If You Meet Your Father, Kill Your Father

Изуку решил не брать большую часть своих вещей обратно в замок. Было бы проще сбежать, если бы не пришлось тащить с собой этот огромный рюкзак. Он использовал сборы лишь как предлог, чтобы выбраться из этого проклятого логова демона. Он попросил Коджи присмотреть за его сумкой, собранной и готовой к первой же возможности сбежать. В ней лежали самые ценные вещи: альбом с рисунками матери, насколько он помнил её лицо, кинжал, подаренный ему пожилым наёмником, который сжалился над ним в детстве и дал ему первый урок боя, и засушенный цветок, который мальчик по имени Кота подарил ему после того, как Изуку спас его от разъярённого демона. Деньги, конечно же, были надёжно спрятаны в потайном отделении. Изуку оставил и большую часть оружия, взяв с собой лишь свой второй по силе меч. Ему не хотелось идти безоружным, но он не хотел рисковать тем, что у него отнимут любимый меч. В любом случае, оружие бесполезно против Повелителя Демонов. После этого Коджи и Нейто помогли ему собрать рваную и окровавленную одежду других наёмников, которые собирались её выбросить. Они упаковали одежду-приманку в драный мешок с дыркой на дне. Изуку пришлось нести мешок, подняв его на руки, чтобы ничего не вывалилось. Как только они закончили, в комнату вбежали Ибара и Ицука. «Я принесла тебе всю свою святую воду», — сказала Ибара, запихивая её в рюкзак. Изуку знал, что святая вода не действует на демонов, но Ибара тоже это знала. Наверное, ей просто хотелось чувствовать, что она тоже может что-то сделать. «Спасибо», — сказал он, поправляя руки, чтобы не дать выпасть изъеденному молью носку. «Я собрала тебе еду», — Ицука положила сэндвич поверх рюкзака. «Прости, что я когда-то защищала демонов». Нейто закатил глаза. «О, пожалуйста, он станет принцем, а не будет съеден». Он прошипел Изуку: «Лучше беги, пока она не расплакалась». Ицука ударила его по голове. За её спиной Коджи заплакал. Изуку шмыгнул носом. Он первым обрушит на них поток воды, если не уйдёт прямо сейчас. «Скоро увидимся», — сказал он, желая, чтобы это было правдой. «Вы едва успеете по мне соскучиться. Никто не начинает игры с выпивкой без меня». Когда Изуку вышел на улицу, чтобы встретить свой эскорт, Виктор остановился и уставился на демонов в королевской форме. Глаза темноволосого наёмника расширились от благовения и жадности. Виктор был демоном среднего класса, едва ли на ступень выше недалёкого низшего класса демонического общества. Если бы у Виктора был какой-либо ранг, он бы не стал работать в отряде наёмников под командованием человека. Изуку старался не иметь проблем с Виктором, убеждая себя, что он питается душами тех, кого он убил в бою и это более почетное питание чем у большинства демонов, к тому же Виктор слишком молод, чтобы убить Инко. Но Виктор постоянно затевал драки с Изуку, считая его получеловеческое происхождение оскорбительным. Виктор презрительно усмехнулся. «Пора тебя наконец выгнать. Тебя бы не существовало, если бы у твоего отца хватило ума доесть твою мать. Если тебя казнят, я хочу посмотреть…» Один из стражников Изуку в мгновение ока швырнул Виктора в грязь. Демон взревел: «Как ты смеешь оскорблять Принца Изуку?». Его меч начал наклоняться вниз Изуку врезался в демона-охранника сзади, и меч вонзился Виктору в плечо, а не в сердце. «Что за чрезмерная реакция, чёрт возьми?» «Прошу прощения, если расстроил вас, Ваше Высочество». Демон опустился на колени и склонил голову. «В следующий раз я уберу эту мерзость с ваших глаз». «Не убивай его вообще! Он же обычный придурок!» — простонал Изуку и ущипнул себя за лоб. «Давайте уйдём отсюда, пока не появились его друзья». Он оставил Виктора стонать в грязи. Его ничего не волновало, кроме спасения жизни демона. Но он усвоил это как ценный урок: нужно быть очень осторожным, чтобы не позволить из-за своей ситуации причинить вред окружающим. Если он сделает неверное движение, то под меч демона может попасть кто-то из его отряда.

