. Струи крови стекали по ладони, придавая униформе генерала новые краски. Он скомкал записку в изувеченном кулаке, чувствуя, как адреналин и ярость коротким замыканием пронзают его тело. Никто не смел угрожать ему. Никто. Только он сам. Гордость, взращенная поколениями Малфоев, взревела внутри него. Он генерал Черной Армии! Он держит в страхе половину магической Британии! Он не побежит на поклон к этой сволочи… «…У нас достаточно доказательств, чтобы обнародовать твое предательство…» Холодный пот выступил у него на спине. Они не блефуют. Если Поттер обнародует хоть малую часть распоряжения, которые он подписывал, детали миссий, где его люди гибли при «загадочных» обстоятельствах… Волан-де-Морт не станет разбираться. Его ждут пытки. Мучительные и адские. За ними последует падение всех планов. Особняк Малфоев сравняют с землей, а на его месте насыплют соль. Он был в ловушке. Зажат между молотом и наковальней. С одной стороны — параноидальный тиран, жаждущий крови. С другой — прагматичные мстители, нашедшие его самое уязвимое место. Он разжал кулак. Скомканный пергамент упал на стол. Драко снова налил виски, рука больше не дрожала. Теперь в ней была лишь холодная сталь. Они хотят встречи? Что ж. Он придет. Но он явится не кающимся грешником и не запуганным мальчишкой. Он явится Генералом Малфоем. Силой, с которой придется считаться. Он поднял бокал в тосте за свое отражение в темном окне. — Что ж, — прошептал он хрипло. — Поиграем в вашу игру. Посмотрим, кто кого переиграет. В его голове уже складывался план. Что он даст Ордену, а что придержит. Какую информацию использовать как разменную монету, а какую — как приманку для ловушки. И главное… как обратить их гнев и подозрение в свою пользу. Война только что перешла на новый, куда более опасный уровень. И Драко Малфой намерен был выжить. На всех фронтах. Чем ближе тьма, тем гуще становился воздух в тронном зале Особняка Малфоев. Когда-то изящная гостиная с золочеными орнаментами была изуродована: стены затянуты черным бархатом, окна закрыты ставнями, а в центре на возвышении стоял трон, выточенный из гигантской черной кости — подарок великанов. Перед ним, на коленях, дрожали двое Пожирателей, те самые, что дежурили на складе и чудом уцелели. Волан-де-Морт восседал на троне, неподвижный, как изваяние. Его змееподобное лицо было бесстрастно, но красные глаза горели холодным огнем, в котором читалась бездонная, неторопливая смерть. Весь зал замер, боясь сделать вдох. — Украдены, — его шипящий голос разрезал тишину, словно лезвие проходящее по горлу. — Досье. Плоды многих лет исследований. Один из Пожирателей на полу зашмыгал носом. — М-мой лорд… их было четверо… Они действовали слишком быстро… Мы не успели… — Молчи. Слово ударило по залу, как физическая пощечина. Пожиратель заткнулся, затрясшись еще сильнее. Волан-де-Морт медленно повернул голову. Его взгляд скользнул по рядам собравшихся Пожирателей, Беллатрисы, ликующий от происходящего ужаса, Северуса Снейпа, чье лицо было маской отстраненности, и наконец, самого Драко. — Малфой. Твои «Тени» патрулировали этот сектор. Где был твой отряд? Все взгляды устремились на него. Он стоял в стороне с руками сцеплены за ровной спиной. Внутри все сжалось в ледяной комок, но на лице — лишь учтивое, почти скучающее выражение.  — Мой лорд, «Тени» были отозваны для прочесывания района старого завода по вашему приказу, — его голос прозвучал ровно и ясно. Он не оправдывался, он констатировал факт. — Патруль на складе был усилен по стандартному протоколу. Но противник, судя по скорости и эффективности, был немногочислен, но… элитен. Это работа Поттера. Или его ближайшего окружения. Он сделал легкий акцент на последнем, позволяя Волан-де-Морту самому додумать остальное. — Поттер… — прошипел Тёмный Лорд, и имя на его языке прозвучало как проклятие. Его пальцы с длинными желтыми ногтями сжали подлокотники трона. — Они узнали. Об экспериментах. Они будут пытаться помешать. Он поднялся. Высокая, худая фигура отбрасывала на стены гигантскую, колеблющуюся тень змеи, подобие Нагайны.  — Их нельзя оставить безнаказанными. Их след осквернил место, посвященное нашему великому делу. Я чувствую их… отблеск магии, их страх, их гнев. Он еще витает в воздухе. Волан-де-Морт протянул руку, и в его пальцах оказался маленький хрустальный шар, внутри которого клубился туман. — Аура тех, кто посмел переступить порог моего владения, еще не рассеялась. — он повернулся к Драко. — Малфой. Ты и твои «Тени» лучше всех умеете выслеживать и… вычищать. Возьми этот шар. Он выведет вас к ворам. Я не желаю видеть их живыми. Принеси мне их головы. И верни мои документы. Белатриса издала восторженный щебет и захлопала в ладоши, что вызывало у присутствующих лишь закатывание глаз. Малфой делал один бесшумный шаг вперед и склонил голову в почтительном поклоне. — Как прикажете, мой лорд. Они захлебнутся своей кровью, я вам обещаю. Он подошел к трону и принял из длинных, холодных пальцев хрустальный шар. Внутри него что-то шевельнулось, и Драко почувствовал слабый, но отчетливый магнетический толчок. Шар уже работал, ведя его к цели. К Гермионе Грейнджер  Повернувшись спиной к трону, он встретился взглядом со Снейпом. Тот смотрел на него с тем же непроницаемым выражением, но в глубине черных глаз, возможно, мелькнула искра предостережения? Или просто любопытства к тому, как он выкрутится на этот раз. Выйдя из тронного зала в холодный коридор, Драко разжал пальцы. Хрустальный шар лежал на его ладони, и туман внутри него неумолимо тянулся в одну сторону — туда, где сейчас скрывался Орден. Уголок его рта дрогнул. Волан-де-Морт отправил его на охоту. А Орден ждал с ультиматумом. Ирония была поистине дьявольской. Теперь ему предстояло выследить Грейнджер, чтобы спасти их шкуры и на этот раз.