Пока смерть не разлучит нас

Вечерний Пилтовер раскинулся вокруг Хейзи как лабиринт сверкающего металла и кирпичной кладки. Отшлифованные булыжники отражали тусклый оранжевый свет уличных фонарей, отбрасывая длинные, искаженные тени, танцующие вдоль стен переулка. Пар шипел из вентиляционных решеток, смешиваясь со слабым гудением далекой техники и редким звоном сапог стражей. Хейзи присел возле груды ящиков, чья древесина была столь изношена и покрыта щербинами от долгих лет запустения, что даже от легкого дуновения ветра отслоилась и пустила кататься выброшенные бутылки у его ног. Запах меди и влажного булыжника висел в воздухе. Хейзи, пытясь устроиться поудобнее, слегка дернулся от звука столкнувшихся бутылок. Он провел слишком много времени на этом месте, но двигаться сразу было опасно – могло привлечь к себе внимание. Любое внимание в Пилтовере всегда было опасно для таких, как он. Резкий звук шагов по булыжнику заставил екнуть его сердце. Он прижался спиной к стене, скользя пальцами по холодной поверхности, и немного приподнял голову, чтобы увидеть, кто к нему приближается. В первую очередь появилась фигура – высокая тень, очерченная тусклым светом уличного фонаря. Она сделала шаг вперед, ее оранжевые волосы сверкали, как угли умирающего пламени. «Офицер Мэдди Нолан», – резкий женский голос нарушил нагнетающее давление в воздухе. Хейзи поднял взгляд, встретив ее глаза, как она подошла ближе. Хоть ее выражение и было суровым, все равно ей не удалось избежать его любопытства. Униформа Мэдди была безупречной, ее значок блестел с гордостью под светом фонаря, пока ее проницательные глаза обыскивали местность. Хейзи понял сразу, что ему не удастся ускользнуть от нее. Ее сапог коснулся одной из бутылок, заставив ее покатиться с пустым звоном. Она скрестила руки на груди, окутанная весом авторитета, и немного наклонила голову. «Ты ведь знаешь, что это незаконно, да? Пить в общественных местах?» – спросила она. Хейзи попытался немного выпрямится, но остался в полусогнутом положении, поднимая руки в небрежном жесте невиновности. Его голос звучал робко, с едва заметной защитной ноткой: «Нет, я не пил, совсем. Я просто... прятался. От парочки ребят из нижнего города, которые проходили мимо. Они оставили эти бутылки». На мгновение между ними повисло молчание, прерываемое лишь слабым свистом ветра, играючи ворочившимся в переулке. Острые глаза Мэдди неотрывно следили за ним. Она сделала шаг вперед, опуская руки, положив одну на бедро, а другую на дубинку, прикрепленную к ее поясу. «Ага, прятался», – повторила она с явной долей сомнения в голосе. Она сделала жест в сторону бутылок. «И ты правда думаешь, что я поверю, что какие-то мимо проходящие люди просто так оставили вокруг тебя пустые бутылки, а ты не брал даже и капли? Хорошая попытка». Мэдди сделала еще один шаг вперед. Хейзи сжался от отчетливого резкого звука, который издали ее сапоги, как она произнесла: «Ты не первый, кто выдумал такую отговорку. Но вот в чем дело....», – ее голос немного смягчился, переходя из строго тона во что-то, напоминающее беседу. Она слегка присела перед ним, чтобы встретиться с ним взглядом. «Люди обычно не бегут в переулки, чтобы спастись. Они просто убегают куда ни попадя». Хейзи слегка переминался с ноги на ногу. Его худощавая, кремово-бледная фигура попыталась скрыться в выцветшей куртке, пережившей не одну пилтоверскую бурю. Непослушные кудри отбрасывали тени на его острые черты лица, пока он менял позу, мельком оглядывая бутылки у ног, прежде чем снова встретиться с пронзительным взглядом Мэдди. «Мне некуда бежать, я не знаю, куда мне идти. Поэтому, очевидно, я не был... с ними», – начал он, стараясь говорить ровно, будто плел хрупкую паутину, которая легко разорвется при первом же неосторожном движении. Он