***

Хисаши ждал в замке. Изуку надеялся на несколько минут без демона, но этому не суждено было сбыться. Он изо всех сил старался изобразить лицо идиота. «Оставьте нас», — приказал Хисаши охранникам. Они отдали честь и дружно рявкнули: «По вашей команде, Все за Одного!» «Кто из них Все за Одного?» — спросил Изуку, притворяясь тупым. Хисаши сказал: «Это мой титул, дарованный мне при коронации в качестве Повелителя Алчности. Лишь немногие демоны в истории удостоились признания своей жадности этим титулом, а это значит…» Изуку прервал его: «Ты называешь себя Все за Одного? Но это же бессмыслица. Ты не можешь быть одновременно Всем и Одним». Он прекрасно знал, что этот редко встречающийся титул, обозначающий предельную жадность, был огромным источником гордости для Повелителя Демонов. «Меня называют Все за Одного, потому что этот мир будет принадлежать мне, — бодрый тон Хисаши всё ещё не дрогнул. На этот раз Изуку не нужно было изображать отвращение. «Вы ударились головой, господин? Вам следует обратиться к врачу. Я потерял близких друзей из-за одного неудачного удара по голове». «Ненавижу себя за то, что ты пережил такую опасность», — вздохнул Хисаши. Его крылья расправились от гнева. К сожалению, он отвлекся на попытки Изуку его раздражать. Возможно, это и к лучшему. Изуку балансировал на грани между отвратительностью и подобострастием. Первое давалось ему гораздо легче, но, по словам капитана Ямады, второе было бы полезнее. Изуку просиял. «Не волнуйтесь, господин. Все говорят, что мой череп толстый, как ствол дерева». Он постучал себя по голове. «Им нужно вырвать языки». «Это комплимент», — Изуку рассмеялся ослиным смехом. «Это оскорбление, малыш. Уверен, тебе будет гораздо лучше вдали от этих негодяев… и ты научишься вести себя лучше. Что ты принёс?» Не спрашивая разрешения, Хисаши взял сумку из рук Изуку. Он сморщил нос от вони, исходившей от изорванной одежды. Изуку ухмыльнулся. У демонов, как считается, более чувствительное обоняние, и он надеялся, что его будущий отец в полной мере ощутил на себе воздействие грязи, которой подвергся целый отряд наёмников. «Ты носишь эти… тряпки?» Хисаши покачнулся, словно собирался упасть в обморок. Изуку пожал плечами. «Они всегда достаточно хорошо прикрывали мои интимные места, чтобы меня не арестовали за непристойное поведение в общественном месте, мой господин». Хисаши покачал головой. «Так не пойдёт. Я прикажу сжечь эту мерзость». Когда Хисаши передал пачку слуге, Изуку почувствовал облегчение от того, что ему хватило предусмотрительности не принести ничего действительно важного. «Сладкий Алчёнок, этот хлеб чёрствый. Тебе от него станет плохо!» Хисаши добавил сэндвич Ицуки в кучу, которую собирались сжечь. Изуку немного пожалел, что потерял его. Хисаши повернулся и протянул руку. «Позволь мне взять и твой меч». Изуку отступил назад. «Я бы предпочёл этого не делать». «Но тебе больше не нужно бороться, малышка. Здесь ты в безопасности». «Я чувствую себя в большей безопасности, когда у меня на поясе висит стальной клинок, мой господин». Другой слуга вышел вперёд, держа чёрное шёлковое кимоно. Хисаши сказал: «Я не торопился, но подогнал одно из своих кимоно под тебя. Разве это не лучше тех тряпок, что ты носила?» Он лучезарно улыбнулся, несомненно, ожидая похвалы за свой дорогой подарок. Вместо этого Изуку сказал: «Это похоже на платье. Я не девушка». Слуга ахнул. С трудом сдерживая терпение, Хисаши сказал: «Это традиционная официальная одежда Дома Алчности». Он развернул кимоно и поднял его. «Посмотри на эту золотую нить! Мерцающий материал!» Он перевернул кимоно, чтобы показать золотого дракона на спине. «Если бы кто-то, кроме члена нашего дома, носил это, его бы казнили медленно и мучительно. Среди живых только мы с тобой имеем честь носить этот символ». Сдерживая желание рассмеяться при виде искажённого лица повелителя демонов, Изуку скрестил руки на груди. «Мне кажется, это платье». «Но... в комплекте идут штаны», — Хисаши протянул ему штаны хакама. Изуку притворно ахнул. «Девичья юбка! Милорд, вам нравится… так наряжаться? Не мне судить. Все типажи нужны». «Нет, нет, это штаны». Хисаши расправил мешковатые штаны, и стало ещё заметнее, что это штаны. Изуку ощутил радостное желание посмотреть, сколько дерьма проглотит этот Повелитель Демонов. Но он вспомнил совет капитана Ямады: никакого прямого неповиновения, например, отказа носить одежду. Веди себя как простак. Улыбайся и хихикай. «Мой господин, это выглядит слишком вычурно. Мне было бы страшно надеть что-то столь изысканное, будучи таким грязным». Хисаши сказал: «Естественно, я уже приготовил для тебя приятную горячую ванну». Изуку отчаянно замотал головой. «Нет, нет, я уже мылся в этом месяце». «В этом месяце?» «Разве вы не знаете, что мыться чаще одного раза в месяц вредно? Я же могу смертельно простудиться! Пожалуйста, господин, я не хочу умирать!» Изуку знал наёмников, которые действительно в это верили, что делало его ложь ещё убедительнее. На всякий случай он плюнул на пол. Ему нравилось видеть, как повелитель демонов вздрагивал каждый раз, когда тот это делал. Хисаши закрыл глаза и застонал. Затем он шагнул вперёд и обнял Изуку за плечи. «Ах ты, бедный ребёнок». Хотя его стратегия и оказалась отчасти эффективной, Изуку надеялся, что начастая гигиена отпугнёт Повелителя Демонов. Он прочистил горло. «Будьте любезны, отпустите меня, мой господин». С удручённым видом Хисаши отступил назад. «Вода в ванне тебе не повредит, малыш. Простые крестьяне, купающиеся в озёрах и ручьях, зимой могут заболеть от ледяной воды, но ванны во дворце приятные и горячие». Повелитель демонов говорил медленно, словно обращаясь к ребёнку, но Изуку подумал, что на этот раз он сам напросился. Изуку широко раскрыл глаза. «Пожалуйста, не заставляйте меня лезть в воду, мой господин. Мне страшно». Он всегда был плаксивым, но с тех пор, как вступил в свой первый отряд наёмников, сдерживал свой поток слёз, чтобы избежать насмешек. Хотя он и был неопытен, он мог вызвать несколько слёз по команде. «Называй меня папой, моё милое маленькое сокровище», — Хисаши смахнул слёзы. «Я помогу тебе принять ванну, и ты поймёшь, что это не страшно». Погодите, этот демон не мог же иметь в виду… прежде чем Изуку успел закончить эту мысль, Хисаши схватил его за плечи. Прикосновением магии мир расплылся, и они снова оказались в ванной комнате, достаточно большой, чтобы вместить крестьянскую хижину. Золото украшало зеркала и картины на стенах. Над головой висела серебряная люстра с настоящими свечами. Какой безумец повесил люстру в ванной? Изуку мог бы накормить всю свою родную деревню таким количеством драгоценного металла. Огромная фарфоровая ванна могла вместить нескольких человек. Она стояла на ложе из чёрных камней. От воды поднимался пар. Даже если Изуку ранее лгал, что боится купаться, то, чёрт возьми, она выглядела настолько горячей, что могла обжечь кожу. Хисаши потянулся к рубашке Изуку. «Мы тебя быстро отмоем, и ты станешь ещё милее». Изуку обхватил руками плечи. «Ты меня купать не будешь! Я не малыш!» Он запоздало добавил: «Мой господин». Хисаши наклонил голову. «Но ты же не знаешь, как правильно помыться». «Давайте я попробую сам», — процедил Изуку сквозь стиснутые зубы. «Хорошо, но не бойся позвать меня на помощь», — Хисаши указал на полку. «Это мыло. А это шампунь. Нанеси его на волосы. И обязательно потри в кожу головы». Он продолжал покровительственно и подробно давать указания. Когда Хисаши наконец ушёл, Изуку пришлось тщательно отмыться. Иначе он боялся, что узнает, что повелитель демонов не блефовал, говоря, что искупает его как младенца. Изуку лишь на мгновение отвернулся, и в комнату больше никто не входил, но его одежда каким-то образом исчезла, уступив место княжескому кимоно. У него также забрали меч. Изуку подозревал, что ему не позволят оставить его себе, но всё равно было больно. Он заставит своего так называемого отца заплатить за кражу его (не)единственного оружия. Он лично забрал этот меч с тела Мускула. С ним были связаны тёплые воспоминания. Хисаши, вероятно, полагал, что Изуку будет носить богато украшенную одежду, если у него больше ничего нет. Его демонического отца ждал сюрприз.