слегка поднял руки в притворно расслабленном жесте, однако пальцы его все же дрогнули, когда он проводил ими по лацкану своей куртки. «Я притворялся. Знаете, чтобы... слиться с толпой». Он небрежно махнул рукой в сторону пустых бутылок, разбросанных по переулку, приобретая более защитный тон в своем голосе. «Они сидели здесь, пили и... ну, занимались своими делами». Слова висели в воздухе неуклюжим эхо, пока он переступал с ноги на ногу, заставляя ботинки мягко скребсти по булыжнику, выдавая его нервозность. «А потом они ушли, и тут появились вы. Вот и все». Мэдди приподняла бровь, оставляя непоколебимым свой скептицизм перед такой попыткой оправдания. Она снова скрестила руки, негромко постукивая пальцами по предплечью. Ее взгляд чуть смягчился, легкая тень любопытства пробежала меж бровей, однако ее голос остался твердым. Она немного подалась вперед, сокращая и без того крохотное расстояние, оставшееся между ними. «Итак, давай уточним», – произнесла она, чуть наклонив голову. Ее глаза на миг соскользнули в сторону бутылок, а затем вновь устремились на Хейзи. «Значит, эти ребята сидели здесь, а ты просто оказался рядом так, что они даже не заметили тебя? И, чудесным образом, они вдруг решили уйти, как раз перед тем, как я появилась?» Она выпрямилась, положив руки на бока, выставляя напоказ выражение, застрявшее где-то между ироничным недоверием и профессиональной придирчивостью. «Не слишком ли это надумано, не считаешь?». Плечи Хейзи заметно опустились, напряжение в его фигуре едва скрыавлось за попыткой сохранить спокойствие. «Простите», – начал он, прозвучав тихо, но твердо. – «Но это правда. Я им ничего не говорил, честное слово. Даже не мог говорить с ними. Я... я показывал жестами, что не могу говорить». Он на мгновение замолчал, его пальцы нервно пробежались по краю потрепанной куртки. «Я просто... испугался, понимаете? Поэтому и молчал. Не хотел неприятностей». Мэдди негромко вздохнула, так, что звук едва был слышен в тишине переулка. Резкость в ее взгляде смягчилась, лишь на долю, но этого было достаточно, чтобы в голове появилась тень сочувствия. «Хорошо», – медленно произнесла она, размыкая руки и слегка перемещая вес с одной ноги на другую. – «Допустим, я на секунду поверю тебе. Но как мне знать, что ты действительно ничего не пил?». Хейзи чуть выпрямился, напряжение в его теле усилилось, а руки с отчаянной искренностью описали жест, будто он пытался доказать свою правоту. «Проверьте меня. Любым способом», – его голос звучал твердо. – «Спросите что угодно, что могло бы доказать, что я трезв». Мэдди окинула его внимательным взглядом, взвешивая услышанное. Наконец, она согласилась: «Ладно», – сказала она ровным тоном с намеком на интерес. – «Дай мне свою руку». Хейзи на мгновение замешкался, затем осторожно протянул свою ладонь. Мэдди уверенно взяла ее, ее пальцы обхватили его руку, неожиданное тепло пробежало по его коже. Она слегка подняла ее, внимательно осматривая с выражением, полным опыта, ее взгляд был сосредоточен и вдумчив. «Хм, признаков опьянения не видно», – пробормотала она, чуть наклонив голову, будто размышляя вслух. – «Рука теплая и немного влажная, но это скорее страх, чем алкоголь. Запах...», – она слегка наклонилась, внимательно изучая едва уловимые ароматы, – «...