***

Изуку вышел из ванной, обмотав талию полотенцем. Хисаши так сильно фыркнул, что задохнулся. «Малыш, ты не видел одежду, которую я тебе оставил?» Изуку скрестил руки на груди. «Я не буду носить платье». «Это не…» Хисаши закрыл глаза. Его губы зашевелились, он считал до десяти. Затем он выдавил улыбку. «Посмотри на меня, разве я похож на человека в платье?» Изуку сказал: «Да». Улыбка Хисаши померкла. «Как насчёт того, чтобы я помог тебе одеться? Было бы здорово, правда?» «Если попробуешь, я закричу. Я закричу на весь замок, что ты извращенец, раз наряжаешь меня в девчонку против моей воли». Руки Изуку обмякли, словно мешки с мукой. Он знал, что заставить его надеть одежду будет сложнее, если он притворится мертвым. Хисаши застонал. Затем он взмахнул рукой. Золотистый шёлковый дублет, пошитый по моде родного королевства Изуку, появился вместе с брюками в тон. «Наденешь это? Пожалуйста?» Изуку уже заставил повелителя демонов умолять. Если так пойдёт, он вернётся домой к своему отряду уже к концу недели. Он едва сдержал улыбку. «Она ужасно золотая. Похоже на металл. Металл можно носить? Зато это не платье». Изуку бы ещё больше поигрался бы, если бы не его задница. «Я возьму».