ничего подозрительного». Она отпустила его руку и выпрямилась, ее взгляд вновь стретился с его взглядом. Хоть в ее выражении лица все еще и присутствовала долька осторожности, ее голос заметно смягчился – «Ладно. Поверю на этот раз». Хейзи тихо выдохнул, не осознавая, что все это время инстинктивно задерживал дыхание. Он кивнул, его речь звучала непрерывно, выражая глубокую благодарность. «Спасибо... за то, что поверили мне». Хейзи слегка поправил осанку, небрежно стряхивая с рукава невидмую пыль, и загововрил сдержанным, ровным тоном: – На самом деле я никогда не пил, – признался он, его слова звучали медленно. – Но я понимаю, у некоторых людей с этим настоящая беда, и вырваться из такого порочного круга невероятно сложно. –Да, я тоже это понимаю, – тихо произнесла Мэдди. – Поверь, мне приходилось иметь дело с такими людьми. Это осложняет мою работу, делает ее гораздо труднее, чем она дожна быть. Я ненавижу смотреть и видеть, как люди губят свою жизнь алкоголем, превращая город в свалку. Раздражает, очень. Хейзи замешкался, в его взгляде промелькнуло любопытство. Он слегка наклонил голову, словно обдумывая следующий вопрос, и, сменив тон на более дружеский, задал его: –Как думаешь, откуда это все? Почему люди оказываются в такой ситуации? Мэдди нахмурилась, выражая чистое раздражение, скрестив руки на груди. Вздохнув еще раз, она заговорила, с легкой горечью в голосе: – Тут все перемешано, – начала она, окинув взглядом переулок, будто в поисках ответа ей могли бы помочь его мрачные тени. – Кто-то вырос в плохих условиях, где у них изначально не было шансов на нормальную жизнь. Другие просто пытаются утопить свои проблемы в алкоголе, делая вид, что мира вокруг них просто не существует. Она чуть переминулась, ее пальцы негромко постукивали по руке, пока она продолжала: – Но дело не только в них. Это еще и отсутствие возможностей, постоянный стресс, бедность... Все это подтакливает людей на поиск спасения, на что угодно ради него. И иногда... – ее голос на мгновение сорвался, прежде чем она посмотрела на Хейзи, – Иногда они просто оказываются не в том месте и не в то время. Это не простая проблема, простого решения у нее тоже нет. Хейзи слегка наклонил голову со спокойным взглядом, внимательным, будто он что-то искал в выражении ее лица. «Можно спросить?», – его голос прозвучал мягко, но уверенно, искренне. – «Что заставляет тебя продолжать? Делать одно и то же, раз за разом, даже если кажется, что ничего не меняется?» Мэдди замерла. Ее вид сменился, когда она перевела взгляд на пустой переулок. «Знаешь, это бывает непросто», – призналась она, – «есть дни, когда хочется все бросить и кажется, что борешься с ветряными мельницами. Но потом...», – она на секунду замялась, ее губ коснулась едва заметная улыбка. – «Иногда я встречаю кого-то, кто действительно хочет что-то изменить. Того, кто ценит помощь и поддержку, пусть даже самую малую. В такие моменты я вспоминаю, почему выбрала именно эту работу». Она снова посмотрела на Хейзи, их взгляды встретились, и в глазах каждого неожиданно отразилось тепло. – Я хочу сделать что-то хорошее для этого города, – продолжила она. – Пусть даже это будет каждый раз касаться только одного человека. Знать, что я помогла хоть кому-то, хоть ненадолго – вот что дает мне силы идти дальше. Хейзи улыбнулся, на его лице отчетливо можно было уловить проблески восхищения. «Ну что ж», – улыбнулся он, – «твоя миссия на сегодня выполнена». Мэдди тихо засмеялась, покачав головой, ее смех звучал мягко и отрывисто. Она слегка откинулась назад, изучая его лицо с легкой улыбкой, будто оценивая – «Похоже, могу вычеркнуть это задание из списка своих заданий на день, да?» – пошутила она в доброй, игривой манере. Ее взгляд задержался на нем чуть дольше обычного, в нем мелькнуло что-то неуловимое, едва похожее на любопытство. – «Знаешь, ты немного не такой, как те, с кем мне обычно приходится иметь дело. Ты меня даже... заинтриговал». Хейзи неловко улыбнулся, слегка застенчиво, потирая ладонь о затылок. – Извини, но, – поспешно проговорил он, – просто... ты самый искренний офицер, которого я встречал. И, ну... – запинаясь, продолжил он, встретившись с ней взглядом, в котором промелькнула смесь нервозности и честности, – ты еще и самая... милая. Наверное, возможно, мне