***

Пока они шли по коридору, Изуку ёрзал в одежде, притворяясь, что ему неудобно. Он дёргал за торчащую нитку на рукаве. Он заметил, что Хисаши дёргался каждый раз, когда он это делал. Такими темпами Изуку надеялся за час распустить вышивку и, возможно, даже распороть её. Хисаши открыл золотую дверь. «Я подготовил для тебя спальню. Сделали всё в последний момент, но позже мы сможем доделать её по твоему вкусу. Это будет наш первый совместный проект отца и сына». Изуку усилием воли сдержался, чтобы не закатить глаза. «Боже, мой господин. С кем я делиться?» «Делиться?» Изуку помахал рукой на всю спальню. На золотой кровати лежало полдюжины подушек. Ещё больше золота блестело на журнальном столике, шкафу, письменном столе, комоде, зеркале и кресле. «Это слишком много для одного человека, мой господин». «Эта комната твоя. Меньшее, на что мог рассчитывать сын Алчности». «Но мне будет одиноко, если я останусь совсем один в таком большом месте». Глаза Хисаши заблестели. «Конечно, я могу остаться с тобой…» Миссия провалилась. Пора отступать и перегруппировываться. Изуку перебил: «Можно мне завести питомца, чтобы он составил мне компанию? Я хочу свинью». Хисаши сглотнул. «Свинья? Э-э, сокровище моё, свиньи — это еда, а не домашние животные». «Свиньи — очень умные существа», — это была правда, и Изуку было легко говорить серьёзно. «Они такие тёплые, с ними приятно спать». «Мой сын не спит со свиньями», — Хисаши выпрямился во весь рост. «Я найду тебе подходящего питомца. Он тебе понравится гораздо больше, чем свинья» . Изуку не хотел, чтобы на его попечении было живое существо. Он надеялся, что отец просто запретит заводить домашних животных. Этот вариант разговора его не удовлетворил, поэтому он попробовал другой. «Что это за штуки?» Он указал на книжную полку. Хисаши тут же оживился, и его улыбка вернулась. «Я принёс тебе несколько своих любимых детских книг. О! Я знаю, ты будешь от них в восторге!» Он подлетел к полке и вытащил книгу в зелёной обложке. Он поднял её, показывая демона, стоящего спиной к спине с человеком, держащим меч. Демон был в короне, а волосы человека были собраны в пучок. "Меч незнакомца" был моей любимой книгой в твоём возрасте. Даже сейчас она занимает особое место в моём сердце». Изуку сказал: «Я не умею читать». Хисаши замер. Он выглядел так, словно ему сказали, что жить ему осталось два месяца. «Ты… читать не умеешь?» На самом деле, Инко научила Изуку читать. Это был редкий навык для крестьянина, который он использовал, чтобы продвинуться по службе в качестве наёмника. (А потом его часто понижали, потому что он навлекал на себя кучу неприятностей, но это уже другая история.) Изуку сказал: «Большинство моих сородичей читать не умеют, господин». Он сплюнул на пол. «Но ты же не крестьянин!» — Хисаши покачал головой. «Мне очень жаль, что тебя так воспитали. Я сейчас же найду тебе учителя». «Не знаю, милорд. Книги меня пугают». «Книги… пугают тебя?» Изуку энергично кивнул. «Они полны ведьмовской чепухи». «Тебя интересуют магические книги?» — с надеждой спросил Хисаши. «В твоей комнате их несколько». Изуку отпрыгнул назад. «Аааааа! Они что, прокляты? Я не хочу, чтобы меня прокляли». «Ты — член Дома Алчности. Ничто здесь не причинит тебе вреда, моё дорогое дитя. Если кто-то другой откроет одну из этих книг, его ждёт неприятный сюрприз». «Я бы предпочёл здесь не оставаться, милорд. От всех ваших разговоров о колдовстве у меня мурашки по коже. Не знаю, как я буду спать, когда надо мной нависают все эти тяжёлые вещи, которые вот-вот упадут мне с полок на голову. Я никогда не встречал книги, которая была бы полезнее, чем подтирание моей задницы». «Сокровище Алчности… использовать как туалетную бумагу?» Хисаши выглядел больным. «Я сейчас же подготовлю другую комнату!» Повелитель Демонов выскочил за дверь. Неужели Хисаши действительно оставил его одного? Изуку подергал дверную ручку. Дверь была не заперта. Но Изуку знал, что не сможет выбраться из дворца, не говоря уже о территории Алчности, если Повелитель Демонов не позволит. Если он сбежит, то окажется таким же глупцом, каким сейчас и притворяется. Нет, сначала ему нужно убедить Хисаши потерять к нему интерес. Он уже добился значительного прогресса. Морщины беспокойства, казалось, навсегда прорезали лоб Хисаши, и это был только первый день. Скоро Повелитель Алчности поймет, что такой сын будет только его смущать. Минуты шли. Запертый в своей красивой клетке без дела, Изуку невыносимо скучал. Он поглядывал на "Меч незнакомца". Книги, возможно, скоро заберут, о чём он и просил, но он всё равно сожалел о неизбежной потере. Он никогда в жизни не видел такой огромной коллекции книг. Они манили его. Он был совсем один. Никто не узнает, если он прочтёт несколько страниц. Он будет внимательно прислушиваться, на случай когда кто-нибудь придёт. Дверь не запиралась изнутри. (Конечно, не запиралась. Проклятый, жуткий Повелитель Демонов.) Вместо этого Изуку прикрепил подушку к дверной ручке, чтобы она упала, если кто-нибудь попытается войти в комнату, предупреждая его. Затем он сел в бархатное кресло и начал читать. В книге рассказывалась история человека из другого мира, перенесённого в царство демонов. Изуку счёл эту идею надуманной, но не мог не посочувствовать главному герою, учитывая собственное положение. Он смеялся, когда самурай ругался с демонами. Он ахнул, когда выяснилось, что таинственный незнакомец — местный Повелитель Демонов. К тому времени, как самурай пробрался во дворец Повелителя Демонов в поисках способа вернуться домой, Изуку уже был полностью захвачен. Он настолько увлекся романом, что не услышал, как подушка упала на пол. Хисаши сказал: «Ты умеешь читать». Изуку вздрогнул. Попался.