не стоило это говорить. Брови Мэдди слегка приподнялись, ее лицо на миг отразило удивление, но затем уголки ее губ изогнулись в более широкую улыбку. В ее выражении читалось не только веселье, но и что-то потеплее. Она поменяла позу, положив одну руку на бедро, и взглянула на его с легким блеском в глазах: «Ну, это, конечно, даже комплимент», – ответила она в легкой, искренней манере. – «И, признаюсь, довольно неожиданный. Обычно те, с кем я сталкиваюсь, либо ругаются на меня, либо пытаются оправдаться всеми возможными способами. Но ты... на их фоне выделяешься точно». Она тихо засмеялась, ее щеки слегка порозовели, хоть она и пыталась это скрыть. Ее взгляд на мгновение опустился, прежде чем снова встретиться с ним. «И... «милая»? Правда?», – поддразнила его она с ноткой мягкой иронии. – «Кажется, никто еще меня так никогда не называл, пока я при исполнении». Мэдди сделала короткую паузу, позволив себе ощутить дуновение легкого ветерка, пробегающего вдоль пилтоверского переулка. Она наслаждалась моментом, чувствуя, как прохладный воздух касается ее кожи – безгранично приятный, особенно после дневной жары. – Время уже позднее. Ночь уже начинает качать свои права, – сказала она, слегка вздохнув. Неожиданно, в ее голове возникла мысль, от которой она просто не могла отказаться. – Слушай, тебе ведь некуда идти сейчас? Или у тебя есть место, где ты можешь переночевать? Она не могла не чувствовать ответственность за его безопасность, особенно с учетом того, что упомянутые люди, подозреваемые в распитии спиртного в общественном месте, были из нижнего города. – Просто... с наступлением ночи, тебе не стоит бродить в одиночку, особенно в таких районах. Это место не самое безопасное, а ночь может быть опасной для... Не могу просто оставить тебя в одиночку. – Ты хочешь составить мне компанию? – Да, точно. Мне будет спокойнее, если я буду знать, что ты будешь в безопасности. Это моя работа, в конце концов. Да и мне не хотелось бы, чтобы с тобой что-то случилось. Хейзи улыбнулся, благодарно кивая. – Очень ценю это, правда. Я не слишком сильно знаком с Пилтовером и, наверное, заблудился бы, если бы попытался прибиться куда-то один. Мэдди посмотрела на него, улавливая фон громады звезд, ловко соединившихся в созвездие Поллукса и Кастора. Мерцание этих звезд слабо освещало те уголки переулков, куда не мог добраться свет уличных фонарей. Хейзи кивнул, на его лице появилась легкая улыбка, когда он взглянул на нее. Время как будто бы застыло, и как сильно бы он не хотел, чтобы эти мгновения продолжались как можно дольше, они все же были столь скоротечны, как и холодный ветер, начинающий напоминать о приближении глубокой ночи. «Значит, я в надежных руках». Растворившись в красоте задумчивой Мэдди, погруженной в красоту созвездия, он заметил ее боевое снаряжение, закрепленное на поясе. «С таким точно нужны надежные руки», проговорил он, указав на ее пояс. Оторвавшись от небесной выставки, она на мгновение взглянула на свою экипировку. «Да, можно и так сказать. Часть моей работы. В этом городе ты никогда не можешь быть слишком осторожен», – ее тон стал легче, а в голосе промелькнуло игривая шалость. «Не говоря уже о том, что выглядит довольно круто, не правда ли?» Хейзи расстворился в улыбке, не в силах удержаться, чтобы не продолжать шутить. «Ты выглядишь супер. Ну-ка, попозируй. Вау, посмотрите на этого стража порядка! Она точно здесь самая крутая!» Мэдди рассмеялась в голос, наслаждаясь его энтузиазмом. Она приняла игрвую позу, уверенно выставив на руки бедра и чуть наклонившись вперед с блеском в глазах. «Ну что, так ты хотел? Думаешь, выгляжу круто?». Хейзи ухмыльнулся, поднимая руки, сочиняя драматическую ситуацию на ходу. «Не вопрос, супер-офицер Нолан, я сдаюсь! Офицер... Нолан, да, извини, как тебя зовут, еще раз?». Мэдди игриво закатила глаза, еле сдерживая смех от его глупого вопроса. «Мэдди, меня зовут Мэдди Нолан. Но, пожалуй, я лучше возьму титул «супер-офицера». Неплохо звучит, правда?». Хейзи, все еще с энтузиазмом, ответил: «Ты абсолютно права. А, имя, да... Хейзи, если тебя интересовал тот же вопрос, как меня зовут. Теперь мы более официально знакомы, супер-офицер Нолан». Ощущая порывистый, холодный ветер на себе, Хейзи проговорил: «Правда время как-то быстро проходит рядом с тобой. Как ты это делаешь? Это часть твоего «крутого супер-офицерского» волшебства?» Мэдди взглянула на свои часы, а затем вернулась к нему с ухмылкой, явно наслаждаясь легкостью беседы. Она небрежно прислонилась к ближайшей стене, скрестив руки с видом ироничной серьезности. «Ах, ты меня раскусил. Это одна из скрытых сил, которые есть у нас, стражей – способность управвлять временем». Ее глаза сверкнули озорным блеском, который появился во время ее притворного высокомерия, прежде чем они оба тихо рассмеялись. Она еще раз окинула его теплым взглядом. «Знаешь, не могу сказать, что мне не нравится находиться с тобой в компании. Провести время с тобой... было здорово. Давно у меня такого не было». Она сделала паузу, оглядывая уже окутанный ночной пеленой переулок, взглянула на небо и затем снова вернулась к нему. «Ну, теперь уже совсем поздно. И, судя по тому, что ты не знаешь, куда тебе идти, предполагаю, что тебе негде переночевать?» Хейзи кивнул. Мэдди смотрела на него, смягчив свое выражение, однако в глазах все так же отражались тяготы этого города. Ее натренированные защитные инстинкты сработали, и она не смогла избежать чувства ответственности. Она подошла ближе, стала говорить тверже, однако немного заботливо, искренне:«Во-первых, ты остаешься на ночь со мной. Тебе нужно безопасное место, чтобы укрыться, а я не могу оставить тебя просто так здесь и уйти. Все понятно?» Хейзи, немного растерявшись, однако полный благодарности, кивнул. – Все понятно. – Хорошо, тогда пойдем. Мэдди повела его по тускло освещенной улице, ее сапоги мягко отдавали эхом по влажному тротуару, а в воздухе витал отголосок далекого гудения города. Она обернулась, взглянув на Хейзи, который шел немного позади, явно более настороженный в незнакомой обстановке. «Мы идем к моему дому. Это недалеко, там тебе будет безопаснее и удобнее переночевать. Нельзя, чтобы ты блуждал по городу в такую пору». Хейзи замедлил шаг, задумавшись. Он взглянул на нее, мягкий свет уличных фонарей согревал ее лицо. Голос его был спокоен и полон благодарности. «Спасибо тебе, супер-офицер Нолан. Это неожиданно, но так мило с твоей стороны. Если я доставлю неудобства, эм... не хочу быть обузой...». Мэдди, легко покачав головой, спокойно, но с уверенностью проговорила: «Ты не станешь для меня трудностью. Не переживай. Я бы не предложила, если бы думала иначе. И мне гораздо спокойнее, зная, что ты в безопасности у меня дома, чем если бы ты бродил по улицам ночью». Они продолжали идти бок о бок, ночной холод сменялся теплотой неожиданного единения – того, что начиналось с акта доброты, перерастающего во что-то настоящее, искреннее. Когда они подошли к дому Мэдди, огни города стали тускнеть позади них, шум многолюдных улиц уже почти не был слышен. Ночь, полная неопределенности и опасности, теперь казалось тише, более подконтрольной, предсказуемой, как будто мир притормозил, давая им передышку. Подойдя к двери, Мэдди остановилась, оглядев Хейзи еще раз. В ее глазах была мягкость, усталость дня отражалась в искренности взгляда. Она больше ничего не говорила – жест, предложивший ему спасительное место, говорил громче слов. Хлопок двери раздался вспышкой тепла среди холода ночного Пилтовера, а ночь своими тенями продолжала скрывать события будущего.