***

Его сын притворялся. Как он раньше не догадался? Плевки на пол и вместо кимоно платье — это было уже слишком. Хисаши отчасти обрадовался, что его дорогой единственный ребёнок не оказался идиотом. Но другая его часть ужаснулась. Изуку так хотел избавиться от отца, что готов был пожертвовать своим достоинством. Более того, Изуку хватило зрелости придумать хитрую стратегию побега. Вместо того чтобы по-детски протестовать или пытаться убежать, он тщательно воздвиг между ними барьер. Изуку не нуждался в родителях. Больше некому было его воспитывать. Его детство закончилось рано и давно. Это означало, что Хисаши оказался плохим отцом. Внутри Хисаши возникла огромная, зияющая пустота. Голова закружилась. Он хотел принять форму дракона и в ярости и горе разрушить весь замок. Изуку говорил тем же невыносимым простоватым голосом: «О нет, господин, я ни слова не понимаю. Мне просто нравится смотреть на буквы. Они такие красивые». Хисаши хмыкнул. «Ах, какую милую шутку ты со мной сыграл, моё маленькое сокровище. Ты меня полностью одурачил. Не стесняюсь признаться. Мне не стыдно проиграть собственному сыну». Изуку смотрел широко раскрытыми глазами. «Мой господин?» Хисаши протянул руку и взъерошил ему волосы. Изуку действительно был милым. Его волосы было так приятно взъерошить, как и у Йоичи. «Ты можешь называть меня просто папой. Перестань фальшиво льстить. Я знаю, чем ты занимаешься». «Мой господин, я не понимаю...» Хисаши перебил его: «Но теперь шутки кончились. Думаю, нам пора быть честными друг с другом, да?» Изуку встретился с ним взглядом. Полудемон медленно кивнул. «Чего ты хочешь?» — спросил Хисаши. «Я хочу домой. К своим друзьям, Сущим Наёмникам». Эти слова словно стрела пронзили сердце Хисаши. Но улыбка не дрогнула. «Я могу дать тебе гораздо больше, чем твоя прежняя жизнь, сокровище. Богатство и власть, о которых ты и мечтать не мог. Тебе больше никогда не придётся сражаться. Ты будешь в безопасности и счастлив». Изуку сказал: «Раньше я был счастливее». Этого не может быть. Никто не будет счастлив спать на земле и жить среди грязных крестьян-людей. Улыбка Хисаши слегка дрогнула. Изуку, конечно же, не понимал, что отец может ему предложить. Он изменится, привыкнув к королевской жизни. «Как насчёт того, чтобы дать мне шанс? Пожалуйста, попробуй, всего на несколько дней. Мы сможем узнать друг друга, и я покажу тебе свои владения». Хисаши не мог заставить себя сказать, что отпустит Изуку, если тот захочет уйти. Это было бы ложью и, как следствие, испортило бы любую попытку установить настоящую связь между ним и сыном. К тому же, Изуку был слишком умён, чтобы поверить в это. Изуку размеренным тоном ответил: «Да, мой господин». Его лицо не выражало никаких эмоций. Сердце Хисаши разбилось ещё сильнее. Изуку осторожно и дипломатично держался от него на расстоянии. Но он всё равно сказал "да". Под давлением, и Хисаши было невыразимо больно, что его давно потерянный сын хотел лишь сбежать от него. Но в этом согласии таился проблеск возможностей. Хисаши одарит Изуку любовью, заботой и родительской опекой, которых ему так долго не хватало. Раз Изуку лишился возможности быть ребёнком в столь юном возрасте, это, безусловно, был бы величайший дар, который Хисаши мог ему предложить. Хисаши подарит своему сыну идеальное детство, которого сам был лишен. Изуку поймёт и будет благодарен. Он адаптируется и начнёт вести себя более подобающе своему возрасту. Со временем всё будет так, будто Хисаши никогда и не терял своего любимого сына. Всё будет идеально. Так и должно было быть.

***

OMAKE TIME! Оmаке: Все демонические войска будут носить затычки для носа во время вторжения Хисаши: Есть королевство людей, где считают, что мыться нужно только раз в месяц. Я сожгу его дотла. Бедный Несчастный Приспешник: Вы серьезно, мой господин? Хисаши: Я также убиваю их, потому что они издевались над моим сыном, когда он был ребёнком, но да, совершенно серьёзно насчет глупости с купанием. # Оmаке: в котором острый язык Изуку позволяет ему быстро попасться Хисаши: Разве я выгляжу так, будто на мне платье? Изуку: Конечно, ты в платье. Ты же женщина? Я подумал, что ты, должно быть, моя давно потерянная мама! Ты такая красивая! Хисаши: Хорошая попытка — теперь я знаю, что ты притворяешься. # Оmаке: Проходящие, как корабли в ночи Хисаши: Я дам тебе всё, что ты пожелаешь, мой любимый сын. Скажи лишь слово, и я завоюю для тебя королевства. Изуку: Э-э... не могли бы вы немного отойти? Вы вторглись в моё личное пространство. Милорд. Хисаши: (Про себя) Он-не-называет-меня-папой-он-не-называет-меня-папой-я-неудачник-во-всём-чем-я-хотел-быть. Хисаши: (хихикает) Да. Да, конечно. Всё для тебя, сын мой. Изуку: Ха-ха. Я только что вспомнил, что мне нужно срочно что-то сделать. Извини! Развлекайся, оставаясь собой, хоть и на значительном расстоянии от меня!